Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+



Происходящее в игре (случайная выборка):



В предыстории: Гг. Жан де Жискар и Никола де Бутвиль попадают в засаду в осажденном голландском городе. Месье ухаживает за принцессой де Гонзага. Шере впутывается в опасную авантюру с участием Черного Руфуса. Г-н де Бутвиль-младший вновь встречается с г-ном де Лаварденом.

Девица из провинции. 4 декабря 1628 года, особняк де Тревиля: М-ль де Гонт знакомится с нравами мушкетерского полка.
Парижская пленница. 3 февраля 1629 года: Г-жа де Мондиссье и г-н де Кавуа достигают соглашения.
Любопытство - не порок. 20 января 1629 года: Лейтенант де Ротонди вновь встречается с г-ном де Ронэ.
После драки. 17 декабря 1628 года.: Г-жа де Бутвиль и г-жа де Вейро говорят о мужчинах.

Нежданное спасение. 3 февраля 1629 года: Королева приходит на помощь к г-же де Мондиссье.
О трактирных знакомствах. 16 декабря 1628 года.: Г-н де Рошфор ищет общества г-на де Жискара.
Убийцы и любовники. 20 января 1629 года. Монтобан.: Г-жа де Шеврез дарит г-ну де Ронэ новую встречу.

Юнона и авось. 25 февраля 1629 года: М-ль д’Онвиль ищет случая попросить г-на де Ронэ поделиться опытом.
О чём задумались, мадам? 2 февраля 1629 года: Повседневная жизнь четы Бутвилей никогда не бывает скучна.
Мечты чужие и свои. Март 1629 года: Донья Асунсьон прощается с Арамисом.
Страж ли ты сестре моей. 14 ноября 1628 года: Г-н д’Авейрон просит о помощи г-на де Ронэ.

Попытка расследования. 2 февраля 1629 года, середина дня: Правосудие приходит за графом и графиней де Люз.
Рамки профессионализма. 17 декабря 1628 года: Варгас беседует с мушкетерами о нелегкой судьбе телохранителя
Оборотная сторона приключения. 3 февраля 1629 года: Шевалье де Корнильон рассказывает Мирабелю о прогулке королевы.
О встречах при Луне и утопших моряках. 9 января 1629 года.: Рошфор докладывает кардиналу о проведенном им расследовании.


Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календарь на 1628 год: дни недели и фазы луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть IV: Жизни на грани » Оборотная сторона приключения. 3 февраля 1629 года


Оборотная сторона приключения. 3 февраля 1629 года

Сообщений 1 страница 20 из 24

1

После эпизода Приключения продолжаются. 3 февраля 1629 года

0

2

В Люксембургском дворце дон Антонио, не имея ни малейших причин мозолить глаза королеве-матери на утреннем приеме, появился около полудня и провел в главной приемной около часа, прежде чем ее величество соизволила даровать ему аудиенцию, о которой он, впрочем, и не просил. Поделившись с регентшей теми из последних парижских и мадридских сплетен, которые маркиз находил достаточно приличными, и получив от нее те новости от ее венценосного сына, которыми она находила возможным поделиться, он вернулся в приемную, где и продолжил то, что во все времена было главным занятием любого посла - сбор сведений и укрепление дружеских отношений.

Последнее свело его в тот день с очаровательной черноглазой провинциалкой, чей супруг - не то судья, не то бальи откуда-то из Анжу - добивался аудиенции уже третью неделю, и, объясняя ей, что одного ее очарования не достанет для достижения этой цели, дон Антонио не мог не испытать легкое неудовольствие, когда совсем рядом внезапно появился облаченный в черное с серебром дон Иларио.

Мысленно вздохнув - в конце концов, люди кардинала уже знали, что шевалье де Корнильон служит ему, почему бы и всем остальным парижанам об этом не узнать? - маркиз принес свои извинения даме и, пожелав успеха ей и ее мужу, отошел в оконную нишу.

- Добрый день, дон Иларио, - любезно сказал он. - Полагаю, вы со срочными вестями?

