Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+



Происходящее в игре (случайная выборка):



«Не сотвори кумира…» – А металл? 11 марта 1629 года: Двое наемных убийц сговариваются об общем деле.
Дурная компания для доброго дела. Лето 1628 года.: Г-н де Лаварден и г-н де Ронэ отправляются в Испанию.
Едем! Куда? 9 марта 1629 года: Месье в обществе гг. де Ронэ и Портоса похищает принцессу и г-жу де Вейро.
Guárdate del agua mansa. 10 марта 1629 года: Г-н де Ронэ безуспешно заботится о г-же де Бутвиль..

Бутвилей целая семья… 12 марта 1629 года: Г-н де Лианкур знакомится с г-жой де Бутвиль.
Белый рыцарь делает ход. 15 февраля 1629 года: Г-н де Валеран наблюдает за попытками Марии Медичи разговорить г-на де Корнильона.
О тех, кто приходит из моря. Июнь 1624. Северное море: Капитан Рохас и лейтенант де Варгас сталкиваются с мятежом.
Высоки ли ставки? 11 февраля 1629 года.: Г-жа де Шеврез играет в новую игру, где г-н де Валеран - то ли ставка, то ли пешка.

Пасторальный роман: прелестная прогулка. Май 1628 года: Принцесса де Гонзага отправляется с Месье на лодочную прогулку.
Любить до гроба? Это я устрою... 12 декабря 1628 года: Г-н де Тран просит сеньора Варгаса о помощи в любви.
Кузница кузенов. 3 февраля 1629 года: М-ль д’Арбиньи знакомится с двумя настоящими кузенами, одним названным и одним примазавшимся.
Нет отбоя от мужчин. 16 февраля 1629 года.: М-ль и г-н д'Арбиньи подвергаются нападению.

Игра в дамки. 9 марта 1629 года.: Г-жа де Бутвиль предлагает свои услуги г-ну Шере.
Кружева и тайны. 4 февраля 1629 года: Жанна де Шатель и «Жан-Анри д’Арбиньи» отправляются за покупками.
Какими намерениями вымощена дорога в рай? Май 1629 г., Париж: Г-н де Лаварден и г-жа де Вейро узнают от кюре цену милосердия и плату за великодушие.
"Свинец иль золото получишь? - Пробуй!" Северное море, июнь 1624 г.: Рохас и Варгас знакомятся еще ближе.


Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календари эпохи (праздники, дни недели и фазы луны): на 1628 год и на 1629 год

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Предыстория » О тех, кто приходит из моря. Июнь 1624. Северное море


О тех, кто приходит из моря. Июнь 1624. Северное море

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Рохас отсюда: На гребне чужой волны. Часть II. Июнь 1624г., Северное море
Варгас отсюда: На гребне чужой волны. Часть I. Июнь 1624г., Северное море

0

2

Где-то часом позже возбужденные разговоры на «Консуэло» почти стихли, и на обеих палубах люди начали укладываться спать. Канониры, однако, устроились на ночлег у своих орудий, пушечные порты так и остались открытыми, а солдаты сложили оружие и шлемы под рукой, и если сержант Эчеверрия и его немногие выздоравливающие подчиненные не сделали ни малейшей попытки попросить оружие, то это не помешало им собраться вместе и ненавязчиво расположиться у самой капитанской каюты.

Проходя мимо по пути к лейтенантской каюте, Висенте, Санчес и Кампильон по очереди взглянули на них, но ничего не сказали, и Эчеверрия, также проводив их внимательным взглядом, поднялся на ноги.

- Не спится, - пробормотал он, ни к кому как будто не обращаясь, и с видимым безразличием направился в ту же сторону.

Собирался он подслушивать или нет, первые слова Кампильона легко долетели бы до любого, кто оказался бы за дверью каюты:

- Сеньор лейтенант, если позволите… Чего мы ждем?

- Они ж теперь не помирятся, - добавил Висенте. - Вы ж сами видели, как они, ну… дону Анхелю, ну… наваляли. Они наших не отпустят, а народу у них больше. Если Бенито, ну… если он с ними.

- Бенито умный мужик, - ответил Варгас.

Он не был склонен принимать поспешные решения. Сейчас - был, из головы не шли слова Анхеля. "Бенито его не боится, а я..."
Понимание, что Рохас находится в чужих руках, где с ним может произойти что угодно, доводило его до исступления. Но он должен был держать лицо и мыслить здраво.
Иначе...
Иначе Анхель не вернется.
Если он еще жив.
Если...
Нет, к черту. Так и рехнуться недолго.

