Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+



Происходящее в игре (случайная выборка):



В предыстории: Анна Австрийская встречается на охоте с герцогом де Монморанси. Месье помогает принцессе де Гонзага позировать для картины. Шере впутывается в опасную авантюру с участием Черного Руфуса. Испанские корсары идут на абордаж.

Была тебе любимая… 3 марта 1629 года: г-н де Клейрак поддается чарам г-жи де Шеврез
Любить до гроба? Это я устрою... 12 декабря 1628 года: Г-н де Тран просит сеньора Варгаса о помощи в любви.
Кузница кузенов. 3 февраля 1629 года: М-ль д’Арбиньи знакомится с двумя настоящими кузенами, одним названным и одним примазавшимся.
После драки. 17 декабря 1628 года.: Г-жа де Бутвиль и г-жа де Вейро говорят о мужчинах.

Большая прогулка. 22 ноября 1628 года: Г-н д’Авейрон и г-н де Ронэ разыскивают убийцу г-жи де Клейрак.
О трактирных знакомствах. 16 декабря 1628 года.: Г-н де Рошфор ищет общества г-на де Жискара.
Мой друг, в твоих руках моей надежды нити... 10 февраля 1629 года: Ее величество просит г-жу де Мондиссье передать ее письмо г-ну де Корнильону.
La Сlemence des Princes. 9 января 1629 года: Его величество навещает супругу.


Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календарь на 1628 год: дни недели и фазы луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть IV: Жизни на грани » Кому не везет в игре. Шалон, 6 февраля 1629 года, утро


Кому не везет в игре. Шалон, 6 февраля 1629 года, утро

Сообщений 41 страница 52 из 52

1

...

0

41

При виде презрительной гримасы графа Жюль-Сезар вспыхнул и опустил глаза - и снова покосился на дверь. Соблазн выбежать из комнаты стал нестерпимо велик, и только тепло и сочувствие в глазах г-жи де Бутвиль мешали ему так и поступить. Она приняла в нем участие, он не мог ответить ей такой грубостью.

- А мы так и составили, - буркнул он, - когда доиграли. Чтобы ему не возиться с ними всеми. А другие свои я забрал, на всякий случай. Он предлагал сжечь, но… ну, мне было неловко… жаровню требовать или камин… он даже не зажжен был, камин.

Как ему ни хотелось, чтобы г-н де Питрак был подозрительным, хотя ведь его же и предупреждали, но так был бы какой-то шанс - не получалось!

+1

42

Мадам де Бутвиль с укоризной посмотрела на мужа. Будь она на месте юноши, она тут же бы что-нибудь нагрубила, потому что ужасно, если знаешь, что сам дурак, когда тебя еще за это презирают. То есть правильно делают, но все равно ужасно. Поэтому она постаралась спросить как можно мягче:
- А эти бумажки, которые вы не сожгли, они у вас где? Они целы? Потому что если они целы, граф мог бы посмотреть... - теперь Эмили посмотрела на мужа с надеждой. - Да? Вдруг там что-то... ну не так? Ведь всякое бывает...

+2

43

Бутвиль искренне сочувствовал незадачливому игроку, но не считал правильным выказывать это. По собственному опыту он знал: как только почувствуешь, что тебя жалеют, немедленно простишь самому себе все, что натворил, и будешь искать виноватых среди других людей. А сейчас  юноше следовало глубоко прочувствовать собственную неправоту, пусть даже это и больно.  Поэтому граф ответил на укоризненный взгляд жены спокойным, несколько холодноватым  взглядом и сказал:
         - Я как раз собирался спросить у шевалье де Бадремона то же самое. - Повернувшись к незваному гостю, он добавил: -  Если эти записки при вас, покажите их мне, это будет нелишним.  И еще, скажите, пожалуйста, с кем вы играли? Кто он такой, хорошо ли вы знакомы?

+2

44

Жюль-Сезар с надеждой посмотрел на г-жу де Люз, но надежда эта угасла, как только заговорил г-н граф: при первых же его словах ему тут же стало ясно, что обрадовался он рано - даже если те расписки были составлены неправильно, то  ведь та, что осталась у г-на де Питрака, была составлена честь по чести, да и в любом случае, это было бы недостойно дворянина - не платить по долгам из-за каких-то судейских мелочей!

