Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+



Происходящее в игре (случайная выборка):



В предыстории: Гг. Жан де Жискар и Никола де Бутвиль попадают в засаду в осажденном голландском городе. Месье ухаживает за принцессой де Гонзага. Шере впутывается в опасную авантюру с участием Черного Руфуса. Г-н де Бутвиль-младший вновь встречается с г-ном де Лаварденом.

Девица из провинции. 4 декабря 1628 года, особняк де Тревиля: М-ль де Гонт знакомится с нравами мушкетерского полка.
Парижская пленница. 3 февраля 1629 года: Г-жа де Мондиссье и г-н де Кавуа достигают соглашения.
Любопытство - не порок. 20 января 1629 года: Лейтенант де Ротонди вновь встречается с г-ном де Ронэ.
После драки. 17 декабря 1628 года.: Г-жа де Бутвиль и г-жа де Вейро говорят о мужчинах.

Нежданное спасение. 3 февраля 1629 года: Королева приходит на помощь к г-же де Мондиссье.
О трактирных знакомствах. 16 декабря 1628 года.: Г-н де Рошфор ищет общества г-на де Жискара.
Кастинг на роль ее высочества. 27 февраля 1629 года, вечер: Г-жа де Вейро отказывается отдать роль принцессы своей горничной.
Куда меня ещё не звали. 12 декабря 1628 года. Окрестности Шатору.: Кардинал де Лавалетт поддается чарам г-жи де Шеврез.

Юнона и авось. 25 февраля 1629 года: М-ль д’Онвиль ищет случая попросить г-на де Ронэ поделиться опытом.
Оружие бессилия. 3 марта 1629 года: Капитан де Кавуа допрашивает Барнье, а затем Шере.
Король-олень. 9 января 1629 года: Гастон Орлеанский делится с братом последними слухами о королеве.
Страж ли ты сестре моей. 14 ноября 1628 года: Г-н д’Авейрон просит о помощи г-на де Ронэ.

Попытка расследования. 2 февраля 1629 года, середина дня: Правосудие приходит за графом и графиней де Люз.
Рамки профессионализма. 17 декабря 1628 года: Варгас беседует с мушкетерами о нелегкой судьбе телохранителя
Оборотная сторона приключения. 3 февраля 1629 года: Шевалье де Корнильон рассказывает Мирабелю о прогулке королевы.
Друг моего друга. 18 декабря 1629 года: Д’Артаньян ревнует Атоса к Кавуа.


Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календарь на 1628 год: дни недели и фазы луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть III: Мантуанское наследство » Я в доме у вас не нарушу покоя... 17 декабря 1628 года


Я в доме у вас не нарушу покоя... 17 декабря 1628 года

Сообщений 1 страница 20 из 50

1

Отсюда: Избавить женщину от слез. 16 декабря 1628 года, Париж

0

2

Как натура деятельная, Эжени, едва вернувшись домой после прогулки за лошадью, разослала приглашения всем заинтересованным лицам, задумавшись только над тем, что нельзя же, приглашая Эмили, не позвать и графа де Люз, а значит, нужна самая красивая бумага и самые изысканные выражения. Вряд ли господин де Бутвиль успел забыть о пистолете.
У нее было не так много друзей, чтобы "поэтический вечер" не превратился в посиделки в домашнем кругу, но так было даже лучше - можно было приготовить свечи, хорошее вино, заказать сладости из кондитерской и какой-нибудь вкусной еды у хозяйки, только с музыкой выходила загвоздка, потому что никаких инструментов в доме не было. И к лучшему, решила южанка, и жалела с тех пор только о том, что вечер готовится наспех, и что в городе нет Ронэ, который заткнул бы за пояс всех поэтов на свете, и даже ту парочку ее знакомых, которых она успела завести в Париже и, конечно, пригласила тоже.
Поэтический вечер без поэтов точно выглядел бы подозрительно.
Эжени черкнула записочку и дону Рамону, который вряд ли захотел бы прийти, но ей нужен был кто-нибудь на тот случай, если вечер кончится смертоубийством. Таинственность Атоса настораживала, пусть даже она верила на слово обоим мушкетерам. Дам ожидалось меньше, чем кавалеров, но Эжени известила и брата, который вполне мог быть в этот день на службе, но ей хотелось, чтобы пришел.
Изведя на приглашения почти весь запас бумаги, она с головой ушла в подготовку вечера, который в ее поместье прошел бы куда лучше и веселее, чем в Париже, но нельзя же иметь все и сразу?..

