Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+



Происходящее в игре (случайная выборка):



«Не сотвори кумира…» – А металл? 11 марта 1629 года: Двое наемных убийц сговариваются об общем деле.
Дурная компания для доброго дела. Лето 1628 года.: Г-н де Лаварден и г-н де Ронэ отправляются в Испанию.
Едем! Куда? 9 марта 1629 года: Месье в обществе гг. де Ронэ и Портоса похищает принцессу и г-жу де Вейро.
Guárdate del agua mansa. 10 марта 1629 года: Г-н де Ронэ безуспешно заботится о г-же де Бутвиль..

Бутвилей целая семья… 12 марта 1629 года: Г-н де Лианкур знакомится с г-жой де Бутвиль.
Белый рыцарь делает ход. 15 февраля 1629 года: Г-н де Валеран наблюдает за попытками Марии Медичи разговорить г-на де Корнильона.
О тех, кто приходит из моря. Июнь 1624. Северное море: Капитан Рохас и лейтенант де Варгас сталкиваются с мятежом.
Высоки ли ставки? 11 февраля 1629 года.: Г-жа де Шеврез играет в новую игру, где г-н де Валеран - то ли ставка, то ли пешка.

Пасторальный роман: прелестная прогулка. Май 1628 года: Принцесса де Гонзага отправляется с Месье на лодочную прогулку.
Любить до гроба? Это я устрою... 12 декабря 1628 года: Г-н де Тран просит сеньора Варгаса о помощи в любви.
Кузница кузенов. 3 февраля 1629 года: М-ль д’Арбиньи знакомится с двумя настоящими кузенами, одним названным и одним примазавшимся.
Нет отбоя от мужчин. 16 февраля 1629 года.: М-ль и г-н д'Арбиньи подвергаются нападению.

Игра в дамки. 9 марта 1629 года.: Г-жа де Бутвиль предлагает свои услуги г-ну Шере.
Кружева и тайны. 4 февраля 1629 года: Жанна де Шатель и «Жан-Анри д’Арбиньи» отправляются за покупками.
Какими намерениями вымощена дорога в рай? Май 1629 г., Париж: Г-н де Лаварден и г-жа де Вейро узнают от кюре цену милосердия и плату за великодушие.
"Свинец иль золото получишь? - Пробуй!" Северное море, июнь 1624 г.: Рохас и Варгас знакомятся еще ближе.


Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календари эпохи (праздники, дни недели и фазы луны): на 1628 год и на 1629 год

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть IV: Жизни на грани » Белый рыцарь делает ход. 15 февраля 1629 года


Белый рыцарь делает ход. 15 февраля 1629 года

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

После эпизода О пользе зрелых размышлений. 13 февраля 1629 года

0

2

Угроза королевы-матери могла оставить внешне равнодушным г-на кардинала, разозлить короля и повеселить Месье, но Валеран был всего лишь одним из ее придворных, и его эта внезапная перемена тона не на шутку смутила. Что знала ее величество об этом человеке, чтобы не только пожелать его увидеть своими глазами, но встревожиться за его безопасность? Только ли в возможности вбить клин между молодой королевой и первым министром тут было дело?

Так или иначе, Валеран принял свое поручение всерьез, пусть и прокляв раз сто свое желание услужить своей повелительнице, и отправился сперва к капитану ее швейцарцев. Человек более опытный сумел бы убедить этого вояку взять все заботы на себя - Валеран добился лишь удвоенной охраны при аудиенции и пяти вместо изначально предложенных двух швейцарцев для перевозки пленника из Бастилии в Люксембургский дворец. Г-н дю Трамбле, комендант Бастилии, был не более осторожен и напрямик сообщил Валерану, что в сопровождение им не даст никого - в тот момент, когда узник покидает крепость, его, г-на дю Трамбле, ответственность заканчивается.

- Но вы не волнуйтесь, - заверил он под конец, - он у нас стал тихий и на людей не кидается.

Валеран свою шкуру ставил высоко и решил перестраховаться:

- В таком случае, позаботьтесь о кандалах.

- Гм, - сказал г-н дю Трамбле с явным разочарованием в голосе, - а веревок вам не хватит? Понимаете, кандалы это ж такое дело, а ну как кузнец его обожжет по ходу? Они ж люди грубые, а тут дворянин.