+3

3

Господина посла дома не оказалось и от ворот его особняка молодому человеку пришлось идти в Люксембургский дворец. Быстрым шагом, держа руку на эфесе шпаги – вновь будто на вражеской территории. И терять драгоценное время - совсем недавно Илер на собственном опыте убедился, что от подручных кардинала можно ждать любой мерзости…

Потому сейчас шевалье был предельно краток:
- Прошу прощения, сеньор, что невольно помешал вашей беседе, - Илер слегка поклонился. - Но вести действительно срочные.

Тратить время на объяснения Корнильон не стал, а просто протянул маркизу сложенный листок.

+1

4

Печати на письме не было, но почерк дон Антонио узнал сразу, и на смуглом его лице проступила резкая бледность. Быстрый взгляд на последние строчки, и он, позволив себе презрительную улыбку, сунул письмо за пазуху. Вести разговоры такого рода в приемной королевы-матери было бы беспросветной глупостью, а в том, что расспрашивать придется, он не сомневался.

- Извольте следовать за мной, сеньор, - холодно приказал он и, с уверенностью человека, знающего дворец как свои пять пальцев, вывел дона Иларио сперва к боковой приемной, где ждал Манолито, а затем, на миг встретившись взглядом с секретарем, к угловой лестнице, откуда можно было выйти в сад. Несколько минут спустя они шли уже по дорожке, ведущей к воротам на улицу Вожирар, и дон Антонио снова развернул переданное ему послание.

День был холодный и пасмурный, но дрожь, пробиравшая сейчас маркиза, была  вызвана не промозглой сыростью парижской зимы. Успев заметить в середине записки имя дона Гутьерре и упоминание о гвардейцах сеньора кардинала, дон Антонио преисполнился самых мрачных предчувствий, которые в этот раз, как ни странно, с лихвой оправдались. Карлос Гарсиа! Ее величество, верно, с ума сошла!

- Итак, - сказал он, дважды прочитав письмо. - Ее величество обратилась к вам с просьбой проводить ее в тайной прогулке с доньей Луисой. Почему к вам?

Вопрос был почти риторическим - пересказывая ему, что королева поведала ей о своем разговоре с доном Иларио, сеньора де Мондиссье не стала скрывать и свои выводы. Дон Антонио посмеялся, пусть и не вполне уверенно, и теперь еле сдерживал свои чувства.

+4

5

Таким встревоженным сеньора Мирабеля Корнильон еще не видел. И тревога эта не сулила ничего хорошего… Похоже, рассчитывать на помощь испанского посланника было наивно. Если бы можно было как-то иначе помочь дону Гутьерре! В том, что королева сумеет освободить свою придворную даму, сомнений не было...

И сейчас посреди облетевшего и словно бы застывшего сада ему оставалось лишь ждать, наблюдая, как маркиз перечитывает письмо. Илер думал, что Мирабель будет интересоваться дополнительными подробностями, но в звенящей тишине прозвучал вопрос, на взгляд молодого человека, не имеющий к случившемуся ровно никакого отношения. Однако он сумел ответить спокойно – после известных событий многое стало иначе:

- Даром читать чужие мысли я, увы, не обладаю сеньор, потому мне это неизвестно. Но то, что от людей, которые служат кардиналу можно ожидать любой подлости – известно более чем.

Разумеется, Илер прекрасно помнил, что прекрасная Анна написала в записке, которую передал ему паж : «Прошу об этом Вас, потому что больше никому не могу доверить этой тайны, вам же я доверяю – вы уже доказали вашу верность на деле», но посвящать маркиза в эти подробности считал излишним.

+1

6

Ответа дон Антонио не ждал, но, получив, бросил на своего молодого спутника задумчивый взгляд. Узнав от доньи Луисы, что шевалье де Корнильон рассказал королеве, он не на шутку возмутился - как всякий дворянин на его месте - но по истечении менее чем минуты понял, что бессилен. Теперь же, услышав от дона Иларио этот недвусмысленный намек на испытание, которому тот подвергся, он мысленно отметил, что, откровенничая с ее величеством, француз предполагал, верно, что она поделится узнанным с маркизом - неожиданная изворотливость с его стороны. Чего еще он не знал об этом юноше?

