Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+



Происходящее в игре (случайная выборка):



В предыстории: Гг. Жан де Жискар и Никола де Бутвиль попадают в засаду в осажденном голландском городе. Месье ухаживает за принцессой де Гонзага. Шере впутывается в опасную авантюру с участием Черного Руфуса. Г-н де Бутвиль-младший вновь встречается с г-ном де Лаварденом.

Девица из провинции. 4 декабря 1628 года, особняк де Тревиля: М-ль де Гонт знакомится с нравами мушкетерского полка.
Парижская пленница. 3 февраля 1629 года: Г-жа де Мондиссье и г-н де Кавуа достигают соглашения.
Любопытство - не порок. 20 января 1629 года: Лейтенант де Ротонди вновь встречается с г-ном де Ронэ.
После драки. 17 декабря 1628 года.: Г-жа де Бутвиль и г-жа де Вейро говорят о мужчинах.

Нежданное спасение. 3 февраля 1629 года: Королева приходит на помощь к г-же де Мондиссье.
О трактирных знакомствах. 16 декабря 1628 года.: Г-н де Рошфор ищет общества г-на де Жискара.
Убийцы и любовники. 20 января 1629 года. Монтобан.: Г-жа де Шеврез дарит г-ну де Ронэ новую встречу.

Юнона и авось. 25 февраля 1629 года: М-ль д’Онвиль ищет случая попросить г-на де Ронэ поделиться опытом.
О чём задумались, мадам? 2 февраля 1629 года: Повседневная жизнь четы Бутвилей никогда не бывает скучна.
Мечты чужие и свои. Март 1629 года: Донья Асунсьон прощается с Арамисом.
Страж ли ты сестре моей. 14 ноября 1628 года: Г-н д’Авейрон просит о помощи г-на де Ронэ.

Попытка расследования. 2 февраля 1629 года, середина дня: Правосудие приходит за графом и графиней де Люз.
Рамки профессионализма. 17 декабря 1628 года: Варгас беседует с мушкетерами о нелегкой судьбе телохранителя
Оборотная сторона приключения. 3 февраля 1629 года: Шевалье де Корнильон рассказывает Мирабелю о прогулке королевы.
О встречах при Луне и утопших моряках. 9 января 1629 года.: Рошфор докладывает кардиналу о проведенном им расследовании.


Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календарь на 1628 год: дни недели и фазы луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть III: Мантуанское наследство » После бури, 5 декабря 1628 года, середина дня


После бури, 5 декабря 1628 года, середина дня

Сообщений 1 страница 20 из 31

1

(После эпизода "Все счастливые семьи...)

Действующие лица: Граф и графиня де Люз, шевалье де Корнильон

Отредактировано Бутвиль (2018-01-06 14:41:48)

0

2

Оказавшись на улице, граф де Люз глубоко вдохнул холодный воздух, и к нему вернулась способность рассуждать здраво.  Нелепую сцену в квартире госпожи де Аейро сразу словно туманом заволокло, но горькое чувство неправильности происходящего осталось. День  начался с Теодора де Ронэ - не удивительно, что все пошло вкривь и вкось...  А тут ещё Эмили выскочила   из дому в одном платье!  Не раздумывая, Луи-Франсуа сбросил свой замечательный теплый казакин, закутал в него жену и заодно прижал её, наконец, к своему сердцу. Но как быть дальше? Граф огляделся - улица была пустынна.   
          - Черт возьми, - в сердцах бросил он брату, - ни я, ни ты не подумали, что нужен портшез! 
          Эмили зажмурилась и ткнулась лицом в мужнин камзол, вдыхая родное тепло. Пришло в голову, что они, наверное, еще не доссорились, но продолжать не хотелось. Можно же минутку ни  о чем не думать, просто так постоять наконец, когда он обнимает так бережно...
         - Портшез ни к чему, - улыбнулся брату Илер. – Я уступлю даме своего коня, а сам пройдусь пешком.
         Причин для этого было даже две.  Нелепый фарс вроде бы, к счастью завершился, но сразу забыть о нем не получалось при всем желании.
          Бутвиля очень огорчило безрассудное  поведение брата, хотя не один Никола был виноват в том, что встреча не задалась; но сейчас он поступил деликатно, и Луи-Франсуа, поблагодарив его взглядом, сказал жене:
       – Вот, теперь мы быстро доберемся до цели! Увы, седло не дамское...  Но так гораздо приличнее, да и ехать недалеко!
        Эмили удивленно посмотрела на шевалье де Корнильона — она не ожидала от него вежливости, а потом, благодарно, - на мужа. Сама она сейчас, пожалуй, о приличиях не вспомнила бы.
       - Если вы меня подсадите, я прекрасно справлюсь.
       Он  выполнил её просьбу с большим удовольствием. Конечно, дама в мужском казакине, без головного убора, всё-таки отнюдь не была образцом пристойности, и граф, чтобы уберечь Эмили от насмешливых оценок прохожих, выбрал маршрут по самым малолюдным улицам; легко одетый, он основательно продрог в пути, но наконец ворота отеля Монморанси закрылись за супругами. Слуги, не выказав ни малейшего удивления, позаботились  об удобствах господ и оставили их наедине друг с другом у камина в уютной маленькой гостиной рядом со спальней.

