Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+



Происходящее в игре (случайная выборка):



Восток - дело тонкое. 1616 год, Тунис, Бизерта: Юный Франсуа де Ротонди знакомится с Франсиско де Варгасом, который знакомится с нравами Туниса.
Письмо счастья. 12 февраля 1629 года.: Г-жа де Мондиссье просит г-на де Трана помочь ей передать письмо королевы г-ну де Корнильону.
Много драконов, одна принцесса. 9 марта 1629 года.: Г-н де Ронэ и Портос готовятся похитить принцессу.
Я вновь у ног твоих. Май 1629 года, Париж.: Арамис возвращается к герцогине де Шеврез.

Денежки любят счет. Февраль 1629 г.: Луиза д’Арбиньи прибывает в поместье Вентьевров.
О пользе зрелых размышлений. 11 февраля 1629 года: Г-н де Валеран рассказывает Марии Медичи о попытке королевы спасти г-на де Корнильона.
Слезы ангелов. Северное море, июнь 1624 г.: После захвата голландского корабля капитан Рохас и лейтенант де Варгас разбираются с добычей.
Гуляя с ночи до утра, мы много натворим добра. 3 февраля 1628 года.: Роже де Вентьевр и Ги де Лаварден гуляют под Ларошелью.

Пасторальный роман: иллюстрация. Декабрь 1627 года: Принцесса де Гонзага позирует для портрета, Месье ей помогает (как умеет).
Любить до гроба? Это я устрою... 12 декабря 1628 года: Г-н де Тран просит сеньора Варгаса о помощи в любви.
Кузница кузенов. 3 февраля 1629 года: М-ль д’Арбиньи знакомится с двумя настоящими кузенами, одним названным и одним примазавшимся.
Невеста без места. 12 февраля 1629 года.: Г-н де Вентьевр и "г-н д'Арбиньи" узнают о скором прибытии "Анриетты".

Игра в дамки. 9 марта 1629 года.: Г-жа де Бутвиль предлагает свои услуги г-ну Шере.
Кружева и тайны. 4 февраля 1629 года: Жанна де Шатель и «Жан-Анри д’Арбиньи» отправляются за покупками.
Пример бродяг и зерцало мошенников. Май 1629 года..: Г-н де Лаварден узнает, что его съели индейцы, а также другие любопытные подробности своей биографии.
La Сlemence des Princes. 9 января 1629 года: Его величество навещает супругу.


Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календарь на 1628 год: дни недели и фазы луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Предыстория » Всякая вина смывается кровью? Май 1625 года


Всякая вина смывается кровью? Май 1625 года

Сообщений 1 страница 20 из 21

1

Май 1625 года, Голландия, окрестности Бреды

Отредактировано Илер де Корнильон (2018-01-25 17:32:24)

0

2

В явно проклятые Богом голландские земли, одинаково неприветливые и к своим и к чужакам, наконец пришла настоящая весна. Укрыла низины зеленым ковром трав, среди которых кое-где пестрели цветы. И солнце теперь хотя бы чаще стало просвечивать сквозь неизменные здешние облака.

По дороге, что, как принято в здешних местах, была проложена по насыпи, ехал небольшой отряд – очень молодой щегольски одетый офицер в сопровождении четверых испанских солдат. И впереди уже виднелась конечная цель пути – полуразрушенный старинный замок Бредероде, возле которого испанцы возвели небольшой форт, позволявший контролировать дорогу, ведущую к осажденной Бреде. Дорогу, по которой к еретикам вполне могла придти помощь.

С того случая со злочастным лазом прошло ровно полтора месяца. За это время многое успело случиться и об Антонио, точнее, об отважной девушке, избравшей себе мужскую участь, быстро позабыли – будто его, то есть - ее, и не было вовсе.  А Никола де Бутвиль на следующий день после беседы с Лаварденом принял решение, о котором в известность никого не поставил. И с той поры вел себя почти как прежде – первым бросался в любую схватку, шутил с друзьями, и сам смеялся над шутками. Только когда он улыбался, глаза почему-то не менялись, оставались холодными как серо-зеленый горный камень.
Выяснить, кем была та несчастная девушка, и дать ее сестре знать о случившемся Бутвилю, увы, не удалось – хотя он приложил для этого все усилия.

Вчера главнокомандующему испанской армией дону Амброзио де Спинола стало известно, что Генрих Нассау намеревается предпринять еще одну попытку прорваться к Бреде. Потому он поручил своему адъютанту съездить в форт возле замка Бредероде. Посмотреть, все ли в порядке и не нужно ли перебросить туда еще солдат. Ведь очередных гостей ждали со дня на день.

