Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+



Происходящее в игре (случайная выборка):



В предыстории: Гг. Жан де Жискар и Никола де Бутвиль попадают в засаду в осажденном голландском городе. Месье ухаживает за принцессой де Гонзага. Шере впутывается в опасную авантюру с участием Черного Руфуса. Г-н де Бутвиль-младший вновь встречается с г-ном де Лаварденом.

Драться нехорошо. 17 декабря 1628 года: Г-жа де Вейро и г-жа де Бутвиль сталкиваются с пьяными гасконцами на ночной улице.
У кого скелет в шкафу, а у кого - младший брат в гостях, 16 дек. 1628 года: Г-н де Бутвиль и г-н де Корнильон беседуют по душам.
Наставник и воспитанник. 12 января 1629 года, после полудня: Лейтенант де Ротонди докладывает кардиналу об исполнении его поручения.
Воровать дурно. 20 декабря 1628 года.: Г-жа де Бутвиль выполняет поручение кардинала.

Прогулка с приключениями. 3 февраля 1629 года: Прогуливаясь по Парижу инкогнито, королева подвергается многочисленным опасностям.
О трактирных знакомствах. 16 декабря 1628 года.: Г-н де Рошфор ищет общества г-на де Жискара.
Кастинг на роль ее высочества. 27 февраля 1629 года, вечер: Г-жа де Вейро отказывается отдать роль принцессы своей горничной.
Куда меня ещё не звали. 12 декабря 1628 года. Окрестности Шатору.: Кардинал де Лавалетт поддается чарам г-жи де Шеврез.

Юнона и авось. 25 февраля 1629 года: М-ль д’Онвиль ищет случая попросить г-на де Ронэ поделиться опытом.
Оружие бессилия. 3 марта 1629 года: Капитан де Кавуа допрашивает Барнье, а затем Шере.
Щедра к нам грешникам земля (с) Сентябрь - октябрь 1628 г., Париж: Г-н Ромбо и г-жа Дюбуа навещают графиню де Буа-Траси с компрометирующими ее письмами.

Кто победитель, кто проигравший? 9 января 1629 года: Королева обсуждает с г-жой де Мондиссье расследование графа де Рошфора.
Герои нашего времени. 3 марта 1629 года: Варгас дает отчет графу де Рошфору
Детектив на выданье. 9 января 1629 года: Граф де Рошфор пытается найти автора стихов, которые подбрасывают Анне Австрийской.
Раз - случайность, два - закономерность. Февраль 1629 года.: Донья Асунсьон устраивает свою судьбу.


Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календарь на 1628 год: дни недели и фазы луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть III: Мантуанское наследство » Дама или паж? 9 декабря 1629 года, примерно 11 часов.


Дама или паж? 9 декабря 1629 года, примерно 11 часов.

Сообщений 1 страница 20 из 38

1

...

0

2

На графине де Люз было новое платье — бархатное, синее, ярко оттеняющее глаза, с чудесным кружевным воротником. Граф красовался в жемчужно-сером камзоле, прекрасно сочетающимся по цвету с нарядом жены. Не в белых сапогах, но все равно он выглядел чудесно. Эмили целый час потратила на прическу, и теперь ее буйные кудри, тщательно уложенные, изысканно обрамляли взволнованное личико.
   Они только что прибыли в особняк маркизы де Рамбулье, лакей возвестил в гостиной об их прибытии, и... Эмили, опираясь на руку мужа, украдкой вцепилась в его рукав. Она ужасно волновалась. Что, если Ронэ был прав, и здешнее изысканное общество сочтет ее глупой? Хорошо Луи-Франсуа, он здесь как рыба в воде, кажется, совсем не волнуется... Скромно опустив глаза, графиня из-под ресниц окинула взглядом собравшихся в гостиной. Одного из присутствующих она знала точно... Маркиз де Мирабель. Пожалуй, с ним Эмили предпочла бы не встречаться...

+1

3

Появление четы Бутвилей маркиза де Рамбуйе пропустить не могла, даже если бы те не сочли нужным засвидетельствовать ей свое почтение, и одарила обоих благосклонной улыбкой.