**

Совместное творчество всех учатсников.

+1

3

Всю дорогу Эмили думала. Думала об Эжени — и сердце ее рвалось на части при мысли о том, как переживает сейчас подруга. Ведь Эжени была куда разумнее ее самой (по крайней мере графиня де Люз искренне так считала), а значит, решилась на такой отчаянный поступок не просто так. Предала ли Эмили их дружбу, убежав вслед за мужем? Но если бы она с ним не пошла, то предала бы мужа...
Луи-Франсуа всю дорогу молчал, но уже не выглядел таким чужим. Продолжал ли он злиться? Эмили могла только вздыхать потихоньку. Уж верно, продолжал, и ее счастье, что у нее такой воспитанный и сдержанный муж, никогда не дерется, не бранится даже... Он был не при чем в этой истории с мадемуазель де Брольи, и она должна ему верить...
А еще мысли молодой женщины занимал шевалье де Корнильон. Откуда он явился, и что это за родственник, которому Луи-Франсуа говорит «ты»? Ей самой муж не говорил «ты» даже... никогда не говорил! Конечно, это потому, что он очень воспитанный, и графам так положено, но... ей бы хотелось, когда они одни...
Эмили позволила графу помочь ей спешиться, прошла за ним в комнаты, обвела взглядом маленькую гостиную, посмотрела на мужа и... поняла, что не знает, что сказать. Он отдал ей казакин и ехал в одном камзоле... Она куснула нижнюю губу и сказала:
- Вам надо согреться, вы совсем замерзли.

+2

4

Да, он замерз. А еще у него разболелась раненая рука - видно, что-то там повредилось, когда он подсаживал Эмили в седло.  А еще он чувствовал такую усталость, словно прошел не какой-то час или два - даже короткий зимний день еще не угас, - а целый день целый день тяжелого пути.  Только и холод, и усталость не извне проникали в душу, а поселились там  и не хотели уходить.
        - Тут есть колокольчик, - помолчав, отозвался он, - позвоните и велите принести горячего вина. Но вряд ли оно меня согреет,  пока мы с вами не  размотаем до самого начала тот клубок событий, который вы ухитрились так тщательно запутать.  Зачем, скажите бога ради! Зачем вы удрали из Тулузы? Вы же знали,  что я вернусь, как только улажу все дела, мы бы переждали там холодные месяцы, погуляли бы на весенних праздниках, а потом на все лето укрылись бы в старом доме моих родителей, и там никто не помешал бы нам любить друг друга... Что бы ни ждало нас в будущем, уж эти-то месяцы счастья и покоя были бы наши обязательно!  А вместо этого - что?
        Камин был совсем рядом, и  графа окутывало тепло веселого пламени, но лед, скопившийся в сердце, и не думал таять. Бутвиль откинулся на спинку кресла, прикрыл глаза  и несколько минут собирался с силами, чтобы говорить дальше.
        - Я не хочу вас ругать, отчитывать, увещевать - все это уже я пробовал, и все пропало втуне.  Вы меня не слушаете и не слушаетесь.  Я - ваш муж, но я не ментор, не наставник с розгой. Я хочу понять наконец, что вами движет. Ради чего можно вот так бросаться, сломя голову, в разные авантюры, подвергая опасности и саму себя, и наше общее будущее?