Усилием воли дон Антонио заставил себя не думать сейчас о донье Луисе и том положении, в котором она оказалась. Это все же не невесть кто, это гвардейцы кардинала, дворяне… которые только что потеряли товарища. Будучи в первую очередь придворным, маркиз все же не остался вовсе в стороне от дел военных и оттого полагаться на дворянскую честь и благородство просто не мог. Но не в Париже же, дьявол!

- Ее величество не уточняет, - сказал он, снова пряча письмо, - как получилось, что они с доньей Луисой смогли покинуть Лувр. Вы об этом что-то знаете?

Угадать чувства маркиза по его спокойному голосу было достаточно сложно, но выбранный им вопрос был, пожалуй, решающим. Если побег устраивала донья Луиса, можно было на что-то надеяться, но если королева поручила это тому же  дону Гутьерре…

+2

7

Наконец Илер дождался от сеньора Мирабеля вопросов по существу. Собственно, этого он и добивался, упомянув о том, что от подручных кардинала можно ждать чего угодно. И, вспомнив слова королевы, не стал скрывать ничего:

- По тайному ходу, который заканчивается недалеко от Нельской башни. Причем они с доньей Луисой устроили все так, что придворные уверены, что королева провела это время в своей молельне. За это я могу поручиться – я только что был во дворце, где мы с Ее Величеством разыграли небольшой спектакль. Слышали бы вы, как придворные дамы возмущались наглостью гвардейцев которым среди бела дня видится то, чего быть не может!

Шевалье рассмеялся как мальчишка. Но потом вновь заговорил серьезно, спеша поделиться с маркизом своими мыслями по поводу:

- Похоже, что о существовании этого хода осведомлены не только Ее Величество и донья Луиса. Королева была в плаще с капюшоном и в маске, узнать ее было невозможно, но откуда-то ведь появились гвардейцы кардинала со вполне определенными намерениями..

Отредактировано Илер де Корнильон (2018-11-11 11:30:39)

+4

8

Новость о тайном ходе дона Антонио, предсказуемо, заинтересовала, и, не будь обстоятельства столь удручающими, он не замедлил бы засыпать дона Иларио вопросами. Сейчас, однако, думать надлежало в первую очередь о королеве, а во вторую - о донье Луисе и доне Гутьерре.

- Придворные дамы, дон Иларио, - сказал дон Антонио, не скрывая презрения, - ведут себя так, как угодно ее величеству. Не думаете же вы, что кто-либо из них решится, зная о приязни ее величества к сеньоре де Мондиссье, выказать иные чувства кроме тех, которые угодно видеть королеве?

Звук быстрых шагов заставил его обернуться, но это оказался лишь Манолито, с его плащом, который он и набросил ему на плечи. Маркиз безмолвно протянул ему письмо королевы и снова повернулся к французу.

- Будьте так любезны, сеньор, расскажите мне, слово в слово, если можете, что именно за спектакль вы разыграли с ее величеством.

Одним из достоинств очаровательной доньи Луисы была ее осторожность, и дон Антонио позволил себе надеяться, что ее заботами отсутствие ее величества в Лувра и вправду осталось незамеченным. Выдержит ли придуманная ею уловка пристальное внимание власть имущих - тут не поручился бы никто, и маркиз не на шутку тревожился, что развлечение ее величества ей дорого обойдется.

+2

9

Королева вообще-то доверилась вам, сеньор, а не вашему секретарю!

Нет, этих слов шевалье не произнес, сумев сдержать вмиг вспыхнувшее негодование. Только сжал левую руку в кулак - толком не заживший еще ожог отозвался болью. Потом зачем-то взглянул на темные ветви деревьев, что казались нарисованными на пасмурном небе, и подчеркнуто любезно ответил на очередной вопрос маркиза:

- Разумеется, могу. Я проводил королеву до тайного хода, потом вернулся на площадь и узнал, чем завершилась схватка. А далее в роли вестника событий совершенно невообразимых явился в Лувр и попросил аудиенции у Ее Величества, сообщив, что у меня срочные новости.