* * *

Первыми приехали дамы, с которыми Эжени познакомилась у модистки. Обеих она считала особами не слишком сообразительными, но приятными в общении и с хорошим вкусом; одна из них привела подругу, любительницу романтических сонетов, как она представилась, и в доме понемногу стало становиться людно.
Дон Рамон прислал записку, где в обычной своей шутливой манере благодарил за оказанную ему честь и было совершенно непонятно, явится он или нет, но мадам де Вейро решила считать, что да, потому что испанец редко отказывал в помощи, а она прямо просила помочь присмотреть за некоторыми гостями, чтобы горячие головы после крепкого вина не вздумали устроить дуэль под окнами, а то и прямо в гостиной.
Она шутила, конечно, и не подозревала господ мушкетеров ни в чем таком, но ведь были и другие гости.

+3

3

В лавке барышника Портосу так и не представилась возможность расспросить друга, что ему столь сильно не понравилось в графе де Ла Фер: не мог же он оставить мадам де Вейро одну. А потому, получив через каких-то два часа записку, что прием состоится на следующий вечер и их с г-ном Атосом будут рады на нем видеть, Портос отправился передавать приглашение сам. Он был почти уверен, что застанет Атоса дома, и не ошибся.

- Уже? – невозмутимо поинтересовался Атос, увидев приятеля в дверях гостиной.

- Что – уже? – растерялся Портос.

- Уже что-то случилось?

- Ну и ну, - только и ответил гигант, отряхивая шляпу. На улице моросил мелкий то ли дождь, то ли снег, перо печально обвисло. Гримо шустро забрал у него отсыревший плащ и многострадальную шляпу и унес просушивать.

Атос пожал плечами.

- Вокруг мадам де Вейро происходит что-то подозрительное, поэтому я и спросил.

- Вот именно! – с нажимом подтвердил Портос. – Атос, я вас не первый год знаю. Что вам не нравится? Вы что-то знаете об этом графе де Ла Фер, но не хотели говорить при ней?

- Знаю, - хмуро проговорил Атос. – Послушайте, друг мой. Я не хочу делать поспешных выводов. Но у меня есть все основания полагать, что это – мошенник.

- Черт побери! – Портосу и в голову не пришло усомниться в словах друга. Раз Атос говорит – значит, так оно и есть. – Да я завтра же сверну ему шею!

- И как вы будете объясняться с мадам де Вейро? – с легкой насмешливостью осведомился Атос. – Не спешите. Я бы предпочел, чтобы он выдал себя сам.

- Ну, завтра у вас будет такая возможность. Прием завтра, и нас ждут.  Но… все-таки, вы уверены?

- Так же, как в том, что вы сидите передо мной.

- Охотник за приданым? – мрачно буркнул Портос. – Черт возьми, было у меня такое подозрение… Она чертовски мила, она умна, она очаровательная женщина, и я никогда в жизни не думал, что с женщиной можно дружить, но она вовсе не высокого рода, и чтобы граф…

- Всякое бывает, - неопределенно заметил Атос; по его лицу пробежала мимолетная тень. – Не в этом дело, Портос. Это не может быть граф де Ла Фер. Я ручаюсь. И я не хочу, чтобы самозванец продолжал носить это имя. Вы сможете не говорить этого пока что мадам де Вейро?

- Буду нем как рыба, - заверил друга Портос. – Вот ведь каналья!

Он мог смело обещать помалкивать, поскольку в поэзии смыслил не больше, чем д'Артаньян – в латыни. Очень хотелось расспросить Атоса, откуда тот знает графа де Ла Фер и отчего так уверен, что это не он, даже не видев еще ни разу, но что-то мешало. Кажется, Атос не слишком-то был расположен говорить на эту тему.

- Совершенно с вами согласен, - проронил Атос.…

Окна особняка сквозь сгустившийся к вечеру туман мерцали особенно привлекательно.

- Атос, - шепнул вдруг Портос, когда они спешивались у парадного входа, - я совершенно ничего не понимаю в стихах!

- Не беда, друг мой, - усмехнулся Атос, - заверяю вас, что половина собравшихся понимает в них столько же… Слушайте и хвалите, это залог успеха и симпатии дам.

Выбежавший конюх принял лошадей, и оба мушкетера двинулись по ярко освещенной лестнице наверх, туда, откуда уже доносились оживленные голоса.