- Они в заложниках, - продолжил Франсиско. - Но живы, только пока не слишком трепыхаются. Не обязательно держать всех. От большей части можно избавиться. Бенито все это понимает.

Он хотел в это верить и совершенно не мог. "Он на чужое место не хочет", сказал когда-то Анхель, но как было в это верить, все хотят. Вопрос только в цене.
Варгасу было очень трудно оставаться на месте, его застали за столом, где он что-то чертил огрызком свинцового карандаша на клочке бумаги, но сейчас он встал.

- Стрелять нельзя. "Maan" будет наш. Снова.

Он бы позволил себя убить, наверное, но не позволил бы стрелять туда, где сейчас находился Анхель. Не боевыми. Не залпом. Не на поражение.

- Разведка. Мне нужна разведка.

Это было что-то невероятное, какая еще к черту разведка, и он ждал вопросов, в последний раз прогоняя в голове задуманное и думая, что рехнулся - холодно и уверенно рехнулся. А ведь еще предстояло убедить офицеров.

+2

3

- Сеньор лейтенант… - начал Висенте и умолк, а затем то же сказал Кампильон: - Сеньор лейтенант…

Санчес промолчал - но уставился на Варгаса с таким же изумлением, как и все остальные.

- Какая разведка? - растерянно спросил Висенте.

- Сеньор лейтенант, - Кампильон был куда более прямолинеен. - Все равно ж придется. Абордаж. Так лучше ж сейчас, пока не ждут.

- Все будет, - Варгас хищно улыбнулся боцману. Открыто. Искренне. - Очень скоро будет, сеньор Кампильон, это я вам обещаю. Вам всем, сеньоры. "Maan" наш. Но сначала я хочу точно знать, с кем Бенито. На его месте мог быть любой из нас, там наши абордажники. Я хочу знать, живы ли они, с кем они, и можем ли мы просто завалить голландца картечью. Вы же знаете, Висенте, после картечи на палубу прыгать - одно удовольствие. А ребята с "Сан-Кугата" те еще волки, дон Гарсиа не брал с собой раненых. Он ведь сразу... Сразу взял бойцов. Сам выбирал.

Варгас прошелся по каюте, снял перевязь, бросил ее на кровать и принялся снимать нагрудник.

- Мне потребуются люди, - сказал он. И черная рубашка, чтобы не светиться в темноте. - Висенте, мне нужна команда в шлюпку. Только те, кто умеет плавать. Кто хорошо умеет плавать. Я так уже делал. В Африке.

Это была не совсем правда, но может, им важно было знать, что это реальный опыт и что это может сработать.

- Мы подойдем к "Maan". На шлюпке. Не близко. А дальше... Я передам сигнал в шлюпку с палубы, у них там есть фонари. Сброшу нашим бойцам штормтрап, они поднимутся на борт, ко мне. И вы тоже увидите. Каким бы ни был этот сигнал, это будет сигнал к абордажу. Если там все плохо, сигнала не будет. Я вернусь в шлюпку, мы вернемся на "Консуэло" и, опять-таки, пойдем на абордаж. Это... Потеря времени, - хмуро согласился он. - Но небольшая. Я не хочу списывать наших людей.

- Сеньор лейтенант! - это сказали все трое, даже Санчес.

- Как вы наверх-то попадете? - недоверчиво уточнил Висенте.

- А ежели шлюпку заметят? - Кампильон был очевидно преисполнен сомнений. - Да наверняка ж заметят - или услышат.

- У них есть порох, - сказал Санчес. - Немного, бочонок. Не для пушек, но есть - сеньор Бенито брал. И пули - для своих. Извините, сеньор лейтенант.

- И кто же у нас так плавает-то, чтоб с оружием?

- А ежели вас схватят?

+2

4

Варгас молча вытащил из сундука сначала черную рубашку - самую простую, еще и в ржавых пятнах, зашитую по рукаву. Там же, где по его предплечью тянулся шрам, но заметить это мог бы только Анхель, который знал...
Анхель.
На свет появилось ложе от боевого арбалета со спусковым механизмом и дуга, обмотанная тетивой. И лейтенант сноровисто принялся все это собирать. Привычно.

