Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+



Происходящее в игре (случайная выборка):



В предыстории: Гг. Жан де Жискар и Никола де Бутвиль попадают в засаду в осажденном голландском городе. Месье ухаживает за принцессой де Гонзага. Шере впутывается в опасную авантюру с участием Черного Руфуса. Г-н де Бутвиль-младший вновь встречается с г-ном де Лаварденом.

Драться нехорошо. 17 декабря 1628 года: Г-жа де Вейро и г-жа де Бутвиль сталкиваются с пьяными гасконцами на ночной улице.
У кого скелет в шкафу, а у кого - младший брат в гостях, 16 дек. 1628 года: Г-н де Бутвиль и г-н де Корнильон беседуют по душам.
Наставник и воспитанник. 12 января 1629 года, после полудня: Лейтенант де Ротонди докладывает кардиналу об исполнении его поручения.
Воровать дурно. 20 декабря 1628 года.: Г-жа де Бутвиль выполняет поручение кардинала.

Прогулка с приключениями. 3 февраля 1629 года: Прогуливаясь по Парижу инкогнито, королева подвергается многочисленным опасностям.
О трактирных знакомствах. 16 декабря 1628 года.: Г-н де Рошфор ищет общества г-на де Жискара.
Кастинг на роль ее высочества. 27 февраля 1629 года, вечер: Г-жа де Вейро отказывается отдать роль принцессы своей горничной.
Куда меня ещё не звали. 12 декабря 1628 года. Окрестности Шатору.: Кардинал де Лавалетт поддается чарам г-жи де Шеврез.

Юнона и авось. 25 февраля 1629 года: М-ль д’Онвиль ищет случая попросить г-на де Ронэ поделиться опытом.
Оружие бессилия. 3 марта 1629 года: Капитан де Кавуа допрашивает Барнье, а затем Шере.
Щедра к нам грешникам земля (с) Сентябрь - октябрь 1628 г., Париж: Г-н Ромбо и г-жа Дюбуа навещают графиню де Буа-Траси с компрометирующими ее письмами.

Кто победитель, кто проигравший? 9 января 1629 года: Королева обсуждает с г-жой де Мондиссье расследование графа де Рошфора.
Герои нашего времени. 3 марта 1629 года: Варгас дает отчет графу де Рошфору
Детектив на выданье. 9 января 1629 года: Граф де Рошфор пытается найти автора стихов, которые подбрасывают Анне Австрийской.
Раз - случайность, два - закономерность. Февраль 1629 года.: Донья Асунсьон устраивает свою судьбу.


Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календарь на 1628 год: дни недели и фазы луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть III: Мантуанское наследство » Ошибка это решение, которое могло оказаться правильным. 15 дек. 1628г.


Ошибка это решение, которое могло оказаться правильным. 15 дек. 1628г.

Сообщений 1 страница 20 из 25

1

Пале-Кардиналь.

Сколько шума может наделать одно письмо.

Последствия событий, описанных в эпизоде Не думая о цене... 15 декабря 1628 года, вторая половина дня

0

2

Появление в канцелярии гардеробмейстера его высокопреосвященства не могло не привлечь к нему взглядов всех присутствующих. Однако Клейрак, словно бы не заметив пробужденного им любопытства, грузным шагом пересек просторную комнату, направляясь в архивы, где, как ему сказали, обретался сейчас граф де Рошфор.

При желании господин гардеробмейстер умел двигаться почти бесшумно, и негромкий стук, с которым его шпага задела приоткрытую дверь, возвещая о его прибытии, был не случаен.

- Вы не слишком заняты, сударь? - осведомился он, когда все положенные слова были произнесены, и присел на ближайший сундук с видом человека, не ожидавшего отказа. - Мне хотелось бы с вами побеседовать.

За месяц, прошедший с их разговора о подозрениях шевалье де Ронэ, двоим близким приближенным кардинала случалось обмениваться разве что крайне поверхностными замечаниями, и Клейрак, при всей своей внешней доброжелательности, чувствовал себя сейчас в обществе графа, к величайшему своему неудовольствию, как на тонком льду.

Отредактировано Жан-Матье де Клейрак (2018-06-04 23:54:54)

+1

3

Рошфор, последние полтора часа пытавшийся сопоставить между собой и с уже разложенными на столе три донесения трех агентов, двухлетней, шестимесячной и пятидневной давности, одно из которых было написано по-английски с таким шотландским акцентом, который слышался даже и между строчек, а другое, похоже, на корабле, судя по тому, как плясали буквы, сейчас рад был бы почти любому отвлечению. Но, пожалуй, все-таки не этому. Не то, чтобы он скрывал от кого-то свои занятия, так не соответствующие выстроенному образу - но Клейрак, который был с кардиналом еще до падения Кончини, знал его хоть и не так уж близко, но слишком давно, и Рошфор не то, что смутился, но как-то внутренне поморщился, представив себе мимоходом, что тот мог подумать об этой метаморфозе.

- Вовсе нет, господин де Клейрак, - браться вновь за перо, которым он, отчаявшись удержать все сведения в голове, начал было набрасывать что-то вроде таблицы с географическими названиями, именами и перемещениями лиц, граф вовсе не спешил, - Я весь внимание.

Ронэ не было в Париже, монсеньор обмолвился несколько дней назад, что отправил его с письмом к кардиналу де Ла Валетту, и, поскольку о госпоже де Вейро более разговора не было, граф с некоторой долей уверенности предполагал, что протеже бретера либо в безопасности, либо позабыта - как в первом, так и во втором случае ее судьба больше не была его заботой. Так что о подозрениях шевалье он даже и не думал.

+1

4

Клейрак поерзал на своем сидении, устраиваясь поудобнее, но и в то же время подбирая слова. Своей вины в произошедшем он не чувствовал, но вместе с тем не мог не задаваться вопросом, не сложилось ли бы все совершенно иначе, не будь он в последние месяцы настолько занят… другими делами.