Корнильон слово в слово пересказал испанскому посланнику все, что было сказано во дворце - историю про испанку донью Ампаро и прогулку, внезапно превратившуюся в нелепый фарс. Поведал он и о том, что к моменту его визита неизвестно куда исчезнувшую мадам де Мондиссье уже искали по всем Лувру.

Отредактировано Илер де Корнильон (2018-11-11 19:37:48)

+2

10

Дон Антонио несколько мгновений молча смотрел на юношу, а затем обернулся к Манолито.

- За ходом следили, - сказал тот, возвращая письмо своему господину.

Маркиз лишь кивнул. Донья Луиса доносить о подобной прогулке не стала бы, а дона Гутьерре и шевалье де Корнильона можно было смело сбрасывать с любых счетов. Откуда ее величеству стало известно?..

- Обещать ей безопасность, - задумчиво сказал маркиз, - не может никто кроме сеньора кардинала…

- …которого нет, - согласился секретарь. - Но ее величество королева-мать…

- …такого предложения не сделает. Нет, она будет молчать.

- Женщина?

- Хммм… - дон Антонио обнаружил, что едва не завязал в узел завязки плаща, и начал завязывать их снова. - Она будет говорить, что гуляла с подругой, хочется надеяться… она знает, что ее подругу зовут донья Ампаро? - ему хватило одного взгляда, чтобы получить ответ. - Отлично. Прекрасное место для прогулок, слов нет.

Не будь маркиз так зол, он был бы менее прям, но сложившееся положение дел взбесило его до такой степени, что он утратил обычный свой такт. Донья Луиса будет лгать, конечно, и плакать, и изображать дурочку, и если им всем повезет, то кончится все тем, что ее удалят от двора - но в такое везение он не очень-то верил.

Если она во всем признается, королеве придется очень скверно, но должна же она понимать, что ей это не поможет?

Сеньор де Мондиссье будет очень недоволен, но…

- Дон Иларио, - очень мягко сказал маркиз, принимая решение, - что именно вы сказали дону Гутьерре? Дословно, если можете.

Способность шевалье точно воспроизводить разговоры поражала воображение, и не воспользоваться ей было глупо.

Отредактировано Мирабель (2018-11-12 00:31:00)

+3

11

Илер отрешенно наблюдал за сеньором Мирабелем и его секретарем, за тем, как дон Мануэль сообщает собеседнику вещь заведомо очевидную… Чувства шевалье сейчас выдавал лишь румянец, пылавший на щеках.

Из дальнейшего разговора стало более чем ясно, что маркиза беспокоит прежде всего участь мадам де Мондиссье. И, разумеется, то, что дон Гутьерре может рассказать гвардейцам кардинала. Илер был уверен, что испанец с этими господами даже разговаривать не пожелает, но делиться этими мыслями счел излишним. К тому же сеньор маркиз задал ему очередной вопрос. Что же, вспомнить сказанное вчера труда не составило:

- Я поинтересовался, как дон Гутьерре смотрит на прогулку в обществе двух прекрасных дам. И сразу предупредил, что эти дамы столь прекрасны, что несомненно найдутся те, кто пожелает помешать им беспрепятственно пройти мимо. Ее Величество представилась доньей Ампаро, донья Луиса – доньей Соль, никаких других имен возле Нельской башни не звучало...

Но Корнильон не ограничился этим лаконичным ответом. Он просто не мог не добавить:

- Этот спектакль понадобился королеве для того, чтобы получить возможность действовать, свою подругу она сумеет освободить. С доном Гутьерре все сложнее...

+2

12

Испанцы переглянулись с одним и тем же подозрением во взгляде, и угасло оно одновременно у обоих. Допустить, что сеньор де Корнильон оповестил о чем-то гвардию кардинала, чтобы похвастаться затем своей удалью перед королевой и ее спутницей, могли оба, но предположить, чтобы он вздумал затем рассказать об этом - нет, для этого нужна была уже запредельная глупость.

- Не то слово, дон Иларио, - вздохнул маркиз, - не то слово. Вы не знаете часом, кого ее величество отправила к сеньору де Мондиссье?