- Добрый день, граф, искренне рада вас видеть. Сударыня…

Манеры маркизы были безупречны, и никто, глядя на нее, ни на миг не усомнился бы, что она рада этому визиту, и вульгарного любопытства она себе, разумеется, не позволила, что бы ни скрывалось в тайниках ее души. С легким огорчением в голосе она упрекнула г-на де Бутвиля в том, что он навещает ее так редко, с явной благожелательностью познакомилась с молодой графиней, назвав ее совершенно очаровательной и, Господи Боже, совсем еще ребенком, и с очевидным интересом осведомилась о здоровьи тех его родственников, кого не видела вчера и позавчера и третьего дня, а потом поманила к себе привлекательную даму с пышной гривой ослепительно рыжих волос.

- Мадемуазель Поле, душа моя, позвольте мне представить вас госпоже графине де Люз. Вы же не откажетесь поведать ей все, что мне не следует слышать о моих сегодняшних гостях? - тонкая улыбка тронула ее чуть увядшие губы. - А вы, сударь, отсутствовали столь долго, что у меня набралось к вам множество вопросов. Я покажу вам одну замечательную поэму…

Она опустила руку на рукав г-на де Бутвиля, увлекая его к книжному шкафу, а мадемуазель Поле одарила г-жу де Бутвиль взором, в котором смешивались любопытство и чуть заметная, но нескрываемая снисходительность.

- Вы ведь из Прованса, сударыня? Из Тулузы? Позвольте, я познакомлю вас с аббатом Виррье, он из тех мест. Аббат пишет прелестные сонеты, которые злые языки полагают переводами с итальянского.

Отредактировано Провидение (2018-03-06 23:18:10)

+1

4

Эмили беспомощно оглянулась на мужа. О мадемуазель Поле она слышала и ужасно боялась, что скажет что-нибудь не то, и та сочтет графиню де Люз глупой. Однако в Тулузе Эмили встречалась уже с самыми разными людьми, и поняла, что не стоит притворяться и куда проще быть самой собой. Как и предсказывал Бутвиль, многие поначалу были шокированы непосредственностью молодой графини, но потом привыкли, а кое-кто даже счел ее очаровательной.
- Я не из Прованса, - Эмили открыто и мягко улыбнулась мадемуазель Поле. - Я только год прожила в Тулузе. Но буду счастлива познакомиться с господином аббатом.
Она хотела добавить, что не совсем понимает: если сонеты прелестны, так ли важно, перевод это или нет? Но решила с вопросами повременить. Это Ронэ можно было спросить о том, что любопытно, а местное общество, оно такое изысканное... Надо осмотреться...

+1

5

М-ль Поле, однако, не спешила проводить переданную ее попечению молодую женщину к г-ну аббату, рассудив, как видно, что если та была не из Тулузы, то такое знакомство не будет для нее чем-либо предпочтительнее иного:

- Не из Тулузы, какая жалость! Мы могли бы побеседовать о трубадурах и прекрасных дамах, с вами, должно быть, все о них разговаривают. - Алые губки Львицы чуть дрогнули, но почти сразу ее лицо снова стало деланно серьезным. - Но откуда же вы тогда? Я не могу угадать по вашему говору, было бы чрезмерно жестоким по отношению к вашему супругу знакомить вас с сеньором маркизом де Мирабелем, как бы он на вас ни таращился.

Если г-н испанский посланник и вправду позволил себе такую бестактность, не заметил этого никто кроме самой Львицы, но вернее было, что она всего лишь преувеличила.

+1

6

- Мне кажется, я выучила все о трубадурах и прекрасных дамах, - рассмеялась Эмили.  - Но отчего вы решили, что со мной разговаривают именно о них?
Стоило ли говорить, откуда она родом? Это не было тайной, но зачем привлекать к этому лишнее внимание?
- И отчего мое знакомство с сеньором Мирабелем оказалось бы жестоким по отношению к графу?
«Знакомиться» с испанским посланником тоже не стоило, но... это могло бы оказаться так забавно... Мирабель может ее и не узнать, а если вдруг узнает... ну не станет же он трезвонить всем и каждому о том, что графиня де Люз — паж английского шпиона!

