Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+



Происходящее в игре (случайная выборка):



В предыстории: Гг. Жан де Жискар и Никола де Бутвиль попадают в засаду в осажденном голландском городе. Месье ухаживает за принцессой де Гонзага. Шере впутывается в опасную авантюру с участием Черного Руфуса. Г-н де Бутвиль-младший вновь встречается с г-ном де Лаварденом.

Девица из провинции. 4 декабря 1628 года, особняк де Тревиля: М-ль де Гонт знакомится с нравами мушкетерского полка.
Парижская пленница. 3 февраля 1629 года: Г-жа де Мондиссье и г-н де Кавуа достигают соглашения.
Любопытство - не порок. 20 января 1629 года: Лейтенант де Ротонди вновь встречается с г-ном де Ронэ.
После драки. 17 декабря 1628 года.: Г-жа де Бутвиль и г-жа де Вейро говорят о мужчинах.

Нежданное спасение. 3 февраля 1629 года: Королева приходит на помощь к г-же де Мондиссье.
О трактирных знакомствах. 16 декабря 1628 года.: Г-н де Рошфор ищет общества г-на де Жискара.
Убийцы и любовники. 20 января 1629 года. Монтобан.: Г-жа де Шеврез дарит г-ну де Ронэ новую встречу.

Юнона и авось. 25 февраля 1629 года: М-ль д’Онвиль ищет случая попросить г-на де Ронэ поделиться опытом.
О чём задумались, мадам? 2 февраля 1629 года: Повседневная жизнь четы Бутвилей никогда не бывает скучна.
Мечты чужие и свои. Март 1629 года: Донья Асунсьон прощается с Арамисом.
Страж ли ты сестре моей. 14 ноября 1628 года: Г-н д’Авейрон просит о помощи г-на де Ронэ.

Попытка расследования. 2 февраля 1629 года, середина дня: Правосудие приходит за графом и графиней де Люз.
Рамки профессионализма. 17 декабря 1628 года: Варгас беседует с мушкетерами о нелегкой судьбе телохранителя
Оборотная сторона приключения. 3 февраля 1629 года: Шевалье де Корнильон рассказывает Мирабелю о прогулке королевы.
О встречах при Луне и утопших моряках. 9 января 1629 года.: Рошфор докладывает кардиналу о проведенном им расследовании.


Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календарь на 1628 год: дни недели и фазы луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть IV: Жизни на грани » Кто победитель, кто проигравший? 9 января 1629 года


Кто победитель, кто проигравший? 9 января 1629 года

Сообщений 1 страница 20 из 24

1

После эпизода Детектив на выданье. 9 января 1629 года

Отредактировано Анна Австрийская (2018-10-12 08:18:18)

0

2

Да, здесь было, над чем подумать. С одной стороны, графа де Рошфора не в чем было упрекнуть с точки зрения этикета – всё выверено, продумано, взвешено. А с другой – и именно за это королева теперь сердилась – хотя неясно, на кого больше – на него, что угадал, или на себя, что случайно выдала – пожалуй, даже слишком был догадлив граф.

О, она прекрасно поняла, что говорил он не о шевалье де Вантеро, нет, когда сказал, что некто из тех, кто находится здесь, знает поэта. Он говорил о ней самой. Но как же всё-таки она могла выдать себя? Ведь поначалу никто и не догадывался, что ей известно…
Другим вопросом, занимавшим мысли королевы, было примирение с кардиналом. Она сама предложила его – в присутствии придворных, и вовсе не собиралась отказываться от своих слов. Кажется, он тогда был поражён этим, что неудивительно.  Луиза во многом была права, рассказывая о графе о де Рошфоре. И королеве сейчас было необходимо поговорить с ней, чтобы окончательно разобраться во всем – Анна полагала, что план их не удался, ведь она как будто чем-то задела графа, его гордость… Она не могла этого не заметить.