+2

5

Эмили послушно позвонила и распорядилась принести горячего вина слуге, который так упорно старался на нее не смотреть, что наверняка умирал от любопытства. Потом сняла мужнин казакин, аккуратно сложила его на табурете, а сама села в кресло напротив Бутвиля, скромно сложив руки на коленях и не отрывая взгляда от собственной юбки. Надо было отвечать...
- Я очень скучала. Сначала еще ничего, а потом стало совсем ужасно... И еще поговаривали... Не вслух, конечно, но так, чтобы я слышала... Я знала, что они нарочно, но все равно... Что я вам, верно, надоела, что вы нашли другую возлюбленную. И вот однажды я сидела за вашим столом и перебирала бумаги... Я не хотела никакой секрет найти, правда! - она тревожно взглянула на мужа. - Я просто думала, как вы сидели на этом месте, брали вот это перо. А там было это письмо от герцогини... Оказывается, я очень ревнивая...
Эмили снова опустила глаза и стала теребить юбку.
- Если бы вы были в Париже, я бы сразу к вам пришла. Я и хотела... Но без вас... госпожа д'Ангулем наверняка сочла бы это неприличным, и стала бы за мной следить, хоть она меня и не любит. И это было бы как тюрьма. И на мадемуазель де Брольи хотелось посмотреть, хотя я, пока ехала, остыла уже и знала, что все это чушь...

+1

6

На эту женщину невозможно было сердиться долго. Во всяком случае, Бутвилю это не удавалось. По-детски наивный и искренний рассказ Эмили заставил его сердце сжаться от острой жалости и тревоги:  ведь избавить  любимую от бедности от военных лишений сравнительно нетрудно - но как защитить ее от людской злобы, клеветы, глупости?  Такую защиту дает лишь жизненный опыт, и  чьи-то козни могут окончательно погубить Эмили раньше чем,  этот опыт у неё накопится... 
       Вошел слуга, красиво расставил на столике кувшин с горячим, пряным напитком и два серебряных кубка , хотел наполнить их, но граф жестом велел ему уйти.
       - Подайте мне вина, налейте себе и садитесь вот сюда, - сказал Луи-Франсуа, указав на низенькую скамеечку рядом с креслом, когда они остались в комнате вдвоем. - Может быть, так вы лучше услышите то, что я хочу объяснить вам...

+1

7

Эмили послушно встала, налила вина в кубок — не пролила ни капли, хотя руки ее немного дрожали, и подала мужу. Ей нравилось порой так прислуживать ему, будто она все еще паж... К тому же , сейчас не время было спорить, да и не хотелось. Потом налила вина и себе и так же послушно села на скамеечку у ног Луи-Франсуа, поймав себя на мысли, что предпочла бы сесть к нему на колени, и слегка покраснела, приказав себе не думать о глупостях.

0

8

Эмили оказалась теперь так близко, так легко было нагнуться и поцеловать ее - но Луи-Франсуа не мог позволить себе это удовольствие, пока не выскажет все наболевшее. Оттягивая время и пытаясь продумать хотя бы первые свои слова, он медленно выпил вино - горячий напиток оказал ожидаемое действие, согрел, придал ему немного спокойствия, - но не уверенности в том, что начинать этот болезненный разговор действительно следует.
          - Я обещал быть вашим наставником в жизни, -  сказал наконец граф, поставив пустой кубок на широкий подлокотник кресла, -  но, похоже, наставник из меня получился неважный, судя по тому, что вы раз за разом пренебрегаете моими советами.  Видимо, вам просто скучно бывает меня слушать, и вы всегда уверены, что понимаете всё правильно и без моих нравоучений.  А теперь посмотрите, что получилось: почему-то вы сразу поверили болтовне злоязычных пустоголовых сплетниц, позабыв обо всех доказательствах моей любви к вам, обо всем, что вы могли за время нашего знакомства узнать о моем характере.  Почему вы  хоть на минуту не задумались, не сказали себе: "Нет, мой муж не мог совершить подобную низость,  он вернется, я дождусь его, и мы вместе посмеемся над этими кумушками!"   Вам было тоскливо без меня? Но ведь и я тосковал без вас,  старался справиться с делами как можно скорее,  вам нужно было лишь разумно расставить все по местам и немного потерпеть!  Неужели эта задача труднее для вас, чем сбежать, никого не предупредив, заставить тревожиться  Марию-Фелисию, возбудить пересуды её свиты, подвергаться всем опасностям зимнего путешествия в одиночку, общаться бог весть с кем... Мне даже страшно подумать, что еще вы успели натворить здесь,  какие силы восстановили против себя...  потому что  история с монастырем не могла случиться на пустом месте!  Представьте себе весы, положите на одну чашку наши с вами надежды на будущее, любовь, спокойствие, радость встречи, а на другую - весь этот клубок темных  и нелепых событий.  Что перевесит?

