Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+



Происходящее в игре (случайная выборка):



«Не сотвори кумира…» – А металл? 11 марта 1629 года: Двое наемных убийц сговариваются об общем деле.
Дурная компания для доброго дела. Лето 1628 года.: Г-н де Лаварден и г-н де Ронэ отправляются в Испанию.
Едем! Куда? 9 марта 1629 года: Месье в обществе гг. де Ронэ и Портоса похищает принцессу и г-жу де Вейро.
Guárdate del agua mansa. 10 марта 1629 года: Г-н де Ронэ безуспешно заботится о г-же де Бутвиль..

Бутвилей целая семья… 12 марта 1629 года: Г-н де Лианкур знакомится с г-жой де Бутвиль.
Белый рыцарь делает ход. 15 февраля 1629 года: Г-н де Валеран наблюдает за попытками Марии Медичи разговорить г-на де Корнильона.
О тех, кто приходит из моря. Июнь 1624. Северное море: Капитан Рохас и лейтенант де Варгас сталкиваются с мятежом.
Высоки ли ставки? 11 февраля 1629 года.: Г-жа де Шеврез играет в новую игру, где г-н де Валеран - то ли ставка, то ли пешка.

Пасторальный роман: прелестная прогулка. Май 1628 года: Принцесса де Гонзага отправляется с Месье на лодочную прогулку.
Любить до гроба? Это я устрою... 12 декабря 1628 года: Г-н де Тран просит сеньора Варгаса о помощи в любви.
Кузница кузенов. 3 февраля 1629 года: М-ль д’Арбиньи знакомится с двумя настоящими кузенами, одним названным и одним примазавшимся.
Нет отбоя от мужчин. 16 февраля 1629 года.: М-ль и г-н д'Арбиньи подвергаются нападению.

Игра в дамки. 9 марта 1629 года.: Г-жа де Бутвиль предлагает свои услуги г-ну Шере.
Кружева и тайны. 4 февраля 1629 года: Жанна де Шатель и «Жан-Анри д’Арбиньи» отправляются за покупками.
Какими намерениями вымощена дорога в рай? Май 1629 г., Париж: Г-н де Лаварден и г-жа де Вейро узнают от кюре цену милосердия и плату за великодушие.
"Свинец иль золото получишь? - Пробуй!" Северное море, июнь 1624 г.: Рохас и Варгас знакомятся еще ближе.


Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календари эпохи (праздники, дни недели и фазы луны): на 1628 год и на 1629 год

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть IV: Жизни на грани » «Не сотвори кумира…» – А металл? 10 марта 1629 года


«Не сотвори кумира…» – А металл? 10 марта 1629 года

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

После эпизода Guárdate del agua mansa. 10 марта 1629 года

Отредактировано Теодор де Ронэ (2019-05-18 16:58:16)

0

2

В этом квартале Правого берега Теодор бывал редко. Только парой раз чаще чем в небольшой квартирке Варгаса – и то потому, что иногда испанца не было дома. В один из этих раз он зашел в «Добрый знак», навести справки. И поэтому в этот раз зашел снова – за бутылкой хереса, который был там на удивление хорошим.

– Дон Рамон, – сказал он, когда все приветствия были произнесены – разумеется, по-испански – вино было разлито по кружкам и лакей убрался из гостиной, – мне кажется, или двести ливров за вашу голову это как-то маловато?

Соблазн предложить эту сумму безденежному шевалье де Бадремону был почти непреодолимым. И остановило бретера только понимание, что тот, скорее всего откажется. Или сделает то же самое, что делал сейчас он – придет к испанцу для разговора.

Шпага скрежетнула по полу, когда бретер вытянул ноги, устраиваясь поудобнее в низком кресле. Будто намеренно предназначенном для того, чтобы из него было сложно выбраться быстро. Хотя – почему «будто»?

+2

3

Варгас в этот день не ждал гостей, но появление бретера его обрадовало. Не в последнюю очередь потому, что он и сам собирался искать Ронэ, и заранее опасался, что того не окажется в Париже.
Солнечные лучи, проникая сквозь открытое окно, ложились на деревянный пол, блестели на пряжках перевязи гостя, подчеркивали соблазнительную янтарную желтизну разложенного на блюде сыра и неожиданным весельем отражались в темных глазах испанца.

- Двести ливров? - иронично уточнил он, поднимая кружку за здоровье приятеля. - Возмутительно мало.

Тем не менее, что-то невидимое повисло в воздухе. Тень не настороженности даже, но дурного предчувствия.

- Я не стану спрашивать, кто это, Ронэ,  - уже серьезно сказал Варгас. - Но любопытно - это француз, испанец?

