Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+



Происходящее в игре (случайная выборка):



В предыстории: Гг. Жан де Жискар и Никола де Бутвиль попадают в засаду в осажденном голландском городе. Лапен пытается спасти похищенных гугенотами графиню де Люз и Фьяметту. Г-н виконт де ла Фер оказывается на пиратском корабле.

Не думая о цене... 15 декабря 1628 года, вторая половина дня: Г-н де Бутвиль спасает г-на де Корнильона.
Тесен мир... 15 декабря 1628 года: Шевалье де Корнильон беседует со спасшим его г-ном де Жискаром.
Как было выполнено одно поручение. 26 декабря 1628 года: Мирабель расспрашивает г-на де Корнильона о его поездке в Медон.

Тайны Владыки Света. 14 ноября 1628 года: Г-н д’Авейрон узнает, кто сглазил его сестру.
Ловушка с запасным выходом. 22 сентября 1628 года: Винтер попадается в расставленную для него ловушку.
Куда меня ещё не звали. 12 декабря 1628 года. Окрестности Шатору.: Кардинал де Лавалетт поддается чарам г-жи де Шеврез.

Хабанера. Начало февраля 1629 года, Гавана: Галеон, на котором плывут донья Инес и дон Хавьер, добирается до Гаваны.
Встретимся в Дижоне... 31 января 1629 года: Пока король въезжает в приветствующий его город, за его спиной происходят самые неожиданные вещи.
Что-то кончается, что-то начинается. Ночь на 3 марта 1629 года.: Кавуа приходит благодарить Атоса за спасение своей дочери.

Я приду к тебе на помощь. Ночь на 26 янв. 1629 года: Г-жа де Кавуа и г-н Барнье спасают г-на капитана.
Кто помогает в беде, попадает в худшую. 30 ноября 1628 года: Г-жа де Мондиссье хочет просить г-на Портоса об услуге, а расспрашивает о смерти «шевалье де Трана».
Как исполняются мечты. 12 декабря 1628 года: Г-н и г-жа де Бутвиль празднуют день рождения и отправляются в театр.
Подруга моей подруги - мой враг! 29 ноября 1628 г., ближе к вечеру: Луиза рассказывает королеве о приезде герцогини де Шеврез с твердым намерением помешать их встрече


Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календарь на 1628 год: дни недели и фазы луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Предыстория » ...И о том, что принес речной ветер. Июль 1616 года


...И о том, что принес речной ветер. Июль 1616 года

Сообщений 1 страница 20 из 35

1

Продолжение эпизода О том, что может принести морской ветер. Июль 1616 года

0

2

- Скр-р-р-р, - протяжно издал деревянный стул под привставшим Андре, который уже так устал сидеть на одном месте в томительном ожидании, что даже почти перестал бояться. Заме все не было, а Скучный видно растратил все свое красноречие на причале и развлекать похищенного гостя разговорами или угрозами не спешил.
- Сядь, - мрачно зыркнул Скучный на решившего размять ноги мальчишку и ненадолго прекратил разглядывать нож. Любимый нож, наверное. Для всего сразу - и ломоть от мяса отрезать, и в человека вогнать, а еще в зубах поковырять, ногти почистить, в стол воткнуть... Во всяком, случае Андре бы такой давно сменил на другой, без стольких зазубрин и мелких сколов, а этот смурной тип все сидит и любуется как на любимую жену...
- Я же не уходить собрался, а ноги размять, - буркнул Андре и опустился обратно, хотя уйти он, конечно, тоже не отказался бы. Но решение он принял еще на причале, когда сам согласился пойти за Скучным, и теперь утешал себя тем, что не хочет неприятностей для Мадо и Шере, поэтому и сидит тут так послушно. А еще тем, что если сбежит - то кто тогда поможет девушке, оказавшейся в сетях Заме? Тот ведь даже без портрета сможет сделку свою мерзкую провернуть.

- Скр-р-р, - коротко скрипнул стул еще через какое-то время. Андре ходить по комнате уже не порывался, зато то и дело нетерпеливо елозил по сиденью. Он уже успел несколько раз оглядеть комнатушку. Взгляд не задерживался ни на чем: несколько стульев - один из них, как уже выяснил Андре, несколько расшатанный; кое-где на затертой столешнице - капли воска, которые никто не удосужился отскрести от поверхности; грязная миска с остатками то ли сегодняшней, то ли вчерашней еды; неразожженный очаг...
Заме вряд ли живет в этом доме. Слишком тут простенько все, скромно, это было видно невооруженным глазом даже в сумерках, разгоняемых неверным светом свечи на середине стола - туда ее, едва разгорелся огонек, торопливо отодвинул Скучный и нервно почесал старый ожог. Огонь этот бедолага явно недолюбливал.
Зато, как ни странно, занавески на окне были красивые. Нет, правда, красивые. Беленые такие, наверняка недешевые. Может не стоило спешить с выводами и дом все-таки принадлежал Заме? Кто знает, что там на втором этаже, может там все под стать занавескам этим. Андре успел увидеть уходящую наверх лестницу прежде, чем Скучный загнал его в эту комнатку, не дав даже шагу никуда в сторону ступить. А может тут Скучный жил? Тогда надо ему отдать должное. Представляя себе берлогу этого бандюги, Андре рисовал себе дом куда более бедный, тесный, грязный и зловещий. А тут все было каким-то... обычным. Правда, если сказать "скучным", то вопросов вроде бы не останется. Ну, кроме одного:
- А сколько мне тут еще сидеть?
- Сколько нужно.
Где находился сам дом, снаружи вполне приличный, Андре точно не знал, ведь впервые был в Бордо. Лишь догадывался, что где-то не очень далеко от реки - уже знакомый речной запах Андре уловил в одном из переулков, незадолго до того, как оказался со Скучным на пороге этого дома.
- А нужно долго? - он правда не хотел доставать вооруженного человека, но пытка бездействием и ожиданием становилась совсем уж мучительной. Ответа не было, только особенно выразительный лязг точильного камня - Скучный наводил красоту на свой ножик.