Отредактировано Илер де Корнильон (2018-01-16 22:43:03)

+1

3

- Кто-то должен был поставить на место этого португальца, - заявил Мигель таким решительным тоном, будто с ним кто-то спорил.
Но никто не спорил. Над Бредероде, словно тяжелое одеяло, легла тишина и скука. Врага ждали со дня на день - уже который день! - и это постоянно обманывающее ожидание, постоянно откладывающийся бой плохо действовали на солдат и офицеров.
Лаварден, Хименес и Мигель де Эскобано отдыхали от ночной смены на верхней площадке полуразвалившейся старой крепости. Внизу перед ними лежали укрепления форта, а дальше, сколько хватало глаз, тянулся в дымке тумана голландский пейзаж. Мигель в сотый раз пустился обсуждать сам с собой дуэль какого-то очередного дона Хуана с очередным доном Франсиско. Ничего нового тут не было и быть не могло - от нервного напряжения и безделья офицеры начали задирать друг друга, и ссоры были часты.
- Между прочим, Гиту, я б на твоем месте преподал этому идиоту новый урок, как только он встанет на ноги. Говорят, вчера в присутствии двоих свидетелей он называл тебя французской собакой и утверждал, будто любой иностранный наемник в нашей армии...
- Французской?.. - переспросил Лаварден, и темные глаза бретонца полыхнули тусклыми недобрыми огоньками. - Действительно, какой идиот.
Хименес беззвучно хмыкнул. Что-либо говорить ему было лень. Мигель вытянул шею, выглядывая вниз между камней башни, и воскликнул:
- Ба! Глядите-ка... - и через минуту: - ...Кого принесла нелегкая! - Мигель обидно засмеялся, помахивая ладонью под носом. - Здесь уже пахнет духами, сеньоры, и кажется, я вижу пажей, которые разбрасывают перед конем лепестки роз. Угадайте, кто к нам пожаловал?!
Лаварден и Хименес уже смотрели вниз, на дорогу. Хименес гортанно засмеялся, но Лаварден не улыбнулся. Среди офицеров и простых солдат над Бутвилем часто посмеивались за его спиной - и, конечно, каждый из насмешников завидовал неизменной роскоши, окружавшей адъютанта даже в самые трудные военные будни. Но с некоторых пор Лавардену было не смешно. Происшествие, унесшее жизни Дядюшки Умру-Последним и "Антуана", оставило по себе  черную печаль, но, как ни странно, заставило Лавардена немного понять Бутвиля. Во всяком случае, после памятного разговора он видел в юном адъютанте не расфуфыренного пустого юнца из богатой семьи, как нравилось думать нищебродам вроде Хименеса и де Эскобано, а человека, пусть и преступно-легкомысленного, но все-таки способного понимать трагедию и испытывать боль.

Отредактировано Ги де Лаварден (2018-01-25 14:39:55)

+1

4

Вблизи полуразрушенный голландский замок, к стене которого примыкал форт, выглядел весьма живописно. Никола тут же поймал себя на совершенно мальчишеской мысли – что он с удовольствием полазал бы по этим развалинам. Прежде всего - поднялся бы на самый верх той башни, что споря с беспощадным временем, по-прежнему гордо возвышалась среди равнин. Только с его статусом это, увы, совершенно не сочеталась…. И предстояли ему здесь дела гораздо более прозаические.

О том, что в форте возле замка Бредероде полный беспорядок,  дисциплины никакой, и голландцы при желании пройдут мимо среди бела дня, потому что их никто в упор не заметит, командующего испанской армией недавно оповестил некий доброжелатель. Дон Амброзио доверять кляузам был не склонен, потому поручил своему адъютанту разобраться на месте, действительно ли форт превратился в проходной двор.

Красноречиво опровергая утверждение о проходном дворе, у ворот, как и полагается, стояли двое часовых, которые по всей форме поинтересовались у Бутвиля, кто он такой и что ему тут нужно.

- Никола де Бутвиль, адъютант генерала Спинолы к дону Диэго де Миранда-и-Рио, - молодой человек слегка поклонился.

Пока что все было как должно,и это обстоятельство не могло не радовать.

Сеньор комендант занимался осмотром укреплений. Оказался он человеком немолодым и удивительно проницательным. Дон Диэго воевал в Нидерландах уже четверть века потому, обменявшись с гостем приличествующими приветствиями, он сразу повел разговор по существу:

- Не ошибусь, дон Николас, если скажу, что вы решили нас посетить потому что сеньору командующему донесли что в форте у замка Бредероде не все ладно?