Он чуть так и не сказал, но вовремя спохватился, что граф наверняка об этом не думал и спрашивал, наверно, по другим причинам, но в любом случае, расписки остались у него под подушкой.

- Я… я их дома оставил. Ну, то есть не дома, но… Я могу их принести. Если надо, но только они… ну, я же сам их писал, а я не знал точно как и… - он судорожно втянул в себя воздух, - но господин де Питрак - это я с ним играл - он знает как, и он сказал, как правильно. Он очень много играет…

Сказав это, юноша покраснел, потому что вышло так, словно он осуждает г-на де Питрака, а какое он имел право? И то, что он очень много играл - на самом деле, ему сказали немножко иначе, что он очень много выигрывал, но даже так, как он сказал это сейчас, это звучало некрасиво.

+1

45

Мадам де Бутвиль прикусила губу и опустила глаза. Муж был недоволен — а что она ожидала? Что он будет безумно рад, что она навязала ему еще одну заботу? Однако юноше необходимо было помочь. Во-первых, она ему обещала и обнадежила. Во-вторых, они уже начали, не прогонять же его теперь. И если бы Эмили знала, что делать... Она вздохнула и снова посмотрела на шевалье де Бадремона.
- Вы их обязательно принесите. Или пришлите, вот прямо сейчас как до дома доберетесь, так сразу. Хорошо? А этот Питрак — он кто?
Эмили снова повернулась к мужу.
- Вы такого, случайно, не знаете?

+1

46

- Очень жаль, что этих записок у вас нет, - с досадой сказал Бутвиль. - Я почти уверен, что сумма расписок не сойдется с той, которую этот... Питрак? -  указал вам в конце игры.  Я этого господина, разумеется, не знаю, - ответил он жене. - Откуда? Я не бываю там, где играют в подобные игры.  Но знаю людей подобного склада.  Если он и не шулер в полном смысле слова, то  всякий, кто "очень много играет", знает хитрые уловки, чтобы обыграть человека неподготовленного.  И уж в данном случае он очень точно выбрал себе партнера:  ваш возраст, ваша неопытность и честность - самое удобное сочетание для того, кто хочет поправить свои дела, сорвав большой выигрыш.  Одно хорошо: когда вы выберетесь из этой ловушки, то, думаю, к картам больше не притронетесь до конца своих дней.

+1

47

Жюль-Сезар покраснел и опустил глаза, тщетно пытаясь скрыть сложную смесь чувств, которые овладели им при словах г-на графа. Нелепо было надеяться на то, что его облапошили, да еще так просто - и смешно было смущаться оттого, с какой уверенностью г-н граф назвал незнакомого ему г-на де Питрака негодяем и мошенником, да еще с его слов… хотя он же ничего не сказал, на самом деле… а г-н граф наверняка разбирается в людях гораздо лучше, и… ведь не стал бы он бросаться таким обвинениями, пусть и за глаза, если бы не был уверен? Чувство справедливости побудило его, однако, вступиться за г-на де Питрака, несмотря на то, что он всей душой надеялся, что г-н граф прав:

- Он, может, просто лучший игрок чем я… если он много играет. А мне… не надо было…

Молча снеся очередную выволочку, Жюль-Сезар попытался, хоть и неосознанно, своим раскаянием предупредить новую и, хотя быть обязанным человеку столь неприятному было глубоко противно его природе, присовокупил:

- И я все принесу… только завтра, а то у меня караульная служба… или пришлю - как только вернусь!..

Отредактировано Провидение (2019-01-09 03:52:27)

+2

48

Мадам де Бутвиль тоже невольно покраснела. Ну все же шевалье де Бадремон им чужой, чтобы ему вот так выговаривать... Конечно, Луи-Франсуа прав, как всегда, но все равно неловко... Эмили даже вспомнила тот разговор с Эжени в Париже, про огонь и про то, что граф не такой. Хотя это чушь все, и Луи-Франсуа такой! А Эжени просто ошибалась, она и про Ронэ говорила, что он лучший из друзей, а он предатель... Но все-таки... Этот Жюль-Сезар еще молодец и хорошо воспитан, сама бы она уже что-нибудь сказала... о чем потом пожалела бы...
- Все обойдется, вот увидите, - произнесла она, чтобы хоть как-то ободрить юношу.