Первый порыв - поехать туда же - дон Антонио успешно подавил, осознавая, что время уже потеряно: сеньор де Корнильон ездил к нему домой, потом сюда. Что планирует ее величество? Если гвардейцы следили за тайным ходом, то вряд ли они все оставили свой пост, чтобы проследить за дамами, и донью Луису можно обвинить во множестве неприятных вещей, свидетелей хватит, и даже если они смогут предъявить им «донью Ампаро»…

Дон Антонио глянул на своего секретаря и слегка приободрился: Манолито явно обдумывал что-то любопытное.

+1

13

Разум подсказывал Илеру, что с доном Гутьерре разумеется, не поступят так, как обошлись с ним. Все-таки испанца схватили гвардейцы кардинала, дворяне… Однако,  дворяне из окружения кардинала вполне могут водить дружбу с первосортными негодяями – он сам недавно в том убедился, причем так как не пожелал бы и врагу. А тем более, другу…

Ветер стал казаться шевалье ледяным. Время уходило, сыпалось песком сквозь пальцы… А ему оставалось только ждать, ждать непонятно чего! Господину маркизу, за каким-то дьяволом в очередной раз понадобились подробности, в которых не было ровно никакого проку! Но Корнильон сумел ответить спокойно:

- Об этом мне ничего не известно, сеньор. После нашего небольшого представления королева написала это письмо, и я сразу отправился с ним в ваш особняк.

Мелькнула шалая мысль - а не обставить ли все случившееся как неведомо чью неуклюжую попытку обострить и без того натянутые отношения между Францией и Испанией? И эта мысль стала словами в одно мгновение.

Отредактировано Илер де Корнильон (2018-11-13 18:46:14)

+1

14

Манолито будто не услышал, и маркиз, чье ощущение, что его юный собеседник не вполне осознает положение дел, лишь усилилось с новым его предложением, решил, что настала пора внести некоторую ясность.

- Мой дорогой дон Иларио, - проговорил он, стряхивая с плаща хлопья мокрого снега, просыпавшиеся с ветки, - вы ведь не знакомы с сеньором де Кавуа? Если позволите, я объясню вам, что произойдет, когда я вернусь домой - или когда я, получив записку от сеньора де Кавуа, приеду к нему или в Пале-Кардиналь. Он сообщит мне, с глубочайшим сожалением и откровенным недоумением, что его люди задержали сегодня подругу ее величества, которая тайком покинула Лувр в сопровождении неизвестной дамы через некий ход, известный крайне узкому кругу лиц, в который, разумеется, входит и ее величество, для того, чтобы тайно встретиться с двумя дворянами у меня на службе - что, как ни прискорбно, не может не вызвать у некоторых подозрение, что ее величество в то время, когда наши страны находятся, увы, в чрезвычайно натянутых отношениях, сносится со своим братом, выдавая ему тайны своего супруга. После чего, дорогой мой дон Иларио, я приду в закономерный ужас и выскажу уверенность в том, что донья Луиса воспользовалась доверчивостью ее величества исключительно в личных целях и сеньоры гвардейцы имели несчастье помешать любовному свиданию - и мне достоверно известно, что она была крайне признательна вам за помощь с балетом. На что сеньор де Кавуа сообщит, я полагаю, что во время ареста было высказано предположение, будто спутницей сеньоры де Мондиссье была сама королева, отметит, что эту клевету будет, бесспорно, легко опровергнуть, узнав, что происходило в это же время в Лувре, и задастся вопросом, не поручил ли я вам обольстить или обмануть подругу ее величества с тем, чтобы, пользуясь ее юностью и неопытностью, оказывать влияние на ее величество. На что, дорогой дон Иларио, я отвечу, что ни один из вас двоих не способен на что-то подобное, но, дабы развеять любые подозрения в ваш адрес, я готов отправить вас обоих в Неаполь или в Брюссель или даже в Кито. В зависимости от расположения духа сеньора капитана и нашей с доном Мануэлем изобретательности, мы поговорим еще некоторое время в том же духе, после чего донья Луиса оставит двор, а вы покинете Париж и будете благодарить бога, что ее величество не отправилась в монастырь, а вы - на плаху. Угодно ли вам, сеньор, обвинять гвардию кардинала в чем бы то ни было, зная, что вы рискуете позором и, быть может, разводом для ее величества и смертью для себя? Сеньор капитан вряд ли хочет оказаться тем человеком, которого все будут винить в новых бедах королевы, но еще менее он захочет быть обвиненным в том, что потакает похищениям или даже устраивает их.