- Это так, сеньор, - согласился Бутвиль.

- Тут одна беда – проклятые еретики словно в преисподнюю провалились. Сколько уже ждем без толку… Меня ожиданием не напугаешь, а вот остальные порядком вымотались. Каждый день кто-нибудь хватается за оружие из-за пустяка, устал их разнимать, - дон Диэго махнул рукой.

Все прочее в форте у замка Бредероде оказалось в полном порядке. В этом адъютант командующего убедился достаточно быстро.  А  после Бутвиль с радостью принял приглашение сеньора коменданта  задержаться на обед  и, соответственно,  отправиться обратно уже утром следующего дня.

Отредактировано Илер де Корнильон (2018-07-26 19:10:17)

+2

5

...На верхней площадке старой башни покончили с обедом примерно в то же время, когда господин адъютант встал из-за стола у коменданта. До новой смены было еще далеко. Лаварден и Эскобано прилегли отдохнуть, Хименес, вроде бы, тоже, однако по мрачному взгляду, устремленному в холодное голландское небо, по нервно покачивающейся ноге, закинутой на другую ногу, по нервным, выкручивающим ус пальцам видно было - Хименесу не до дремы.
- Однако, - сказал он, наконец, - что наш прекрасный принц тут делает?
- Кто? - сонно переспросил Эскобано: вволю понасмешничав, он уже давно забыл про Бутвиля. - А-а... Ну, должно быть, ничего важного, раз комендант не поднял всех.
- Бутвиль приносит лихую беду даже туда, где не было ни малейшей неприятности. Лаварден может подтвердить мои слова.
Лаварден сделал вид, что спит. Примирение с Хименесом было слишком трудным и долгим, чтоб снова вспоминать о разногласиях. Удивляло то, как долго Хименес хранит в сердце обиду, причем - обиду незначительную и ненарочную. Или же он в душе был способен на большее сочувствие, чем хотел показать, и до сих пор не простил Бутвилю мучительной смерти двух невинных? Лаварден хотел бы на это надеяться, но слишком хорошо знал своего приятеля.
- А что, что случилось? - полюбопытствовал Эскобано, все еще не понимая, о чем речь, но будучи очень заинтригован.
Хименес, шурша подошвами сапог по камню, сел, подвинулся назад и оперся спиной о зубец стены. За этими шумными перемещениями Лавардену послышался другой звук - более дальний, чем голос Хименеса, и идущий снизу, будто кто-то карабкался к ним по обломкам лестниц, однако наверняка утверждать он не мог, а внезапно "просыпаться" и смотреть, кто идет, после того, как притворялся спящим, было уж слишком неловко.
- Ты слышал, пару месяцев назад двоих из нашего полка засыпало заживо в туннеле голландских подрывников? Да, глупейшая афера, но как думаешь, они сами решили туда забраться? А что ты скажешь, если я скажу, что это была затея господина адъютанта, который даже собирался возглавить туннельных ползунов на белом коне, да только удивительно вовремя повредил себе ногу?..
- Да ты что? - нахмурился Эскобано.
Лаварден раздраженно дернул уголком губ, прикидывая, не пора ли ему "проснуться" и вмешаться в разговор - а может, к черту правдивость, и пусть Хименес пересказывает эту историю так, как ему больше нравится? Это было самое мучительное в их с испанцем дружбе: Лаварден любил точность и любил Хименеса, но Хименес любил приврать.
- Все-таки, это была затея Переньяка, одного из погибших, - подал голос Лаварден, в уме проклиная себя за эту неуместную педантичность.
Он открыл глаза, повернулся к Хименесу и выразительно поднял брови, призывая того, наконец, уняться. Но Хименес смотрел куда-то поверх Лавардена.
- Эээ?.. Господин адъютант?.. - с удивительно глупым видом обратился к новому покорителю башни Эскобано, совершенно не веря своим глазам.

Отредактировано Ги де Лаварден (2018-08-03 22:12:31)

+1

6

Дон Диэго, будучи человеком немногословным, неожиданно оказался весьма интересным собеседником. И уже к середине беседы за обеденным столом Бутвиль окончательно уверился, что за дорогу, проходящую мимо форта у замка Бредероде, дон Амброзио может быть совершенно спокоен. Неожиданных визитов точно можно не опасаться. Только вот людей здесь все-таки недостаточно, стоит перебросить еще, ведь голландцы как обычно повалят толпой...

