Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+



Происходящее в игре (случайная выборка):



В предыстории: Гг. Жан де Жискар и Никола де Бутвиль попадают в засаду в осажденном голландском городе. Месье ухаживает за принцессой де Гонзага. Шере впутывается в опасную авантюру с участием Черного Руфуса. Г-н де Бутвиль-младший вновь встречается с г-ном де Лаварденом.

Девица из провинции. 4 декабря 1628 года, особняк де Тревиля: М-ль де Гонт знакомится с нравами мушкетерского полка.
Парижская пленница. 3 февраля 1629 года: Г-жа де Мондиссье и г-н де Кавуа достигают соглашения.
Любопытство - не порок. 20 января 1629 года: Лейтенант де Ротонди вновь встречается с г-ном де Ронэ.
После драки. 17 декабря 1628 года.: Г-жа де Бутвиль и г-жа де Вейро говорят о мужчинах.

Нежданное спасение. 3 февраля 1629 года: Королева приходит на помощь к г-же де Мондиссье.
О трактирных знакомствах. 16 декабря 1628 года.: Г-н де Рошфор ищет общества г-на де Жискара.
Убийцы и любовники. 20 января 1629 года. Монтобан.: Г-жа де Шеврез дарит г-ну де Ронэ новую встречу.

Юнона и авось. 25 февраля 1629 года: М-ль д’Онвиль ищет случая попросить г-на де Ронэ поделиться опытом.
О чём задумались, мадам? 2 февраля 1629 года: Повседневная жизнь четы Бутвилей никогда не бывает скучна.
Мечты чужие и свои. Март 1629 года: Донья Асунсьон прощается с Арамисом.
Страж ли ты сестре моей. 14 ноября 1628 года: Г-н д’Авейрон просит о помощи г-на де Ронэ.

Попытка расследования. 2 февраля 1629 года, середина дня: Правосудие приходит за графом и графиней де Люз.
Рамки профессионализма. 17 декабря 1628 года: Варгас беседует с мушкетерами о нелегкой судьбе телохранителя
Оборотная сторона приключения. 3 февраля 1629 года: Шевалье де Корнильон рассказывает Мирабелю о прогулке королевы.
О встречах при Луне и утопших моряках. 9 января 1629 года.: Рошфор докладывает кардиналу о проведенном им расследовании.


Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календарь на 1628 год: дни недели и фазы луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть IV: Жизни на грани » Хвала Спасителю! 3 февраля 1629 года


Хвала Спасителю! 3 февраля 1629 года

Сообщений 1 страница 20 из 23

1

Из эпизода Нежданное спасение. 3 февраля 1629 года

0

2

Луиза, пока в карете ее величества не оказалась, держалась тише воды ниже травы, чтобы не дай Боже ничего не случилось, но и господин капитан, вроде, не возражал, и господин герцог - тоже, и вообще, что-то изменилось вокруг после того, как ее величество и донья Эстефания вышли, и как-то спокойнее стало - и только в карете Луиза сообразила, что мужчины, они все это время готовились к драке, какой же все-таки кошмар! Плащ ей ее отдали, и она до кончика носа в него закуталась, потому жаровня, которая была в карете, уже остыла, и вообще ей было страшно и не по себе, а еще она не знала, что ее величеству говорить - ведь это же неслыханно, чтобы королева сама за ней поехала и спасла… и неизвестно, отпустили ли бы ее иначе вообще. Поэтому Луиза вела себя тихонько как мышка и даже глаза не поднимала, пока карета наконец не тронулась, и только тогда она прошептала:

- Ваше величество, ах ваше величество, я никогда, никогда этого не забуду, благослови вас Господь и Пресвятая дева и все ангелы и в-в-все с-свят-тые!

Ну, то есть это она хотела так сказать, а на деле расплакалась уже на ангелах, что было как-то неблагочестиво, но выдержать больше у нее уже сил не было.

+2

3

- Всё в порядке, мадам, я всё понимаю, вы волновались... Не бойтесь, всё позади. - Говорить "не плачьте" королева Анна не стала: слёзы порой приносят облегчение, и Луизу она понимала, тем более, что та была так испугана. - Анна провела рукой по светлым волосам, взяла подругу за руки, чуть наклонясь к ней.