- Пусть будут веревки, - неохотно уступил Валеран, и на следующий день после этого разговора пленника без сучка без задоринки доставили в Люксембургский дворец. Секретарь ее величества назначил аудиенцию на четыре часа дня, но на всякий случай привезли его к трем, и Валеран, вынужденно коротавший со своим подопечным время ожидания в боковой приемной, к тому времени, когда ее величество соизволила вызвать к себе узника, успел возненавидеть его до глубины души. Маска придворного, однако, полностью скрыла его чувства, и в залу, где находилась королева со свитой, он вошел с обычным почтительным выражением лица - которое, впрочем, вряд ли кто-либо заметил, потому что он вошел последним, уже после пленника и охранявших его швейцарцев.

+4

3

Любопытство - страшная вещь. Женское любопытство - ещё и опасная. А именно оно, прежде всего, двигало Марией Медичи. Когда ввели пленника, она едва не воскликнула в изумлении: "Этот мальчишка?!" В самом деле, юноша был так молод...или выглядел младше своего возраста, а может, и то, и другое вместе. Связанный юноша был безоружен и беззащитен перед ней, от которой сейчас зависела его свобода и, возможно, жизнь. Но не было ни тени покорности в нём, он словно бросал всему вызов - и это не могло ей не понравиться и не рассмешить - ох, эта самоуверенность!.. Валеран, кажется, решил перестраховаться - чтобы наверняка...

- Подойдите-ка сюда, сударь... Месье де Валеран, - это уже было обращено к тому, кто привёл его, - благодарю вас. Будьте рядом - вы можете мне ещё понадобиться. - Теперь всё её внимание было вновь обращено на молодого человека.
- Вы здесь по моему приказу. У меня есть некоторые вопросы к вам - полагаюсь на вашу честность, знайте - ваша судьба зависит сейчас лишь от вас, от того, как вы будете отвечать мне. Я хочу услышать от вас как всё было на самом деле. Итак, что произошло? И - что вы успели сделать уже сейчас, отчего понадобилось вас связать?
Кроме того, что это было сделано для того, чтобы перестраховаться, должны были быть и другие причины. Так с дворянином обычно не обращаются. И на аудиенцию к королеве не приходят связанными... Необычной была ситуация - потому, что вся история с участием этого шевалье была странной и вызывала много вопросов, потому, что было трудно представить, что можно было сделать, чтобы заслужить подобное обращение...

Отредактировано Провидение (2019-04-06 01:35:47)

+3

4

В роскошный зал Люксембургского дворца шевалье де Корнильон вошел с гордо поднятой головой. Изяществом костюма он почти не уступал придворным. Манера держаться также совсем не соответствовала его нынешнему статусу. Только очень не хватало привычной перевязи с толедским клинком. И связанные руки уже затекли. Правая рука болела – раны еще не успели толком зажить…

Зачем он понадобился Марии Медичи, Илер догадывался. И эта догадка тут же подтвердилась. Королева-мать интересовалась подробностями той не успевшей начаться прогулки – значит, версия, придуманная маркизом, убедительной ей не показалась. Но среди ее вопросов был один, который позволял немного протянуть время, а заодно возвратить «любезность» тому излишне предусмотрительному придворному. Илер слегка склонил голову перед всевластной дамой, а после ответил, подчеркнуто вежливо:

-Прошу меня простить, Ваше Величество, но я не знаю ответа на заданный вами вопрос, поскольку не являюсь автором сегодняшнего фарса.

Слово – тоже оружие, причем порой вернее клинка…

Отредактировано Илер де Корнильон (2019-04-06 18:23:32)

+2

5

Сказать, что королева-мать была поражена - значит не сказать ничего. Потому что самоубийцей этот молодой человек как будто не был и направлен был этот укол, скорей всего, на кого-то другого... Валерану можно было посочувствовать, но Марии Медичи сие чувство было несвойственно. Если фарс - эта аудиенция, то автором фарса является она сама... Версия маркиза теперь не казалась такой уж неубедительной - становилось понятно, что могло так задеть гвардейцев Его Высокопреосвященства, что они забыли о всяких эдиктах... Изданных их же патроном.