Любопытно было бы узнать, что думают обо всём об этом её придворные дамы, от которых, как известно, не ускользнёт ни одна мелочь, ни одна деталь. Луиза наверняка сможет рассказать ей и это – королева видела, как Луиза наблюдала за всеми. Так что же получилось в итоге?
«И как только герцогиня Савойская решилась расстаться с Луизой?» - порой искренне недоумевала королева, слушая рассказы об очередных приключениях Луизы или придумывая их вместе с ней, или просто беседуя – так, как больше ни с кем не могла – искренне и откровенно. «Где же она? Снова что-то придумала?» Вопросов было много, и один человек мог точно на них ответить – подруга королевы, Луиза де Мондиссье.

Отредактировано Анна Австрийская (2018-10-12 12:24:06)

+1

3

Стоило двери закрыться за господином графом, дамы и пажи сразу зашумели - не загалдели, конечно, это было бы невежливо, но все равно. Во-первых, всем было интересно про господина графа и почему ее величество его пригласила, во-вторых, надо было расспросить шевалье де Вантеро, в-третьих, обсудить и высмеять бедного шевалье де Шастока. Всем ужасно не терпелось поболтать, но конечно, это нельзя было делать очень явно при ее величестве, это было бы неучтиво, и поэтому мадам дю Фаржи испросила позволения побеседовать с бедняжкой-пажом наедине, мадам де Гемене и мадам де Буа-Траси тихонько придвинулись поближе друг к другу, мадам д’Эссен поманила к себе бедную мадемуазель де Сент-Уэр, а Луиза поймала взгляд сперва шевалье дю Роше, а потом шевалье де Шьера и коснулась своего уха, чтобы дать им понять, чтобы они слушали, о чем рядом с ними говорят. Потом она снова посмотрела на ее величество и глазами показала на дверь королевского кабинета, но, конечно, сразу же пойти туда было никак нельзя, и поэтому прошло еще довольно много времени, прежде чем две подруги наконец оказались одни, а служанка, которая принесла в кабинет вино и сыр, вышла. Луиза сразу же принялась подстраивать свою лютню под арфу королевы, но это она могла бы и во сне делать, это ее не отвлекало ни капельки.

- Ужасно опасный человек, ваше величество, - сказала она шепотом. - Ужасно, я его боюсь, но и тоже… когда он на меня смотрит, даже ненароком, мне кажется, у меня даже сердце биться перестает или наоборот начинает прямо колотиться.

Отредактировано Луиза де Мондиссье (2018-10-21 00:43:48)

+1

4

- Опасный? Да, Луиза, думаю, что он действительно может быть опасным. Что вы думаете - получилось ли у нас то, что мы хотели? Мне отчего-то кажется, что нет... - Анна коснулась струн арфы, и тихие звуки полились, заполнив комнату и заглушая разговор двух подруг.

Да, похоже эта новость вызвала переполох. Придворные оживились, как потревоженный улей - они обсуждали, насмешничали, строили догадки о том, чего не знали... Бедный мальчик-паж, кажется, немного даже испугался такой реакции, и королева ответила согласием мадам дю Фаржи, которая хотела побеседовать с ним наедине. "Надо было всё-таки её предупредить..."
Новости и сплетни при дворе расходятся быстро, и скоро уже все будут знать имя незадачливого поэта и всю историю, и он, разумеется, узнает обо всём, и будет сражён известием, что секрет его раскрыт. И нужно с этим что-то делать. Удалить от двора? Нет, это крайний случай. Исключить из свиты? Не поможет - они только видеться будут реже, но при дворе-то он останется, и ему ещё будут вспоминать эту историю. Может быть, его и вправду лучше отослать, пусть даже на какое-то время? Да, сложная ситуация...

+1

5

Луиза подумала, что то, что она задумала, не получилось точно и ужасно жалко, но что тут поделаешь? Зато все узнали, наконец, кто это посылал ее величеству стихи, а еще так удачно вышло, что это был шевалье де Шасток, который мог бы иначе быть опасен, и еще королева при всех сказала, что желает примириться с господином кардиналом, а он будет последний дурак, если станет возражать, а это значит, что ее влияние уже сейчас возрастет, а потом он уедет на войну и не будет с ней ссориться оттуда, а еще, может, его там убьют. На войне же убивают - могут и его убить.

Сейчас, правда, она совсем не хотела говорить ни про господина кардинала, ни про господина графа - и особенно про господина графа, потому что ей удалось выскользнуть из зала вскоре после него и она его догнала и с ним поговорила, и вроде бы это никто не заметил, но этот разговор ей надо было еще как следует обдумать и еще кое-что уточнить, поэтому она пока не хотела зря ее величество тревожить, когда у нее и так было о чем беспокоиться.