+2

9

Пока граф молчал, Эмили тоже потихоньку пила вино... Ей тоже надо было согреться и успокоиться, да и не держать же полный кубок просто так? Голова ее чуть-чуть закружилась, и ответить мужу вдруг оказалось не так трудно.
- Я и задумалась. И поняла, что вы не могли... Но только поздно, когда уехала уже. У меня же дурной характер, вы знаете.
Она покаянно вздохнула и стала зачем-то вертеть кубок.
- Ведь глупо было возвращаться, правда?
Эмили печально посмотрела на мужа снизу.
- Боюсь, я совсем не умею разумно расставлять все по местам... Но я не могла восстановить против себя какие-то силы! Я ни с кем таким и не встречалась...
Она подумала, что, конечно, встречалась с Ришелье, и его точно можно было назвать «силой», но ведь он был настроен дружески? И герцог Ангулемский тоже...

+1

10

Эмили вертела кубок, яркие отблески огня вспыхивали на серебре и мешали думать.  Бутвиль наклонился, чтобы забрать кубок у жены , и губы его как-то сами собой коснулись мягких локонов на её макушке.  Тут же ему захотелось подхватить Эмили, усадить к себе на колени и заняться более приятным делом,  но еще многое нужно было договорить, пока не вернулся Никола.
        - У вас вовсе не дурной характер, душа моя, - граф осторожно погладил Эмили по плечу, - вы просто слишком порывисты...  Ваше стремление немедленно действовать само по себе неплохо, и намерения всегда благие, но, не умея предвидеть последствия своих порывов, вы не достигнете победы, а будете постоянно попадать из огня да в полымя, станете игрушкой обстоятельств.  Вот сейчас вы сказали, что ни с какими "такими" силами не сталкивались.  Да ведь вовсе не обязательно попадаться на глаза сильным мира сего, чтобы  вызвать их неудовольствие!  Особенно в Париже.  Город опутан паутиной всевозможных интриг, личных и политических, и любой ваш, совершенно невинный шаг может задеть эти липкие нити,  помешать  чьим-то далеко идущим планам.  Женщину, виновную лишь в том, что она слишком экстравагантным способом желает встретиться со своим мужем, никто не стал бы преследовать, как вас. Вся эта история с монастырем... Из-за странной выходки вашей подруги я  мало что успел в ней понять. Давайте попробуем восстановить события с самого начала. Вот вы прибыли в Париж... Где и как вы встретились с мадам де Вейро?

+1

11

Эмили снова тяжело вздохнула и подвинулась поближе к мужу, прижимаясь к его ноге. На какой-то миг ей пришло в голову, что она, пожалуй, похожа сейчас на собачку. Мадам де Бутвиль даже хмыкнула про себя, но потом снова посерьезнела, не зная, что ей делать. Пожалуй, все, кто знал о ее нынешних приключениях, считали, что ей не следует рассказывать графу об этих приключениях все. Но как угадать, что можно сказать, а что нет? И потом, это же Луи-Франсуа! Эмили снова вздохнула.
- Скажите, Луи, почему вы были так холодны со мной у мадам де Вейро? Понимаете, те, кто мне помогал, все почти советовали мне не рассказывать вам всей правды. И были очень убедительны. Но лгать вам — это так мерзко и отвратительно, я просто не могу! Однако я все же боюсь...

+1

12

- Хорошие друзья, разумные советы, -  иронически усмехнулся граф. - Не рассказывать мне  всей правды?  Значит, ваши друзья считали то, что вы успели тут натворить, постыдным или опасным? И кто же беспокоился о дальнейшей судьбе нашего брака -  шевалье де Ронэ, мадам де Вейро, кто-то еще?  Видимо, эта их убедительность настроила вас так, что вы не почувствовали,  что у меня на душе. Вы, кажется, даже не осознаете...  Из-за фантома, из-за ничем не обоснованной ревности вы сами, своими поступками, создали опасность разрыва, а теперь удивляетесь моей холодности? Я не мог не быть холоден с вами в присутствии посторонней женщины, адрес которой дал мне  Теодор, неужели это было неясно? Откуда она взялась, кто вас познакомил, какую роль сыграла она в ваших приключениях?  Дикая выходка с пистолетом вас никак не смутила? Вы с такой легкостью подозреваете в низменных побуждениях меня, и при этом никогда не сомневаетесь в искренности людей чужих!  Справедливо ли это, скажите?
         Он безнадежно взмахнул рукой и отвернулся. Душевная боль готова была пролиться слезами, но Луи-Франсуа не хотел, чтобы жена это видела.
         -