- Я не стал бы беспокоить вас, господин граф, - откровенно сказал он наконец, - если бы происшествие, о котором я собираюсь вам поведать, не затрагивало бы лиц, скажем, более высокого происхождения нежели подобает подозревать бог весть в чем скромному провинциальному дворянину. Вы знаете, конечно, что со смертью господина де Солье, некоторые его подчиненные, те, которые не были связаны личными обязательствами с ним, поступили, в некотором роде, в мое временное распоряжение? Я поручил троим из них понаблюдать за особняком сеньора маркиза де Мирабеля, после того как мне сообщили, что накануне, то есть вчера вечером, ее величество тайком передала ему кожаный пакет. Так вот, курьера они опознали, но остановить не сумели - вмешался какой-то прохожий. К счастью, они не совсем растерялись, сумели проследить, и выяснилось, что курьер отправился практически прямиком в особняк Монморанси. Это, правда, еще не конец.

Клейрак тяжело вздохнул, всем видом выражая, насколько он был раздосадован - на деле, просто не притворяясь.

0

5

В особняке Монморанси жил граф де Люз с супругой, и за ним, вообще говоря, следовало бы приглядывать постоянно, но пока что не доходили руки, а подкупать слуг в таких старых семействах... Дело, требующее долгих усилий, и крайне ненадежное. Рошфор потер глаза, уже понимая, что английским письмам сегодня судьба возвращаться в ларец до другого свободного дня. Королева состоит в переписке с особняком Монморанси через испанского посланника? Это крайне напоминало бы новый заговор на жизнь монсеньора, но Клейрак не выглядел настолько встревоженным. В любом случае, лучше было дослушать, чем строить предположения.

- Простите, что засыпаю вас вопросами, - извинение было весьма формальным, обидеть Клейрака он не боялся, по крайней мере, не чрезмерным вниманием к его делу. - Но прежде, чем вы продолжите, я хотел бы понять несколько вещей. Эти трое людей Солье - что они из себя представляли? Я имею в виду - наемники? Слуги? Чем закончилось столкновение? Смогут ли они описать прохожего?

- Трое дворян, - Клейрак назвал имена, - молодые люди из хороших семей, затеяли игру в благородство… двое были легко ранены, Массино умирает и, скорее всего, умрет. Они с Фотаром то ли у лекаря, то ли уже у него дома, а Жуффрен здесь и, думаю, сможет описать обоих.

А вот удивлением того рода, которое Рошфор испытал, Клейрака обидеть было вполне можно - поэтому граф не показал даже тени. Послать трех дворян при шпагах наблюдать за особняком? Можно представить себе, чего они там натерпелись. Рошфор бы послал одного слугу - проследить и подать сигнал. И держал бы вооруженных людей в засаде.

- Прекрасно, значит, мы уже почти знаем, как они выглядят. Какие инструкции были у ваших людей?

Клейрак пожал широкими плечами. Его высокопреосвященству он как-то признавался, что рядом с графом, для которого переменить внешность и прикинуться слугой было так же естественно, как и изображать знатного сеньора, он порой чувствовал себя неуютно - как если бы ему предложили самому себе прислуживать в трактире или разводить огонь у себя в спальне.

- Опознать курьера и арестовать его. Молодой человек, я предположил, не из числа известных нам людей сеньора маркиза. С первой половиной задания они справились вполне успешно, со второй… Массино передал заботу о курьере… - Клейрак пожевал губами, подбирая слова, - отребью. Их также всех перебили. Но с другой стороны… Мальчишки, которым они поручили слежку, проследили за прохожим, проводили до дома. Господин граф, вы же знаете, как монсеньор дружен с господином герцогом. Я не желаю в это лезть, мое дело… другое.

Дворяне из хороших семей, которые не справились втроем с двумя - впрочем, надо еще посмотреть с какими двумя - зато сумели, потрепанные изрядно, и со смертельно раненным на руках, организовать слежку за двоими, и мобилизовать какое-то "отребье" на вторую попытку - это было весьма интересно. Занятные у Солье встречались люди.

- С первого взгляда выглядит так, что у курьера были помощники, - заметил Рошфор. - Прохожего, вы сказали, проводили до дому? А где отребье застало нашего друга, не в особняке же Монморанси?

Клейрак опять неопределенно пожал плечами.

- Или это был не тот курьер, - вздохнул он. - Хотя Жуффрен полагает, что письмо у него при себе было, Завье - это главарь отребья, уже пару раз на меня работал - утверждал, что они ничего не нашли.

Он кратко изложил все, что сообщил посреднику посланный Завье мальчишка - что курьера они взяли, что письма при нем не оказалось, что тащить связанного дворянина через пол-Парижа им не с руки и что они будут ожидать дальнейших указаний. Если первый посланец Массино господина гардеробмейстера не застал и должен был, несмотря на пароль, ждать в кордегардии, где к нему получасом позже присоединился второй, то оборванец, чьими услугами пользовался Завье, вернулся в трактир к посреднику как раз тогда, когда там же появился Клейрак, и больше задержек не происходило - но Завье и его люди были уже мертвы. Трупы Клейрак оставил на месте, о чем, зная Рошфора, также не преминул сообщить.

- Тот, или не тот, вряд ли он освободился сам, да еще перебил всех своих тюремщиков, - отребье, или нет, Клейрак все же упомянул, что Завье работал на него не впервые, и это было определенной рекомендацией. - И если мы предположим, что письма при нем действительно не было, то оно вошло в особняк Монморанси, и не вышло из него.

Рошфор откинулся на спинку стула, и задумался. Его мнение о первоначальной троице парадоксальным образом стало только выше от услышанного - особенно об этом Массино, который организовал все дальнейшее практически в бессознательном состоянии. Иначе в их руках не было бы никакого подобия той нити Ариадны, которая сейчас давала шанс на выход из тупика.

У Рошфора было еще много вопросов, но за окном начала потихоньку сгущаться серость - еще не зимняя тьма, но определенно конец второй половины дня. И кое-что из того, что он должен был проверить, ждать до утра не могло.