- Его величеству самое позднее завтра расскажут, - озабоченно сказала Луиза, решив на щекотливые вопросы пока не отвечать. - Ваше величество, а что, если он спросит, почему вы эти стихи хранили?

+1

6

Королева уже успела подумать и об этом - время было. И ответила сейчас, почти не задумываясь:
- Скажу, что я не собиралась их хранить, но привычка к порядку, привитая ещё когда я была инфантой...что именно это заставило меня сложить стихи в шкатулку - чтобы не мешали на столе. Это не помешало мне благополучно забыть о них и не вспоминать, пока не представилась возможность узнать автора посланий.
Нам поможет ещё и то, что мадемуазель де Сент-Уэр не задержалась, ища стихи, а из этого следует, раз фрейлины знали, где они и я не делала из этого секрета, что они для меня ничего не значили.
Потому что если бы они имели хоть какое-нибудь значение для меня, я бы непременно постаралась сохранить всё в тайне, сделать так, чтобы никто больше, кроме тех, кто нашёл, не узнал о письмах. А о них знал весь двор. Ведь когда нам что-то дорого, мы храним это в тайне от посторонних, не так ли, Луиза?

"Только не знаю, поверит ли мне король или нет... Это может быть убедительно для нас, но король..так ревнив..что может не поверить. Правда, если ему захочется проверить, весь двор только подтвердит мои слова. Ведь здесь только правда - я действительно не собиралась их хранить, и рано или поздно его всё равно бы разоблачили..."

Но если что и могло бы вызвать сомнения, то объяснение, а не сам поступок; это было так по-женски - положить что-то куда-то, чтобы потом даже не вспомнить, а обнаружив снова, удивиться: что? откуда? И вспомнив, рассмеяться: неужели? я давно забыла...

Отредактировано Анна Австрийская (2018-10-12 22:27:14)

+1

7

Луиза взяла аккорд и подкрутила колок, чтобы не сразу ответить, потому что на такое сразу отвечать было нельзя, надо было сперва подумать. Какая, все-таки, ее величество была поразительная, такая чистая и искренняя, и Луиза в который раз уже мысленно пообещала себе, что всегда-всегда будет ей предана - ну, то есть пока она остается ее лучшей подругой, конечно, потому что кто же служит тем, кому ты не нужна?

- Я чего на самом деле боюсь, ваше величество, - осторожно сказала она, - что, если он решит, что вы хотели, чтобы он ревновал? Ведь обязательно кто-нибудь так подумает и скажет - потому что он же совсем вас забросил! А еще - будто вы хотели показать ему, как это оскорбительно и абсурдно, что он так мало вам доверяет! Люди такие злые, увы, и никому и в голову не придет, что вы для того и хранили эти письма, чтобы вместе с ним над этими стихами посмеяться, а они все приходили, а он все не приходил, вот и… И не чтобы его в глупое положение поставить, упаси Боже, а потому что вам обидно? Ведь ясно же, что не так вы их ценили и не очень-то прятали, а просто складывали, и как вы рады, что он хотя бы поэтому пришел…

Луиза прекрасно понимала, конечно, что она сейчас редкостную чушь несет, но ей надо было предложить ее величеству какие-то другие идеи, и она надеялась, что в той ерунде, которую она болтала, королева услышит то, что она не сказала - что ей с королем надо не ссориться, а мириться! А значит, надо объяснять, что она короля любит и все тут, и уж конечно, не врать - не то, что легко проверить! Не в один же день они все пришли, эти письма, чтобы королева про них забыла, а что она про них раз за разом забывала - нет, в такое никто не поверит. Так что пусть лучше врет про то, что просто поделиться шуткой хотела и ждала, а врать она не умеет, а про обиду обязательно скажет, ведь правда же обидно - и тогда, может, его величество так поймет, что она хотела, чтобы он приревновал ее, и ему будет приятно? Или он тоже тогда обидится? Нет, как вообще можно жить так, как его величество - вообще без радостей всяких? Лучше бы он любовницу завел, честное слово!