+2

7

В томных, с поволокой, глазах м-ль Поле мелькнуло и тотчас же исчезло что-то хищное - свое прозвище она вполне оправдывала, и не одним лишь цветом роскошной шевелюры.

- Потому что сеньор маркиз слывет дамским угодником, - промурлыкала она, не заметив как будто второго вопроса г-жи де Бутвиль, - особенно если вы говорите по-испански. Я обещаю вам, что ваш супруг будет отчаянно ревновать… Сеньор маркиз!

Вскинув белоснежную ручку так, что соскользнул, обнажая изящное запястье, пышный рукав изумрудно-зеленого шелка, м-ль Поле поманила к себе испанского посланника.

- Позвольте мне представить вас госпоже де Бутвиль, графине де Люз.

+2

8

Дон Антонио, занимавший беседой очаровательную м-ль д’Онвиль и наблюдавший при этом краем глаза за показавшейся ему смутно знакомой графиней де Люз, поклонился в ответ на призыв м-ль Поле и, принеся свои извинения по всем правилам приличия, присоединился к двум собеседницам.

– Имея величайшую честь представлять его католическое величество, я к ужасу своему едва удерживаюсь от того, чтобы не заделаться язычником, ибо невозможно не боготворить столь прекрасных дам. Сеньора, я уверен, что был знаком с вами до вашего замужества, но, сочтя вас Дианой, не запомнил вас под другим именем.

- Под каким же именем вы помните меня, сеньор? - притворно возмутилась Львица.

– Марии, разумеется, – с невозмутимым видом парировал маркиз.

+1

9

«Марии-Магдалины,» - про себя добавила графиня де Люз, пряча озорно сверкнувший взгляд под скромно опустившимися ресницами. Прекрасная мадемуазель Поле, похоже, сама была не прочь добиться внимания маркиза, и Эмили ничего не имела против — ей совсем не хотелось, чтобы Луи-Франсуа ее ревновал. Ну разве что чуть-чуть... И она не любила, когда ее оттирали. Длинные ресницы дрогнули и распахнулись, являя маркизу блеснувшие синевой (свет от окна так удачно падал на синий бархат платья!) глаза юной дамы.
- Полно, сеньор маркиз, неужели меня можно счесть Дианой? - губы госпожи де Бутвиль тронула лукавая улыбка. - Уверяю вас, мне далеко до богини, и я, как и все мы, конечно, предпочитаю покровительство святых. Святого Франциска, к примеру...

+1

10

Дон Антонио поднес к улыбающимся губам руку Львицы, которой завладел в тот же миг, когда приписал ей библейское имя, но смотрел при этом, пусть и искоса, на г-жу де Бутвиль. Донья Франциска? Молодая графиня де Люз выглядела неуловимо знакомой, но вспомнить ее никак не получалось - а она вела себя так, словно он должен был знать ее именно по имени. Но не мог же он и в самом деле забыть любовницу! Нет, здесь должно было быть что-то иное.

- Я был бы дурным католиком, если бы сделал напрашивающийся вывод, - вздохнул маркиз. - И мои французские друзья уверяют меня, что этот добрый святой удостаивает всех их своим покровительством, очаровательная Диана. Не оставляйте же меня во мраке, о хранительница тайн!

М-ль Поле приподняла брови, столь необыкновенно ровные, что трудно было не заподозрить в их совершенстве руку куафера - не то удивившись эпитету, не то запоздало осознав, что тот относился к ней.

- Геката, дон Антонио? Я оскорблена и удаляюсь!

- Минерва! - воскликнул испанец, не без основания подозревая, что Львица его дразнит. - Вы, я уверен, без труда разгадаете предложенную сеньорой графиней загадку.

- Принесите мне яблоко, сеньор маркиз.

Испанец предпочел однако склониться к руке г-жи де Бутвиль, которую удержал в своих лишь самую малость дольше, чем то диктовал обычай.

- Умоляю, сеньора, снизойдите к несчастному, потерявшему разум едва глянув на вас - дайте мне еще одну подсказку.