- Послушайте, господин де Клейрак. Вы позволите мне заняться этим? - гардеробмейстер о том же практически уже попросил, но Рошфор счел нужным соблюсти некие приличия. - Я поеду сейчас туда, где несчастье постигло... отребье, - он даже удержался от язвительности в тоне,  но ничего не смог сделать с тем, что сам выбор первого пункта назначения, в сравнении с особняком одной из знатнейших семей страны, и опросом пострадавших дворян, выглядел, как не слишком изысканная издевка,  - а вы, не откажите мне в любезности, попытайтесь узнать у своих людей о тех, кто следил. И за курьером, и за прохожим, я хочу расспросить всех сам, даже если это совсем дети.  И - это уже не просьба, просто совет - я бы на вашем месте сам известил монсеньора о том, что творится вокруг особняка Монморанси, до того, как ему станет известно то, что я смогу выяснить.

Отредактировано Рошфор (2018-06-05 21:15:28)

+1

6

- Если оно было, - мягко напомнил Клейрак в образовавшуюся паузу, но далее мешать своими умозаключениями размышлениям Рошфора не стал. В конце-то концов, мертвецы не убегут, раненые - вряд ли, а подумать ему тоже было о чем - пока следующая реплика собеседника не заставила его отвлечься от попыток понять, в самом ли деле тот забыл о предыдущей их беседе или, передавая слова Ронэ, верил в них ровно в той степени, в какой требовалось, чтобы не послать к черту давнего друга.

Высокомерия, присущего Роганам вне зависимости от титула и благосостояния, могло не обнаруживаться в тоне графа де Рошфора, но оно скользило в выборе слов не меньше, чем в ходе его мыслей. Если бы не любезный совет, данный им Клейраку, тот объяснил бы своему собеседнику, что письмо, которого могло не быть вовсе, его беспокоит в куда меньшей степени чем связь между испанским посланником и графом де Люз, и что причиной для беспокойства был не столько опальный родственник лангедокского губернатора, чья участь теперь, когда его роль стала известна, могла стать подарком от монсеньора г-ну герцогу, сколько юная графиня, в судьбе которой принимали столь неожиданно большое участие и сам кардинал, и Ронэ. Клейрак посетовал бы при этом на то, что молоденькая служанка, появившаяся этим же утром в доме г-жи графини, была, волею монсеньора, не из его людей, пусть даже немного ему знакома - и не усомнился бы в том, что его визави не поколеблется, пожелай он того, превратиться в лакея, чтобы извлечь пользу из этого знакомства. Разумеется, монсеньор не хотел, чтобы за г-жой де Бутвиль шпионили, но ведь муж графини - это отнюдь не она сама?

- Я так и собирался поступить, сударь, - ответил Клейрак, не выдав своих чувств ни паузой, ни гримасой, ни голосом, - но счел за лучшее сперва переговорить с вами. Разумеется, я спрошу, и… благодарю вас.

Благодарность была искренней, и свое обещание Клейрак собирался сдержать - при том, что Массино, насколько он его знал, наверняка будет скорее приятно хоть как-то расплатиться.

Взгляд Клейрака сместился с окна, за которым хмурилось тяжелое зимнее небо, на стоявший перед графом ларец и разложенные рядом письма, но без особого любопытства - чем бы тот ни занимался, вряд ли это было важно - и он поднялся с обычной своей неторопливостью.

Отредактировано Жан-Матье де Клейрак (2018-06-06 00:25:44)

+1

7

Рошфор начал собирать бумаги, прикидывая в уме, что нужно сделать первым делом. Самым срочным было место происшествия у ворот Сен-Жермен; самым важным - безусловно, роль Монморанси. Клейрак достаточно ясно дал понять, что передал ему дело именно из-за этого. Конечно, если письмо не осталось в особняке, то был еще адресат, но его, несомненно, в этом случае след давно простыл. Мысль о том, что письма могло вообще не быть, он пока отодвинул, как несущественную. Письма, может быть, и не было, но курьер-то был? Правда, выйдя из особняка, он перестал вести себя как курьер: второй за пару часов кабак, это, прямо скажем, несколько многовато для человека с серьезным заданием на руках. Если только он кого-то не ждет. Для чего? Передать что-то на словах? Получить? Или просто отвлечь внимание, пока послание передаст другой? До сих пор, если королева пользовалась услугами испанца, это было для переписки с родственниками, а не для того, чтобы передать записку в пределах Парижа - для этого так усложнять не надо было. В любом случае...

Граф  сообразил, что чуть не забыл о важном. Еще не хватало столкнуть лбами собственных людей.

- Одну минуту, господин де Клейрак, - он тоже встал, чтобы запереть ларец. - Вы ведь уже послали кого-то следить за особняком? Как их узнать, и, главное, как представиться? Я хочу отправить туда и своего человека тоже.

Отредактировано Рошфор (2018-06-06 18:05:00)

+1

8

Клейрак не стал изображать ни смущение, ни какое-либо иное из тех чувств, на которые мог рассчитывать собеседник, но в его голосе отчетливо прозвучало огорчение:

- К сожалению, сударь, или к счастью, я не успел еще никого туда послать.

Говорить, что ничего подобного в его планы не входило, он не стал, но вместе с тем он не мог не отметить мысленно, что либо г-н граф получает от монсеньора много больше денег (во что он не верил), либо тратит их много осмотрительнее (в чем он также сомневался), либо круг его задач был много меньше. Ни одна из этих возможностей его не радовала, но, как бы то ни было, сам он не располагал свободными людьми в нужном количестве, чтобы сколько-нибудь надежно проследить за особняком с несколькими выходами и дюжиной, не меньше, безгранично преданных слуг. Осторожно навести справки о том, кто навещает графа де Люз, он, конечно, собирался и послал уже за одним из своих людей, но теперь, передав дело г-ну графу, более вмешиваться не предполагал и, откланявшись, отправился побеседовать с Жуффреном о тех, кто послужил ему и Массино в безуспешной погоне за курьером.