- Как я погляжу, молодой человек, у вас всегда при себе надёжное оружие. Но смотрите - как бы оно не обернулось против вас. - Он удачно сейчас избежал ответа на первый вопрос о том, что случилось, но, как ни верти, дать ответ придётся.
- Месье де Валеран, прикажите, наконец, развязать этого молодого человека, с которым вы, я полагаю, уже несколько знакомы. Да, и кто же, интересно мне знать, автор этого... - Мария Медичи усмехнулась, обведя взглядом всех придворных - ...фарса, как изволил выразиться шевалье?
Держать его связанным смысла не было: дворец полон охраны, сбежать нет никаких шансов и оружия, кроме острого языка, у него тоже нет. Тем более, что у неё были некоторые планы. "Что вы о нём думаете?" - так и хотелось спросить, но, как догадывалась Мария Медичи, судя по надменному виду юноши (словно и не был он пленником!), а также его речи - острым стрелам, оно вряд ли будет в пользу последнего. Потому что никто не осмеливался ещё вести себя столь вызывающе-дерзко...но при этом сохраняя некоторую почтительность - и потому только она до сих пор не разозлилась. Что не означало, что этого не произойдёт в любой момент.

Отредактировано Провидение (2019-04-08 18:04:45)

+3

6

Если бы Валеран присутствовал при аресте г-на де Корнильона в кардинальском дворце, при его столкновении с гвардейцами в обществе Анны Австрийской и ее подруги или даже при его появлении в Лувре с известием о похищении г-жи де Мондиссье, он заключил бы к тому времени, что для г-на де Корнильона фарсом является любое происшествие, в котором он выступает в неприглядной роли. Но Валеран знаком с г-ном де Корнильоном не был и поэтому, так же, как и прочая свита королевы-матери, в буквальном смысле слова лишился дара речи. Гроза казалась неизбежной, однако, прежде чем кто-нибудь опомнился в достаточной степени, чтобы призвать молодого наглеца к порядку или обратить всю полноту благородного негодования на подлеца, унизившего несчастного юношу, королева-мать заговорила сама, и Валеран, пусть и оказавшись мишенью ее ответа, склонился ниже в знак не только покорности монаршьей воле, но и невольного восхищения. О, он знал, что рискует, не приказав развязать г-на де Корнильона немедленно по прибытии в Люксембургский дворец, но то был рассчитанный риск царедворца, которому не привыкать принимать на себя вину с тем, чтобы тем выигрышнее смотрелась его покровительница. Валеран был негодяем в этой мизансцене, ее величество - воплощением милосердия, и великодушие, с которым она отнеслась к грубости озлобленного узника, вызвало в зале легкий шепоток восхищения, пробежавший ветерком по рядам придворных. Конечно, говорил этот шепот, винить следовало слишком ретивого слугу, и кто задумывался в этот миг о том, что за награда его ждет в будущем за унижение, испытанное в настоящем, и сколь искренними были выраженные в этой зале чувства?

- Моя вина, ваше величество, - покаянно произнес Валеран, делая ближайшему швейцарцу знак развязать веревку, стягивающую сзади запястья узника, - если в моем рвении защитить вас я преступил границы, однако умоляю меня простить - даже шут может оказаться опасен.

Швейцарцы, ненавязчивыми тенями маячившие за троном королевы, незаметно придвинулись ближе.

Отредактировано Валеран (2019-04-08 17:51:15)

+4

7

- Опасен? - недоверчиво переспросила регентша. - Ваше рвение, конечно, похвально, но я не думаю, что от этого молодого человека может исходить опасность. Ведь иного оружия, кроме острых слов,  у него нет.

Как непохоже на Марию Медичи, если не знать, что это было частью некоего плана. Опыт говорил ей, что ждать благодарности от людей бесполезно, она и не ждала её, но благородный человек отвечает услугой на услугу... Хотя с её стороны это была скорее милость. Можно даже назвать это обменом. Сведения, которые она хочет знать - и которые надеялась использовать для осуществления своих замыслов - в обмен на...свободу, например. О, королева-мать могла дать многое - и то, чего она хотела, было не такой большой ценой.