Когда Луизу её гвардейцы повели к карете, сама королева немного задержалась, чтобы отдать приказ насчёт месье де Мондиссье - пусть прибудет в Лувр как можно скорее. Отправив гонца, она присоединилась к ждавшим её в карете донье Эстефании и Луизе.

- Я не могла по-другому, Луиза. С вами всё хорошо? Как вы себя чувствуете? Всё в порядке? - последний вопрос был намёком на положение мадам. - Что с вами произошло, когда они схватили вас? Я видела, что вы потеряли сознание...

Луиза должна была знать, что при донье Эстефании можно говорить спокойно - королева всегда доверяла своей дуэнье, а если что иногда и скрывала от неё, то потому только, что не хотела её огорчать - очень велика была привязанность Анны к донье Эстефании, воспитывавшей её с детства. Напоминать об этом было бы, пожалуй, излишне, и могло задеть верную её дуэнью.

+1

4

Платок у Луизы был, но куда-то пропал - может, в подвале этом ужасном, и она вытерла глаза просто ладонями и шмыгнула носом, и плакать, хоть с трудом, но перестала. Смотреть на ее величество в таком виде ей было ужасно стыдно, а ведь еще была донья Эстефания, которая, как все знали, ее величеству была до гробовой доски предана, но Луиза же была не ее величество, и донья Эстефания наверняка думала про себя, что это она во всем виновата - хотя она-то как раз была против!

- Меня туда, в этот дом притащили, - всхлипнула Луиза, - я там очнулась, и я так боялась, и я не знала, что с вами… и… и… и потом господин капитан приехал, и… и вот.

Конечно, ей ужасно хотелось рассказать про подвал и про крыс, и как там было холодно, но только что бы ее величество могла с этими гадкими гвардейцами сделать, что бы она и так не сделала, а так господин капитан будет ей должен, потому что все-таки ее величество это не совсем пустое место и она, конечно, могла бы ему неприятности устроить.

Тут карета тронулась, и Луиза едва не свалилась на колени к донье Эстефании, и поспешно продолжила, чтобы о плохом больше не думать:

- Я сказала, что я с приятельницей месье де Корнильона гуляла, а господин де Кавуа, он как будто поверил - не на самом деле… Ваше величество, это же ведь потому что вы с господином кардиналом примирились, иначе… ой, иначе…

Она сделала круглые глаза, и тут, просто смешно, ей вдруг так захотелось есть, что прямо голова закружилась, и она приподняла чуть-чуть шторку кареты, но за окошечком пошел дождь, и уличных разносчиков ни одного не было видно.

+1

5

- Главное, что с вами всё в порядке, я волновалась за вас... Мы вернёмся в Лувр, и вам непременно будет нужно отдохнуть - пока за вами не приедет ваш супруг, я уже послала за ним. Думаю, сейчас дома вам будет спокойнее, чем в Лувре.
У меня был разговор с капитаном, и вы, полагаю, имеете право о нём знать - ведь речь шла о вас. Я..приняла ту версию, что предложил месье де Кавуа - это ведь не вы придумали, признайтесь, Луиза. Послушайте, - она взглянула прямо в светлые глаза подруги, - я должна вам сказать нечто важное... - Анна сделала небольшую паузу, словно собираясь с мыслями - ... когда прибудет месье де Мондиссье, нам нужно будет так рассказать ему всё, чтобы у него не возникло и тени сомнения, что всё так и было. Необходимо убедить в этом вашего супруга, иначе... Иначе он может вызвать капитана на дуэль, а этого допустить нельзя, вы же понимаете, да, Луиза?

Королева видела, как Луиза выглянула, и догадалась - сейчас должно быть около двух или даже трёх часов (ей казалось, что прошло так много времени, хотя в действительности прошло меньше), и примерно в это время в Лувре у них был обед. Значит, к их возвращению всё должно быть готово.