+1

8

Королева и сама хотела бы жить в мире с королём, но влияние кардинала на его величество было слишком сильным. Кардинал постоянно подкладывал им палки в колёса, убеждая короля не доверять Анне, и Людовик почему-то ему верил! И вот результат его стараний - у них до сих пор нет наследника... Кардинал знает, как при желании  женщина может влиять на мужчину, и видимо, именно этого и боится, потому и ссорит их с королём, чтобы не допустить усиления позиций  Анны - или думает, что она будет настраивать короля проводить происпанскую политику? Наверное - да, скорей всего, так и есть, но почему бы не быть миру между Францией и Испанией? Двойной брак - её и Людовика и его сестры Изабеллы с Филиппом - служил именно этой цели... Значит, его высокопреосвященство слишком плохо знает её. Она писала Бекингэму дважды - и оба раза в тех письмах не было ни слова о любви; она просила его не помогать протестантам, отступить. Но второе её письмо герцог прочитал слишком поздно - когда уже был ранен, как доложил ей позже Ла Порт. А ведь Бекингэм (и она это знала) подчинился бы ей, и меньше, гораздо меньше было бы тогда погибших на той ужасной войне...

Анна решила - она достигнет цели, несмотря ни на что, несмотря на все уловки и ухищрения, и когда король будет ей доверять... Вот если бы она только могла что-то сделать, чтобы показать королю свою верность, чтобы он поверил ей!

Луиза сказала правду - да, кто-нибудь обязательно так подумает и объяснит, а король очень, порой даже слишком ревнив. Она сама уже так думала - чтобы сказать, что она лишь хотела показать эти стихи королю, разобрать их вместе - но ведь его величество порой так долго не навещает её... Только у королевы не было уверенности, но если уж так совпало, то значит, это точно и следует сделать!

- Луиза, что бы я делала без вас! Если король спросит - а он, скорей всего, спросит - я так и отвечу ему. Ведь если бы я хотела сохранить эти письма по-настоящему, неужели не нашла бы лучшего места, чем одна из шкатулок, которые доступны моим фрейлинам? Убедить короля может быть..сложно, но я постараюсь, чтобы его величество мне поверил. Теперь же меня волнует другой вопрос: как вы думаете, примет ли кардинал моё предложение, переданное через графа де Рошфора, и...поверит ли в его искренность?

Отредактировано Анна Австрийская (2018-10-13 18:46:55)

+1

9

Луиза не видела ни одной причины, почему бы господин кардинал не поверил в искренность ее величества. Она бы сама, конечно, так прямо не сказала, но еще и потому что она бы лучше хотела оставить себе возможность все переиграть, а ее величество интриганкой совсем не была, и правильно, наверное - королевам вообще интриговать незачем и не положено, может. Это ей, мелкой дворяночке, да и то по мужу, надо уметь извернуться, а дочери испанского короля и жене французского, о таком никто и не говорил-то, надо думать!

- Это было бы ужасно оскорбительно, ваше величество, если бы он не поверил, - сказала Луиза и даже не хихикнула, хотя у нее на щеках все-таки проявились ямочки - самую малость. - Но почему бы ему сомневаться? То есть я слышала, что он ужасно подозрительный, но что тут можно подозревать? Что вы это ради своих интересов? Ну так это так и есть, чего же тут такого? Или чтобы позлить ее величество? Ну да, может быть, да, только… О, знаете что! Он ведь вам что-то говорил, господин граф, так что никто не слышал? Так может, он вам что-то про чувства господина кардинала сказал - как с ним примириться? Ведь говорят же, что он не просто так ваше величество преследует, а потому что вы ему в любви отказали!

На самом деле, ее величеству совсем не стоило бы разыгрывать эту карту, но и потерять ее совсем было бы жалко. Вот если бы королева сделала так, что кто-то ее бы спросил, а она бы сказала, что не хочет об этом говорить и она, верно, дурно расслышала, или что-то в этом роде, то потом, если господин кардинал будет ее по-прежнему преследовать, она сможет "признаться", и тогда король будет ужасно недоволен уже господином кардиналом, но все равно лучше было бы, если можно было бы просто подружиться.