К вечеру спутники адъютанта успели затеять игру в кости с местными солдатами, комендант вызвал для беседы одного из офицеров, и у Никола  наконец появилась возможность прогуляться в башню, которая ему сразу так приглянулась. Ненадолго забыв о своем статусе, подняться наверх по полуразрушенной лестнице и остаться наедине с ветром и небом... Порой ступеньки осыпались под ногами, но Бутвиля это не останавливало. Он не отказался от своего намерения даже когда услышал сверху чьи-то голоса и понял, что господа, облюбовавшие башню, в очередной раз обсуждают историю с проклятым лазом голландских подрывников...

На верхней площадке старинной башни ветер ударил в лицо, а трое отдыхавших там удивленно воззарились на Бутвиля. Будто бы привидение увидели или еще что-нибудь в этом роде.

- И что вы так на меня смотрите, сеньоры?,  - усмехнулся Никола.- Голландского призрака я точно ничем не напоминаю.

Отредактировано Илер де Корнильон (2018-08-11 23:52:30)

+2

7

Хименес на мгновение изменился в лице - видно, и в нем непосредственность и выходки молодого Бутвиля порой вызывали оторопь, - однако в следующую секунду нашелся и принял встревоженный вид, внимательно рассматривая обветренные камни башни позади Бутвиля.
- Что Вы, дон Николас, - ответил он. - Слепому видно, что Вы живее всех живых. Однако за Вашей спиной всем нам на миг почудился знаменитый призрак Бредероде.
- О-о-о... - осторожно протянул Эскобано, нутром чувствуя, что готовится какое-то веселье, но не вполне понимая свою роль в нем.
- Ужасное чудовище в клубах дыма от адских коптилен, оно предстает смертным на груде дьявольского золота, и повсюду его сопровождает запах серы и паленого кружева, - Хименес понизил голос и с со страхом произнес: - Призрачный Индюк Бредероде, господин адъютант!..
- Да! - Эскобано, наконец, все понял, и его восторженный вид откровенно портил спектакль Хименеса. - Я вижу его уже третий раз и подумываю принять постриг! Очевидно, я погряз во грехе, если такая нечисть является искушать мой разум!
Лаварден облизнул и закусил губу, старательно пряча улыбку. Он всем сердцем не одобрял происходящего, однако в который раз не смог противиться лукавому, недоброму гению Хименеса - и сам себя презирал за это.

Отредактировано Ги де Лаварден (2018-11-15 15:38:33)

+3

8

- Интересно, как это вы умудрились так перегреться на здешнем тусклом солнышке, сеньоры?, - насмешливо поинтересовался Бутвиль. -  Или  с вином что-то напутали?  Дон Диэго, конечно, говорил мне, что вы тут от скуки  уже не знаете, куда себя деть, но оказывается вам уже стала видеться всякая нечисть  Ничем хорошим такое точно не закончится - вы ведь так и голландцев за чудищ принять можете, когда они сюда пожалуют…

Всю эту пространную тираду Никола произнес, опершись рукой на каменный зубец и демонстративно глядя мимо собеседников.

- Надеюсь, хотя бы вам, сударь, такая гадость не видится? - обратился он после к Лавардену, которого меньше всего ожидал здесь увидеть.  - Иначе этот форт  ведь защищать будет некому.

+1

9

- Порой компания призраков лучше, чем компания заскучавших задир, - мрачно откликнулся Лаварден. - Если бы у меня был выбор, я бы предпочел нечисть.
Говоря это, он коротко взглянул на Эскобано. За доном Мигелем прочно закрепилась репутация человека недалекого, драчливого и чрезвычайно прилипчивого. Если Бутвиль и Лаварден смогли сейчас перекинуться парой слов, то только потому, что Эскобано лихорадочно выбирал из пришедших ему на ум фраз самую остроумную.
- Так значит, сеньор приехал проверить боеспособность гарнизона, - выдал, наконец, он. - Не угодно ли будет проверить меня лично, а?..
- Ты и впрямь перегрелся на солнце. Против дона Николаса у тебя нет шансов, - заметил Лаварден.
- Вот и посмотрим!

+1

10

В любое другое время Бутвиль охотно воспользовался бы возможностью поставить на место самонадеянного задиру, о котором он уже был наслышан, но только не сейчас. После разговора за обедом Никола проникся глубоким уважением к дону Диэго и не имел ни малейшего желания добавлять к заботам коменданта еще одну. К тому же адъютант командующего прекрасно помнил о своем статусе и о том, какое поведение с этим статусом совершенно не сочетается  - тоже.