+4

4

Графу де Люз совсем не нравилась дружба супруги с госпожой де Вейро, которую после истории с пистолетом представлялась ему, мягко сказать, странной, однако он обещал Эмили,  что не будет  препятствовать этой дружбе, а потому, получив приглашение на поэтический вечер для себя и супруги, сказал лишь, что занят делами герцога, но вполне возможно, заедет за женой чуть позже. Эмили же должна была непременно проделать путь в портшезе и взять с собой госпожу д'Эссиньи, жену дворецкого в доме Монморанси, которая и возрастом и положением вполне подходила в качестве дуэньи молодой графини.
Эмили не стала спорить, понимая, что Луи-Франсуа мог ей этот визит не позволить, и что тогда делать, сбегать тайком? Да и госпожа д'Эссиньи ей скорее даже нравилась: сорокалетняя мать пятерых детей, полная, улыбчивая и добродушная. Светскими развлечениями жена управляющего не была избалована и поехала с графиней с видимым удовольствием.
Дамы выбрались из портшеза, в прихожей отдали горничной плащи, и Эмили нетерпеливо глянула наверх - она ужасно соскучилась по подруге и посетовала на себя: надо было приехать пораньше, пока не было еще других гостей... Хотя Эжени, наверное, была тогда занята приготовлениями, и ей было не до того...

+3

5

Эжени оказывалась везде и сразу, будто дружелюбный вихрь в шелках и кружеве. Хозяйские слуги, арендованные на вечер вместе с частью дома, не доставляли забот, и она развлекалась болтовней с гостями, пока не появились те, кого она больше всего ждала.

- Господа, я очень рада, что дела службы не лишили нас вашего общества!  - воскликнула она, едва слуги сообщили о прибытии мушкетеров, но все же после того, как голубые плащи появились на пороге гостиной и дамы весьма оживились.

Незнакомый почти никому человек с бокалом вина в руке, сидящий у окна на низкой козетке, при этих словах поднялся, и на миг стало заметно, что он, в отличие от многих гостей, такому сюрпризу не рад, но все же приятное и умное лицо его быстро озарилось приветливой, хотя и немного наигранной улыбкой.
Атос и Портос обещали стать героями вечера, потому что столь блестящих кавалеров тут больше не было. Приглашенные поэты выглядели юно и небогато, и конкуренции с мушкетерами выдержать не могли, хотя готовились принять бой за внимание дам.
Эжени, подойдя к обоим мужчинам, чтобы поприветствовать их как старых друзей, после необходимых в таких случаях фраз очень тихо сообщила, не убирая с лица милой улыбки:

- Там, возле окна. Это он. И помните, вы обещали.

По стечению обстоятельств именно в этот момент слуги объявили прибытие графини де Люз и мадам де Вейро заключила подругу в объятия из шороха шелка, легкого запаха духов и дружеской любви, но с настоящими объятиями предпочла повременить во имя светских приличий и спокойствия приехавшей с Эмили дамы, поэтому только взяла руки графини в ладони и нежно их сжала:

- Добро пожаловать, дорогая моя мадам де Бутвиль! Кажется, сегодня вы встретите старых друзей!

Не заметить голубые плащи в гостиной было просто невозможно!

+3

6

- О, как прекрасно! - выразительное личико молодой графини озалось радостной улыбкой. - Вы не представляете, как я счастлива вас видеть! И господ мушкетеров, конечно же!
Про себя Эмили подумала, что очень кстати надела синее бархатное платье - оно очень ей шло, она знала. Хотя обычно мадам де Бутвиль вовсе не была тщеславной, сейчас ей хотелось, чтобы господа мушкетеры увидели не Франсуа де Кюиня и не растерянную девчонку, а красивую и взрослую даму.
- Но позвольте же мне представить госпожу д'Эссиньи, которая так любезно согласилась меня сопровождать!
- Для меня это честь, ваше сиятельство, - отозвалась госпожа д'Эссиньи и с добродушной улыбкой посмотрела на хозяйку. - И немалое удовольствие.
- Эжени, вы проводите меня к господам мушкетерам? - смеясь, предложила Эмили. - Уверена, я должна поздороваться.

+3

7

- Рада приветствовать вас здесь, госпожа д'Эссиньи, - улыбнулась Эжени, и никто не счел бы эту улыбку неискренней, как не прочел бы мыслей молодой южанки. А она радовалась тому, что муж Эмили воздержался от поездки, и это было ужасно некрасиво.