- Скажите, что вы думаете о капитане де Кавуа? - вопрос был, естественно, обращён к Луизе, потому что они с Эстефанией обе видели одно и то же, а вот Луиза могла бы что-то и рассказать - то, чего они не заметили, не знали, не видели. И Анне было интересно, насколько они с Луизой расходятся или же нет во мнении; она отдавала должное наблюдательности подруги и её умению подмечать детали.

Отредактировано Анна Австрийская (2018-12-04 22:22:54)

+1

6

Луиза хотела сказать, что ни за что месье де Мондиссье никого вызывать ни на какую дуэль не станет, но прикусила язычок, потому что испугалась, что а вдруг станет - мужчины, бывает, ведут себя так… так… что просто понять невозможно, вот как! И месье де Мондиссье, ее месье де Мондиссье, у которого спина ноет к дождю, и коленка, и сердце пошаливает - он может вызвать на дуэль господина капитана, и господин капитан его, конечно, убьет, и месье де Мондиссье все это будет предвидеть, и все равно поедет, и вызовет… потому что принято так, и все из-за нее…

- Нет-нет, - в ужасе воскликнула она, - ни в коем случае! Ох, ваше величество!.. Это то, что он будет рассказывать, и я… а нельзя? Так неправильно? Ну, то есть… Простите, ваше величество! Мы с господином капитаном договорились…

Она в полнейшем отчаянии посмотрела на донью Эстефанию, но потом решила, что это про ее величество, а значит, старая кошка будет молчать, потому что от правды хуже будет в первую очередь ее величеству.

- Я сказала, как я уже сказала - что месье де Корнильон попросил меня сыграть шутку - помочь. С какой-то дамой, доньей Ампаро, прогуляться и разговаривать с ней, будто это вы. Я согласилась, потому что он меня ужасно выручил тогда, с балетом, и я и не подумала, что из этого может выйти что-то дурное, но господа гвардейцы - они подумали, что донья Ампаро это были вы… ну, в этом была соль шутки, наверное, но я совсем не ждала, что начнется драка! И они подрались, а я хотела убежать, и тут меня кто-то как схватит! И понес - на плече! И я потеряла сознание, а очнулась уже в этом домике, и господин де Кавуа мне объяснил, что его люди меня спасли.

Луиза отпустила свою юбку, которую совсем уже смяла, так она ее теребила, и робко посмотрела на ее величество - ведь та точно знает, если такую историю нельзя рассказывать.

+1

7

Но королева только подтвердила:
- Да, именно так, Луиза, всё верно. Да, что его гвардейцы вас спасли, что он вам помог. 
"И ведь это правда - помог, предложив историю...которую я сама не очень хотела принимать, но выбора не было... А если бы был, я бы обязательно придумала что-нибудь..."

Карета ехала достаточно быстро, но всё равно до Лувра ещё было время. - Вы совсем устали, Луиза. Теперь всё хорошо, постарайтесь особенно не волноваться - вам сейчас нельзя, - улыбнулась королева. - Когда придёт месье де Мондиссье, я сначала поговорю с ним сама, чтобы уже вас он не расспрашивал.

Да, правильно Луиза не стала сейчас на вопрос о капитане - лучше потом, без доньи Эстефании, вдруг Луиза просто боится или не хочет говорить чего-то при ней? Вдруг что-то случилось? Королева думала ещё о другом - она не знала, что случилось с шевалье де Корнильоном. Капитан де Кавуа сказал, что о раненом юноше, доне Гутьерре, позаботятся, и ей оставалось положиться на его слово. Но если с доном Иларио что-то произойдёт... Нет, не должно! Он такой прекрасный молодой человек. И вспомнила то, что почувствовала она, взяв тогда его за руку, и что, должно быть, чувствовал он - по нему так легко прочитать... Видно, что притворяться он совершенно не умеет - и это хорошо...
Видимо, задумчивость всё-таки отразилась на ней, потому что королева, словно стряхнув с себя наваждение, словно очнулась, взглянула на платье подруги и покачала головой, как бы говоря: "что же случилось всё-таки с вами, мадам..."