+1

11

- Ну вот, теперь уж я Ата! - рассмеялась Эмили. - Право, сеньор маркиз, на вас в самом деле стоит обидеться!
Мирабель ее не узнал. Вот что делает платье! Тогда, полтора года назад в аббатстве Святой Женевьевы, испанец узнал пажа Давенпорта сразу. Но знал ли он Франсуа по имени? Как он ее тогда называл? Как-то неприятно... «сеньорито»! Графиня поискала глазами мужа, о чем-то мирно беседовавшего с маркизой де Рамбулье. Стоило ли давать испанцу еще одну подсказку? Разумеется, не стоило! Но было ужасно любопытно, что он станет делать. В прошлый раз он пытался ее подкупить, а теперь?.. Он подумает, что Эмили-Франсуаза здесь не случайно, что знает какую-то тайну, и от него можно узнать что-нибудь важное... Но графине де Люз все это совершенно ни к чему!

+1

12

Дон Антонио всем видом изобразил раскаяние и тут же рассыпался в извинениях, что ничуть не помешало ему сосредоточиться на предложенной ему загадке. Сеньора графиня была так молода, чтобы не сказать – юна, откуда он мог ее знать? Испания? В испанском ее не слышно было и намека на то, откуда она родом. Не Андалусия, не Галисия… когда он в последний раз был дома? Нидерланды, Неаполь?

- U zal één van de Erinyen zijn, - предположил он, искренне надеясь, что его произношение не испортилось вконец. В Брюсселе он был лишь дважды, но в Соединенных Провинциях воевал больше года и выучил язык настолько, что мог даже сделать комплимент - но злоупотреблять своими познаниями не стал, не без основания предполагая, что лишь даст тем самым новый повод для насмешек. Но все же он готов был поклясться, что незнакомка его поняла. - Будьте же милосердны к бедному грешнику.

- Вы оставили Древнюю Грецию и заделались добрым христианином, сеньор? - воскликнула Львица, наморщившая было высокий лоб при звуках чужой речи.

- Это выше моих сил, сеньора - и мой небесный покровитель не смог бы устоять перед таким искушением.

перевод

Вы, должно быть, одна из Эриний - испорченный голландский

+1

13

- Ваш небесный покровитель не смог бы оставить Древнюю Грецию? - весело удивилась графиня де Люз. - Увы, я почти не понимаю по-голландски.
Ей бы следовало воспользоваться тем, что испанец ее не узнал, и как-нибудь оставить его общество. Но она не знала, как. И  не хотела - ей было весело и любопытно. Тогда не следовало играть дальше в загадки — мадемуазель Поле могла подумать, что госпожа де Бутвиль набивает себе цену.. Эмили снова украдкой взглянула на мужа. Луи-Франсуа сказал бы, что этого делать не надо. Теодор де Ронэ, наверняка, - чтобы не смела. Но он вообще считал, что ей здесь не место, что она слишком глупа... Эмили улыбнулась.
- Нет никакой загадки. Мадемуазель Поле спрашивала, откуда я. Я выросла в Англии.

+1

14

- В Англии? - изумился дон Антонио, почти уверившись, что должен был ошибаться… но ведь и сама графиня вела себя так, словно он должен был ее знать! - Не могу поверить, никогда бы не подумал… что на этом Богом забытом острове можно найти что-то столь божественное.

Еще не закончив фразу, маркиз понял, что произносить ее не стоило: м-ль Поле, как и всякой иной женщине, не могло понравиться восхищение, от которого ей не досталось ни капли - но, по чести, и само это продолжение уже было придумано наспех. Поразило его, на самом деле, сколь хорошо г-жа де Бутвиль владела как испанским, так и французским, однако упоминать об этом вслух не следовало - хотя бы потому, что сама эта мысль вызвала в его душе какой-то  отклик, еще не вполне понятный ему самому. Испанский, французский, английский… немного голландского…

- Не становитесь чересчур легковерны, - засмеялась м-ль Поле. - Раз уж мы начали поминать небесных покровителей, среди ваших многочисленных имен не найдется дона Томасо?