Отредактировано Жан-Матье де Клейрак (2018-06-07 00:34:39)

+1

9

Клейрак не принадлежал к тем людям, которых Рошфор стал бы учить их собственному делу, поэтому граф, в свою очередь, снова ничем не показал удивления. В его глазах это было серьезным упущением, разумеется, но главный вопрос был не в том, что Клейрак ошибся - люди ошибаются - а в том, что это была совсем не та ошибка, которой он ожидал бы от гардеробмейстера его высокопреосвященства. Его подчиненные - впрочем, граф не забыл, что это были люди Солье - организовали слежку за двумя, по крайней мере один из которых имел все основания скрываться, а второй, судя по всему, тоже чего-то стоил. Не послать тут же человека приглядеть за особняком, который все же стоит на месте?

Впрочем, Клейрак сказал ему практически прямыми словами, что не желает связываться с Монморанси. Что ж, у графа подобного пиитета перед одной из знатнейших семей и в помине не было. Так что, прежде, чем покинуть Пале-Кардиналь, он послал записку к себе домой, чтобы Жак нашел его у ворот Сен-Жермен, и был под рукой, а Бийо отправлялся к особняку. Будем надеяться, уличные мальчишки не перевелись в квартале Марэ за эти несколько часов. И все-таки было тут что-то... Что-то, о чем можно было подумать позже.

Осмотр места происшествия дал немного. Уже смеркалось. На нехоженном в целом снегу просматривались не отдельные цепочки следов, а почти что маленькая тропинка - от входа в заброшенный двор до двери лачуги: прошли тут явно не один раз. Еще одна цепочка следов вела вдоль ограды в соседний двор, такой же заброшенный, где явно привязывали лошадь, или, возможно, пару лошадей. Трупы были обобраны, но не раздеты, из чего следовало, что, во-первых, местное отребье здесь побывать еще не успело, а, во-вторых, по крайней мере один участник чудесного спасения скорее всего не был дворянином. По крайней мере, вряд ли был тем дворянином, что без раздумий бросился в драку против троих. Итак, курьер все-таки получил помощь. А значит, кто-то либо тоже за ним следил, либо с ним заранее сговорился.

Обстановка в лачуге явно свидетельствовала, что здесь провели некоторое время, и даже разводили огонь. Рошфор внимательно рассмотрел ножи, но оставил один валяться на месте, а остальные в ножнах - оружие, похоже, успел выхватить только один, и раны у всех, кроме одного, были только колотые, что кое-что сказало ему о ходе и продолжительности схватки - повертел в руке наполовину раскуренную трубку, и тоже оставил ее где была.

Следующим пунктом назначения был собственно особняк, где Рошфор с удовлетворением убедился, что на одном углу, откуда просматривался парадный выход, уже угнездился знакомый нищий, на другом - играли, несмотря на почти полную уже темноту, в "пристенок" пара мальчишек, и даже спрашивать не стал, кем их заменит Бийо на ночь. Никакого движения вокруг дома не происходило, и граф решил вернуться в Пале-Кардиналь, предварительно отправив Жака с двумя заданиями. Сперва навестить некую крайне сомнительную личность, из числа своих многочисленных знакомых такого рода, и сообщить о местонахождении нераздетых трупов, а также о том, что один господин был бы рад побеседовать с тем, кто явится туда за добычей следующим. Больших надежд на эту затею граф не возлагал, но такая засада почти ничего не стоила, и, если поутру Жаку предъявят какого-то местного оборванца, не исключено, что тот что-нибудь видел, если успел первым. Вторым делом Жаку следовало организовать такую же слежку, как и у особняка Монморанси, вокруг резиденции испанского посланника, на что Рошфор тоже большой ставки не делал.