- Это ответ на ваш вопрос, Висенте, - коротко пояснил он. - У меня будет свой трап.

Франсиско даже не улыбнулся.

- Часового я сниму, если потребуется. Может, даже никто не заметит. Но выберу место, где никого не будет. Мне нужно, чтобы шлюпка подошла на расстояние выстрела, и только. Я бил косулю в голову из него. Я покажу. Если шлюпку заметят, поорете из шлюпки, что решили капитана навестить. Над вами посмеются, но и только. Даже если захотят стрелять из ружей... В темную шлюпку на темной воде...  - он покачал головой. - Не захотят. Напрашиваться не захотят. А я доплыву и влезу по веревке. Висенте, мне не нужно, чтобы ваши бойцы плавали с оружием. Я вообще не думаю, что они будут плавать, это на всякий случай. Сеньор Кампильон, если меня схватят, в шлюпке это точно услышат. А может, и увидят. Тогда вспомните свои слова - все равно ж придется. И действуйте.

- Сеньор лейтенант…

- Прошу прощения…

- Сеньор лейтенант…

Ошарашены были все, но первым облек свои сомнения в слова Кампильон:

- А зачем вообще, сеньор лейтенант? Ну то есть, ежели можно было бы тишком этак всем влезть, было бы что надо, но ведь в шлюпку-то всех не сунешь!

- А если вас возьмут, сеньор лейтенант, я страшно извиняюсь, конечно, но ведь тогда ж ни одного старшего офицера на борту не останется… и навигатора…

- В этом вообще-то что-то есть, - глаза Висенте загорелись при виде арбалета. - А может, вы лучше этого гада, Аранго, снимете?

- Я оставил маршрут, - Варгас кивнул на клочок бумаги на столе. - Англия. Ближайший порт и - Лондон. Можно даже на карту не переносить, и так все понятно. Очень просто. Здесь близко. Но я совершенно не планирую умирать. Или попадать в плен. В крайнем случае, прыгну с борта с громким воплем и вы будете меня дразнить всю дорогу до Лондона...

Он сменил рубашку, нашел за кроватью пояс, приладил два ножа, так и бросив перевязь с палашом валяться на кровати. По веревке лезть трудно, если что-то пойдет не так, можно вбить нож в борт - и закрепиться или передохнуть, ожидая, когда слишком бдительный часовой уйдет.
Франсиско затянул ремень и подмигнул сержанту.
Аранго.
Очень может быть. Очень хотелось бы. Если очень повезет.

- Подумайте, сеньоры. Может, и матросы с "Сан-Кугата" не слишком хотят быть мятежниками. А мы их картечью. Столько достойных людей. Я только... Послушаю. Посмотрю. И сразу обратно.

+2

5

Разумеется, спор на этом не закончился, но со старшим офицером и в принципе трудно спорить, а когда он уже принял решение, это еще и бесполезно. Висенте добился того, что шлюпка будет спущена с противоположного борта и зайдет по очень широкой дуге. Кампильон получил исчерпывающие указания на то, что им всем следует делать, если “Maan” поднимет паруса. Санчес в основном молчал, но поглядывал на лейтенанта с глубоким подозрением и в конце предположил, с многочисленными извинениями, что дону Анхелю этот план бы не понравился.

- Если сеньор лейтенант попадет, доплывет и поднимется…

- Ну, божья ж матерь Аточская! Висенте, зачем?! Ежели Бенито с Аранго грести решил, так что же - мы и драться не будем, что ль?

- Я не вполне понимаю, сеньор лейтенант, насколько вы сможете что-то узнать…

Полчаса спустя шлюпка отошла от корабля. Щедро смазанные уключины почти не скрипели, а гребцы были одеты в темное и даже приготовили заранее платки, чтобы замотать лица.

- Удачи! - громким шепотом напутствовал Висенте и, повернувшись, обнаружил позади себя Эчеверрия.

- Я умею немного читать карты, - сказал тот, ковыряя в зубах кинжалом. - Но он вернется.