+1

10

"Ужасно подозрительный... Что вы это ради своих интересов?...Или чтобы позлить ее величество?" - ну вот, как, спрашивается, Луиза умудряется чуть ли не мысли её читать?! Ведь именно так она и думала.
- В любви?! Ах да, Луиза, вы, наверное, слышали ту сплетню...что благодаря герцогине де Шеврез кардинал выставил себя посмешищем, станцевав сарабанду?... Только всё это сплетни, не более: ничего подобного на самом деле не было. И боюсь, что причина ненависти кардинала ко мне гораздо более прозаическая: я, как дочь своей страны, хочу помогать ей, насколько могу, а Его Высокопреосвященство, я полагаю, опасается, что я могу настроить короля на происпанскую политику, чего он очень не хочет. Ведь я - жена короля, и если Его Величество будет доверять мне, я смогу влиять на короля, и именно этого не хочет монсеньор кардинал... Луиза, я верна королю и никогда в жизни не полюбила бы никого другого. Да, король бывает очень часто холоден со мной, но разве это что-то меняет? Я знаю свой долг, я не изменю ему.
Что же касательно того, о чём мне сказал граф и чего никто не слышал... Граф напомнил мне мифический сюжет - чего просил Парис у богини, возможно, так испытывая меня, потому что Парис просил у богини любви. А в образе Париса - наш поэт. Но надо иметь ещё довольно богатое воображение, чтобы представить, что я могу полюбить кого-то другого, и не просто полюбить... Вы понимаете, Луиза? Это невозможно. Невозможно...

+1

11

Луиза подумала, что никакого особенно богатого воображения совсем не надо - что такого было бы в том, чтобы красивая молодая женщина, которую к тому же не любит муж, этому мужу изменила? Да для этого и влюбляться не нужно - хотя  ее величество, наверное, ужасно хотела бы, чтобы ее любили, поэтому и письма со стихами сохранила, и герцога Бэкингема раньше не слишком отталкивала… И кто в этом виноват, спрашивается? Вслух она, это, конечно, говорить бы не стала - ни ее величеству, ни еще кому-нибудь, но ей все-таки показалось, что, может, у господина графа все же был какой-то шанс, раз ее величество стала говорить, что никогда никого не полюбит и королю не изменит.

- Конечно, невозможно, - согласилась Луиза, - и очень глупо, что он так думает, потому что вы же замуж вышли, а значит, теперь не испанка, а француженка, и в Библии даже написано, что муж и жена - плоть едина. Вот и я, ваше величество, когда замуж вышла, тоже француженкой стала, но только я не сразу это поняла - потому что ты же остаешься самой собой и не сразу осознаешь, что не просто в другую страну жить переехала, но еще и сама как бы другим человеком стала - так странно!

Конечно, это было все не так просто, и не то чтобы Луиза и правда чувствовала себя француженкой - ну, не больше чем в Савойе, где ее так часто называли, но ведь она же не была королевой, и никому не было никакого дела, что она о себе думает или о политике, да и не думала она о политике, но ее величество, может, послушает и если сама не решит, что она теперь здесь живет, а не в Эскуриале больше, то, может, будет знать, что говорить - почему она решила с господином кардиналом примириться: потому что она почувствовала себя француженкой и вообще верная жена своего супруга. Это был бы не первый раз, когда бы Луизе удалось ее величеству что-то подсказать - хотя иногда у нее не получалось, вот как с Парисом этим, и хорошо хоть, что ее величеству и в голову не пришло, что подруга ей что-то недоброе советует, хотя с нехорошими людьми доброй быть - пустое дело!

+1

12

- Вам во многом было проще, Луиза, - немного печально улыбнулась королева Анна. - Можете ли вы понять, что такое - знать, что всё за тебя давно решено? Я вышла замуж совсем юной, тогда мне было всего четырнадцать, и выбор был сделан за меня. Но такова наша участь - родившихся в королевских семьях: мы не выбираем свою судьбу. Вас же, я думаю, никто не заставлял, Луиза? Ведь то был ваш выбор?
В то время, став женой короля Франции, я осталась испанкой по духу; но время берёт своё - и я...да, я люблю Испанию, свою Родину, но постепенно становлюсь, как вы правильно сказали, француженкой.