- Прежде, чем мы отдадим вас супругу, вам нужно будет переодеться, Луиза. - И про себя улыбнулась: она уже кое-что придумала.

+1

8

Луиза посмотрела на свое платье, которое и вправду ужасно испачкалось, хотя и было серое, и снова порадовалась, как они с портнихой хорошо придумали - что это как будто нижнее платье было, а нижнюю юбку другую можно будет и у ее величества одолжить, в гардеробной наверняка лежат где-то.

- Такая честь, - прошептала Луиза, и это правда была такая честь, очень лестно, что королева самолично будет ее мужу за нее оправдываться, но только он же тогда может решить, что она что-то совсем ужасное натворила, раз королева за нее вступается? И ведь он же наверняка догадается, что что-то неладно, потому что ее величество врать никогда не учили и у нее может не получиться, а месье де Мондиссье, как он сам говорил, всю жизнь с лжецами договаривается. Луиза тогда сказала ему, что у него это ужасно двусмысленно получилось, и месье де Мондиссье чуть со стула не упал от хохота, а потом сказал, что она сокровище и что из уст младенцев… Она тогда возразила, что она совсем не младенец, а он… Дева Мария и все ангелы, что если он поймет, что она все-таки не такая глупая, как он думал?!

Нет-нет, этого совсем нельзя было допустить!

- Он будет ужасно сердиться, - чуть слышно прошептала она, повесив голову. - И что я такую глупость сделала, и что ваше величество в нее впутала… хотя вы меня спасли, на самом деле. А ведь еще же будут говорить про похищение… и все же знают, что это такое, когда говорят про похищение…

Тут слезы опять потекли у нее из глаз, потому что что, если ее репутация будет теперь совсем погублена? Матушка месье де Мондиссье наверняка так и скажет - ну вот зачем она кричала тогда, что их похитить хотят, зачем?!

+2

9

- Не плачьте... Возьмите - Анна протянула подруге свой платок, хорошенькое личико Луизы было совсем заплаканно, а в таком виде её никак не должны увидеть. - Хорошо, если вы так хотите - я не буду ничего рассказывать месье де Мондиссье, у вас лучше получится его уговорить. Про похищение теперь забудут - эта версия, придуманная капитаном, должна будет их убедить, а домысливать, додумывать, угадывать они всё равно будут - от этого никуда не денешься...

Наваждение...самое подходящее слово для того, чтобы описать то, что творилось сейчас в мыслях и душе королевы. Не должна она думать об этом! - И королева попыталась думать о другом, переключиться на другие мысли. - Вот зачем, зачем была нужна эта прогулка, если у неё такие последствия? Но они же не могли знать... Никто не мог знать...но они..она..могла предположить... И почему они в Лувре с Луизой сразу не договорились, что делать, если их вдруг узнают?! На что понадеялись? На удачу? Глупо, странно, неправильно... Всё неправильно. Итак, значит, за тайным ходом следили -  иначе как узнали, что под маской была именно она, а не кто-нибудь другой? За ними следили... Тайный ход больше не тайный, о нём надо забыть.

А если бы она всё-таки решила бы навестить врача не тайно, а открыто, отправившись к нему вместе со всей свитой, как и положено? О нет, в таком случае сложно даже представить, какой бы это произвело эффект! - королева-католичка, дочь Католического короля и жена Христианнейшего короля, - она вдруг отправляется к врачу-еретику... Тогда всё точно дошло бы до кардинала, и так как свидетелей было бы много, то раздобыть доказательства "заговора" и "государственной измены" - которых не было - ничего не стоило бы, и тогда - ссылка, монастырь, эшафот...всё могло бы тогда быть.
Что, интересно, думает об этом Луиза? Наверное, увидев, как они беседуют с шевалье, она могла подумать, что...да нет же, глупости! не могла б она так подумать! Королева немного испытующе посмотрела на подругу. А если подумала, что врач - это только предлог? Но она молчит, и королева пока тоже не будет говорить об этом - вдруг она ошибается и Луиза так совсем не думает? И может быть, она сама сейчас скажет что-то, из чего будет понятно, так это или нет.