Дон Антонио едва услышал. А ведь она говорила правду, она опознала язык… и он никогда не был в Англии…

- Я доверчив как ребенок, - улыбка испанца ясно показывала, что он и не пытался прозвучать убедительно.

- Кроток как голубь, - подхватила м-ль Поле, - робок как заяц, невинен как младенец…

Испанец усмехнулся, но рассеяннее, чем того заслуживало остроумие Львицы, а мгновением позже и вовсе сделался необыкновенно сосредоточен. В обществе болтали, что брак Бутвиля был мезальянсом, а женщина, знающая столько языков… Брюссель, наверняка Брюссель, но - Франсуаза, Франсиска, Франческа, Фрэнсис?.. Когда он имел дело лишь с Давенпортом и…

При всем самообладании маркиза сейчас на его лице явственно прочиталась растерянность. Давенпорт и его паж?..

Сестра? Паж?! Не мог Бутвиль…

Воспоминание о странной встрече подле аббатства святой Женевьевы подтвердило внезапно нахлынувшее озарение, а в следующее мгновение дон Антонио сделал вывод, обратный тому, безумному, который пришел ему в голову первым. Не была стоявшая перед ним хорошенькая графиня де Люз мальчишкой-пажом, но паж, которого он видел, был на деле не мальчишкой.

- Слеп как камень, - подтвердил испанец и снова поклонился г-же де Бутвиль. Видит Господь, слишком ошеломлен он был, чтобы прикидывать, как ее можно было использовать - но у нее, раз она напомнила ему о себе, несомненно были какие-то планы.

+1

15

«Глуп как пробка...» - про себя добавила госпожа де Бутвиль. Но вслух ничего не сказала - это было и грубо, и неправда. Глупа была она сама. Потому что ну зачем она это сделала?! Да, растерянность на лице надменного испанца ей польстила, но стоило ли того? Сеньор де Мирабель, похоже, догадался... Или нет? Грозило ли ей и чем-то собственное легкомыслие? Вряд ли маркиз захочет как-то ее шантажировать, а даже если вдруг захочет — интересно, чем? Что расскажет мужу — граф и так все знает. Распустит сплетню — что-то не верится. И любопытно, что может потребовать взамен...
- Отчего же не может быть... ну пусть не божественного, но интересного. К примеру, говорят, что в наших холмах и лесах этого, как вы выразились, Богом забытого, острова водятся разные волшебные и загадочные существа...

+1

16

Дон Антонио легко мог бы поддержать беседу о волшебных существах, хотя не испытывал ни малейшего желания это делать. Загадка, заданная ему сеньорой де Бутвиль, занимала все его мысли - и в самом деле мезальянс! Объяснение напрашивалось - Давенпорт умел подбирать ключи к самым разным людям, но в этот раз он, несомненно, превзошел самого себя: выдать за одного из Монморанси свою… незаконную дочь? Любовницу? И как же быстро после этой свадьбы он перешел в мир иной?

Маркиз не был бы самим собой, если бы он не задался немедленно вопросом, как Давенпорт сумел добиться желаемого. Какую тайну Бутвиля он использовал в своих целях? Право, надо было посвятить больше внимания их встрече у аббатства святой Женевьевы! Знал ли Бутвиль уже тогда, с кем имеет дело? Заговор как будто остался нераскрытым, но только потому, что после смерти Труа-Роше все его участники затаились, и кто бы мог их винить - но Давенпорт умел извлекать выгоду даже из неудач…

- Феи, несомненно, - поддержал он, - превращающиеся на континенте в красавиц, чарующих одним взглядом и затмевающих умом любую из смертных… и любого, конечно, тоже.

Оговорка, столь нехарактерная для обыкновенно галантного испанца, не была случайной - не в обществе же м-ль Поле обсуждать делишки покойного шпиона!

- Любого, несомненно, - подтвердила м-ль Поле. - Берегитесь же, фея, сеньор маркиз водит дружбу с инквизиторами.

Выпустив эту парфянскую стрелу, она скользнула прочь так стремительно, что, даже если дон Антонио попытался ее задержать, то она могла бы потом смело утверждать, что не услышала.