Потому Бутвиль лишь слегка улыбнулся:
- Вынужден вас разочаровать, дон Мигель, - боеспособность гарнизона я уже успел оценить без вашей помощи…

И сочтя разговор оконченным, тут же обернулся к Лавардену:

- Прекрасно вас понимаю, сударь. Но могу точно сказать – скучать придется недолго. Сюда со дня на день собирается чертова уйма голландцев и прочих еретиков, которые до сих пор наивно надеются снять осаду с Бреды.

Отредактировано Илер де Корнильон (2018-12-12 21:36:21)

+1

11

Эскобано открывал и закрывал рот, глядя на адъютанта вытаращенными от возмущения глазами, но было уже видно, что против такого прямого отказа он бессилен. От застывшего Хименеса, казалось, холодными волнами исходила ненависть. Находиться здесь становилось неприятно. Лаварден с тяжелым вздохом поднялся, подобрал и отряхнул свой плащ.
- Да уж, - скучным, бесцветным голосом произнес он. - Упорство голландцев делает им честь. А я пойду, пожалуй, сеньоры. Доброго вечера.
Он уже сделал шаг к Бутвилю и к лазу, ведущему вниз, когда в спину ему ножом ударил вкрадчивый, резко изменившийся голос Хименеса:
- Друзья, мне на миг показалось, что наш Гиту струсил, услышав про голландцев...
Лаварден остановился и медленно обернулся, не веря своим ушам и глазам. Точно так же ошеломленно смотрел и Эскобано - Хименес и Лаварден здесь прослыли закадычными друзьями.
- Однако мне бы не хотелось так думать, - неузнаваемый голос испанца дрогнул от короткого смешка. - И тогда остается только предположить, что отчаянное нежелание участвовать в нашей беседе связано с... хм, да. С похвальной практической дальновидностью. Ведь известно, господин де Лаварден, что вы продаете вашу дружбу дороже, чем прелестница - свою честь. Столь ценному товару нужен покупатель. А мы с тобой, Мигель, - Хименес с притворной горечью взглянул на Эскобано, - не можем похвастаться завидным достатком, в отличие от некоторых из присутствующих здесь господ.

Бледное лицо Лавардена осталось неподвижным, только четче обозначились острые скулы. Дыхание перехватило от злости, а больше того - от разочарования и обиды. Если бы Хименес выкрикивал оскорбления в ярости, потеряв голову от эмоций, то его поведение пускай осталось бы непростительным, но хотя бы стало бы понятным. Испанец же был совершенно спокоен. Он смотрел прямо в глаза Лавардену сосредоточенным, внимательным взглядом замыслившего интригу мерзавца, и легкость, с которой он пожертвовал дружбой, чтобы добиться какой-то своей цели, вызывала оторопь.

Отредактировано Ги де Лаварден (2019-03-12 03:06:08)

+3

12

Бутвиль тоже сначала подумал, что ослышался. Но нет… Теперь уже ничего нельзя было сделать при всем желании – ответ на сказанное Хименесом мог быть только один.

- Значит, вы, сеньор, считаете, что дружба покупается и продается?, - нарочито спокойно поинтересовался Никола. – Я на сей счет придерживаюсь иного мнения.

Его рука уже лежала на рукояти шпаги, и прежде чем закончилась фраза, клинок покинул ножны.

Хименес резко изменился в лице. Страх, удивление, глупое желание вернуть время вспять и принять другое решение - все это было видно, как на ладони. Эскобано, не обремененный великим умом, переводил взгляд с одного на другого и ничего не мог понять. Следом за Бутвилем он зачем-то схватился за эфес шпаги, затем, сообразив, что бой с голландцами еще не начался и на дуэль его никто не вызывал, выпустил оружие из ладони так быстро, будто оно было горячим.

- Я полагаю, он хотел сказать, что именно моя дружба продается и покупается, - негромко заметил Лаварден, не сводя с Хименеса тяжелого взгляда.

- Именно, - слишком уж торопливо подтвердил Хименес, снова выдавая этой поспешностью свой страх.

Как же можно так поступить с тем, кого только что называл другом?

- А я, на ваш взгляд, сеньор, выступаю в роли покупателя – человека, который дружбу ничем заслужить не может, может только купить, так?, - прежним тоном поинтересовался у Хименеса Бутвиль. – Что же, раз вы так поспешны в выводах, извольте ответить за свои слова – здесь и сейчас.

И молодой человек сделал приглашающий жест – правой рукой, в которой держал шпагу.