Мадам де Вейро была бы, должно быть, удивлена, если бы узнала, что ее радость разделяют: Портос, обернувшийся к дверям, чуть не вздохнул с облегчением, не увидев рядом с графиней де Люз ее супруга.
Атосу эта сцена тоже принесла облегчение, хотя по совершенно иной причине. В гостиной уже завязывались разговоры, в дальнем углу юноша с тщательно завитыми локонами, напомнивший ему Арамиса, начинал читать кому-то стихи – словом, обстановка была самая непринужденная, однако господин у окна с того самого момента, как они вошли, словно ожидал какого-то подвоха. Или это только так казалось? Портос же чуть было не испортил все дело, принявшись украдкой, как он полагал, его разглядывать. Дружеского расположения во взгляде мушкетера не было ни на грош, и Атос совсем уже собирался наступить другу на ногу, когда тот переключился на старую знакомую. Взглянул на нее и Атос.
Совсем юная женщина, которую, улыбаясь, вела к ним южанка, совершенно не походила на строптивого замурзанного пажа, которого Атос помнил по осаде Ларошели. Синий бархат оттенял синеву глаз и золото локонов, нежное личико сияло радостной улыбкой, она была очаровательна и полна достоинства, так что мушкетер в который уже раз подумал, что Бутвиль вытянул козырную карту.

- Портос, - быстро шепнул он приятелю, - умоляю, не прожигайте господина графа взглядом василиска, или он заподозрит неладное…

Сам он успел мельком оценить и располагающую внешность, и настороженный взгляд самозванца, и собирался завязать разговор, но не сию же минуту!

- А у меня был взгляд василиска? – польщенно спросил Портос.

- Да, и очень рассерженного. Тише, к нам идут. Сударыня, счастлив вас видеть наконец в подобающем вам обрамлении, - с улыбкой обратился Атос к мадам де Бутвиль. - Должен сказать, что вы умеете выбирать друзей!

+3

8

- О да, мне везет с друзьями! - весело ответила мадам де Бутвиль. - Добрый вечер, господа!
Легкий реверанс был по-настоящему изящен, и подаренный мужем чудесный веер ловко раскрылся - пока Эмили была собой довольна. Она с искренней радостью протянула руку Портосу - гигант ей нравился, и она была ему многим обязана.
- Господин Портос, вы так великолепно выглядите! Господин Атос!
Второму мушкетеру предназначалась очаровательная улыбка. С Атосом Эмили не встречалась  с Ларошели, там он ее видел отнюдь не в лучшем свете, к тому же он всегда ее как-то смущал, и она его даже побаивалась, а потому сейчас чувствовала себя немного неловко. Но светские дамы не показывают свою  неловкость, а ведь графиня де Люз теперь была настоящей светской дамой!
- Мы так давно не виделись с вами. Как поживаете?
Образ юной светской львицы немного испортил тихий вопрос, в следующее мгновение заговорщеским тоном обращенный к мадам де Вейро:
- А кто - поэты?

+3

9

- Шевалье де Лассу, - негромко сказала Эжени, указывая взглядом на юношу с локонами. - Он мой земляк, он тоже с юга. И шевалье де Монтей. Уверяет, что когда-нибудь станет аббатом!

Указанный шевалье был постарше товарища (а они были друзьями, это чувствовалось в улыбках и взглядах, и в той легкости, с которой они перебрасывались четверостишиями), и выделялся тем, что предпочитал зеленое в одежде. Он тоже был молод, но у него, очевидно, водились деньги. Весьма вероятно, благодаря покровительству дам, ценительниц поэзии и веселого досуга.
Эжени относилась к первым, то есть к любительницам поэзии, а вот досуг предпочитала скрашивать по-другому, поэтому обоим юношам пришлись весьма по душе все ее гостьи сразу. Взгляд графини де Люз шевалье де Монтей поймал на лету, улыбнулся, и тут же продекламировал:

-  Я гибну из-за этих глаз! Не жаль,
коль буду я у этих ног лежать!..

- Не слишком ли смело? - тихо, но отчетливо спросил человек, которого считали здесь графом де Ла Фер, и, поднявшись с козетки, направился прямо к мадам де Вейро и ее друзьям.

- Это ведь только стихи, - слегка смутился юноша, бросив на Эмили еще один озорной взгляд.

