Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+



Происходящее в игре (случайная выборка):

В предыстории: В небольшой деревушке странствующие циркачи влипают в неприятности. Графиня де Люз сталкивается с загадкой, герцогиня де Монморанси беседует со священником. Гг. Жан де Жискар и Никола де Бутвиль пробираются в осажденный голландский город. Г-н де Лаварден помогает товарищу ввязаться в опасную авантюру. Лапен сопровождает свою госпожу к источнику. Мари-Флер впутывается в шантаж.

Как дамы примеряют маски. 24 ноября 1628 года: Г-жа де Мондиссье с помощью гг. Портоса и «де Трана» устраивает ее величеству посещение театра.
Трудно быть братом... Декабрь 1628 года: Встретившись после многих лет разлуки, братья де Бутвиль обнаруживают, что не всегда сходятся во взглядах.

Когда дары судьбы приносят данайцы. 21 ноября 1628 года: Герцог Ангулемский знакомится с г-жой де Бутвиль. Прибыв в охотничий домик в роли Немезиды, герцог примеряет уже маску Гестии.
Годы это не сотрут. Декабрь 1628 года, Париж.: Лишь навеки покидая Париж, Лаварден решается навестить любовь своей юности.

Полуденный морок. 29 ноября 1628 года: Маркиз де Мирабель пытается помириться с г-жой де Мондиссье.
О милосердии, снисходительности и терпимости. 29 октября 1628 года: Завершив осаду Ларошели, кардинал де Ришелье планирует новую кампанию.

Итак, попался. А теперь что делать? 20 ноября 1628 года, вечер: кардинал де Ришелье расспрашивает Лавардена и д'Авейрона об интриге, в которую те оказались впутаны: кто нанял королевского мушкетера, чтобы затем сдать всех дуэлянтов городской страже? И что важнее, зачем?
Без бумажки ты - букашка... 3 декабря 1628 года: Пользуясь своим роковым очарованием, миледи убеждает Шере оказать ей услугу, которая может ему еще дорого обойтись.


Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календарь на 1628 год: дни недели и фазы луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть II: На войне как на войне » Почетная гостья поневоле. 21 сентября 1627г., около пяти часов вечера


Почетная гостья поневоле. 21 сентября 1627г., около пяти часов вечера

Сообщений 1 страница 20 из 55

1

Из эпизода Так в гости не зовут

0

2

Двое гвардейцев, сопровождавших весьма растрепанного пажа, не могли бы не привлечь внимания, даже если бы руки пажа не были связаны. Но в ставке кардинала и не то видели, поэтому от дела надолго никто не отвлекся, а из тех, кто толпился нынче в приемной, такой возможности и вовсе никому не дали. Шарпантье, появившийся в кордегардии  вскоре после того, как графиню оставили там под присмотром одного из дежурных гвардейцев, первым делом набросился на того с упреками.

– Сударь, что же это вы? Немедленно развяжите!

Гвардеец, не сделав ни малейшей попытки поспорить – при том, что его вины в произошедшем практически не было – попросту разрезал веревку и удалился, получив приказ принести воды.

– Мадам, – секретарь выглядел до крайности расстроенным, – позвольте мне принести вам свои извинения, от моего лица, как и от лица его высокопреосвященства. Монсеньор примет вас незамедлительно.

Нуссак, при некоторой поддержке Края, изложил кардиналу и его секретарю причины, побудившие Кавуа прибегнуть к столь суровой мере, но, как видно, они не показались достаточными ни тому, ни другому.

0

3

До городских ворот Эмили ехала поперек седла, и за то время успела призвать все возможные проклятья на головы мучителей, изрядно растрясти съеденный завтрак и поплакать. Когда гвардейцы остановились, она кротко пообещала им ехать самостоятельно (а мысленно — сдохнуть и провалиться в преисподнюю), и была возвращена в вертикальное положение. Руки ей, однако, не развязали, и болели они просто невыносимо. Неловко пытаясь растереть затекшие запястья, на нежной коже которых остались алые следы от веревки, Эмили не смогла сдержать болезненного стона, но тут же прикусила губу и исподлобья хмуро глянула на Шарпантье.
- От вашего лица?

+1

4

Огорчение, с которым секретарь смотрел на руки юной графини, было непритворным – однако предложить даме услуги врача он не спешил, понимая, возможно, что тот посоветует.

– Прошу прощения, мадам, – он снова почтительно поклонился. – Мне следовало представиться. Я Дени Шарпантье, секретарь его высокопреосвященства. Господин кардинал принимает большое участие в господине графе, вашем супруге, и менее всего хотел бы доставить подобные неприятности его жене.