+2

10

Луиза всхлипнула еще раз и взяла платок. Нет, конечно, у ее величества не было таких возможностей награждать своих друзей, как у господина кардинала или у его величества или даже у ее величества, но зато она была настоящая подруга - как будто и не королева даже. Вот кто бы еще так за ней поехал - прямо в пасть льву? Ведь она же никак не могла знать, что господин кардинал по-настоящему принял ее предложение о дружбе, и наверняка же догадывалась, насколько их с Лукрецией уловка ненадежна! Это же только на первый взгляд все пристойно и правильно выглядит - две монахини, из обители Святого Сердца, с реликвией - а как только кто-нибудь бы стал проверять в том монастыре про сестер Екатерину и Елизавету, все бы и всплыло… Ну то есть не все, одеяния кармелитские они не оттуда добыли, но все равно - достаточно. А она приехала!

Тут Луиза вспомнила, наконец, про дона Антонио, и слезы у нее сразу высохли. Господин капитан не зря ведь говорил про испанцев, только вот случайно ли он проболтался? Он ведь совсем, совсем не такой, как кажется - достаточно про то, как она была «почти в безопасности», вспомнить!

- Ваше величество, - шепотом спросила она, - вы сеньору маркизу дали знать? Это же мы с его людьми были…

+1

11

Что ж, в этом вопросе не было ничего секретного,  ведь происходило всё в присутствии придворных... И потому ответила она не скрываясь:
- Конечно, я написала ему обо всём - написала правду, ибо маркиз де Мирабель верен мне и моему брату, королю Испании, он может и даже должен всё знать. Маркиз придёт или пришлёт за доном Гутьерре, но не бросит - я в нём уверена. Я теперь жалею, что затеяла эту прогулку, но сделанного не вернёшь и слезами не поможешь. А поэтому - полно плакать, вам, Луиза, вы сейчас в безопасности, вам ничто не угрожает, всё позади... Сегодня я поняла, что вещи и люди могут быть не такими, какими кажутся.

И шёпотом спросила уже она:
- Вы не сказали, как с вами обходились там...значит, плохо? Вас запугивали? Вы боялись, потому и не поверили сразу, что гвардейцы от меня?
Что было объяснимо: даже если Луиза узнала их (а она узнала - королева не сомневалась в этом, память у Луизы была прекрасной), она боялась обмана - что же ей могли там сказать? Или сделать?.. Хотя и капитан, и его гвардейцы - дворяне, и вряд ли бы позволили себе неуважительное отношение к даме, была же Луиза испугана, да и то, в каком взволнованном состоянии была она найдена...как-то не вязалось это, что-то Луиза недоговаривала, что-то не рассказала...
"Нам надо придумать, как в таких ситуациях, когда нельзя сказать прямо, предупредить друг друга о чём-то, некий шифр, код - слово, фраза, брошенная как бы невзначай... Или знак, сигнал - понятный нам и незаметный для остальных..."

Отредактировано Анна Австрийская (2018-12-09 02:14:40)

+2

12

Луиза снова подумала, как будет сердиться дон Антонио и что она ему скажет, и поэтому не сразу даже поняла, что ее величество ее уже про другое спрашивает - ой, и, кажется, она слишком долго молчала!

- Нет-нет-нет, - зашептала она в ответ. - Совсем нет, то есть я страшно боялась, но это не потому что они… ну, они мне ничего не объясняли, может, потому что сами не знали, пока господин капитан не приехал, а он, когда приехал, мне все объяснил - ну, не прямо, а намеками. Но они мне ничего не сделали, клянусь!

Луиза поспешно перекрестилась и еще раз порадовалась, что она только чуть-чуть свое кружево порвала и в плащ свой закуталась, а то бы эта старая кошка, донья Эстефания, наверняка бы подумала Бог весть что, а потом бы намекнула, может, еще…

- Правда, - добавила она совсем честно, - может, это потому что я господина графа упомянула - господина графа де Рошфора. Они были, ну, злы, наверно. Из-за гвардейца, которого господин де Корнильон убил - не помню его имя.