+2

6

Варгас ни секунды не сомневался, что Рохасу этот план бы не понравился, но сейчас ему было плевать. На все, кроме самого Рохаса.
Лейтенант понятия не имел, что ему удастся разведать, но отправлялся он, по правде сказать, совсем не за этим. Но сказать об этом своей команде... Офицеры сочли бы его умалишенным и дело кончилось бы дурно, пусть не бунтом, но домашним арестом - "пока не остынете". Это в лучшем случае.
Он был зол. На Рохаса, с его пресловутой осторожностью, которой никогда не существовало, но еще больше - на Гарсиа, что посмел протянуть лапы к его Анхелю, и ведь его били там, на палубе, валили гурьбой, что совсем уже дурно выглядело, это точно мятеж, и до Лондона Рохас живым не доберется. Стоит "Консуэло" исчезнуть из вида, как такому пленнику перережут глотку. А может, сделают это, уже имея английский берег на траверзе.
От этого становилось плохо заранее. Тоскливо, мутно и холодно, как будто он терял что-то очень важное. И Варгас не собирался Анхеля отдавать, и согревала его злость и надежда, что еще не поздно. Не поздно, пока он не сделал все возможное.

- Табань, - тихо сказал он, когда борт "Консуэло" остался позади, а китовая туша "Maan"  сильно выросла перед их глазами. Шлюпка замедлила ход и после паузы Варгас добавил: - Суши. Попробую отсюда.

Он взвел арбалет, вложил болт с тонким, но крепким линем, и прицелился. Сидя было неудобно. Пришлось встать на банку - на одно колено. Шлюпка покачивалась на волнах, но голландец был не такой мишенью, чтобы можно было не попасть... Но вот часового отсюда не снять - не в голову точно...
Варгас задержал дыхание, надавил на скобу. И, конечно, ничего не услышал - оставалось только надеяться, что болт действительно вошел как надо, и что веревка окажется в том месте, где он ожидал ее найти.
И что часовой на палубе, если такой был, не услышал глухой удар в фальшборт.
Лейтенант положил арбалет. Еще раз проверил пояс, ножи - каждый держался в ножнах на шнурке, не вытащишь сразу, но и не потеряешь, на море особенно.

- Не поминайте лихом, - пробормотал он, осторожно переваливаясь через борт. Меньше плеска - легче жить.

- Скажете тоже, - донеслось из шлюпки.

Ночью вода казалась холоднее, чем днем, но плавать Варгас всегда любил. Мгновения, когда пропадает вес и море словно держит тебя в ладонях. Когда ты один на один с самим собой и дикой стихией, для которой, как для Господа Бога, все равны. А может, и равнее, потому что морю плевать на святых и грешников, у него свои законы.
Борт голландца приближался медленнее, чем хотелось. А может, так только казалось. И с местом он ошибся - пришлось поплавать у борта, разыскивая свисающий конец. Потом как следует за него подергать. И только потом осторожно, постоянно прислушиваясь, лезть вверх. Ладони Варгас еще на "Консуэло" обмотал обрывками старой рубашки, и сейчас ему это сильно пригождалось.

+2

7

Свет вахтенного фонаря капитанской каюты почти не достигал, и оставленный около нее часовой, постояв минуту-другую в неподвижности после ухода Торрего, сделал шаг к двери, напряженно прислушиваясь - не то к темноте вокруг, не то к происходящему внутри. Корабль спал - как полагается кораблю, шумно - поскрипывая снастями, скрипя кожей колетов и вскрикивая порой во сне. От правого борта, где собрались люди Бенито, доносился чей-то громкий храп, время от времени слышался лязг железа и шепот. Прошел, насвистывая, обходивший палубу вахтенный, и часовой подобрался ближе к двери, а затем прижался к ней, прижался ухом, и, если бы кто-то подошел достаточно близко, чтобы разглядеть выражение его лица, он увидел бы широкую ухмылку - не то мстительную, не то мечтательную, но ничего приятного в ней не было.