+1

49

"Про службу вспомнил - вот и хорошо, - подумал Луи-Франсуа. - Приходит в себя, теперь уж точно не побежит топиться с горя в ближайшем водоеме!"
       Графу вдруг вспомнилось, как когда-то по разным поводам его отчитывал отец, и как это было неприятно, тем неприятнее, что отец был кругом прав, но признаться в этом самому себе - нет, ни за что! Эти старшие ничего не понимают!  А сейчас вот он сам - в позиции старшего,  и это, оказывается, ещё неприятнее: знать, что ты прав, говорить суровые истины, но хотеть при этом похлопать мальчишку по плечу, погладить по голове и пообещать, что все будет хорошо...  Впрочем, это пообещала Эмили.
       -  Я тоже думаю, что все обойдется, - Бутвиль позволил себе улыбнуться. - С расписками мы разберемся обязательно, а что касается возврата долга, я вам советую встретиться с Питраком, прямо и спокойно сказать ему, что денег у вас сейчас нет, но они будут, и вам нужно время на их доставку.  Думаю, он сам это понимает. Обсудите с ним этот вопрос и договоритесь о приемлемых сроках.  А там будет видно - в зависимости от того, что скажут нам ваши записки.

+2

50

Облегчение, которое испытал Жюль-Сезар при словах г-на графа, не поддавалось описанию, и дело было не только в том, что ему пообещали помощь. Ведь он прав, как ему только не пришло в голову объяснить свое положение г-ну де Питраку? Конечно, тот поймет и не станет торопить с уплатой, тем более что денег же у него и правда нет! А это вот смутное ощущение, что вернуть долг нужно немедленно - наверняка ему кажется! Конечно, г-н граф знает лучше!

- Благодарю вас, сударь! - с жаром воскликнул Жюль-Сезар. - Вы… вы лучший из людей, вы… вы мне просто жизнь возвращаете!

Прозвучало это в его устах немного не так пафосно, как в рассказе, который он как-то слышал от старого приятеля покойного батюшки, но тогда ему как раз и показалось, что так не говорят! Но теперь он знал, что это правда - так говорят, и г-н граф действительно возвращал его к жизни… и г-жа де Бутвиль, конечно, потому что если бы не она!..

- Сударыня, я навеки ваш должник и самый преданный слуга! Я… честное слово, я вам безумно признателен.

+2

51

- Ой, ну я то причем?! - рассмеялась Эмили, у которой точно камень с души упал. Все будет хорошо, раз Луи так сказал. И как все же прекрасно, что шевалье де Бадремон ей попался, потому что с горя он мог бы всякое учудить. А Луи-Франсуа правда лучше всех, и добрый, и все знает!
И как она будет жить без него? Хотя главное, не как она будет жить, а как он, а она, наверное, недолго будет...
Улыбка графини сделалась неестественно кривоватой, и она подчеркнуто радостно воскликнула:
- Тогда давайте завтракать! Шевалье де Бадремон ведь позавтракает с нами, правда? - обратилась она к мужу

+2

52

Жюль-Сезар, заметно обеспокоенный, поспешил принести свои извинения - он и без того слишком обязан г-ну графу и г-же графине, чтобы и далее смущать их семейный покой - не в том смысле, разумеется, но он не смеет… и вообще, у него служба, а он опаздывает… почти опаздывает, и он сделает все, как велел г-н граф, и он бесконечно, беспредельно благодарен им обоих и за великодушие, и за сочувствие, и за понимание…

Извинившись в третий раз и поблагодарив в шестой уже на пороге комнаты, он откланялся и сбежал вниз по лестнице, прыгая через три ступеньки зараз.

+1


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть IV: Жизни на грани » Кому не везет в игре. Шалон, 6 февраля 1629 года, утро