- Итак, шевалье, я слышала много версий этой истории от разных людей, теперь мне хотелось бы услышать от вас, что же всё-таки произошло на самом деле.

Марии Медичи было ужасно интересно, что может рассказать, что ещё знает этот молодой человек из свиты Мирабеля. Наверняка у них будут похожие истории - если маркиз успел с ним договориться об этом, и всё равно он может невольно выдать ещё что-то - нечто, чего маркиз не мог знать... Или мог не знать. Если шевалье рассказал не всё. По каким-то причинам. Помимо того, у королевы-матери были некоторые другие вопросы, на которые ей хотелось получить ответ, и юноша этот мог их знать, но всё это не сейчас, не сразу, немного позже... Когда она увидит, что - и главное, как - будет он отвечать, будет ли выкручиваться или говорить правду.

Отредактировано Провидение (2019-05-06 22:57:10)

+3

8

Пока кто-то из швейцарцев возился с узлами – их, разумеется, затянули на совесть, Илер всем своим видом демонстрировал, что все это его совершенно не касается. Только на щеках пылал алый румянец – пережитое унижение оставалось унижением, а рассчитаться за него как подобает возможности, увы, не было.

У него было только одно оружие. И этим оружием шевалье сейчас собирался воспользоваться в полной мере.

- Ваше Величество,  вам ведь уже известна история, которая произошла из-за таких слишком рьяных «защитников». Не могу позволить себе утруждать вас ее повторением. Лишь добавлю – некоторые господа…, - Илер взглянул на Валерана, - в своем желании услужить порой бывают опаснее врагов...

Теперь – небрежным жестом поправить манжеты. Впрочем, сделать это удалось ровно наполовину - правая рука пока вообще не слушалась.

+3

9

"Некоторые господа... Прекрасно, шевалье, вижу, разговор не будет скучным. А какая небрежность, гордость! Да он ведёт себя, этот шевалье, словно принц крови! Надо узнать о нём больше. Спокоен, будто происходящее не касается в первую очередь именно его. Он может знать больше, чем кажется, надо заставить его потерять осторожность - чем-нибудь неожиданным, надо, чтобы он рассказал всё..."

- Вот как? Вы согласны с тем, что рассказывают, будто вы нарочно спровоцировали гвардейцев кардинала и выдавали одну из ваших спутниц за королеву Анну? Довольно необычная идея… Однако… есть два смущающих момента в этой истории. И первый – то, что моя невестка, несмотря на то, что вы воспользовались её именем как предлогом для не самого хорошего дела – драки с гвардейцам, нисколько не рассержена и даже написала Его Высокопреосвященству, чтобы он освободил вас.

Нового она ничего не сообщала, весь Париж уже давно об этом говорил, и только узник мог не знать – а мог и знать. Мария Медичи могла бы понять, если бы королева Анна рассердилась, стала требовать наказания для дерзкого шевалье – ведь это в некотором роде неуважение к королевской особе. Или настолько велика привязанность испанской инфанты к своей придворной даме, что Анна ради неё согласилась простить дерзеца? Правда, был ещё один вопрос… Стоило ли задавать его сейчас? Пожалуй, стоило – да так, чтобы нелегко было выкрутиться. Пауза продлилась не более нескольких секунд, необходимых, чтобы принять это решение.

- А во-вторых, я узнала, что причиной ареста послужило нападение на гвардейцев кардинала, охранявших нечто секретное. Что можете сказать вы на это?
Мария Медичи с нетерпением ожидала ответа, заранее решив, что ложь, если шевалье скажет, будто не знает, о чём идёт речь – и что она своего добьётся, так или иначе.

Отредактировано Провидение (2019-04-22 20:19:44)

+2

10

С известной королеве-матери версией событий Корнильон был совсем не согласен, однако сказать об этом не представлялось возможным. Напротив, следовало согласиться. Илер был твердо уверен, что версия, отличная от изложенной маркизом, может навредить Анне Австрийской и дону Гутьерре.

Сказанное Марией Медичи в следующее мгновение стало для Корнильона громом среди ясного неба. Прекрасная Анна пыталась добиться его освобождения! Шевалье мог бы выдать румянец, но щеки уже пылали. Мысли спутались – хорошо, что на первый вопрос королевы-матери можно было ответить чистую правду:

- Это поступок, достойный королевы, и ничего кроме восхищения он вызвать не может.