Оставался, разумеется, некоторый шанс, что дона Гутьерре и дона Иларио никто не узнал или что сеньора де Мондиссье, защищая себя, обвинит ее величество в таких грехах, что всю эту историю похоронят вместе с ней, но вероятность обоих событий дон Антонио оценивал как чрезвычайно низкую.

- Донья Луиса, - сказал Манолито, воспользовавшись возникшей паузой, - могла действовать в интересах герцога Неверского.

- Такая юная особа? - изумился маркиз. - Подруга герцогини Пьемонтской?

+3

15

Сказать, что он действительно думает по этому поводу, шевалье не представлялось возможным. Ни одна из мыслей, возникших во время весьма пространной тирады сеньора маркиза, не относилась к числу тех, которые можно озвучивать в приличном обществе. Промелькнуло среди них и услышанное в свое время  от солдата, которого, кажется, звали Гомес, весьма заковыристое ругательство размером в несколько этажей. Но сказано было совсем иное:

- Значит, сеньор, я ни черта не понимаю в политике, - Илер усмехнулся, признавая ошибочность своего спонтанного предложения. – В отличие от вас. Потому жду ваших указаний.

+2

16

Дон Антонио кинул на своего юного спутника быстрый взгляд, проверяя невесть откуда взявшееся подозрение, что тот ничего не понял, и увидел лишь мрачную решимость - то ли повиноваться беспрекословно, то ли все равно поступить по-своему, маркиз склонялся ко второму.

- Извольте, - отозвался он, подавляя недостойное желание осведомиться у дона Иларио, что помешало тому если уж не посоветоваться с человеком, в политике разбирающимся, перед тем, как пойти к дону Гутьерре, то хотя бы поставить его в известность о намерении ее величества совершить эту прогулку инкогнито по Парижу. Ответ дон Антонио предполагал, да и толку в этом не было никакого - и оттого донью Луису, если ему случится еще раз с ней увидеться, он спрашивать об этом также не собирался. - Что вы скажете дону Мигелю… прошу прощения, сеньору де Мондиссье, о том, почему донья Луиса оказалась в таком опасном квартале в таком обществе?

Прежде чем предпринимать что бы то ни было, дон Антонио хотел быть сколько-нибудь уверен в том, что участники этой прогулки могут объясниться хотя бы с ревнивым мужем, а берег подле Нельской башни, пусть и ставший безопаснее с тех пор, как гвардия его высокопреосвященства развлеклась там перед осадой, сохранял часть своей дурной репутации.

+2

17

Значит, придется измысливать очередную ложь. Впрочем, на этой войне любые средства оправданы. Особенно с учетом того, что сторона противоположная в средствах себя вообще не стесняет... Губы молодого человека на миг искривила усмешка.

- Проще всего было бы сказать, что мы с другом, проходили мимо, увидели, что некие господа настойчиво навязывают свое общество дамам, которые этого общества явно не желают, и не могли не вмешаться. Но после спектакля, который мы с Ее Величеством только что разыграли в Лувре, эта версия, увы, не подходит.

Илер задумчиво посмотрел в пасмурное небо, словно надеясь, что оно вдруг вспомнит о своей синеве, и после недолгой паузы продолжил:

- Можно, наверное, представить эту историю так:  донья Луиса решила помочь подруге, у которой очень сложные обстоятельства, и попросила нас двоих сопроводить их до Нельской башни. Я ведь один раз уже выручил ее – тогда, с балетом, - Корнильон слегка улыбнулся. -  А прочие подробности мне неизвестны – донья Луиса несомненно сумеет придумать куда лучшее объяснение, чем я.

+2

18

Обнаружив, что они дошли уже до самых ворот, дон Антонио повернул обратно - идти пешком до особняка Мондиссье в любом случае не имело смысла.