– Француз, некто Валеран, – Теодор отрезал себе ломтик твердого, почти белого сыра. – Я сказал, что за такие гроши не работаю, но могу подыскать себе замену. Кого из наших с вами collegarum нам особенно не жалко? Лампурд убьет вас или вы убьете его, и мне будет жаль в обоих случаях. Марино?

- О! - Варгас неожиданно рассмеялся. Он думал, как забавно может получиться, если Валеран попросту решил избавиться от него, а не бежать к своим покровителям, как на то рассчитывал Рошфор. И о том, что Рошфору говорить об этом заказе не будет.

- Марино - это хорошо... Нет, стойте!

Испанец покачал в руке кружку, будто предвкушая недурное развлечение.

- Знаете что? У меня есть... крупный заказ. Если вызывать их поодиночке, я один не управлюсь и за неделю. Но если мы вместе... Хотите? Марино, к слову, среди них. Условие одно - по возможности не убивать, но ранить как можно более обидно.

Отредактировано Рамон де Варгас (2019-05-19 11:30:20)

+2

4

– Крупный заказ? – изумленно повторил донельзя заинтригованный бретер. – Как говорят торговцы – оптом? Закажите мне троих, и четвертого я убью за полцены? О! Выберу его сам, и это будете вы?

Смех оборвался, и он посмотрел в свой бокал. Не убить, но унизить. Тоже способ – отвадить любовников неверной жены, например, или отплатить ей самой, когда не можешь отомстить иначе. Когда у нее есть имя и семья, а у тебя – деньги. Да и обиды бывают разные, обиженные бывают разные, и ему случалось уже убивать нескольких, чтобы среди них затерялся один.

Но тут нужно было не убивать, и с таким даже монсеньор не стал бы спорить.

– Назовите имена, – попросил он. Прикидывая уже, что будет делать, если узнает хотя бы одно. Это было согласие, эта просьба, но убивать было не надо, и с этим было не поспорить. – Не всякого, сами понимаете, можно подколоть с тыла.

+2

5

Варгас тоже вытянул ноги.
Он сидел без шпаги, конечно, и одет был по-домашнему, как если бы никуда еще не успел собраться в это утро, но на аккуратно застеленной кровати лежал и камзол, и колет, и неизменная бретерская "сбруя" - перевязь и ножны под шпагу и кинжал. Зато бретер был чисто выбрит, а рубашка с отложным воротником, по военной испанской моде, была куда белее того сыра, которым соблазнялся Ронэ. Варгасу вообще свойственна была легкая, едва заметная щеголеватость, которая не бросалась в глаза и на которую сам он никогда не обращал внимания.

- Знаете что, - сказал он, посмеиваясь. - Вы удивитесь. Я никогда не думал, что в этом кругу кипят такие страсти.

В глазах испанца на миг что-то мелькнуло. Тяжелое и темное, как застарелая тоска или застарелая ненависть, но он тут же опустил веки, а когда вновь поднял взгляд - почти сразу - выглядел как обычно. Иронично.

- Представьте себе. Шевалье де Сент-Аман, личный поэт графа д'Аркура. Поэт, Ронэ, вы наверняка найдете, какими словами с ним обменяться. Потом... Это уже не так занятно - шевалье де Ла Бом, из свиты герцога Орлеанского. Луи де Роган... Этого я бы вызвал сам, пожалуй... Потом Марино, я уже говорил, и некто Антонио Лопес.

+2

6

Теодор слушал с напряженным вниманием, лишь дернув чуть уголком рта, когда Варгас упомянул Сент-Амана. А в конце списка улыбнулся.

– Это то, что я думаю? Если я возьму на себя Сент-Амана, о шутке узнает только шутник. Что до остальных… Если верить слухам, Роган не бросит вызов и вряд ли примет. Настоит на дуэли по всем правилам и подошлет кого-нибудь из наших знакомых. Если ткнуть в него шпагой… может, он возьмется за свою. Может.

+2

7

- Тогда вы можете выбрать, - предложил Варгас беззаботно. - Кто вам нравится. И да, продайте ваш заказ на меня Марино. Хотя бы за одним мне не придется бегать!

Он ухмыльнулся и подлил вина в кружки.

- Я был лучшего мнения о Рогане. Даже не знаю, отчего.

Дон Рамон думал о Валеране, и о том, что заказ, не будучи выполненным, непременно повторится - потому что он сам, как полагается жадному, но храброму наемнику, не собирался внять этому своеобразному предупреждению от придворного королевы-матери.
Дело только что приобрело для него особый интерес и особый вкус.

+2

8

– Продам – за половину суммы, – пошутил бретер. Без особого веселья в голосе, однако – вопрос Рогана занимал его больше. И еще вопрос денег. И все того же Бадремона – не купится ли Роган на безобидного противника? У которого будет, конечно, отнюдь не безобидный секундант…

В Падуе он знал этот круг. Здесь – только Ротонди. Представив себе, какое у того станет лицо, если он попросит представить мальчишку герцогу, Теодор подавил смешок.