А сердце колотилось все сильнее. Ясно - тайный ход тайной давно не является! Но прекрасная Анна об этом не знала... Нет, об этом потом, сейчас нужно другое… Илер слегка улыбнулся:

- Вполне может быть, что господа гвардейцы охраняли нечто секретное. Только вот к данному им приказанию они почему-то отнеслись без должного внимания и легко оставили пост, излишне заинтересовавшись моей спутницей. Почему так произошло, наверное, стоит уточнить у их командира

Отредактировано Илер де Корнильон (2019-04-24 20:17:13)

+4

11

При последних словах молодого наглеца Валеран невольно подался вперед и тут же заметил, что насторожились многие. Гордец Кавуа тоже как-то замешан в эту историю? Нет, разумеется, капитан не может не знать, что охраняют его люди, но как бы понять теперь, что они действительно охраняли? Что-то важное и тайное - любовное гнездышко кардинала, например?

В это мгновение Валерана осенило. Что если все это время они искали не там? А на самом деле движущей силой во всей этой истории была фаворитка королевы? Все сразу становилось на свои места - даже мнимая королева: просто савойская интриганка разузнала где-то про эту тайну, решила выяснить, что они охраняют, и подрядила своего любовника… Да нет же, не только его, один человек маркиза де Мирабеля мог быть случайностью, но двое… Оттого-то молодая королева и бросилась ей на выручку, и оттого-то эту историю замяли - потому что она-таки выяснила что-то неприглядное, и оттого, наконец, молодая королева не только пыталась, но и надеялась освободить никому не нужного дворянчика - он не был частью договора и мог наболтать лишнего. Конечно, сам он ничего не понял, по нему видно было, что он всего лишь еще один нищий провинциал с чрезмерным гонором и ловкой шпагой, но если правильно спросить…

Он бросил быстрый взгляд на ее величество, безмолвно испрашивая разрешения вмешаться, и проговорил:

- Возможно, госпожа де Мондиссье знала, что отвлечет их внимание.

А ведь в самом деле, савойская выскочка легко могла добыть платье королевы - как же иначе они смогли выдать за нее свою ставленницу? Одного испанского акцента тут не хватит, и светло было для совсем уж поверхностного сходства, и даже обращение «ваше величество»… Но тогда она была совсем не жертвой, и гвардейцев отвлекли, изобразив нападение на королеву или что-то в этом роде, и вся интрига была намного сложнее, чем можно было заподозрить.

+4

12

Королева-мать нахмурилась. О госпоже де Мондиссье, или "савойском подарке", как ещё говорили о подруге королевы Анны, она пока только слышала, и надо сказать, немало. Но до сих пор всё, что она делала, представлялось всего лишь выходками, шалостями, проистекавшими, видимо, из привычки к свободному образу жизни, который эта дама вела при савойском дворе. Теперь же Мария Медичи пыталась вспомнить всё, что ей известно о савоярке. Что за интрига здесь затевается? За ней надо бы хорошо присмотреть.

- Вы полагаете, месье, то была её идея? - "Кажется, та дама не так проста, как хочет казаться... Но как и чем удалось ей подкупить Анну, которая, как говорят, очень любит эту мадам де Мондиссье?" - Однако шевалье только что подтвердил нам, что задумка была его...
Что же до королевы Анны... Возможно, что она решила сделать это ради г-жи де Мондиссье. Но пока письмо дойдёт, пока будет получен ответ, пройдёт время... Я могу возвратить вам свободу, но это полностью зависит от вас. - Она выдержала некоторую паузу. - Вы знаете, что охраняли гвардейцы?

Отредактировано Провидение (2019-04-27 14:59:00)

+3

13

Как же заманчиво было сейчас оповестить королеву-мать о том, что люди кардинала не сочли необходимым поставить ее в известность насчет некоторых архитектурных особенностей королевского дворца…  И полюбоваться на то, что из этого получится. Все равно тайный ход уже не тайна! Но для прекрасной Анны его неосторожные слова вполне могут обернуться большой бедой. Ведь они могут быть истолкованы как угодно.