+2

13

- Упомянули графа де Рошфора? - задумчиво проговорила про себя королева, словно хотела что-то сказать, но потом передумала. - Хорошо, не надо клятв - я верю. - Сейчас, наверное, было самое время сказать то, о чём она думала - тем более, что скоро они будут в Лувре, а там так поговорить - чтобы никто не подслушивал - может не удаться...

- Луиза, я подумала...нам нужен какой-нибудь...шифр, код - может быть, слово или фраза, или знак - с помощью которых мы могли бы, если вдруг возникнет необходимость нам объясниться друг с другом при посторонних, чтобы мы могли договориться или дать сигнал. Я не сразу поняла, почему вы так настойчиво поддерживали версию капитана, я была ослеплена гневом - ведь похищение было, давайте говорить начистоту: Эстефании всё известно и она помогала нам, нас никто не услышит и мы можем быть сейчас откровенными.
Я вижу в ваших глазах - о, это невозможно скрыть, они говорят за вас - я вижу в них вопрос, вы хотите о чём-то спросить меня, но не решаетесь... Говорите, Луиза, вы ведь знаете, что в первые дни вашего пребывания здесь привлекли меня тогда именно вашей искренностью и честностью, так будьте честны со мной и сейчас.

Конечно, она могла бы и ошибиться, но не зря глаза называли "зеркало души" - они могут выдать даже самого спокойного и сдержанного человека, а до спокойствия им было пока ещё далеко. Спокойна королева будет только тогда, когда передаст Луизу её супругу, когда будет уверена, что он поверил рассказу Луизы и не поедет к капитану для того, чтобы вызвать его на дуэль, когда всё, наконец, закончится и можно будет свободно вздохнуть: "Слава Богу!"

Отредактировано Анна Австрийская (2018-12-09 02:14:12)

+2

14

Никаких вопросов Луиза задавать совсем не хотела, она на самом деле хотела наоборот посидеть тихонько и подумать, что говорить месье де Мондиссье, но ведь не скажешь же так ее величеству! И вообще-то ей нужно было узнать, что про нее говорить будут, заранее, чтобы готовой быть.

- Если вы позволяете, - пробормотала она, глядя на свое испачканное платье. - Если можно… Ваше величество, а что случилось дальше с вами? Как вы смогли обратно пробраться

Раз за тайным ходом следили, значит, ее величество вернулась как-то иначе, и ей кто-то помог, и надо было знать кто и как, а еще - чего от него теперь ждать. Может, это как раз и был господин граф? Как-то странно ее величество его имя повторила, как будто побаивалась, что ли?

+2

15

- Шевалье де Корнильон помог мне освободиться от того...который схватил меня... Затем мы оба вернулись к тайному ходу и там расстались - я вернулась в Лувр также, как мы с вами и уходили, никто ничего не заподозрил, а вашей сестре я сказала, чтобы не беспокоилась о вас, что вы скоро вернётесь - времени было мало... Шевалье помог мне разыграть небольшой спектакль в Лувре - чтобы точно никто не сомневался, что я не покидала Лувр, - Анна горько усмехнулась. - А ведь он не знает о нашей версии... Бедный юноша! Он так помог нам - ведь без него я не смогла бы действовать свободно, не могла бы отправиться искать вас...

Какой знак может у них быть? Что такое можно придумать, чтобы случайно обронённая среди разговора фраза не вызвала подозрений, но была бы сигналом для них, знавших, что она означает? Или какой жест, знак это мог бы быть? Один такой у них уже есть - когда им нужно поговорить наедине и без помех. Придумать некий шифр, чтобы с его помощью переговариваться тогда, когда вслух сказать нельзя - это хорошая идея, и почему раньше они этого не сделали? Вот какая фраза могла бы, например, предупредить об опасности, угрозе? А какая - что эта версия сейчас необходима им и с ней не нужно спорить (как было у них)? И как сказать, что, например, осторожнее с этим человеком? Всё это нужно продумать - ведь кто знает, что и когда может пригодиться...