- Когда-то убивали за меньшее, - обронил граф.

- Вы так суровы сегодня, - упрекнула его Эжени. - Отчего?.. Знакомьтесь, это господа Атос и Портос, а это моя старая подруга, графиня де Люз.

"Старой" Эмили не была ни в каком смысле, но южанке казалось, что со времени их знакомства прошла бездна времени.

- Разрешите представить вам, друзья, графа де Ла Фер, - улыбнулась она. - Он очень хорошо разбирается в поэзии, даже в испанской!

+3

10

Портос, уже заранее преисполнившийся неприязни к графу де Ла Фер, уставился на него с плохо скрытой воинственностью.

- Знал я одного поэта, который тоже собирался стать аббатом, - объявил он. – Так вот он утверждал, что в том, чтобы упасть к ногам дамы, нет ничего предосудительного. И в том, чтобы посвящать дамам стихи, тоже!

- Если стихи хороши, разумеется, - вмешался Атос. Он уже почти жалел, что мадам де Вейро пригласила их обоих. – Вы полагаете это двустишие недостойным музы, сударь, или музу – недостойной двустишия? В таком случае, предложите свое. А мадам де Вейро будет арбитром в вашем состязании.

+4

11

Эмили только хотела спросить, неужели ее взгляд так ужасен,  что от него люди могут упасть, но знакомый Эжени оказался внезапно так суров с юным поэтом, что  мадам де Бутвиль тотчас стало жаль последнего. Который ничего такого не сказал, подумаешь, очередная банальность! А тут еще мушкетеры взялись ее защищать. Не хватало только испортить Эжени вечер какой-нибудь глупой дуэлью! Она подарила поэту благосклонную улыбку и обратила свое внимание на графа де  Ла Фер.
- Вы хорошо разбираетесь в поэзии? Как чудно! Но, господин Портос, уверяю вас, дамы не всегда любят, чтобы к их ногам падали... - она невинно потупила озорной взгляд. - По-моему, это неудобно, можно ведь споткнуться ненароком... И я не согласна быть музой! - еще одна улыбка  предназначалась Атосу. - Единственной музой, по крайней мере, ведь здесь столько очаровательных дам!
Краем глаза Эмили отметила, что мадам д'Эссиньи облюбовала удобное кресло и наблюдает за ней оттуда с мягкой улыбкой, и порадовалась, что Луи-Франсуа нашел ей такую приятную спутницу.

+3

12

- У меня нынче только одна муза, господа, - улыбнулся граф и, завладев рукой мадам де Вейро, приложился к ней поцелуем. - И она достойна быть судьей. Но право, не все состязания достойны такого судьи. Я попробую вас развлечь...

Он скользнул неторопливым взглядом по мадам де Люз, вдумчиво оценив лицо, затем вырез платья, узкую талию и юбку до самого края. Это выглядело бы неприлично, не будь лицо графа задумчивым и одухотворенным.

- Что любят дамы и не любят дамы,
известно только дамам - им одним.
Но я, лишь вдохновением храним,
рискну сегодня им пропеть осанну,

не скатываясь в лужу эпиграмм
и не теряя верного настроя.
Как та, из-за которой пала Троя,
стоите предо мною вы, мадам,

прекраснее Елены и Афины.
И если конь троянский вам не чужд,
как многим, у кого не умер муж,
храните свои башни и куртины;

уверен, многим снится ночью штурм.
Но тсс. Молчу. И так сказал я много.
Поэта не судите слишком строго,
он лишь болтает, что пришло на ум.

Закончив, он коротко поклонился, чуть насмешливо глядя на мушкетеров. И обратился к Портосу:

- Нет ничего предосудительного в том, чтобы посвящать стихи дамам, не так ли?

+4

13

Портос покраснел от гнева. Этот проходимец разглядывал мадам де Бутвиль, словно трактирную служанку! Он не сразу сообразил, что отвечать, но на помощь пришел Атос.

- Когда поэты болтают, что приходит на ум, они перестают отличать стихи от зарифмованной дерзости, - холодно проговорил он.  – Для поэта, быть может, это и не предосудительно, но не для дворянина. Давно ли в Пикардии перестали видеть эту разницу, сударь?