«"Оставит человек отца и матерь свою, и прилепится к жене своей, и будут оба плоть едина"* - Луиза верно привела Евангельские слова... Но значат они духовное единение супругов и согласие их друг с другом во всём, только тогда слова Спасителя исполнятся в полной мере.
Нет, Луизе сложно понять меня, как и многим другим, но верно, потому я к ней привязалась, что она оказалась совершенно на этих "других" не похожа: и бывает, когда благоразумие, терпение и хладнокровие готовы оставить меня, она как моя правая рука. И как только так поразительно сочетаются в одном человеке рассудительность и беспечность, наивность (даже в чём-то простодушие) и богатая на выдумки и маленькие хитрости фантазия?»

- О, Луиза, если бы я только могла доказать королю свою преданность... Сделать что-то, чтобы Его Величество стал больше доверять мне...

*

Мф. 19:5

+1

13

Луиза ответила ее величеству грустным взглядом и подумала, что за неделю до отъезда мужа доказать ему свою преданность будет непросто - особенно после истории со стихами, если ее величество не сможет как следует соврать. Был бы это месье де Мондиссье и он бы на нее гневался, Луиза бы просто пробралась к нему в спальню и они бы уже к полуночи помирились, но королеве и вести себя так не подобает, и вряд ли ее в спальню к королю пропустят без приглашения, и вряд ли она умеет… Ну да все равно!

Луизе очень хотелось предложить ее величеству, чтобы она сказала королю, что не хочет больше видеть подле себя герцогиню де Шеврез - это бы наверняка его величеству очень понравилось, он герцогиню терпеть не мог, но толку в этом не было бы никакого: никогда бы ее величество от своей подруги не отказалась, не ради своей выгоды уж точно, и это было в ней тоже ужасно трогательно - Луиза очень надеялась, что и ее королева так же любит, но кто его знает, лучше на это не рассчитывать - и ничего плохого ни про одну ее подругу не говорить.

- А что, если вы его величеству предложите, что вы могли бы, пока его нет, тоже за его высочеством присмотреть? Потому что, конечно, да, ее величество - мать и все такое, но вы к нему по возрасту ближе ее и он вам будет больше доверять, а вы сможете его остановить вовремя или предупредить его величество, если он что-то задумает, что не стоит?

Еще можно было выведать какие-то тайны своего брата и рассказать королю, но на такую мерзость и сама Луиза бы не решилась, да и вряд ли его католическое величество что-то важное сестре в письме расскажет. А его высочество - Луиза с ним была немного знакома уже и слышала, конечно, всякое - во-первых, он ее величеству был не братом, а только деверем, во-вторых, за ним и правда нужен был глаз да глаз, а в-третьих, так они обе смогут с ним получше подружиться, а он был все-таки наследник престола.

+1

14

- Это хорошая идея, Луиза. Тем более, что это не будет представлять особой сложности. И хоть в отсутствие Его Величества мне запрещено принимать в своих покоях мужчин, но вряд ли это правило распространяется на принца, брата короля ("и наследника престола" - немного с грустью подумала она); во всяком случае, Её Величество не сможет отказать своему любимому сыну в такой мелочи.

Что Людовика не любила королева-мать, было известно также, как и то, что младшего она обожала; и в этом смысле Анне было даже жаль его: сама она была любимицей родителей и всего двора как старшая дочь короля и королевы Испании. Возможно, именно поэтому она так тяжело переносила вражду и так жаждала мира с королём и кардиналом: напряжённая обстановка, сложившаяся в Лувре, была всё более и более невыносимой.

+1

15

Луиза вздохнула в ответ и подумала нехорошие вещи про мадам де Шеврез, из-за которой у нее не получилось подстроить так, чтобы ее величество раскрыла заговор против его высочества еще в декабре - наверняка из-за нее! А ведь так все хорошо было придумано!

- Только бы его величество не решил потом, что вы в его высочество влюбились, - сказала она с фальшивой озабоченностью. - О, и знаете - можно еще заказать по секрету его портрет… миниатюру - короля, не принца, конечно! - сделать так, чтобы он об этом узнал, и… совместную! А то вдруг кто-нибудь подумает, что вы извести его величество хотите! Я вам уже рассказывала, как мы с ее светлостью мадам… одну даму при Савойском дворе пугали?