+2

8

Варгас ухватился за фальшборт, подтянулся на руках и через миг оказался на палубе, щедро поливая ее морской водой. Присел, оглядываясь по сторонам, и двумя руками сразу распустил завязки ножей, справа и слева.
"Хуан", моя ненависть. Собравший на себе все дерьмо и Запада, и Востока сразу. Не думал, что доведется вспомнить тебя добрым словом, но спасибо - и будь ты проклят. 
Франсиско торопливо отжал рубашку, чтобы не оставлять щедрый след из капель. Под бортом останется мокрое пятно, и кто-то внимательный может заинтересоваться, и даже найдет веревку, если как следует перегнется через борт - и что?..
Кто-то пришел из моря?..
Франсиско убил бы часового, но того не оказалось в пределах видимости. Хорошо, если забился куда-нибудь и спит, но рассчитывать на это...
Сориентировавшись, он бесшумно двинулся к каютам старших офицеров. Дерево палубы приятно ложилось под босые ноги, казалось даже теплым.
Рукоять ножа тоже приятно грела ладонь.
Он не держал слово. Ему надо было найти Бенито - по-хорошему, так и следовало поступить. Но думать он мог только об Анхеле, и шел за ним - как по невидимому компасу. Он знал, куда идти.
Логика. Гарсиа.
Логика с характерным привкусом тоски и боли. Что угодно могло случиться, у этих двоих была долгая история. А Варгасу пришлось сначала спорить со своими офицерами, потом они спускали шлюпку, потом шли к голландцу, потом он плыл...
Долго. Так долго!..
К мокрой и очень тихой тени, крадущейся по хорошо знакомому кораблю, никто не проявлял особого внимания. Франсиско прилагал для этого все усилия.
Часовой у дверей каюты стоял полубоком, можно сказать, даже задом. Варгас подивился такой удаче, и еще тому, что там, оказывается, было, что подслушивать.
Значит, живой. От сердца немного отлегло - совсем чуть-чуть.
Он бы бросил нож, в других обстоятельствах, но сейчас нужно было сохранить тишину. Бить наверняка.
Франсиско не интересовало, к какой команде принадлежит солдат. Его интересовало одно - успеет он заорать или нет. Черт, слишком близко к двери, не перехватить...
До часового оставался шаг. Тот слушал, припав ухом к доскам.

"Псст!" - шепотом окликнул его Варгас.

Часовой резко обернулся. Резко и медленно, как во сне. Начали широко раскрываться глаза. Округляться рот.
Нож вошел под подбородок, до хруста. Франсиско придержал бьющееся тело, крепко прижав его к себе. На руку текло горячее.

- Тихо, тихо...

Почти беззвучный шепот вместо отходной молитвы.
Несколько бесконечно долгих мгновений спустя он опустил часового на палубу. Выдернул нож. Вышло неаккуратно, будто резали свинью, и Варгас мысленно попенял себе за это. В воздухе стоял резкий запах горячего металла, запах свежей крови.
Он тоже прислушался у двери. Не услышал ничего и толкнул дверь.
Если Гарсиа внутри...
Он заорет?
Если успеет...
В каюте тоже пахло кровью, это было первое, что понял лейтенант. Второе...
Он сглотнул, отступил обратно, не закрывая двери.
Гарсиа лежал на полу, как не лежат живые. Посреди каюты стояли двое, сжимая друг друга в объятиях. Не видя ничего вокруг. Слившись в поцелуе.
Анхель.
Мауро.
Анхель.
Он закусил губу, полной грудью вдыхая этот железный кровяной запах, ощутил его на языке.
Больно.
Можно было не спешить, наверное.
Нельзя было.
Можно...
И нож был в руке, неприятно липкий от застывающий крови, и спина так близко. И руки Анхеля на ней.
Будь он волком, он бы выл. Он бы развернулся и молча ушел, и потом выл где-нибудь, далеко, под небом, где никто.
Но он был грандом испанского королевства. Что он мог, кроме как нацепить маску бесстрастия, совершенно мертвую, потому что другая слезла бы моментально, обнажая все, что он чувствовал.
У него всегда было плохое лицо для политика.

- Извините, что помешал, - сказал он негромко. - Часового нет.

И шагнул назад, чудом не споткнувшись о брошенный труп. Не слишком что-то видя. И надо было еще драться, это ведь был не конец, и эта мысль неожиданно вытащила его обратно, к миру и этой ночи, к окружающим людям.
Он все-таки мог еще кого-то убить.

+2

9

- …мать, - сказал Мауро.

Рохас ничего не сказал - тоже разжал объятие, не сразу, но потому лишь, что не сразу понял, а когда понял, из рук вдруг ушла вся сила. Курро? Не могло быть… Здесь? Здесь?! Курро?

«…помешал»?

Рохас чуть не бросился следом - может, и бросился бы, но между ним и дверью стоял Мауро, и Мауро что-то спрашивал, и Рохас даже сумел понять что. Откуда он здесь взялся, конечно.

- Не знаю, - он только начинал понимать умом то, что сразу поняло тело. Курро, который как-то оказался здесь - часовой…

Мауро опять что-то спросил, и только тут Рохас осознал все до конца.

- Нет, - чуть слышно ответил он. - Не будет. Он уже знает. Догадался.