Чтобы окончательно избавиться от навязчивых мыслей Илер сжал правую руку в кулак. Медленно, очень медленно. Ожидаемо отозвалась боль. И можно было наконец ответить на вопрос Марии Медичи:

- Откуда мне это знать? Знаю одно – мы не в добрый час решили назначить нашу встречу у Нельской башни…

Отредактировано Илер де Корнильон (2019-05-06 17:18:13)

+3

14

Его было сложно поймать на слове, отвечая, он не давал прямого, точного ответа, ускользая из всех её ловушек... Должен быть способ разговорить его. Он знает, знает больше, чем говорит.
Мария Медичи начинала злиться. Когда вдруг... "Встреча? Вот мы и поймаем вас, шевалье. Ведь дам было двое, а нам стало известно имя лишь одной..."

- Встреча? Право же, несколько...необычное место..для свидания с дамами, вы не находите? Послушайте меня, молодой человек, примите добрый совет: вам ничего не нужно, шевалье, только отвечайте мне правду и у вас будет всё - богатство, слава, титулы и власть... Свобода - не ограниченная ничем. От вас требуется такая малость - лишь правда о том, что произошло.
Неужели устоит, неужели приманка не подействует? Всё, что она могла обещать, не было пустыми словами: королева-мать могла дать это, если бы захотела.
- Как звали вторую вашу спутницу? Что был за секрет, что охраняли гвардейцы кардинала? Вы знаете это, иначе зачем назначать встречу в столь мало подходящем месте - у Нельской башни?

Вкрадчиво звучал голос, а взгляд пронзал насквозь, словно пытаясь прочитать скрытые мотивы юноши, его тайны; она смотрела прямо на него, глаза в глаза, обычно никто долго не выдерживал этого тяжёлого взгляда, а кроме того, сможет ли он солгать - вот так? Слишком многое может его выдать. Она заметила, как сжал он руку, прежде чем ответить - собираясь с мыслями, придумывая или... Или боясь выдать? Кого или что? Было нечто подозрительное в том, что имя второй дамы, изображавшей королеву Анну, так и не стало раскрыто. Но таких случайностей не бывает.

+2

15

Валеран дернулся, услышав это «Откуда мне знать?», и вместе с ним подались вперед и прочие слушатели, по залу пробежал чуть слышный ропот, притихший под повелительным взглядом королевы-матери, но не смолкший окончательно - слишком уж вызывающим было это очередное нарушение приличий.

«Фанфарон, - подумал Валеран, и в тот же миг синьора Сальваджа, которой как многолетней камеристке ее величества, позволялось порой то, чего не спустили бы никому иному, презрительно буркнула: - Scortése!

Многие подавили улыбку, кто-то - без сомнения, надеясь привлечь высочайшее внимание услужливостью - шикнул, но ее величество заговорила снова, и в зале опять повисла напряженная тишина, в которой окружающие закивали с самым задумчивым видом - как будто никому до этого не доводилось посплетничать о странном месте для любовного свидания. Решительно, все сходилось - и г-же де Мондиссье предстояла беседа с королевой-матерью, а о чем умолчит молодой наглец, расскажет его вертихвостка.

+3

16

Королева-мать смотрела на шевалье так, будто знала о нем больше, чем он сам. Но Илер не отвел глаз. Выдержать этот взгляд было непросто, однако вполне возможно. А даром читать чужие мысли Мария Медичи, к счастью, не обладала.

Гораздо труднее было отказаться от возможности купить свободу рассказом про подземный ход, ведущий во дворец – неизвестный королеве-матери и почему-то известный людям кардинала. Бывают дурные сны, когда понимаешь, что нужно проснуться, но не можешь. Пребывание в Бастилии очень напоминало шевалье именно такой сон… Чего стоил один тот чистый лист, неизвестно кем подсунутый под дверь - сложенный и запечатанный…

- Ваше Величество, эта дама согласилась помочь мне в моей затее с одним условием – что ее имя останется тайной. Я дал ей обещание, и не могу его нарушить. К тому же  это имя вам все равно ничего не скажет…

Далее - по сути, повторить уже сказанное. Окончательно отвергая предложенную Марией Медичи свободу. И неизвестно что выбирая взамен.