Лукавство в серых глазах Луизы было вызвано не одним только воспоминанием, каким бы веселым оно ни было - вообразив себе, как ее величество старательно втыкает булавки в портрет супруга, она чуть не залилась смехом.

+1

16

- Нет, не рассказывали. Луиза, что же вам сделала эта дама, за что вы её пугали и как? Расскажите... - Суеверий королева была не чужда, но относилась к ним с недоверием; нам не дано читать мыслей - и слава Богу, а иначе королева была бы потрясена, узнав о чём думает её подруга. Она знала значение некоторых, наиболее распространённых, суеверий, и уж точно не стала бы желать смерти своему супругу и королю. Оказывается, хотя Луиза довольно много рассказывала о Савойе, её запас историй далеко ещё не исчерпан. Может быть, это поможет королеве успокоиться и отвлечься?

Мадам де Мондиссье была сама невинность, и так легко обо всём говорила, как будто всё заранее знала. Заказать совместный портрет...надо подумать... Может быть, сделать что-то аллегорическое? Картина тоже может говорить - но по-своему, немым языком, но оттого не менее понятным; на картине можно изобразить то, что сложно передать словами. Как бы то ни было, идея была хорошей. Живописцев много во Франции, но здесь нужны только лучшие. Было бы хорошо потом самой подарить его, но в крайнем случае можно будет послать подарок Его Величеству - как только будет готова работа, ведь её исполнение может занять довольно много времени. Однако это мало волновало королеву, по крайней мере, сейчас; она сидела, подперев рукой голову, и внимательно глядя на свою подругу, словно пытаясь угадать её мысли, слушая её щебечущий голосок.

+1

17

Луиза устроилась поудобнее и даже лютню в сторону отложила - сейчас как раз хорошо будет, если их подслушают, потому что ничего секретного она говорить не собиралась, а если услышат, то поверят, что она просто ее величество всякой ерундой развлекает.

- Она нам ужасно вредила, - объяснила Луиза - немного туманно, потому что не рассказывать же королеве, такой светлой и доброй, что синьора Пульчани вбила себе в голову, что мадам Кристину надо вывести на чистую воду, как она своему супругу изменяет! - И поэтому мы договорились с ее служанкой, и та для начала рассказала ей, как в деревнях наводят порчу на чужих невест. Вы помните, я про зеркала рассказывала? Вот что-то такое, а потом она приходит к себе в комнату после утреннего приема, а там ее зеркало разбито - как молотком, и кусочка не хватает. Самое смешное, что она на эту служанку сразу подумала, выставила ее за дверь, слова сказать не дала и побежала к священнику. А ему мы заранее как раз подлили вино вместо святой воды - можете себе представить, он в комнате у себя в бутылке святую воду хранил! Чтобы не ходить в церковь! И вот приходит он покропить святой водой это несчастное зеркало, а капли - от вина! Он сам на пажей подумал, конечно, хохотать начал, а она на него так разозлилась! И стала на него кричать - я рядом была и все слышала, а он ушел, конечно.

На самом деле, падре оказался гораздо умнее, чем Луиза думала, и потом уже, когда она к нему на исповедь пришла, приказал, чтобы она ему все рассказала, и ужасно сам веселился, но этого она ее величеству говорить не стала, а только паузу сделала, чтобы понять, про что лучше дальше рассказывать - про булавки или про инкуба.

+1

18

Ну как тут было не рассмеяться, представив всю картину - особенно когда падре кропит вином вместо святой воды! Да, про зеркала Луиза действительно что-то рассказывала...что-то о разбитом зеркале тоже...да, она помнила...
- И никто не узнал про вас? Никто не догадался? Ах, дорогая Луиза, сколько ещё историй вы знаете?! А что же было дальше? Она прекратила...вредить вам? Не припомню, чтобы вы говорили мне об этом раньше. Да, вы замечательная рассказчица!