0

10

За это время окончательно стемнело, и из тех дел, что Рошфор наметил себе на дальнейшее, в такой час имело смысл только одно - навестить раненных, и расспросить тех, кто был занят слежкой, если Клейрак простер свою любезность достаточно далеко, чтобы предоставить их в его распоряжение. От этих последних, частично вечером, а частично уже утром, пройдясь по кварталу Марэ сам, он получил чуть более полную картину перемещений предполагаемого курьера, от Фотара, которого рана все-таки уложила в постель - практически ничего существенного, а от Жуффрена - даже больше, чем ожидал. Зная, как мало большинство людей уделяет внимания чужой внешности, если речь не идет о предмете амурного интереса, Рошфор, после всех подобающих случаю слов и выражений сочувствия, начал с того, что тот был должен запомнить точно: "как он фехтует?" Без большого энтузиазма выложив некоторое количество примет своеобразного испанского стиля, который продемонстрировал противник, и которые могли бы чему-то помочь разве что в том случае, если бы граф намеревался скрестить с тем шпаги, и отдав также должное быстроте и точности, Жуффен мрачно улыбнулся, и, не дожидаясь вопроса, сообщил так, словно заранее готовился:
- Ростом.. чуть повыше меня, наверное. Серые глаза, волосы вот такой длины, - он показал левой рукой, поскольку правая висела на перевязи. - Не темные, и не светлые, как у всех. На щеке шрам. Не как у вас, а полоской. Свежий. Одет... дорого. Что-то черное с серебром.
- Ого! - Рошфор, и до того слушавший очень внимательно, с одобрительным интересом взглянул на собеседника.
- А вы как думали, господин граф? - тот явно был доволен, что смог произвести впечатление на конюшего Ришелье. 
- Думал, что как обычно: кто уверенно держит в руке шпагу, у того, как правило, нет глаз, - легко признался Рошфор. - Чертовски рад ошибиться, сударь.
- Я, глядя на вас, подумал бы так же, - Жуффрен взглянул со значением.
Граф кивнул. Производить подобное впечатление было частью его дела. И торопиться ему сразу расхотелось - здесь можно было выяснить подробности.
- Что вы вообще об этом думаете? - поинтересовался он, уже как у человека, мнение которого заранее полагаешь стоящим внимания.
- Мы бы упустили его, если бы он не осел в трактире. И одет... броско. Слишком броско для того, кто не хочет привлекать внимания.
Об этом граф тоже подумал. В первую очередь.
- Понимаю, о чем вы. Но, между тем, если бы ваш младший не затеял игру в дуэль, вы бы его непременно арестовали. Как по-вашему, сколько времени он бы выиграл?
Жуффрен вовсе не счел вопрос риторическим. Что-то прикинул, даже пальцы позагибал. Рошфор отметил про себя, что с характеристикой, выданной действиям Фотара, он молча согласился.
- Четверть часа, не больше. Но - ведь может и так быть, что его делом было попросту увести за собой слежку.
- Я подумал бы точно так же, - граф помолчал, решая; помощь была нужна, и раненный выглядел очень неплохим помощником. - Но мне не нравится тот факт, что, снова попав в беду - уже благодаря вам лично - он еще раз получил помощь. А он ее получил. Все может быть, но обыкновенно о подсадной утке так не беспокоятся.
- Или не знают, что он подсадная утка. Этот, второй. А возможно, и первый тоже.
Рошфор про себя подумал, что на месте посланника Мирабеля не стал бы так охранять подставную утку, но и подставлять не стал бы так дешево человека, который выглядит кое на что способным. Если, конечно, не хотел бы подставить именно его. Может быть, дело вообще не в письме, а в том, кого с ним задержат - или убьют, раз он такой превосходный боец - люди кардинала? Анри де Монморанси слыл горячим поклонником королевы, и вместе с тем другом Ришелье - человек, после драки зашедший, не скрываясь, в принадлежащий ему особняк, мог быть кем угодно. А не про себя - кивнул. Всего лишь одно из предположений, но более, чем разумное.
- Послушайте, шевалье, - обсидиановые глаза графа остановились на собеседнике, словно мысль только что пришла ему в голову. - Насколько вас тяготит рана?
В глазах Жуффрена мелькнула радость - похоже, этого он и добивался, демонстрируя опыт и способности.
- Драться левой я не любитель, - ответил он без лишней бравады. - Но стою на ногах, и могу приносить пользу.
- Меня очень интересуют спасители, - сообщил граф. - И если вам также хочется с ними посчитаться, я бы не отказался от вашей помощи, - тот тут же кивнул, и Рошфор продолжил, как человек, который не ждал другого ответа. - Есть два трактира, которые нужно проверить - возьмете один?
Самое обидное, что трактир у ворот Сен-Жермен, где произошло похищение, был тот же самый, куда сам граф вечером заходил согреться после осмотра трупов; но сведения об еще одной остановке курьера, несколько его озадачившие, он получил позже. Что до Жуффрена, то он, конечно, хотел посчитаться, и сообщил, в ответ на вопрос графа, что господин де Клейрак против не будет, так как отпустил его отдыхать и лечиться, но сам он в гробу видал чертовых лекарей, когда товарищ его при смерти.

Так или иначе, хотя о лишней паре рук речь пока не шла, лишняя голова и ноги сейчас тоже были весьма не лишними. Тем более, что что-то теперь уже подсказывало Рошфору, что чем меньше непосвященных посвятит он в эти дела, тем лучше. Оставив раненному тот трактир, что поближе, и показав ему своих людей у обоих особняков, он уехал в Сен-Жермен. Но уже буквально через пару часов, вернувшись в квартал Марэ, узнал новость, которая заставила его немедленно отправиться в Пале-Кардиналь.

Отредактировано Рошфор (2018-06-09 23:00:22)

+1

11

Услышав, что у г-на де Рошфора имеются новости для монсеньора, которые он, однако, не считает чрезмерно срочными, Шарпантье рассыпался в обычных для такого случая извинениях, попросил г-на графа великодушно обождать, пока он наведет справки, и вернулся уже через несколько минут, чтобы сообщить, что г-н кардинал будет рад немедленно его видеть.

Покончив со всеми положенными приветствиями, Рошфор перешел к делу:

- Монсеньор, господин де Клейрак уже должен был сообщить вам, чем закончилась вчерашняя попытка перехватить письмо. Два часа назад тот человек, который вчера ушел от его людей, вернулся в особняк Монморанси. В обществе господина де Бутвиля.

Ришелье вздохнул. Своим гардеробмейстером он был со вчерашнего дня более чем недоволен, и новости Рошфора только добавили ему причин для досады. В то, что Клейрак не связал визит посланца с Бутвилем, он не поверил и склонен был полагать, что разыгранный тем гамбит происходил отнюдь не из нежелания Клейрака ввязываться в дела семьи Монморанси - пусть даже определить цели г-на гардеробмейстера он пока не мог.

Зато можно было хотя бы вздохнуть с облегчением - обожаемый столь многими губернатор Лангедока был здесь ни при чем.

- Как это… любопытно, - сказал он, поднимаясь сам и движением руки позволяя своему собеседнику оставаться в кресле. - Господин де Клейрак рассказал мне о своих людях - и о людях Солье, конечно - что узнали вы?

Объясняя, откуда ему стало известно о письме, переданном маркизу королевой Анной, г-н гардеробмейстер позаботился выглядеть смущенным. Доверяя г-же дю Фаржи не больше, чем он доверял кому-либо еще, он пристроил в Лувр свою протеже - на ролях не то третьей помощницы младшей прачки, не то горничной первой помощницы кастелянши, и та не только заметила произошедшую между испанцем и ее величеством мизансцену, но и поспешила дать о ней знать. За то, что случилось затем, винить кого-либо было глупо - напротив даже, Клейрак не потерял ни минуты, а люди Солье сделали даже больше, чем от них можно было ждать - но это был уже не первый раз, когда Ришелье убеждался, что для таких поручений ему нужны другие. Кто-то вроде Рошфора, но тот, увы, существовал в единственном экземпляре.