- Не сочтите за дерзость, но к гвардии кардинала я не имею никакого отношения и потому не знаю ответа на ваш вопрос. А окрестности Нельской башни мы выбрали для встречи как раз потому, что они для свидания совершенно не подходят – чтобы до времени не привлекать излишнего внимания.

Отредактировано Илер де Корнильон (2019-05-15 05:53:23)

+3

17

"Ложь! Вы знаете, что ложь!" - Но как бы ни хотелось королеве бросить ему это обвинение, она не могла - доказательств не было или было слишком мало. У него была возможность... Право слово, что за упрямец! Да, можно было подвергнуть сомнению некоторые его слова - но и тогда не отступит же и будет стоять на своём! О, она видела это в его глазах, когда он не опустил взгляда. Гордый, дерзкий шевалье!

Мария Медичи до поры до времени делала вид, будто не замечает некоторой резкости, даже грубости молодого человека, но всё-таки ему следовало быть осторожнее в выборе слов! Неужто он думает, что она долго будет оставаться в неведении? Особым терпением Мария Медичи никогда не отличалась, а долготерпение - свойство Бога, а не человека. Синьора Сальваджа выразила то, о чём думала и сама королева, потому она сделала вид, будто не расслышала. Королева-мать недооценила шевалье; орешек оказался крепким. Увидев молодого человека, она поначалу подумала, что разговорить его будет не так сложно, но, увы, ошиблась. Оставался только один способ - пусть поразмыслит ещё, но уже не в Бастилии, а в Консьержери. Кто знает, может быть, и одумается. Только бы не стало потом поздно...

- Значит, вы отказываетесь мне отвечать, месье де Корнильон? - ледяным тоном обратилась Мария к юноше. - Я дам вам ещё один шанс. Выбирайте - либо заключение, либо свобода, богатство, положение, титулы - я могу дать вам всё, если вы будете совершенно откровенны со мной. Итак?
Устоит? Нет, такой неподкупности не бывает, должна быть причина... Честь дамы? Даже если так, рискуя собой, он не поможет никому. Регентша выражала нетерпение, было ясно - над молодым человеком нависла гроза. Которая могла разразиться в любой момент.

+2

18

Наблюдая на лицах придворных ту же растерянность, которую чувствовал и сам, Валеран не знал, что и думать - свобода, богатство, чины?.. Мальчишке, который дерзил ее величеству в лицо? Который собирается защищать доброе имя дамы, о которой все знали, что она была всего лишь нанятой куртизанкой? И это когда на самом деле…

В это мгновение блуждающий взгляд Валерана упал на хитренькую мордочку г-на Вотье, личного врача и нового любимца королевы-матери, который как раз в этот момент подмигивал своему менее удачливому коллеге, г-ну Риолану, и тут его осенило. О, мудрость ее величества не изменила ей, и пусть неутоленное ее любопытство и заставило ее пропустить мимо ушей дерзости этого Корнильона, последний ее шаг был более чем разумен.

И в самом деле - юнец показал уже, что намерен держать язык за зубами, но что такое пара недель Бастилии в сравнении с неизвестным будущим? Будущим, в котором он будет уже не в Бастилии, где о нем не забудут, а в Консьержери, где он будет лишь одним из очень многих, таким же незначительным, как последний воришка? Будущим, в котором ему останется лишь вспоминать эти обещания ее величества - щедрые обещания, которые он сейчас отвергнет, потому что кто же продается при всех? Сделай ее величество ему подобное предложение наедине, он мог бы еще поддаться искушению, но - и в этом-то и была вся соль - это были не те обещания, которые кто-либо дает нищему провинциальному дворянчику с намерением сдержать! Взять на службу какое-то ничтожество в обмен на правду о мелкой интрижке? Да пусть даже сама королева ратует за его освобождение - не стоит он того! Нет, подобные секреты покупают куда дешевле, и цена упадет, когда, уже через неделю, мальчишка, обдумывая отвергнутое предложение там, где его пребывание будет намного менее приятным, горько пожалеет, что его не принял.