Анна улыбалась, думая о том, что мадам де Мондиссье, её Луиза, послана ей небом: она одна могла так запросто и развеселить и успокоить королеву. Как с ней решилась расстаться герцогиня Савойская, она не представляла, равно как и то, что же творилось при савойском дворе, если пробыв здесь несколько месяцев, Луиза уже успела...да много успела. Сколько всего уже успело произойти с того момента, как Луиза де Мондиссье прибыла ко французскому двору.  Это было примерно в конце сентября, а сейчас начало февраля - и полугода не прошло ещё... И как-то же ей удалось расположить к себе королеву почти сразу, с первых же дней - оттого ли, что Анна тогда отчаянно нуждалась в таком человеке, который бы её понял, который бы ей мог подсказать и помочь, когда она не знала, что делать, потому что герцогиня де Шеврез была удалена от неё? Лучик света, который остальные придворные не любили, наверное, за то, что слишком яркий иногда и привлекает к себе всеобщее внимание...

+1

19

Луиза тоже улыбалась - и не по привычке, а потому что кто бы ее величеству бы не улыбнулся, когда она так смотрит? Вот сама Луиза бы заметила, наверно, что ее отвлекают или развлекают… впрочем, может, и королева заметила, все равно же они здесь вдвоем, и время есть, и байку послушать, и разговор продолжить - а Луиза больше про графа де Рошфора говорить не хотела, потому что королева королевой, а в любви каждый за себя! Значит, лучше про булавки!

- Нет, не перестала, к сожалению, - вздохнула Луиза с деланным огорчением, - она ведь не знала еще, что это из-за того, как она себя вела… что это наказание свыше было… мы так и говорили: "Наказание свыше!" - не выдержав, она снова рассмеялась - мадам Кристина еще палец наставительно к небесам воздевала, а потом им грозила… Нет, все-таки Луиза по ней иногда ужасно скучала! - Да и я же говорю, это было только для начала, чтобы она поверила, что это ее извести пытаются. Потом мы нарисовали ее портрет - ну, не я, конечно, я же рисовать не умею совсем, а заказать кому-нибудь мы не могли, но все равно получилось как у настоящего художника… вы знаете, вот как для верительных грамот у послов - или как они называются? Когда месье де Мондиссье приехал в Савойю, у него с собой был его портрет - очень похоже! Вот мы такой и сделали, а потом… ну, тут очень удачно получилось - у нее как раз на щеке вскочил чирей. И мы на нашем портрете точно такой нарисовали и кровью написали Fiat - это на латыни что-то, я забыла, что это значит.

Палец резала Луиза, конечно, а писала мадам Кристина, хорошо хоть слово они выбрали короткое - Луиза объяснила, что почерк трудно изменить, поэтому букв должно быть мало, тогда мадам Кристина придумала написать Fiat. И еще надо было подкинуть этот портрет так, чтобы никто не заподозрил, и это тоже делала Луиза и чуть не попалась, но теперь все это рассказывать было очень весело.

0

20

"Наказание свыше!" - и королева засмеялась вместе с подругой. С Луизой всегда было так легко, она умела отвлечь и развеселить, всё грустное сразу как-то забывалось, когда она начинала рассказывать свои истории. И теперь она смеялась над рассказом совершенно искренне, живо представляя всё то, что происходило... Весело же было герцогине при савойском дворе с неутомимой мадам де Мондиссье!

- Продолжайте же, дорогая Луиза, - немного успокоившись от смеха, отвечала королева, - расскажите о чём-нибудь ещё... Право же, истории ваши восхитительны! Вы совсем рассмешили меня, так, что я забыла, что ещё хотела спросить у вас...но раз оно забылось, значит, не было так важно. Продолжайте же, прошу вас....

Писать кровью - королеве было сложно и представить нечто подобное. "Fiat? Да будет так... Или пусть будет так?... Да, что-то такое... Представляю, что могла подумать та дама - наверное, что причиной тому точно, наверняка проделки мадам де Мондиссье! Хорошо ещё, что она не додумалась обвинить Луизу в ворожбе...или додумалась? Но даже если бы так, ей всё равно бы никто не поверил - особенно если герцогиня принимала в этом участие и кто-нибудь об этом мог знать, потому что тогда бы пришлось обвинить принцессу в сообщничестве..."

+1


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть IV: Жизни на грани » Кто победитель, кто проигравший? 9 января 1629 года