+2

16

- Ой, - сказала Луиза, когда услышала про сестру, потому что Лукреция, спорить было можно, от этого предупреждения в ужас пришла - вот только что она стала делать? Если она к месье де Мондиссье пошла, а ведь могла же…

Но тут уже что-то делать было поздно, и Луиза все равно решила уже, что месье де Мондиссье она правду скажет - то есть не всю, конечно, а что она поручение ее величества выполняла. Правда, месье де Мондиссье мог тогда решить, что не стоит ей вообще при дворе быть, потому что это опасно, но это вряд ли, ему это ужасно нравилось, что его жена - лучшая подруга королевы, и его друзья его за это очень уважали.

Луиза вздохнула - и про своего мужа, и про бедного шевалье де Корнильона, но потом задумалась - про тайный ход и про то, что что-то здесь было не так. Если бы она не была так устала и измучена, она бы, наверное, сказала бы что-нибудь в то же время - например, что дон Иларио, как человек благородный, ничего не скажет, он же может отказаться говорить? - но она как-то так задумалась, что и сама не заметила, сколько времени прошло, и тогда она ахнула невольно.

- Простите, ваше величество, это ж надо же было мне!.. Я всех ворон в Париже поймала, наверно! Я просто подумала… если вы в Лувр вернуться могли, через тайный ход, то значит, там не все время дежурят? А как они тогда узнали, когда нас ждать?

Вслух она это говорить, пожалуй, не хотела, но чтоб она еще раз когда-нибудь что-нибудь месье де Корнильону доверила!

+2

17

Королева только улыбнулась: она почти не заметила долгого молчания Луизы, погружённая в свои мысли.

- Мне это очень хотелось бы узнать. Раз за тайным ходом следили, но мы никого не видели, значит, мы знаем о тайном ходе не всё. Я думаю, что нам надо пойти туда и внимательно всё осмотреть - может быть, в самом ходе или в домике есть нечто, что даёт какой-нибудь сигнал, а мы, не зная об этом, могли случайно сделать что-то... Но что дежурят там всё время, это несомненно. Вам ведь известно, откуда узнали про тайный ход и почему он охраняется? Вы слышали об этом?

Тяжело, до сих пор тяжело вспоминать о событиях прошлого лета... Но именно с тех пор, когда узнали, что убийца проник в Лувр с помощью тайного хода, он и стал охраняться... О нём знают немногие, и капитан тоже. Но одно дело - просто знать о тайном ходе, и другое - уверять, что именно королева была под той маской, они не могли бы, если бы точно не знали. А гвардейцы кардинала именно знали. О прогулке знали только она, Луиза и донья Эстефания, никто из них не мог рассказать. Королева сомневалась, что и дон Гутьерре знал об этом - может быть, только о том, что прогулка должна остаться тайной и что дамы инкогнито, иначе он как-нибудь выдал бы себя: в Испании такого не увидишь. Шевалье де Корнильону о тайном ходе узнать было неоткуда - до прогулки. Всё больше и больше запутывалось. Откуда? Как? Кто? Каким образом?... Надо всё же осмотреть и сам ход, и домик - может, там они найдут ответ?

+1

18

Луиза только покачала головой - ну вот почему ей не пришло в голову спросить? Правда, времени спрашивать у нее не было, и вряд ли господин де Кавуа ей бы прямо так и ответил, но она же даже не подумала…

Хотя нет, кое-что она сказать могла.

- От месье Шере, я думаю, - объяснила она, - это же он нам рассказал, а он ведь господину кардиналу служит. Может, он решил нас предать? Ну или его просто допросили… ну, вы знаете. Он же простолюдин… - она подумала еще, что может, шевалье дю Роше знает и надо с ним поговорить, если, конечно, ее из Лувра не выгонят. - А почему ваше величество думает, что там все время дежурят?

Дом, из которого ее спасла ее величество, был прямо напротив дома с тайным ходом, то есть входную дверь оттуда было точно видно и никакой сигнал, по ее мнению, был не нужен, но так или иначе, снова ходить по тайному ходу Луиза не собиралась - нет уж! Это с ее величеством господин кардинал дружит, а с ней - нет, вот захочет он, и ее мигом обвинят в том, что она по тайным ходам ходит и королевские тайны выдает, а если ее величества при этом не будет, то отправят в Бастилию, и все!