Впрочем, вернее всего никто о нем не вспомнит, потому что савойская выскочка вряд ли окажется столь же неблагоразумна, и беседа с ней, если и начнется так же, при всех, быстро станет частной - потому еще нет лучшего способа заронить подозрение в верности слуги, чем побеседовать с ним наедине.

Ухмылка г-на де Валерана сделалась при этом совершенно лисьей, и он отметил для себя, что, забирая г-на де Корнильона, укажет сопровождению дорогу вслух - с тем, чтобы те, кто услышит его приказ, могли заключить, что мальчишку ведут в кабинет ее величества и ему предстоит еще один разговор, но уже без лишних ушей.

+2

19

Гроза надвигалась – уже были слышны отдаленные  раскаты грома. Но шевалье это ничуть не удивило и даже почти не встревожило.  После известных событий Илер ко многим вещам стал относиться гораздо спокойнее.

Шевалье понимал, что  Мария Медичи не верит ни единому его слову – она  уверена, что ему известно гораздо больше. Значит, кто-то  убедил ее в этом... Ну что же, лучший способ защиты – это нападение.  И будь что будет…

-Ваше Величество, я совершенно откровенен с вами, - спокойно ответил он разгневанной королеве-матери. -  Мне и моим спутникам просто не повезло оказаться в неподходящем месте в неподходящее время. И похоже что кто-то из близких к вам людей сумел воспользоваться этим стечением обстоятельств в своих целях. Не кажется ли вам, что эта история - лучший способ отвлечь ваше внимание  от чего-то действительно важного?

0

20

Он всегда так спокоен? Это уже начинало раздражать. Но всё-таки потерял осторожность и забылся, потому что иначе и сам бы заметил неувязку с тем, что уже было сказано раньше? Не он ли подтвердил, что нарочно спровоцировал гвардейцев кардинала, фактически вызвав их на дуэль? Что же теперь говорит он, что он и его спутники оказались там случайно?

- Вот как? Неужели? - Глаза гневно сверкнули, она вкрадчиво спросила:
- Тогда, быть может, вы скажете, что не говорили того, что та дама согласилась помочь вам в вашей затее с тем, чтобы она осталась инкогнито? Что же теперь я слышу? Что вы случайно оказались не в том месте не в то время? Это вы называете откровенностью?! - Королева-мать резко поднялась со своего места, веер отлетел в сторону.
- Хватит! Больше я не позволю вам лгать мне! - Судьба шевалье была теперь решена. Что ж, раз сам не захотел по-хорошему... Будем иначе.
- Месье! - королева-мать знаком подозвала Валерана. - У вас есть приказ. Исполняйте его. - И метнула на пленника взгляд, полный молний:  - Надеюсь, там у вас будет время подумать над тем, что я вам предложила.

Там - в Консьержери. И раскаяться, что вовремя не принял её предложения... Но будет уже поздно.
Регентша вновь опустилась в кресло, расправляя складки пышного платья. Кто-то (она не обратила внимания) подал ей вина, но она жестом отклонила его. Мысли были совсем о другом. А если этот юноша прав? Если хотели отвлечь её внимание от чего-то действительно важного? Кто подал ей эту идею, кто рассказал о шевалье? Это она помнила хорошо. Валеран. Нахмурилась. Потом. Об этом ещё будет время подумать.

Она позвала камеристку, синьору Сальваджи - Мария Медичи была в ужасном настроении, а Катарина Сальваджи умела...успокоить...  Не будь молодой человек столь упрям, из него даже мог бы выйти толк. Мария Медичи мысленно усмехнулась: та дама, должно быть, счастлива, имея столь верного кавалера. И всё-таки было любопытно: кто эта таинственная дама? Увы, ей самой не служили так верно... Только из страха или корысти. Но ещё хуже становилось, когда она думала о том, что как бы ни пыталась она вбить клин между Людовиком и Анной, вечно это продолжаться не может - испанка рано или поздно родит дитя и укрепит свои позиции при дворе, став матерью наследника, и тогда с ней будет уже сложно тягаться. А ей хотелось быть единственным источником влияния на сына. Ей хотелось власти.

Отредактировано Провидение (2019-05-22 21:01:13)

+3


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть IV: Жизни на грани » Белый рыцарь делает ход. 15 февраля 1629 года