+2

13

Графиня насупилась.
-Да, хорошие друзья!
Сама она была кругом виновата, но это не делало хуже ее друзей, и Луи-Франсуа не должен был так считать!
- Господину де Ронэ совсем не понравилось, что я приехала одна и не спросясь вас. И он сразу сказал, что, если я предполагаю, что вы намереваетесь меня бросить, я даю вам все к тому основания. Будь он мне братом, он не мог бы заботиться больше о моей жизни, чести, репутации, и поступки мои он никогда не одобрял, наоборот!
Эмили до боли закусила губу. Ей хотелось вскочить, метнуться туда-сюда по комнате, размахивать руками. Ну как он не понимает?! Но вместо этого она только мяла пальцами юбку, глядя на свои колени, однако речь ее от того не звучала менее горячо:
- И выходка Эжени совсем не дикая! Она испугалась! За последние три недели меня дважды похищали. В последний раз Эжени пришла домой, а там все раскидано, меня нет, а на полу — труп старика-хозяина с перерезанным горлом! И эти похитители, они меня всячески убеждали, что действуют по вашему приказу! И тут появляетесь вы, такой злой, со своим противным родственником, а мы дома одни!..

0

14

- Значит, заботливому Теодору и малознакомой южанке вы доверяете безоговорочно, а вот собственному мужу - не слишком, - усмехнулся Бутвиль. - И родственник мой сразу же показался вам противным, хотя тот же Теодор бывает гораздо противнее,  а вы снабдили шевалье де Корнильона ярлыком с первой же минуты, ничего о нем не зная - между тем как в его словах был резон. Что касается Теодора, то его забота о вас, - это, видимо, последние  искры подлинного рыцарства, которое жизнь заставила его растерять.  И я всегда сожалел о том, что   мои с ним отношения не сложились с самого начала и бесповоротно испортились потом.  Почему же, зная Теодора, вы не предположили, что и у моего родственника что-то есть за душой, кроме насмешки?  Как я ни бьюсь над всеми этими особенностями вашего характера, то и дело напрашивается вывод, который мне не нравится,  которого я не хочу признавать, но... Эмили, дитя мое, прошу вас, посмотрите мне в глаза и скажите честно и прямо:  вам надоело жить со мной?  Я больше вам не нужен?

+1

15

Опешившая графиня подняла взгляд на мужа. Она ожидала чего угодно, но... он что, ревнует все же?...
- Как вам это пришло в голову?.. Я же приехала к вам!
Она все же встала, чувствуя себя неуютно у ног графа, когда он хотел, чтобы она ответила ему честно и прямо. Но она же ему и не лгала! Еще не лгала...  Теперь, когда Эмили оказалась даже чуть выше, она прямо посмотрела в глаза Бутвиля.
- Я же люблю только вас, Луи, вы же знаете.
Ей отчаянно хотелось коснуться мужа, но она не посмела. Дался ему Теодор! Вот ведь странно, граф называет господина де Ронэ по имени, хотя сама она только недавно позволила это себе в мыслях... И отчего они не могут дружить?! А Корнильону Луи говорит «ты»... И Корнильон этот все равно противный, вот противный, и все...

+1

16

Бутвиль подосадовал на свою  оплошность: не стоило сейчас напоминать жене о её переписке с де Роне  и о том,  как он сам читал те странные письма.  Неуместная фамильярность! Но он лишь позавчера узнал от кузины Шарлотты-Маргариты, что де Ронэ вхож в салон маркизы Рамбулье и некоторые дамы из этого  кружка привыкли звать его между собой просто по имени, на итальянский лад, как другого поэта, Теофиля де Вио... "Разморило меня, - подумал граф, - слабею. Нельзя, нельзя так! Нужно довести разговор до конца..."
          - Любите, - сказал Луи-Франсуа, ответив Эмили таким же прямым взглядом. - Это хорошо. Но как-то уж слишком своеобразно проявляется ваша любовь. Ревновать вы способны, а вот почувствовать, какую боль причиняете мне, кажется, не умеете. Вчера вечером я был счастлив: удачно завершил дело, неожиданно встретил близкого человека - а у меня в последние годы так мало их осталось, близких, - предвкушал, как встречусь с вами, порадую вас... -  Он потер лоб, как бы стараясь придать своим мыслям правильное направление. -  Ну, так или иначе, мы встретились, шевалье де Ронэ теперь может заняться другими делами, а нам нужно как можно скорее  разобраться в случившейся с вами истории.