+3

14

"Начинается..." - подумала мадам де Бутвиль. Она и сама терпеть не могла, когда ее бесцеремонно разглядывают - да и не многие осмеливались, но не хотелось, чтобы вечер Эжени был испорчен из-за такой ерунды.
- Некоторые поэты разговаривают стихами, вот так прямо берут и разговаривают, - поведала она мушкетерам, будто бы не заметив их неудовольствия. - А некоторые не понимают даже, что не всякие рифмованные строки - стихи.
Эмили посмотрела на Атоса, невинно похлопала ресницами, искренне надеясь , что он стерпит ее выходку, и глубокомысленно продолжила:
- Будь это стихи, это было бы дерзостью, конечно... Один наш друг весьма в этом горазд, - она улыбнулась Эжени, - правда? Но вот что удивительно: талант невозможно не простить! А это... Хотя... Здесь хотя бы Елена, а не Венера, хотя я не очень поняла, причем здесь Афина...Ну да Бог с ней. По крайней мере нет перлов, сапфиров и прочих камней. Как вы думаете, Эжени, может, это все-таки стихи?..

+3

15

Мадам де Вейро первым делом с негодованием посмотрела на графа. Он как будто нарочно провоцировал и ее, и мушкетеров! Не говоря уже о том, что Эмили точно не заслуживала быть использованной как предлог для ссоры.

- Я не стану судить такое состязание, - с сожалением покачала она головой. И украдкой улыбнулась мадам де Люз. Вот правда, был бы здесь Ронэ, он бы от этого нахальства камня на камне не оставил, причем не вынимая шпаги!

- Граф сегодня в дурном настроении. В таком настроении нельзя сочинять, можно случайно получить картель. По крайней мере, у нас, на юге. А меня бы это расстроило.

Она выразительно глянула на Атоса. Да что это на них нашло, на всех сразу!

+4

16

- Простите меня, - покаянно склонил голову незадачливый поэт. Ссориться с хозяйкой дома в его планы не входило. Он поклонился мадам де Бутвиль, всей фигурой изобразив искреннее раскаяние, и вновь приложился к руке мадам де Вейро, задержав ее чуть дольше, чем позволяли приличия.

- Я был слишком дерзок. Умоляю, не лишайте меня возможности все исправить. Мадам де Бутвиль, клянусь, я сочиню для вас самый изысканный сонет.

Он развернулся к Атосу:

- Откуда вам известно, что я из Пикардии, сударь?

При этих словах граф бросил быстрый взгляд на Эжени. Ветреная красавица могла разболтать что угодно и кому угодно. Это нужно было учесть сразу, а не ждать, когда рядом появятся какие-то мушкетеры. К тому же, ее добрые знакомые...
Все это могло сильно усложнить дело.

+4

17

- Мадам де Вейро обмолвилась в приглашении, что здесь будут интересные лица и в том числе граф де Ла Фер, - пожал плечами Атос.

Мысленно он поаплодировал бывшему пажу, не утратившему остроты языка и в своем натуральном обличье. Портос в это же время, пользуясь тем, что самозванец отвернулся, широко улыбнулся графине де Люз и изобразил бурные аплодисменты жестами. Однако насторожил уши, услыхав довольно-таки резкий вопрос про Пикардию. Вот так, стало быть, он совершенно точно самозванец – настоящий граф де Ла Фер узнал бы Атоса и, даже если бы и не признался в этом, не удивлялся бы тому, что старый знакомый осведомлен о его родине. Бедная мадам де Вейро! Про себя мушкетер решил, что если Атос и связал себя словом, то от сам никакого слова не давал и при первой же возможности избавит молодую женщину от проходимца.

- А я родился в Пикардии и неплохо знал тамошнее дворянство, - не спеша продолжал Атос, - хотя, кажется, не имел чести знать вас лично. Но ведь невозможно перезнакомиться со всеми, не так ли?

+4

18

- Разумеется, - охотно согласился граф. - Я унаследовал титул после смерти его прежнего хозяина и не был в Пикардии много лет. Имение почти выморочное, надо бы привести его в порядок, но руки не доходят. Поместью не хватает хозяйки.

Он бросил взгляд на мадам де Вейро и черты лица его на какое-то мгновение смягчились. Похоже, молодая женщина всерьез пришлась ему по душе. А может, в графе в муках погибал великий актер.

- Разве у графа де Ла Фер не было сына? – поднял брови Атос. – Ему сейчас должно быть лет тридцать, если я не ошибаюсь…

- Как я уже сказал, - вздохнул гость мадам де Вейро, - мне известно только о смерти прежнего хозяина этого титула. Но если у вас есть основания в ней сомневаться...