+1

19

- Я знаю это, Луиза, - мягко ответила королева. - После...событий...прошлого лета возле тайного хода была поставлена охрана - во избежание иных покушений.
"Не надо торопиться... Нужен ли нам будет этот ход? После того, что случилось сегодня, я полагаю, что нет - слишком опасны такие прогулки".
- Я никак не ожидала, что прогулка примет такой оборот, и теперь мне жаль, что я её затеяла. Но меня бы также не поняли, если бы я совершила то же самое в присутствии всей свиты - его имя известно в связи с неким процессом. Но - Боже мой! - мне всего лишь хотелось узнать, будет ли у меня ребёнок, а у Франции - дофин... - Королева печально вздохнула. - То, что я говорила вам про врача - всё правда...только этим планам, видимо, не суждено было сбыться. Вы, Луиза, наверное, понимаете меня... Я вам даже немного завидую - по-доброму, ведь вы скоро станете матерью... Кто будет крёстными, вы уже решили?

Нет, спрашивать об этом было не рано; многие вещи, связанные с рождением ребёнка, решались заранее. Почему ей не дано такой радости? Почему она не может подарить королю наследника? Почему ей недоступно то главное, к чему стремится любой человек - счастье? Счастье любить и быть любимой, воспитывать дитя, быть свободной, наконец, от жестких рамок этикета? Никто из её придворных дам не связан этикетом так, как она - вся её жизнь всегда была подчинена некому регламенту, во Франции, может быть, не так сильно, как в Испании, и всё равно...
Ответ на все эти вопросы был один, и она его знала - потому что родилась в королевской семье и судьба её была предрешена с самого детства. Потому что она - королева. Но высокий сан, знатное происхождение и богатство не могут заменить простого человеческого счастья.

Да, Анна действительно завидовала подруге - у той было всё, чего не было у неё: свободная, как птичка, беззаботная, не скованная ничем, она любима супругом, она может выбирать, кого любить, она носит в себе малыша. Неужели всё это - наказание за допущенную ещё 13 лет назад неосторожность, за легкомыслие? Ей всегда было тяжело вспоминать об этом. Ах, зачем она поддалась на уговоры своих фрейлин! Ведь всё могло быть по-другому... Но не было. И нужно делать что-то сейчас, не терзаясь воспоминаниями о прошлом...

Отредактировано Анна Австрийская (2018-12-11 00:21:57)

+2

20

Луиза чуть опять не ойкнула, потому что если возле тайного хода аж с прошлого лета дежурили, а их, когда они в домике в прошлые разы были, никто не трогал, то что-то тут было не так. Что - она не знала, но кто-то точно проболтался, и раз это были не она с Лукрецией, то либо ее величество, либо месье де Корнильон, а он еще и дону Антонио ничего не сказал! Луиза непременно заговорила бы об этом, если бы ее величество не спросила ее про крестины, а это было, конечно, самое главное!

- О, если только ваше величество снизойдет… - прошептала она, сразу забывая и про слезы, и про тайный ход, и про месье де Корнильона, - о, это была бы для нас такая честь!

И если она скажет месье де Мондиссье, то он вряд ли, конечно, забудет про то, что с ней приключилось, но, наверно, будет думать об этом гораздо меньше, а о крестинах - гораздо больше!

Про шифр, о котором ее попросила королева, Луиза, разумеется, не забыла - ну, то есть почти не забыла, просто сейчас ей было не до того, и не придумывать же при донье Эстефании, как и про доктора Гарсиа - тоже лучше без посторонних, но ее величество была права, надо было договориться о чем-то таком - хотя бы о сигнале «не верьте мне»! И поэтому Луиза несколько раз повернула на пальце кольцо, подавая ее величеству их тайный знак - "нам надо поговорить наедине".

+1


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть IV: Жизни на грани » Хвала Спасителю! 3 февраля 1629 года