– Давайте просто перехватим его где-нибудь ночью? – предложил он. – Выходит же он иногда из дому? Я пошлю Паспарту расспросить прислугу. Разберемся с охраной и потыкаем в него шпагой – вам же заказали рану, а не драку?

+3

9

- Мой бог, он сбежит, пока мы будем разбираться с охраной, - приуныл испанец. Сколько там может быть сопровождающих? Двое - допустим, взять на себя двоих не будет сложностью ни для него, ни для Ронэ. А если трое? Четверо?

Неожиданная мысль заставила его оживиться.

- А давайте отправим ему записку от тайного поклонника? Назначим какое-нибудь живописное место встречи... Насколько он... гм... романтичен?

Дон Рамон неуловимо смущался, обсуждая эту тему, несмотря на все веселье, но для испанца это было более чем объяснимо.

+2

10

– Вы так спрашиваете, словно я его знаю, – усмехнулся бретер, отрезая еще сыра – себе и собеседнику. Если бы он был еще накоротке с мадам де Шеврез… нет, и тогда бы – он бы не стал спрашивать. – Я бы не пошел.

Сейчас бы – не пошел. В прошлом… он словно воочию увидел снова эту записку, гладкое золотое кольцо, в которое она была вставлена, размашистый почерк… У него хватило все же ума показать ее Дженнаро.

– Если я скажу тебе, что это мужской почерк, – Дженнаро медленно поворачивал в пальцах кольцо, и пламя свечи, отражаясь теплым мерцанием в золоте, горело и вспыхивало в гранях самоцветов в его перстнях, – ты удивишься?

– Пожалуй, нет.

– Пойдешь?

– Конечно.

– Возьмешь меня с собой?

– Тебя? – этого он не ожидал. – Зачем?

– Ты же не возьмешь охрану?

Они пошли вдвоем, но на назначенном месте никого не оказалось. И он поверил тогда, что на двоих нападать не решились. Сегодня – спросил самого себя, узнал ли Дженнаро почерк. Роган вряд ли был так же глуп.

– Вряд ли он берет с собой кучу народу, когда идет развлекаться, – сказал он. – Двоих мы убьем сразу, сколько там останется?

+2

11

Варгас беззвучно фыркнул в ответ на это "Я бы не пошел". И проворчал себе под нос: "Вот ничуть не сомневался".

- Может, останется один, тогда выйдет неплохо. Но если два? Впрочем, можно понаблюдать. Мне нравится, дон Теодоро.

Еще одна мысль пришла в его бесшабашную голову и сильно развеселила, как будто мало было - можно ведь вызвать на дуэль Валерана в числе этих нескольких, и тоже намекнуть, кто его заказал... С планами Рошфора это, пожалуй, никак не расходилось, даже наоборот. Бог знает, кого имел в виду Мирабель, а у него, Варгаса, была своя кандидатура.

- Да, и еще... Желательно каким-нибудь образом дать им понять несколько вещей. Где-нибудь обмолвиться о красавчике-итальянце, кто мог бы желать расплатиться с ними за обиду или что-то похожее.

– Итальянце? – уточнил бретер. – Не флорентийце? В этом кругу это разные вещи – они и в самой Италии разные. Firenze, – процитировал он, – la città dell'arte, va in culo a chi arriva e a chi parte. Вы знаете итальянский, дон Рамон?

Варгас слегка замялся.

- Кое-что понимаю, как любой испанец, должно быть. Итальянце, дон Теодоро, и флорентийце. В... В том самом смысле.

+2

12

Теодор кивнул.

– С Роганом понятно. Сент-Аман… Давайте, это будет несложно. Если я успею, то может, сегодня же ночью, он бывает у мадам де Лож. С Марино я поговорю… Кто у нас остался? Я их не знаю. О! Вы знакомы с Марино? У него есть один любимый удар…

Он взлетел на ноги с видимой легкостью, сводившей на нет уловку с креслом. И кружку свою поставил в то же время на стол, не расплескав ни капли.

+2

13

Варгас вскочил, отстав лишь на какой-то миг - и очень характерно дернувшись от резкого движения.
Местный цирюльник только вчера вечером отказал ему в снятии швов, наложенных врачом графа де Рошфора. Рана еще намокала - едва-едва, но цирюльник сказал "Разойдется же, ваша милость!" и Варгас не стал спорить. Лишний день-два ничего не изменят. Правда, распоротый ножом бок еще напоминал о себе.

- Удар? - переспросил Рамон, ухмыляясь и подчеркнуто не глядя на капли вина на полу.

Пролил немного, но все равно...