Он вопросительно глянул на Атоса, ожидая продолжения с пристальным вниманием.

- Какая жалость, - спокойно проговорил Атос. По его лицу никто бы не догадался, что обсуждаемая тема хоть насколько-то его задевает. – Значит, и он тоже… Когда же это случилось, сударь? Я тоже давно не был на родине.

- Право, я не знаю точной даты, - граф бросил взгляд на южанку, проверяя, слушает ли она разговор. - Но слышал, что там была какая-то семейная трагедия. Право, история не для женских ушей, но если дамы пожелают...

-Не знаете, в каком году вступили в права наследства? – удивился Атос. – Как это может быть?

Граф улыбнулся.

- Ничуть. Всего два года назад. Молодой граф некоторое время числился пропавшим без вести, но надежда была утрачена, и титул вновь обрел хозяина.

- Вот что бывает, когда давно не получаешь вестей из родных мест, - покачал головой Атос. – Выходит, господин де Бражелон тоже скончался… Право, жаль, когда пресекается такой род. Но мы с вами в самом деле выбрали неподходящую тему для поэтического вечера, сударь. Дамы скучают.

Это была проверка – насколько самозванец осведомлен. О том, что Бражелон пребывает в добром здравии, Атос знал как нельзя лучше, поскольку состоял с ним в постоянной переписке. Как и о том, что больше наследников, ни прямых, ни кривых, у него не было. Но знал ли об этом самозваный граф?

- О, так вы действительно что-то знаете, - обрадовался де Ла Фер. - Может, вы расскажете нам, что на самом деле случилось с молодым графом и его женой?.. Это должна быть увлекательная и жуткая история.

Похоже, он отлично знал, как клюют скучающие дамы на "жуткие" истории.

+3

19

Скромно опустив ресницы и обмахиваясь веером, мадам де Бутвиль слушала очень внимательно. Господин Атос, оказывается, был родом из Пикардии, как и этот граф де Ла Фер. Господин Атос тоже был граф (она прекрасно помнила разговор, подслушанный в церкви Сен-Сюльпис, пусть уже и полтора года назад). И странно тогда, что, будучи из одной местности, они друг друга не узнали в лицо... Вряд ли там так много графов! Хотя кто их знает, конечно...
- Увлекательная и даже жуткая?! - улыбнулась Эмили. Интересно, сплетня или сказка?.. - Это должно быть любопытно...
Она посмотрела на подругу.

+4

20

Эжени тоже посмотрела на Эмили и незаметно ей подмигнула. Вся эта история невероятно интриговала, и южанка тоже думала о том, что графов редко бывает много в одном месте, если это не прием какой-нибудь у короля или кардинала, и что это было какое-то совсем уж невероятное совпадение, что месье Атос знаком не только с покойным графом де Ла Фер, но и каким-то господином де Бражелоном, и во всем этом должно было что-то крыться.
К тому же она слегка сердилась на мушкетера, ведь тот обещал не затевать ссор, и на тебе!.. 

- Это очень любопытно, - улыбнулась она обоим спорщикам. И почти нежно посмотрела на Атоса: - Расскажите же нам, что вам известно? Можно даже не в стихах!

Граф де Ла Фер невероятным усилием воли удержал бесстрастное выражение лица. Но на мадам де Люз, с которой обошелся так грубо, посмотрел с искренней благодарностью. Какой-то миг казалось, что сейчас он извинится снова.

- Может быть, мы даже сможем дополнить друг друга? - предположил он. - К сожалению, мне известны только слухи. Прошу вас, господин мушкетер. Мы все вас просим.

Эжени сдержанно кивнула. У нее создавалось неприятное впечатление, будто ей морочат голову по меньшей мере двое из присутствующих, если не вся компания, за исключением, может быть, Эмили. Что-то стояло между графом де Ла Фер и Атосом, это было зримо и осязаемо, и южанка впервые подумала, что это "что-то", возможно, придется сдвинуть так, чтобы оно стояло, по крайней мере, не в ее гостиной.
Портос был ей другом, графа де Ла Фер она знала слишком недолго (но поклонником он был преданным), красавца-мушкетера Атоса и того меньше, и эта странная чужая интрига не могла прийтись ей по вкусу.

+2


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть III: Мантуанское наследство » Я в доме у вас не нарушу покоя... 17 декабря 1628 года