Ришелье, выслушав двух гвардейцев, выразился иначе, но мадам де Бутвиль это было знать необязательно. В отличие от своего старшего брата, граф де Люз был человеком уравновешенным и не склонным, казалось, рассматривать поединок как средство решения всех разногласий, но и ожидать от него христианского смирения не приходилось. Не сомневаясь в способности своего капитана позаботиться о себе, кардинал был весьма недоволен возможными последствиями для выстраиваемой им интриги и вовсе не желал, чтобы его усилия пошли прахом из-за такого пустяка. С другой стороны, побеседовать с юной племянницей Давенпорта он хотел уже давно, а тут такой случай!

+2

5

Эмили все так же хмуро смотрела на секретаря. Что она, интересно, должна сказать? Что совершенно не рада знакомству? И совсем не хочет встречаться с его высокопреосвященством. Господи, его высокопреосвященство! Кардинал!.. А она в таком виде... Что он подумает о ней и о ее муже?.. Взгляд юной графини стал растерянным.
- Но я... я сейчас никак не могу видеться с кар... его высокопреосвященством.
Эмили почувствовала, что ей попросту страшно.  В доме графини Ангулемской она видел и герцогинь и принцесс, и уже не так робела, как раньше, но кардинал... Как разговаривают с кардиналами?

+1

6

Шарпантье улыбнулся совсем по-отечески.

– Почему же нет, мадам? Его высокопреосвященство достаточно наслышан о вас, чтобы ваш вид его не смутил. К тому же, скажу вам по секрету…

Сказать он ничего не успел, потому что как раз в этот момент в кордегардию вернулся отосланный гвардеец в сопровождении горничной, которая принесла таз, полотенце, кувшин с водой и гребешок. Составив все это на стол у окна, она вопросительно глянула на секретаря.

– Можешь идти, милая. И вы, сударь.

Гостеприимный хозяин предложил бы своей юной гостье еще и вина. Но Шарпантье этого делать не стал, справедливо полагая, что эту привилегию стоит оставить кардиналу.

+1

7

Эмили посмотрела на все это и неожиданно для себя самой выпалила:
- Потому что я никогда не разговаривала с кардиналами!
Опешив от собственной выходки, она окончательно смутилась и густо покраснела. Теперь этот человек подумает, что Бутвиль женился на круглой дуре и деревенщине. И будет прав.

- Но ведь и кардинал никогда не разговаривал с вами, - тепло улыбнулся секретарь. - Вы будете в равном положении. Вот только, думаю, у него не будет грязного пятна на щеке. Хотя с ним ни в чем нельзя быть уверенным.

- Вряд ли он когда-нибудь ездил поперек седла и связанным, - буркнула Эмили и решительно направилась к тазу. - Отвернитесь.

+1

8

Четвертью часа позже мадам де Бутвиль, уже в несколько более пристойном виде, подходила к комнате, служившей кардиналу рабочим кабинетом. Не через приемную, где было сейчас не протолкнуться, но через прилегающую к ней с другой стороны канцелярию. У самой двери Шарпантье остановил свою спутницу и осторожно поскребся в филенку. Ответом была тишина. Секретарь смущенно развел руками.

- Я боюсь...

Чего боялся Шарпантье, также осталось неизвестным, потому что дверь открылась и на пороге появился дворянин — средних лет, худощавый, в костюме для верховой езды. Встретившись взглядами с мадам де Бутвиль, он изумленно приподнял брови.

- Боже милостивый, вы же совершеннейший ребенок! Заходите, прошу вас.

+2

9

Подбородок юной графини тут же высокомерно вздернулся — Эмили терпеть не могла, когда ее считали ребенком. Особенно обидно слышать это было теперь, когда она стала почтенной замужней дамой.
- Благодарю вас, сударь.
Вежливо кивнув, она прошла внутрь кабинета, с трепетом ища взглядом человека в красной мантии.

+2

10

Чуть заметно кивнув Шарпантье, Ришелье возвратился в кабинет следом за юной графиней. Не узнала. Как скоро она догадается? И есть ли смысл вводить ее в заблуждение?

Легкая улыбка тронула губы кардинала, когда он остановился у стола, опуская руку на графин.

– Вина, мадам?

Дверь беззвучно закрылась.