Отредактировано Бутвиль (2018-02-03 22:29:55)

+1

17

- Простите, что испортила вам счастливый момент! - снова насупилась Эмили, краснея. Все же зря она встала — так глупо торчать перед мужем, точно школьница. И... вообще все глупо! И то, что она говорит сейчас, глупо, потому что ведь совсем не это хочет сказать!
- Господи, Луи! - молодая женщина снова дерзко вскинула голову, прямо глядя в лицо графа, но губы ее задрожали,  а в полных горя глазах заблестели слезы. - Я не то хотела сказать! Я вообще не знаю, что говорю! Простите... Луи, я вас коснуться боюсь!.. Так же не может быть, так нельзя!

+1

18

Луи-Франсуа даже вздрогнул - так неожиданно переменилась Эмили.  И в который раз возникшая было между ними стена рухнула мгновенно.
         - Душа моя! -  Бутвиль вскочил, обнял наконец-то свою драгоценную супругу,  прижал к себе обеими руками, словно защищая от порыва холодного ветра. -  Так действительно не может быть, и не будет! Не страдайте, голубка, ведь все страшное уже позади. У нас есть счастье, свое, дарованное нам свыше, и это самое главное.  Бог с ними со всеми, кто  смеется над нами! Есть в мире люди, понимающие, что такое любовь,  они и станут нашим обществом, нашими друзьями. Если вы захотите и дальше общаться с мадам де Вейро - на здоровье, возможно, в обычное время она отличается бОльшим здравомыслием. Но прошу вас не торопиться с суждениями о шевалье де Корнильоне. Он молод, но успел приобрести горький опыт и не научился говорить с женщинами. Мы с ним были очень дружны когда-то... в детстве. А вчера встретились впервые после многих лет разлуки. Поначалу чуть не рассорились, и все же нашли общий язык. Я очень надеюсь, что и вы также смените гнев на милость в отношении Илера. Когда он вернется, мы поужинаем вместе... - он нежно поцеловал Эмили возле ушка, в залог будущих ласк,  и добавил с улыбкой: - Однако ночевать шевалье будет сегодня в другой комнате!

+2

19

Сказать по правде, графине де Люз, приникшей к мужниной груди, до шевалье де Корнильона в этот момент не было никакого дела, и даже Эжени ее волновала мало. Ну дружны были в детстве, ну не научился говорить с женщинами... Будто женщины — не люди! Хорошо хоть, ночевать будет где-то еще...
- Если вам будет приятно, я попытаюсь полюбить вашего Илера, - великодушно пообещала Эмили, потянувшись к мужу и подставляя ему губы, но все равно глядя с тревогой. - Ох, Луи, я столько всего натворила!.. Но вы ведь не разлюбите меня?..

+2

20

Поцелуи после ссоры, как известно, особенно сладки, и Луи-Франсуа охотно продолжил бы, но вопрос жены требовал немедленного ответа, и он со вздохом прервал это милое занятие.
        - Раньше я не мог быть в этом полностью уверен, душа моя.   Бывало, что ваши поступки, все эти внезапные приключения сильно злили меня.  Но если уж я сейчас чувствую  то же, что было под Ларошелью, когда мы повенчались...  Значит, не разлюблю.  Надеюсь только, что вы все-таки научитесь избегать подобных переплетов, мне тогда будет легче жить.  То, что с вами в эти дни случилось -  гораздо серьезнее всего, что было.  Вы, наверно,  даже не вполне представляете себе, насколько серьезно.  Это тяжкое преступление, и его нельзя оставлять безнаказанным. - Он чуточку отстранился,  снова прижал Эмили к груди, поцеловал её по-братски в макушку и окончательно  отодвинулся. - Давайте  немножко отложим удовольствие - днем нам могут помешать, да ведь у нас вся ночь впереди... а сейчас  прошу вспомнить, как можно тщательнее, все обстоятельства вашего похищения. И первого, и второго.  Где вы жили, с кем общались в эти дни?

+2


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть III: Мантуанское наследство » После бури, 5 декабря 1628 года, середина дня