+1

13

Один из мадридских приятелей Лавардена (поэт, хоть и достаточно посредственный) любил говорить: когда он встретит свою смерть, последней умрет любовь в его сердце. Пользуясь той же метафорой, бретонец мог бы сказать о себе: когда он встретит смерть, последним замолкнет глас рассудка, нудно пытающийся разобраться в происходящем.
Сейчас воспитание, необходимость сохранить лицо, боль от предательства в душе - все в один голос требовали вызвать Хименеса на дуэль. И сам Хименес явно хотел того же. Почему? Испанцы ополчатся против иностранца, вступятся за своего?.. Но все равно, зачем это, за что?!
Бесценные мгновения спешили мимо, Лаварден молчал, рискуя теперь уже навсегда обрести в полку репутацию труса, но упрямое нежелание стать чужой пешкой было сильнее страха за свою честь. Тишину нарушил Бутвиль - и по изменившемуся лицу Хименеса Лаварден вдруг понял.
- Ты знаешь, что я тебя не убью, - неслышно, одними губами проговорил Лаварден, уже совсем по-другому глядя на Хименеса.
А дальше все стало просто. Из дуэли Хименес выйдет живым при любом раскладе, но в драке секундантов Бутвиль убьет Эскобано и попадет в опалу у командования - либо будет убит сам, если Эскобано повезет. В том, что дону Николасу будет труднее отказать соотечественнику в услуге, нежели отказаться от дуэли самому, Лаварден почти не сомневался. И надо же, какое тонкое знание людей... Если бы только не знаменитая непредсказуемость Бутвиля.

С трудом проглотив комок несказанной горечи, мельком подивясь вдруг наступившей в душе пустоте, Лаварден сделал пару шагов вперед и оказался между Бутвилем и Хименесом. Его рука лежала на эфесе шпаги, но клинок не покинул ножны.
- Дон Николас, нанесенные нам оскорбления несоизмеримы, - все так же негромко, но очень твердо сказал он. - И любой здравомыслящий человек на Вашем месте согласится, по крайней мере, уступить мне право первой дуэли с этим сеньором.
Несмотря на разделявшее их расстояние, в этот момент Лаварден почти почувствовал, как расслабились напряженные плечи Хименеса, и в последний раз между ними дуновением тепла пролетел призрак былой дружбы.

Отредактировано Ги де Лаварден (2019-03-12 22:02:22)

+2

14

Вот же черт… Признаться честно, когда Лаварден встал между ним и Хименесом, Бутвиль едва не отпустил замечание в стиле одного знакомого солдата по имени Гомес, который слыл непревзойденным мастером ругательств.

За краткое время, прошедшее между началом этого разговора и его продолжением, Никола успел опомниться и осознать, что незачем оказывать чертовым еретикам услугу, выведя из строя одного из немногочисленных защитников стратегически важного форта. И в предстоящем поединке он намеревался просто выбить у Хименеса шпагу и потребовать извинений, на том инцидент будет исчерпан. Но теперь так уже не сделаешь…

И ведь не поспоришь - Лавардена испанец оскорбил куда сильнее, он по праву требует удовлетворения первым

Никола взглянул на неяркое вечернее небо, словно надеясь прочитать там ответ, который позволит ему все-таки помешать Хименесу осуществить задуманное – эта дуэль испанцу явно нужна не просто так… Ответа, разумеется, не было. Потому Бутвилю пришлось все-таки ответить:

- Мне нечем вам возразить, сеньор.

И вернуть шпагу в ножны.

+1

15

Те же, там же, глубокая ночь перед рассветом.