- Донья Луиса, - объяснил он, - вряд ли пожелает говорить мужу, что у нее есть некая подруга, о которой тот никогда ничего не слышал и которую она даже по фамилии назвать не может. Я исходил бы из того, что донья Ампаро относится к числу ваших знакомых, а не ее. Вы не можете договориться заранее, почему вы все там оказались - значит, виноваты во всем будете вы. Зачем вы ее позвали?

Тревожиться о добром имени женщины, которая в эту самую минуту, возможно, рассказывала Клейраку все, что знала о самом маркизе, о герцогине де Шеврез и о ее величестве, было, разумеется, несколько преждевременно, но от шевалье де Корнильона зависела не только судьба доньи Луисы, но и судьба королевы, а эту последнюю проще было пояснять на примере. Чего ожидать от доньи Луисы, дон Антонио себе представлял и надеялся, что ее здравый смысл подскажет ей, что, выдав ее величество, она повредит в первую очередь самой себе - но чего можно было ожидать от Корнильона…

+3

19

Воистину, в мыслях господ дипломатов сам черт не разберется! Еще и этот путь по кругу – почти дойдя до ворот, они зачем-то повернули обратно... Какого дьявола?! Но Корнильон вновь ответил маркизу подчеркнуто вежливо, надеясь одним ударом разрубить эту чертову паутину:

- Сеньор, вы ориентируетесь в ситуации куда лучше меня - так сообщите мне, что именно я должен сказать. Не будем терять времени понапрасну – оно сейчас на вес золота.

Левую руку шевалье скрывал плащ, потому его собеседник не мог видеть, что Илер снова сжал руку в кулак – чтобы сразу напомнившая о себе боль помогла привести мысли в порядок и все-таки избежать  в этом странном разговоре выражений, каковые в приличном обществе не употребляются.

+1

20

На этом месте, у припорошенного снегом вазона, из которого торчали сейчас одни голые ветки, терпение дона Антонио лопнуло, и он резко остановился.

- Мой дорогой дон Иларио, вы несколько забываетесь. В последний раз, когда меня занимал этот вопрос и я наводил справки, вы служили мне, а не наоборот. Вы не сочли нужным поставить меня в известность о просьбе королевы - ни вы, ни дон Гутьерре, и вам даже не приходит в голову, судя по всему, чем эта ваша общая выходка грозит и мне, кому, вы оба служите, и ее величеству. Вы пришли ко мне, не сочтя нужным даже изобразить раскаяние, черт возьми, и вы смеете меня подгонять? Право, если бы вы спешили меньше, впутываясь в это дело, вы не оказались бы сейчас… в том месте, где вы сейчас находитесь.

Манолито, остановившийся чуть поодаль, старательно делал вид, что не слышит.

- Я повторю вам еще раз, мой дорогой дон Иларио: все, что я смогу сделать для дона Гутьерре, я сделаю при разговоре с капитаном де Кавуа - сейчас меня и, я надеюсь, вас больше беспокоит ее величество, а ее судьба зависит от того, что расскажет донья Луиса - и в том числе, своему мужу. Сеньор де Мондиссье, при всей своей любви к супруге, все-таки, как ни прискорбно, не глупец. Поэтому - донья Ампаро относится к числу ваших знакомых, вы попросили донью Луису ее сопровождать и наверняка ввели ее в заблуждение относительно ваших целей и ее личности. Возможно, вы хотели ее скомпрометировать?

- Сыграть шутку, - чуть укоризненно вмешался Манолито. - Может, на пари?

- Разумеется. Что вы, будучи знакомы с фавориткой королевы, сумеете убедить ее привести ее величество в… там есть поблизости какой-нибудь кабак?

- Какой-то «…тетерев», - вспомнил секретарь. - Но это безумие.

- В духе дона Иларио, - отмахнулся маркиз и снова двинулся в сторону дворца. - Разумеется, это не могло преуспеть, отсюда и донья Ампаро - она должна была изображать королеву. Но донье Луисе этого, разумеется, не сказали.

Отредактировано Мирабель (2018-12-02 02:31:02)

+1


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть IV: Жизни на грани » Оборотная сторона приключения. 3 февраля 1629 года