+1

11

- Благодарю вас, не надо.
Эмили еще раз смущенно оглядела кабинет. Неужели?.. Совсем уж глупой она не была. Король не спит в короне, кардинал не всегда ходит в мантии — что тут удивительного? Удивительно, если бы он ездил верхом в рясе — как, интересно, в женском седле? Мадам де Бутвиль едва сдержала нервный смешок — носят ли монахи под рясой штаны?.. Но кардинал — не монах, и что сейчас делать? Надо поклониться, но по-мужски — глупо, сделать реверанс - еще глупее... Что вообще надо делать при встрече с кардиналом? Поцеловать руку и испросить благословения? Ага, именно за тем ее сюда и привезли... Эмили не нашла ничего лучшего, чем виновато улыбнуться.
- Простите, я растерялась и не знаю, что делать...

+1

12

Ришелье не мог не улыбнуться в ответ.  Поняла или не поняла? И что это – наивность или тактика?

- Сядьте, - порекомендовал он, указывая графине на одно из стоявших у стола кресел для посетителей и разливая вино. – Возьмите.

Придвинув к ней один бокал, он сам взял второй и занял место напротив.

- Даже если вы не будете пить, это даст вам, что делать с руками. Позвольте мне, мадам, принести вам извинения за капитана де Кавуа. Боюсь, он действовал немного чересчур… по-военному. Но поверьте, им двигали самые благие намерения. Признаться, я склонен полагать его опасения обоснованными. Но ведь мне известно далеко не все…

Г-н де Ронэ, конечно, рассказал немало интересного, но Ришелье отнюдь не ожидал от него трезвой оценки.

+1

13

Эмили послушно села и взяла бокал.
- Я знаю, что делать с руками. Капитан де Кавуа... - она гневно глянула на кардинала. - Действовал подло. Сначала притворился порядочным человеком... А вас тоже волнует моя судьба? Наверное, исключительно из расположения к моему мужу? Или, ах, да... из христианского милосердия?

+1

14

– Нет, мадам, – невозмутимо возразил кардинал, – христианское милосердие мне несвойственно. Но вы не заслуживаете смерти вне всякой связи с вашим супругом. И мне было бы безгранично жаль, если бы я не успел с вами встретиться.

Сходство с Ронэ было очевидно, как очевидным было то, что он мог в ней увидеть. Что на уме, то и на языке – если это не было притворство. Но в этом случае она заслуживала лишь большего внимания.

– Мы с вами не будем спорить о капитане, – продолжил Ришелье с улыбкой, – я был бы обязан защищать его хоть вполовину так же хорошо, как он защищает меня, даже если бы я не был с ним согласен. Одно наше с вами желания совпадает – мы оба хотим вас обезопасить. Вас не пытались убить, мадам – вас пытались похитить. Это указывает на то, что вам известно что-то, что вы могли бы вашему похитителю рассказать. Что-то, что он мог бы использовать в своих целях. Первое, что мне приходит на ум, это люди, которые помогали Давенпорту здесь, во Франции. Кто-то из них мог узнать о вас и захотеть узнать остальных. Капитану вы назвали Левассера и некого аббата. Попробуйте вспомнить еще кого-нибудь.

Аббатом этим был скорее всего его собственный человек здесь, но говорить этого кардинал, разумеется, не стал.

+2

15

- Кардинал без христианского милосердия? - ляпнула Эмили и сама испугалась. - О, простите, ваше высокопреосвященство! Я... ничего такого не хотела, оно само...
Она снова смутилась. «Само», будто ей три года! А самое смешное, если это все-таки не кардинал... Но смеяться почему-то не хотелось, и мадам де Бутвиль поспешила объяснить:
- Я зла на капитана, но любой бы злился... Что до моего дяди... его нет, и нет смысла хранить его секреты. По крайней мере, мне они совсем не нужны. Но, я уже говорила господину де Кавуа, мне легче было бы вспомнить то, что нужно, если бы вопросы были более конкретными. А так я теряюсь...

+1

16

Улыбка кардинала сделалась лишь доброжелательней. Как, прости Господи, Давенпорт ее использовал? Ответ был очевиден, но не слишком льстил господину де Бутвилю.

- Когда приходится решать многие судьбы, - серьезно ответил он, - разум бывает добрее сердца. Но вернемся к вашей судьбе. Во время вашей последней поездки вы расстались в Кале. Вы знаете, кого сэр Джордж рассчитывал там увидеть?

Частично ответ на этот вопрос он знал. Давенпорт должен был посетить Рошпана, но это был его человек. Если она сможет назвать кого-то еще... Сам он в ту теорию, которую изложил только что мадам де Бутвиль, не верил ни на грош — размах дела указывал не на исполнителя, а на кого-то, кто сам отдает приказы. Но получить список людей Давенпорта, или хотя бы его часть...