Если бы Лаварден не спал эту ночь, тяжко переживая предательство друга, то корил бы себя за блажь. Сон, еда и примитивный телесный комфорт должны быть главной заботой на войне и на чужбине, если не хочешь жить мало и помереть глупо. Глубокая душевная мука - домашнее развлечение для мирного времени. Благо, этой ночью у Лавардена было дежурство, к которому он, как к любому заданию, относился с занудной тщательностью, и поэтому не спать и думать можно было до самого рассвета. Ну, а на рассвете была назначена дуэль с Хименесом.
Тот появился, впрочем, раньше. Прогуливаясь мимо наспех отстроенных складов Лаварден увидел, как от палатки отделилась тень и знакомой походкой вышла навстречу.
- Ты не хуже меня знаешь, что это глупо, - сказал Хименес, выравнивая шаг под шаг бретонца. - Догадываюсь, что ты плохо обо мне думаешь, но согласись: у нас с тобой драться нет ни причин, ни желания.
- Без Бутвиля - нет. Провалился твой план, - с иронией и неприязнью ответил Лаварден.
- Да, провалился, - неожиданно легко согласился Хименес, - и теперь я больше, чем когда-либо, хочу уничтожить этого пустого, напыщенного сопляка! Если бы ты знал, как он меня раздражает! Как он, - испанец пылко развел руками, охватывая этим жестом крепость, - всех раздражает! Ты видел?! Он себя мнит героем - никчемный, избалованный молокосос! Здесь мы умираем, защищая честь короны, а он - что он вообще здесь делает?! Как же там наверху все прогнило, если такие люди приближены к командованию испанской армией!.. Ты видел, Гиту?! Он подумал, что я оскорбил его!..
- Пусть тебя утешит то, что я тебя верно понял, - саркастично поджал губы Лаварден.
Разбушевавшийся Хименес разом сник и продолжил тихо и ласково:
- В какой-то степени... нет, Гиту. Неверно. На одно мгновение мне и правда показалось, что ты держишься в стороне, потому что видишь пользу в вашем знакомстве. Рано или поздно ты вернешься в свою страну, а его семья имеет там большой вес. Мы давно друг друга знаем, ты человек порядочный, но практичный... Я не хочу тебя обидеть, хочу лишь, чтоб ты меня понял! И я готов извиниться, - Хименес резко остановился и доверительно положил руку на плечо Лавардена. - Я... я извиняюсь... Только покажи характер и принципы, давай вместе поставим его на место!
Ответить Лаварден не успел. В этот момент откуда-то из темноты, там, где должен был стоять следующий часовой, донеслись звуки схватки и одинокий крик боли.

Отредактировано Ги де Лаварден (2019-03-14 21:10:07)

+1

16

В эту ночь Никола спал на удивление скверно – утро следующего дня не предвещало ничего хорошего. Угораздило же его все-таки поспособствовать чертову интригану Хименесу устроить здесь то, что меньше всего нужно в преддверии визита голландцев!

Молодой человек проснулся задолго до того, как небо стало светлеть. И какое-то время ничто не мешало ему предаваться самым скверным мыслям. А потом его отвлекли от них самым бесцеремонным образом – послышался сигнал тревоги и звуки выстрелов. И словно камень с души свалился. Эта нелепая дуэль нынешним утром точно не состоится! А дальше видно будет…

В тусклом предутреннем свете мелькали вспышки выстрелов – испанцы отгоняли незваных гостей от стен форта. Здесь каждый действительно знал, что ему делать. И только для Никола этот вопрос пока что оставался открытым.

Сеньора коменданта Бутвиль нашел возле пушек. Дон Диэго сосредоточенно всматривался в предутренний полумрак. .
- Доброе утро, сеньор! Чем я могу быть полезен?

- Доброе утро, дон Николас. Больше всего меня сейчас заботит, сколько гостей к нам пожаловало. Причем лучше бы это было узнать, не дожидаясь рассвета... , - комендант сделал красноречивую паузу, задержав взгляд на своем собеседнике. - Возьметесь?

- Не вопрос, - кивнул Бутвиль.

Ждать он очень не любил и при любой возможности предпочитал действовать.

Отредактировано Илер де Корнильон (2019-03-24 23:50:02)

+1

17

Эхо выстрелов металось в стенах форта. Сидя прямо на земле, Лаварден закрыл глаза и устало оперся локтями о согнутые колени.
- Отожрался на славу, - бросил он лежащему рядом Хименесу, - не подымешь.
Тот был бледен в синеву, зажимал руками рану и не нашел в себе сил говорить, лишь скривил губы в слабой усмешке.
Голландских лазутчиков было четверо. Лаварден вышел из схватки невредимым - только бровь рассекло лезвием чужого клинка, и теплая, липкая кровь противно заливала правый глаз. Другой часовой скончался на месте. Хименесу тоже не слишком-то повезло. Даже не имея познаний в медицине, Лаварден понимал, что выжить испанец сможет лишь при большой удаче. Понимал это и сам Хименес, но, несмотря на боль, старался держать лицо: мог бы говорить - шутил бы, наверное. И ведь вправду пытался шутить, пока Лаварден тащил его через разбуженный тревогой форт подальше от стен!
- Позовите лекаря, - крикнул бретонец, различив в утренних сумерках поспешно приближающуюся к ним фигуру. - Сколько еще ждать?!.
- Гиту, поспеши к коменданту, - ответили из полумрака голосом Эскобано. - Ты ему зачем-то нужен.
Лаварден удивленно вскинул брови. При своей хорошей репутации, он был все-таки не тем человеком, которого Миранда-и-Рио первым вызывает к себе в случае нападения врага. Сердце сжалось от недоброго предчувствия.