0

12

- Рискуя повторить то, что вы уже знаете: он вышел из испанского посольства, и схватился с нашими людьми. Не раздумывая бросился в бой первым. Не отрицал, что при нем письмо, не спросил, по какому праву его задерживают. Спровоцировал и вывел первым из строя младшего, остался против двоих. Получил помощь от некого случайного прохожего. Этот случайный прохожий выглядит, как испанец - и как наемник. Это все, что я пока про него знаю, но скоро буду знать больше, его в тех местах много раз видели.  Дальше предполагаемый курьер зачем-то зашел в трактир со своим спасителем. Как они себя там вели, сейчас выясняют. Оттуда направился в особняк Монморанси, вышел из него один, пешком. Оказался за воротами Сен-Жермен. Все еще пешим. Провел около получаса в трактире, где его нагнали люди Клейрака. Был недружелюбен, но быстро, как выразился трактирщик, "спекся", и его увел тот сброд, в заброшенную лачугу рядом. Я не вполне понимаю, что там произошло, но все трое заколоты шпагами, и у всех троих порылись в карманах. Не раздели, лишь обыскали, так что, я полагаю, это не местные. Следовательно, какую-то помощь он получил, и это не тот испанец - того проследили до дому. Я видел следы, там было двое или трое конных, не больше. Дальше, разумеется, след теряется. Два часа назад он вернулся в особняк Монморанси в сопровождении графа де Люз. Выглядел... нездоровым. У этого человека есть примета: свежий шрам на щеке. И он тоже, возможно, выглядит как испанец, хотя, по правде сказать, тот мой слуга, который видел его, склонен в ком попало подозревать чужих.

- Веревки, - спросил Ришелье, останавливаясь у окна. Тяжелые занавески были раздвинуты, от окна ощутимо тянуло холодом, и задержался он ненадолго. - Вы же наверняка обратили внимание?..

Тон кардинала не оставлял сомнений в настоящем любопытстве, даже несмотря на некоторый вызов в глазах: тот, кто был когда-то учителем, рад снова и снова убеждаться в успехах ученика.

Рошфор задумался, припоминая.

- Веревок не было. Но был перерезанный ремень. Но это мало что значит, мало ли, чем еще можно связать человека?

Отредактировано Рошфор (2018-06-12 12:11:41)

+1

13

Ришелье переместился к камину, коснулся зачем-то стоящих на каминной полке часов, будто украшавшая их фигурка Ревекки, готовившейся вытащить ведро из золотого колодца, могла заодно извлечь на свет божий и недостающие ответы, и вновь обернулся к Рошфору.

- Дворянина, - поправил он. Для него, как граф хорошо знал, статус играл порой очень важную роль, порой - никакой. Для людей покойного Солье это оказалось важно - важнее полученного ими поручения, и «отребье», как обозвал Клейрак этих своих прихвостней, могло действовать свободнее - а могло оказаться еще более сковано именем и званием. - Военного… а они бывают разные, вспомните Кавуа.

Привычку капитана хранить в сапоге запасной клинок знали в Пале-Кардиналь многие, и одобряли не все. По тону кардинала можно было сейчас понять лишь, что он не спорит, но рассуждает вслух.

+1

14

Живое воображение тут же нарисовало Рошфору, как мог бы действовать Кавуа - исходя из расположения тел и полученных ими ран. Если бы ему всего лишь стянули ремнем запястья. И не обыскали. И если он, скажем, был без сознания, и очнувшись, смог это скрыть. И чуть-чуть помогла удача, или беспечность сброда. Скажем, один занялся трубкой... Стилет второму, рывок, добраться до шпаги... Третий, допустим, бросился бежать... - Если у него был спрятан стилет, мог рискнуть и без посторонней помощи, - подтвердил он. Но простите, монсеньор, я не представил вам полной картины. Позвольте мне детальнее описать то, что я там видел, это займет не больше пяти минут.

Ришелье кивнул и снова занял свое привычное место. Стоявшая под столом жаровня чуть скрежетнула, выдавая его движения, когда он поставил ноги на обитую деревянными полосами железную крышку.

Рошфор потянулся за пером. Искусству смотреть и видеть его учили: то, что зависит не столько от памяти, сколько от знания, на что смотреть, и что запоминать. А в последнее время он так привык набрасывать схемы, вспомнив науку отцов-иезуитов, что даже и не заметил, когда от обычного плана местности перешел к чему-то более сложному.

- Его привели туда практически без сознания, - начал он, - почти принесли. Мы это знаем из трех источников, я уточню потом, если вам угодно. Вот это двор, и та самая хижина.  Здесь - цепочка следов сюда, вдоль ограды. Два, три человека, туда и обратно, точнее сказать нельзя. Другой двор, такой же заброшенный, здесь привязывали лошадей. Привели..., - с какой-то другой стороны, точнее не вспомню. Здесь, - он провел черту от улицы и до двери хижины, - кто только не ходил, ничего уже не разберешь. Внутри... Три тела. Вот этот - он обозначил первым крестом Мирона, который не был для него Мироном, и провел черту за предел плана, чтобы обозначить его раны - получил ранение в низ спины. Возможно, пытался сбежать. Этот - он вынес еще одну стрелку - укол шпаги в бок, и смертельный укол, который больше напоминает coup de grâce. Он единственный выглядит как солдат, а не как отребье, но и у него на поясе только нож.  Этот - тоже укол, чуть выше живота, и, думаю, сразу насмерть. У этих двоих, - он обвел, - ножи так и остались в ножнах. У этого - ножны пусты, нож на полу, но на клинке тоже нет крови. Они ничего не успели сделать. В целом, я бы сказал, для людей, охраняющих пленника, они там чувствовали себя вольготно. Развели огонь. Один в момент нападения возился с трубкой, скорее всего вот этот солдат. Его руки должны были быть заняты. Я все это приписал тому, что курьер был надежно связан, но... может быть, и наоборот: воспользовался случаем. В Марэ при нем были шпага и дага; если еще и кинжал, то спрятанный.

Отредактировано Рошфор (2018-06-12 13:38:48)

+1

15

Ришелье молча следил за следами, которые оставляло на бумаге перо, и думал, что они, быть может, смогут узнать точно - если он сможет уговорить мадам де Бутвиль, а она - задать нужные вопросы. Если Рошфор был прав и если курьеру помог ее муж - но как он узнал, где искать?