- Что с тобой?

Опомнившись, Рохас наклонился, подбирая с пола окровавленный палаш. Мауро смотрел… странно. Нельзя, чтобы он узнал… И нельзя было давать повод…

Рохас сжал рукоять палаша зубами, чтобы заправить рубашку.

- Откуда он взялся? - переспросил он затем - как будто это было самой важной вещью на свете. Может, и было.

- Ты лучше скажи, что мы делаем.

Рохас улыбнулся - без тени веселья.

- Сейчас узнаем, - сказал он, задул лампу и перешагнул порог каюты.

+2

10

Варгас встретил его рядом с трупом. Он стоял, брезгливо оттирая руку отрезанным куском рубашки мертвеца, потому что надо же было чем-то заниматься. Смотрел, слушал, вынуждая себя видеть и слышать - потому что мог подойти кто угодно, а эти двое...
Черт его знает, что они задумывали, эти двое.

- Веревка, - сказал он, ощутив рядом присутствие Анхеля. И от того, как привычно это вышло, - узнать, что он рядом, не глядя - в груди стало тесно.
Варгас сжал зубы на миг, унимая все, что хотелось сказать. И нельзя было, не то, что сейчас - вообще нельзя было.

- По правому борту, напротив грота. Шлюпка рядом, в ней бойцы. Бросить им трап или уходим?

Он совершенно не хотел уходить. И еще Бенито - что с ним?
Впрочем, Бенито как раз мог что-то знать. Как Санчес. Это было бы здраво, иначе - как, что делать после этого выстрела с Консуэло?.. Что Хело вообще планировал, вот это?..
И Мауро. Он тоже знал, наверняка.
В это как-то особенно легко верилось.

+2

11

Рохас стиснул на миг зубы, справляясь с нахлынувшей волной чувств и желаний, ни одному из которых нельзя было дать волю.

- Охренеть, - прошептал Мауро. - Таки абордаж!

- Трап, - Рохас не сомневался ни мгновения. Торрего говорил, что люди Бенито собрались у правого борта, где-то совсем рядом. Если бы он закричал… не мог закричать. И нельзя было, конечно, началась бы свалка - неважно. Все было уже неважно - или еще не важно. - Бенито - у бизань-мачты?

- Бенито здесь, - шепнула тьма под ногами и за ограждением. - Прямо сюрприз за сюрпризом, дон Анхель. Красиво вы часового, дон Франсиско. Спускайтесь к нам.

+2

12

В ответ на этот голос Варгас - то, чем он сейчас был - не смог не улыбнуться. Не очень красиво, не так аккуратно, как хотелось, но он бы продолжил. Вымещая и обиду, и злость, и ревность, конечно.

- Я сброшу трап, сеньор капитан. Кто-нибудь, посигнальте "Консуэло". Мы договорились. Если помахать с борта фонарем, они пойдут на абордаж. Нам нужна еще поддержка? Сколько мятежников?

Он уже спускался, не до конца за себя ручаясь. Лучше было что-то делать, он бы взорвался. До зубовного скрежета хотелось драки. Забыться.

+2

13

- Мятежников, - Рохас подчеркнул это слово голосом, так же споро и беззвучно спускаясь за своим лейтенантом, - мало. Но дураков много. Если на «Консуэло» что-то начнется, они будут драться и они будут готовы.

Это он говорил уже на палубе, удерживая Бенито за рукав - и не Франсиско, как бы безумно он ни хотел до него дотронуться, убедиться, что это не призрак. Это был Курро, его голос, его облепленный мокрой одеждой силуэт и бесстрастное лицо - но не его тепло, не запах его духов, и Рохасу казалось отчего-то, что все это обман. «Простите, что помешал». Это могло быть шуткой - и не было.

- Трап сбросят наши, дон Франсиско, - шепнул Бенито, - их узнают, вас нет. Там часовой.

- Там, - Мауро ткнул большим пальцем через плечо, - тоже был часовой.

- Тихо, - сказал Рохас, предупреждая все, что мог сказать Бенито. - Прикажите зарядить мушкеты, сержант, но тихо. Мы можем сбросить им трап ближе к нам? Свечку привязать, чтоб заметили?

- Поджечь снизу, - согласился Бенито - так же, без малейшего веселья в голосе.

+1


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Предыстория » О тех, кто приходит из моря. Июнь 1624. Северное море