Поручив Эскобано Хименеса, Лаварден отправился на поиски коменданта и нашел того возле пушек в обществе Бутвиля.

Отредактировано Ги де Лаварден (2019-04-03 02:06:27)

+1

18

Коменданту хватило одного взгляда на Лавардена, чтобы понять, кто именно сорвал внезапный визит голландцев. Как всегда дон Диэго был предельно краток:
- Благодарю вас, сеньор.

Одежда бретонца была перепачкана кровью, но эта кровь, скорее всего, была чужая - на раненого тот не походил. Потому дон Диэго заговорил о том, что в данный момент интересовало его больше всего:
- Дон Николас собирается немного прогуляться за стены форта, чтобы узнать точно, чего именно ожидать от наших гостей. Составите ему компанию?

Взгляд Лавардена потемнел. Для него - наемника, который воевал только ради денег и, в отличие от Бутвиля, не искал подвига, это было вежливое приглашение на верную смерть. Впрочем, он ответил тоже кратко:
- Как прикажете.

В отличие от Бутвиля Лавардена перспектива предстоящей прогулки совершенно не радовала. Дон Диэго понял это сразу. И что впервые за долгое время ошибся в своих предположениях – тоже.
- Приказывать вам я не буду. Решайте сами.

Никола удивленно наблюдал за этим разговором и пока не проронил ни слова. Потому что подходящих слов не находилось.

+1

19

Губы Лавардена дрогнули в горькой усмешке. Он неблизко знал именно этого коменданта, но знал многих, и по ним судил о доне Диего: выбора ему не давали. Откажись он этого "заманчивого" предложения - и с завтрашнего дня его жизнь превратилась бы в ад. Главный начнет травлю, ведомые поддержат. Если даже Хименесу нельзя было доверять...
- Я составлю компанию дону Николасу, - в голосе Лавардена не было ни капли радости, но только злая ирония. - С великим удовольствием.

*        *        *

Потайным ходом они вышли из форта в бескрайние укрытые мраком поля. Шел самый темный, предрассветный час, замолкли даже ночные птицы. Местами трава уже доставала до колена; под сапогом хлюпало. Кроме Лавардена и Бутвиля Миранда-и-Рио нашел двоих добровольцев. Один из них по имени Альвару до боли напомнил Лавардену покойного Антонио - или покойную, вернее сказать. То же обаяние ранней молодости, та же застенчивость, тот же любопытный взгляд темных глаз. Разве что, доказывая мужской пол солдата, щеки и верхнюю губу Альвару затеняла первая щетина.
- Что мы теперь будем делать? - поинтересовался он прерывающимся от азарта шепотом.
Лаварден чутко вслушивался в звуки ночи и медлил с ответом. Темнота скрывала его невеселую усмешку.
- Вокруг форта должно найтись чуток вражеских солдат, - ответил, наконец, он. - Тихонько походим, посчитаем.
- Считать каждого?.. - наивно удивился Альвару.
- Ну, можешь на одного ошибиться, но не больше... Вслух считай, чтоб не сбиться.
Юноша несколько секунд молчал в недоумении, прежде, чем фыркнул:
- А!.. Понял. Вы шутите, сеньор, да?
Тихий смех бретонца был ему ответом. Альвару разочарованно хмыкнул и поискал взглядом в темноте фигуру дона Николаса. Как и для Антонио, для него адъютант был живым воплощением идеала - воин без страха и упрека, ищущий опасность, как другие ищут удовольствий. В надежде, что Бутвиль отнесется к его неопытности с большим снисхождением, нежели мрачный бретонец, Альвару осторожно, тихонько позвал:
- Дон Николас?.. Что мы теперь будем делать?

Отредактировано Ги де Лаварден (2019-04-09 22:03:14)

+2

20

Признаться честно, Бутвиля этот вопрос занимал не меньше, чем юного португальца. В предрассветной тьме не было видно ни огонька – чертовы голландцы идиотами не были и костров не зажигали. При таком раскладе черта с два что разглядишь, пока не подойдешь совсем близко…

- Разбираться, сколько еретиков по нашу душу, Альвару. – ответил Никола. - Отряд или поболее…

Пока же следовало разобраться с тем, как именно это делать. И вариант похоже что был только один…

- Сеньоры,  придется  нам искать где-нибудь поблизости разговорчивого голландца…

Отредактировано Илер де Корнильон (2019-04-22 19:27:14)

+1


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Предыстория » Всякая вина смывается кровью? Май 1625 года