Массино и его люди могли ошибиться - даже почти наверняка ошиблись, считая, что письмо королевы было у того, кого они остановили. Но ошиблись они, судя по всему, чрезвычайно удачно - обнаружив неизвестную дотоле связь между г-ном де Бутвилем и сеньором де Мирабелем. Что это была за связь? Очередной заговор?

Молодой человек покидает особняк испанского посланника, бросается в драку с теми, кто требует от него письмо - возможно, не потому, что письмо у него есть - хватит и того, что ему пришлось бы назваться, доказывая, что никаких писем у него нет. К нему на помощь приходит какой-то прохожий - случайность? Видит Господь, в Париже хватает безумцев, готовых вмешаться в неравную схватку на слабой стороне, одного такого он только что сам отослал в провинцию. Да, это могла быть случайность - сообщник увел бы спасенного подальше, а они пошли в кабак по соседству. Значит, о слежке не подумал ни тот ни другой - значит, ни тот ни другой не были людьми Мирабеля. Значит, письма не было.

- Или метательный нож, - предположил он, отвлекаясь от своих рассуждений, - и подходящий момент: руки свободны, один занят трубкой, другой - чем-то еще, третий достаточно близко.

Кардинал перевел взгляд на исчерканный лист, увидев за ломаными фигурками, как могла разворачиваться схватка. Нож в спину - неожиданный выбор, если не вспомнить, что получивший этот удар от него и умер. Спросить Ситуа? В любом случае, удар был нанесен правильно, а мнимый курьер был испанцем, среди них есть такие умельцы. Даже несмотря на то, что его опоили? Положим. Убитый не успел поднять тревогу, или успел, но испанец быстрее. Стремительный бросок - к оставленному неподалеку оружию. Шпага и дага, против двоих? Нет, хватит и шпаги - и тогда второй получает рану, не успев взяться за оружие, третий только и успевает, что выдернуть нож. Тот, что с трубкой? Да, почти наверняка. Расчет оставил бы его на десерт.

Ришелье чуть подался вперед, изучая рисунок, и не смог скрыть разочарования.

- Нож достал не тот, что с трубкой? - уточнил он - и тут же вспомнил, что этот, с трубкой, был единственным солдатом из троих.

+1

16

- Нет, вот этот, - Рошфор ткнул пером в Завье, и добавил на схему закорючку, обозначающую нож; и это логично вписывалось в картину, он тоже бы начал с солдата, но..., - Но, монсеньор, они доложили, что не нашли письма. А значит, как-то его обыскивали. А если они искали письмо, то не могли пропустить клинок.

- Вот именно - как-то, - саркастически отозвался Ришелье. - Согласитесь, иначе следует предположить, что за ним приглядывали, но, когда он попался, не сразу пришли к нему на помощь, а ждали достаточно долго… Нет, это возможно, если приглядывали уличные мальчишки или слуга… Тогда чей и зачем?

Он не встал еще снова, но нетрудно было заметить, как изменилась его поза.

- Не знаю, монсеньор, - признался Рошфор. - Тот или те, чьи лошади были привязаны по соседству, и чьи следы..., - он не закончил, указав кончиком пера на план. - Возможно, из особняка Монморанси за ним отправили слежку, а не охрану. Возможно, это был кто-то, кому не с руки вмешиваться - к примеру, если курьер не знал, что его страхуют.  Или это был тот, кого он дожидался в этом трактире. Не застал, расспросил прислугу, пошел искать. Я бы так поступил.

- Там недалеко до трактира?- уточнил Ришелье. - И эти следы и лошади - они не могли появиться позже? Когда курьер оттуда убрался?

Рошфор задумался, и без труда представил себе, как это могло бы быть.

- Кто-то просто хотел спрятать лошадей, привязал в заброшенном дворе, услышал, положим, что-то, подошел, заглянул в щель, и ушел, не вмешиваясь? Все возможно, у нас пока не хватает сведений, - в его тоне звучало нескрываемое сомнение.

Ему хотелось сказать, что предполагать сейчас следовало бы худшее. Не цепь совпадений, приведших к тому, что неведомый одиночка прошел через все испытания и засады так, словно ангелы его на крыльях несли. А - то, что помощь исходила от графа де Люз. А та первая случайность - от Мирабеля, знавшего, насколько важно это письмо. И - что королева писала через испанцев не своим венценосным родственникам, а брату казненного. Через неполные десять дней после визита мадам де Шеврез, кстати. Писала, в этом случае, требуя от него каких-то немедленных действий - судя по тому, что в эту же ночь тот не ночевал дома, куда вернулся вместе с посланцем. Не то, чтобы граф считал этот вариант наиболее вероятным, нет, скорее всего королева писала родным, как обычно. Но новый заговор Шале требовал бы немедленных действий, и угрожал бы немедленной опасностью, а все остальное могло ждать.

Как ни смешно это могло бы прозвучать, если высказать вслух, но остановило его не только почтение к патрону, который не нуждался в подсказках в таком деле, как определение приоритетов начатого расследования. Но еще и впечатление, что монсеньор, кажется, получал удовольствие от поисков разгадки.

Отредактировано Рошфор (2018-06-12 17:26:56)

+1

17

- Не хватает, - согласился Ришелье, глядя на пометки Рошфора. Цепочки следов складывались в непонятный узор, и три мертвеца в нем надежно хранили тайны своего убийцы. - Пока не хватает. Граф, вы ведь не забыли госпожу де Бутвиль - племянницу Давенпорта? Я виделся с ней несколько дней назад. Скажу больше - у нее есть веские причины быть мне благодарной.

Он улыбнулся, встретив взгляд собеседника, не спеша наполнил бокалы для них обоих и кратко пересказал Рошфору всю историю с обителью, где заточили г-жу де Бутвиль, и свой последующий разговор с герцогом Ангулемским, после чего ему пришлось вновь вернуться, чтобы обрисовать графу последнюю их встречу - всего-то парой дней ранее.