Память мадам де Бутвиль оказалась замечательной. Имен она сохранила немного, и это было понятно, называли их ей редко, но адреса и описания внешности она воспроизводила безукоризненно – сначала во Франции, потом в Брюсселе и Соединенных Провинциях, и наконец, в Испании. Перо, которым Ришелье делал пометки, отяжелело в руке, но звать секретаря он не решался, опасаясь, что в присутствии третьих лиц она не будет так откровенна. Когда, наконец, поток сведений иссяк, кардинал перелистал свои записи и покачал головой.

- За Левассером уже послали, но вряд ли это он, а больше никто из тех, кого вы назвали, мне не кажется подходящей кандидатурой. Попробуем зайти с другой стороны. В чем заключались ваши обязанности при Давенпорте?

Согласовано

0

17

- В основном слушать, молчать и запоминать. У меня хорошая память. - Когда дошло до дела, мадам де Бутвиль чудесным образом посерьезнела и стала отвечать здраво и толково. - Я должна была присутствовать при разговоре: стоять, или прислуживать, или сидеть в сторонке — паж никому не нужен. И запоминать как можно точнее, чтобы сэр Джордж мог уточнить детали потом. Иногда я потом разговор записывала. Еще запомнить какое-нибудь письмо или план и воспроизвести, но это реже. Ну и передать кому-нибудь что-нибудь. Но из Парижа в Кале я в первый раз ехала одна так далеко, обычно сэр Джордж далеко от себя меня не отпускал. И ничего никогда не объяснял и не обсуждал. Мое дело — выполнять приказы.
Эмили прикусила губу. Какой дурочкой она была! И ведь была уверена, что только так ей и следует жить, а то, что ей это не нравится — долг есть долг, что поделать...

+1

18

Ришелье пригубил из бокала и снова серьезно взглянул на молодую женщину.

- Полезные умения и удобная привычка, - кивнул он. - Попробуйте вспомнить – люди, которые пытались вас увезти, что они говорили о вашем отце? И вообще, кто-нибудь пытался вас о нем расспрашивать? С кем разговаривал он сам и могли ли эти люди видеть вас?

Ронэ говорил, что мадам де Бутвиль встретилась с бароном де Кюинем только здесь, под Ларошелью. Вряд ли тот успел ей многое рассказать — если вообще стал с ней откровенничать, но за невозможностью допросить его самого приходилось хвататься за соломинки.

+1

19

- Сен-Шено, который первый меня выманил, говорил, что отец ранен и зовет меня, что надо торопиться, а то можно не успеть. А потом меня звали уже к мужу... Никто меня о нем не спрашивал, да и что бы я сказала? Я его и не помнила совсем, но он доказал, что это правда он. Он про матушкино кольцо знал.
Эмили отпила из бокала.
- Разговаривал он при мне... С Лавалле разговаривал, с графом еще. Еще с одним дворянином он меня видел, в гостинице, но я с тем дворянином и пары слов не сказала. Он в соседнюю комнату заходил. Военный, в годах, лет сорока. Барон назвал его маркиз де Ротлен. А больше, пожалуй, ни с кем он меня не видел. Разве что в Нуаре. Барон де Рен там был, здоровый такой, и вообще куча людей разных.

+1

20

Выражение лица Ришелье не изменилось, ничем не выдавая его изумление. Маркиз де Ротлен? Проклятье, человек, только недавно принявший на себя ответственность за всю артиллерию… Хотя… Разговаривала-то с ним она, а не барон… Надо проверить.

- С господином де Реном я уже беседовал, - кивнул он, - и с некоторыми «разными людьми» тоже.

Взгляд кардинала снова вернулся к лежавшей перед ним стопке исписанных листов. Если недоброжелатели мадам де Бутвиль охотились именно за этими сведениями, их можно было понять — улов был нешуточный. Хорошо, что им не пришло в голову просто дружески с ней побеседовать! И, однако, вспомнив столько имен, почему она не назвала еще два, говоря о поместье Нуаре? Один - записной серцеед, да и другой, судя по описанию, весьма привлекательный молодой человек. Кстати, исчезнувший без следа.

Тонкая улыбка тронула губы Ришелье.

- Если месье де Сен-Фаль появится снова, - предупредил он, - будьте очень осторожны.

Судя по описаниям, юноша появился в этом деле случайно, но хорошо спланированная операция и должна казаться случайностью.

+1


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть II: На войне как на войне » Почетная гостья поневоле. 21 сентября 1627г., около пяти часов вечера