+2

14

Теодор сощурился. И протянул руку за своей кружкой. Глядя не на капли вина на полу – на кружку в руке Варгаса. А может, на человека, державшего кружку.

Слишком знакомо это было между теми, кто менял кровь на золото. И морщинка, прорезавшая лоб бретера, говорила не об узнавании. О сомнении.

Варгас был загадкой. Не потому, что за него платил тот разряженный дворянчик, и не потому, что он взял как-то заказ на него самого, и не потому, что отказывал, по слухам, едва ли не чаще, чем Теодор, и не потому, что тоже был чистоплюем – и тоже не в одном смысле слова. Даже все вместе это еще не тянуло на загадку – загадкой был он сам. Человек, который предложил поединок в лодке тому, кого должен был убить. И кого мог убить – Теодор не забыл того, что предшествовало драке. А теперь вот – такое.

Кто берет заказ на пятерых, будучи ранен?

Теодор огляделся, проверяя первую свою очевидную догадку – и не находя ей ни малейшего подтверждения. Если Варгас был настолько на мели, по его квартире это было незаметно.

– Мне перестало нравиться ваше дело, – сказал он. С прямотой, которая в другом месте могла бы стоить ему жизни. – Объяснитесь. Мне не нравятся предложения, от которых нельзя отказаться.

Эта фраза, почти просьба – она была мерой его приязни к испанцу. Ему нравился Варгас. Чувством смешного, чувством чести. И тем, как он повел себя с Эжени – этим едва ли не больше всего остального. И то, что он не предупредил – со всем, что Теодор о нем знал, это не вязалось. Но спрашивал не об этом – потому что и сам мог не предупредить. Не это было главное.

+2

15

Рамон кивнул и осторожно поставил кружку на стол. Правда, улыбаться не перестал, и если улыбка сделалась немного грустной, то виной тому был не вопрос.

- Ради всего святого, Ронэ, вы можете отказаться в любой момент.

Он выпрямился. И даже не стал напоминать о необходимости хранить молчание; между ними это было бы смешно и оскорбительно.

- Что же до меня... У каждого человека есть прошлое, и я еще не совсем готов встретиться лицом к лицу с моим, поэтому не хотел бы терять расположение заказчика. Хотите спросить о чем-нибудь?

+2

16

– Хочу.

Задавать вопросы Теодор, однако, не спешил. Хотя бы потому, что думать еще не перестал. И потому что ощущал – сейчас острее, чем когда-либо – что рискует, и не мог понять, чем. Одно, впрочем, было понятно – Валеран начал не с него. И не сообразил дать настоящую цену, болван.

– Во-первых, насколько серьезно вы ранены. Во-вторых, платит ли он вперед. В-третьих… в-третьих зависит от двух предыдущих. А, и в-четвертых… – на миг он задумался. И сказал совсем не то, что собирался: – Вам нужна помощь?

Дурацкий вопрос. Самый опасный, наверно. Не лучший чем тот, который Теодор не задал: что вы хотите мне сказать? На тот вообще не было ответа. Любой ответ был бы ложью.

Но дьявол, та лодка. И эта зима, которую он не был в Париже. На этот вопрос он мог получить правдивый ответ.

+2

17

Варгас несколько мгновений пристально смотрел на бретера.
Его дело было не тем, в которое он хотел впутывать кого бы то ни было. Не из недоверия - все это могло оказаться слишком опасно. И это было личное.
И вместе с тем...

- Да, - коротко сказал он. - Но еще не сейчас. Что же до остального...

Испанец прошелся по комнате, отыскал небрежно брошенный на туалетный столик кошелек, перебросил Ронэ.

- Это задаток, после будет еще. Платит он хорошо, на моей памяти еще никогда не скупился.

Про рану ему говорить не хотелось и он вместо ответа задрал рубашку, демонстрируя зашитый бок. Края раны слегка воспалились, туго натянутый шов врезался в кожу, и именно это, видимо, причиняло бретеру неудобства.

- Пустое, не о чем говорить. Если сможете вытащить из меня эти нитки, будет намного лучше. А нет, вытащу сам.

+2

18

Теодор молча убрал кошелек и достал дагу. Скрывать свои чувства он не умел. И не сомневался сейчас, что его облегчение читалось на его лице. Слишком часто он делал ошибки в таких делах, чтобы не беспокоиться. А терять дружбу Варгаса ему не хотелось – даже если это еще не было дружбой. Особенно если не было – так было проще. Так можно было еще надеяться.

Он вспомнил Портоса и невольно вздохнул.

– Если вы предпочтете разделить еще пару заказов, – сказал он и снова подумал про Бадремона, – у меня есть знакомый, который может послужить наживкой.

Эпизод завершен

+2


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть IV: Жизни на грани » «Не сотвори кумира…» – А металл? 10 марта 1629 года