- Она из тех людей, которые не могут не действовать, хоть как-то, - закончил он. - Второй Шеврез из нее не выйдет, и второй миледи - тоже, но грех было бы не поискать применения и ее памяти, и ее воспитанию, при том, что у нас есть для нее и кнут, и пряник. Вы видите теперь, в чем дилемма?

+1

18

Рошфор выслушал все с напряженным вниманием. Племянницу Давенпорта он сам не видел, но описание кардинала было достаточно красочным, чтобы представить себе картину.

- Вы можете предложить ей снова попытаться спасти мужа за его спиной. Но, если вина Бутвиля окажется слишком серьезной, чтобы дать ему выйти сухим из воды, она может в самый неудачный момент поменять сторону. А кроме того - ведь мы уже знаем, с чьей помощью она предпочитает спасать мужа, - при всей серьезности ситуации, Рошфор не мог не улыбнуться слегка. - Шевалье де Ронэ мы могли бы вовлечь в это дело меньшей ценой, и с гораздо меньшими рисками.

Ришелье приподнял брови, а затем также улыбнулся - пусть эта улыбка и вышла самую малость неестественной, отчего Рошфор тут же почувствовал, что сказал что-то не то.

- Шевалье де Ронэ не в Париже, - заметил он, - и по целому ряду причин я бы не стал его вызывать. Я поговорю с госпожой де Бутвиль, посмотрим, что выплывет наружу. С вашей стороны… не знаю, упоминал ли об этом Клейрак, у госпожи де Бутвиль вот-вот появилась или вот-вот появится новая горничная, некая Жаннет, рекомендованная ей госпожой де Комбале. Я предупредил его и предупреждаю вас - я не хочу, чтобы мои люди ее использовали. Пока, во всяком случае. Более того, я прошу вас никаким образом не давать понять господину де Бутвилю, что вы следите за ним и за его домом - вы ведь следите? Что подводит нас с вами к его спасителю.

Рошфор кивнул, подтверждая, что за домом следят, и что приказ не раскрывать слежку принят к сведению - весьма своевременный, надо сказать, приказ, поскольку у него самого уже была мысль для начала как-нибудь поворошить осиное гнездо. Но если монсеньор сумел превратить графиню в свою союзницу... 

- О спасителе сейчас собирают сведения.

+1

19

Ришелье помолчал. Спаситель мнимого курьера - был ли он просто случайным прохожим, как предполагал кардинал с того момента, как услышал, что его уже не раз видели в тех местах, или участником возможного заговора - уже показал себя человеком беспечным, и Ришелье не счел нужным повторять свой призыв к осторожности.

- Если он просто испанский наемник, пришедший на помощь соотечественнику, - задумчиво проговорил он, - он не откажется от поручения в провинции, как вы думаете?

Уточнять, что поручение могло остаться лишь предложением, он также не стал.

- Как и в том случае, если он испанский наемник, который нанят был подстраховать курьера, - согласился Рошфор.

Будь на месте Ришелье одна из его кошек, она бы, верно, замурлыкала. Кардинал только улыбнулся.

- А значит, и в том, и в ином случае не откажется рассказать о занимающей нас драке. Вы хотите заняться им сами?

Несмотря на форму, это был не вопрос.

- Разумеется, монсеньор, - Рошфор словно и не ждал ничего другого.

Ришелье согласно кивнул, потянулся за пером и провел на изрисованном листке бумаги вертикальную линию. Имеется некий молодой человек, то ли француз, то ли испанец. Если испанец (перо замерло слева от линии), это человек Мирабеля - или в этом деле становится слишком много совпадений. Если француз (справа от линии появилась перпендикулярная ей), то он мог быть человеком Мирабеля и действовать в его интересах, но мог - и в своих собственных.

В эту минуту Ришелье решил, что молодой человек был французом: не могли гг. де Массино, Жуффрен и Фотар все дружно не заметить испанский акцент, даже самый незначительный. Но что это меняло?

То, что его выручил испанец. Случайность? Нет, если дело было не в письме ее величества - если Мирабеля посвятили в какой-то заговор, но посвятили не до конца и он захотел узнать, куда ведет эта ниточка… Нет - спасителя проследили до дома. Он не вернулся к Мирабелю и не продолжил слежку.

Случайность.

Ришелье вздохнул. Гадать так было бесполезной тратой времени, а ведь в этой задаче были и другие неизвестные…

- Если он вмешался случайно, - задумчиво проговорил он, - курьер должен быть крайне ему признателен. Я рад, что вы согласились взять это на себя, граф.

Он поднялся, ставя в разговоре точку. Пояснять Рошфору, что он имел в виду, было, разумеется, не нужно.

+1

20

Пока кардинал размышлял, Рошфор зачарованно следил за движениями пера по бумаге. У него было чувство, что что-то не так, что-то они упускают важное - он упускает - и вот сейчас, сосредоточившись на скольжении кончика пера по своему плану, он все-таки смог еще раз в деталях восстановить перед глазами картину сцены побоища: то, что уже перечислил, то, что счел несущественным, то, что увидел сам, и, сделав выводы, выкинул из головы... Ведь было же что-то еще?

- Дверь, - он автоматически встал тут же, едва поднялся патрон, не сводя глаз с листа, и видя внутренним взором совсем другое, теперь очень четко - вывороченные петли, свежий скол потемневшей по поверхности древесины - и пояснил. - Дверь была вынесена снаружи. Монсеньор, я могу с уверенностью сказать, что он получил помошь.

Он потянулся за пером, и едва не попытался взять его непочтительно прямо из руки Ришелье, погруженный в видение, вызванное памятью, но, спохватившись, просто пометил ногтем на плане: - Выбита из петель, вот так, - он поднял глаза, выходя из транса, и взглянул прямо в лицо кардиналу. - Не могу понять, отчего я не вспомнил раньше.

Отредактировано Рошфор (2018-06-16 16:35:23)

+1


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть III: Мантуанское наследство » Ошибка это решение, которое могло оказаться правильным. 15 дек. 1628г.