Испанец, однако, позволил ей уйти, даже не сделав вид, что его это огорчило.

- Не знаю, очаровательная сеньора, следует ли мне выражать вам соболезнования в связи со смертью вашего… покровителя.

+1

17

- Покровителя? - удивилась Эмили. Единственным своим покровителем она считала графа де Люз, но это пока он не перешел для нее в другой статус. И был он, слава Богу, жив и здоров! Но, если подумать о месте, где они сейчас находятся, может, он имеет в виду Ронэ? Неужели с бретером что-то случилось? Правда, сама госпожа де Бутвиль назвала бы шевалье де Ронэ другом, не покровителем, да и откуда испанцу знать об их дружбе? Но вопрос графини все же прозвучал взволнованно: - Кого вы имеете в виду?
Ей было досадно — испанец отпугнул мадемуазель Поле, а Эмили знала уже, сколь важна в новом обществе если не дружба, хотя бы расположенность кого-нибудь, кто сможет представить новичка остальным. Теперь же рыжеволосая красавица пусть затаит не обиду, всего лишь неудовольствие — но для графини де Люз это может обернуться чем-нибудь неприятным.

+1

18

Дон Антонио приподнял брови в немом удивлении, ничем не выдав, что на один короткий миг он засомневался в своих выводах, а затем перевел взгляд на графа де Люз - его ошибка стала для него очевидной. Но если она в первую очередь думает о своем муже как о покровителе… только не торопиться, как бы любопытно это ни было!

- Я имел в виду покойного господина Давенпорта, разумеется, - ответил он, делая небольшой, почти незаметный шажок вправо с тем, чтобы, поворачиваясь к нему, графиня оказалась бы к своему супругу вполоборота. Первый шаг - в самообладание столь юных дам дон Антонио не верил и не хотел, чтобы граф, взглянув на жену, заподозрил неладное. - Я узнал о его кончине лишь недавно, и без подробностей.

Известные ему подробности включали место гибели англичанина - где-то под Ларошелью - и уже это заслуживало внимания.

+1

19

- Сэр Джордж был мне дядей.
Это не было тайной, они с мужем заранее уговорились обманывать окружающих как можно меньше — просто можно было не рассказывать посторонним всего. Ведь мало кто знал, что сэр Джордж Давенпорт был шпион, работающий на разных хозяев, а вовсе не респектабельный и довольно богатый английский помещик, любитель диковин и предметов искусства. И оставивший племяннице неплохое наследство, к тому же.
- Простите, но я тоже не знаю подробностей.
Эмили прикусила губу, едва ли не воочию увидев тело  Давенпорта на полу, его бледное лицо, алую дыру на виске... Подробности его гибели никому не надо было знать, и, по счастью, рассказать о них было почти некому. Свидетели... где они и многие ли из них знали, что видели?

+1

20

Дон Антонио изобразил на своем смуглом лице подобающее случаю сочувствие, пусть и был уверен, что его собеседница никакого горя не испытывала и сожалела, возможно, разве что о том, что не поспособствовала смерти дражайшего родственника. Или же поспособствовала? Покойный сэр Джордж приязни в испанце не пробуждал даже при жизни, когда его методы, и сбора сведений, и воспитания оставались его тайной, а теперь, когда всплыло его последнее мошенничество и маркиз ощутил себя обманутым, ему и вправду было не о чем сожалеть. Ах нет, дон Антонио мог еще огорчиться своей невнимательности, и огорчение это, несомненно, добавило убедительности скорбному выражению на его лице.

- К счастью, он успел устроить вашу судьбу, донья Франсиска, - полувопросительно заметил он - сомневаясь не столько в роли Давенпорта, сколько в том, что ее оценила по достоинству новоявленная г-жа де Бутвиль. Кроме того, он сгорал от любопытства. Как этому английскому мерзавцу удалось устроить такой брак? И достаточно ли тяготится им молодая жена графа де Люз, чтобы откровенничать на эту тему?

+1


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть III: Мантуанское наследство » Дама или паж? 9 декабря 1629 года, примерно 11 часов.