- Скр-р-р-р-р.
На этот раз Скучного передернуло как от зубной боли и он особенно выразительно взглянул на Андре, едва не выпустив из рук нож. Нож, к слову, был уже наточен и мужчина теперь просто сидел и гонял его в пальцах, выделывая замысловатые фигуры.
- Ты до утра скрипеть собрался?!
- А, так мы тут до утра...
Андре перестал покачиваться на стуле, положил руки на стол и уткнулся в них подбородком. "Так бы сразу и сказал, тоже мне загадочный такой нашелся!" - пробурчал он про себя.
Тени от свечи усыпляюще плясали по стенам, молчание тоже навевало зевоту. Страх, утомленный, окончательно свернулся калачиком и уступил вахту усталости. Андре уже почти прилип подбородком к рукам и без особого любопытства гадал, собирается ли Скучный всю ночь тут так сидеть и за ним приглядывать, раз даже не связал? Или заснет, уверенный в действенности своих угроз?..
Но первым в сон провалился сам Андре - закрыл глаза на минутку, а открыв их, увидел пробивающийся сквозь неплотно задернутые занавески бледный свет. В помещении никого не было, дверь была прикрыта, но стоило Андре подумать, что он почему-то остался один, из-за нее послышались голоса. Андре соскользнул со стула, на этот раз и сам проклянув его скрипучесть, и подкрался на цыпочках к двери, чтобы понять, кто говорит и о чем.

Отредактировано Андре Мартен (2018-01-06 23:14:28)

+1

3

Говорили Скучный и Заме, и разговор у них был короткий, единственной фразой, которую мог уловить Андре, было пренебрежительное мнение Скучного:

- Дрыхнет как сурок, хоть из пушки стреляй.

Заме хмыкнул и распахнул дверь.

- О как! - слащаво удивился он, глядя на юного моряка. - Утречко доброе, сударь, выспались? Кровать не жесткая оказалась?

Он захихикал и подтолкнул Скучного локтем в бок.

+1

4

Андре, едва успевший отскочить в сторону, чтобы не получить распахнувшейся дверью, сначала вспыхнул, но тут же упрямо вздернул голову. Все равно и так понятно, что подслушивал. Не извиняться же теперь.
- Выспался! - заявил он. Доставлять этим двоим удовольствие своими жалобами он отнюдь не собирался. - Как... как сурок.
Как выглядят сурки, Андре понятия не имел, но из услышанной фразы успел сделать вывод, что спят они крепко. И, видимо, большие. Ну, раз в них из пушки нужно попасть, чтобы разбудить. Или не это имелось в виду?
- А кровать не жесткая, только больше на стул похожа. Вы б хоть объяснили ему, что есть что, - кивнул Андре на Скучного, предусмотрительно сделав еще шаг назад, чтоб тот не дотянулся. Хотят посмеяться, пусть друг над другом смеются, весельчаки эдакие. - А еще лучше объясните, чего вам от меня надо... Выспаться-то я и на корабле мог бы.

Отредактировано Андре Мартен (2018-01-06 23:27:53)

+2

5

Заме наморщил лоб, сразу утратив львиную долю своей напускной благожелательности, в то время как Скучный, подтверждая свою кличку, ничуть не изменился в лице.

- Видал? - пренебрежительно обратился он к Заме. - Кровать от стула не отличает, небось на полу всю жизнь спит.

- Брось, брось, - Заме оживленно потер руки. - Выспался, да хоть бы и на полу, и ладно. А что мне от тебя нужно, парень, я те еще вчера сказал. Портретик нарисовать, а то и два, понял?

Скучный с тем же безразличным видом посмотрел на юного моряка, затем обратно на Заме, и, будь в чертах его лица чуть больше оживления, спорить было бы можно, что о причине, по которой его напарнику потребовался юноша, он слышит впервые.

+1

6

- А хоть бы и всю, - пробубнил Андре, которого задело это пренебрежение. Он с трудом заставил себя не уточнять, а точно ли перед ним Скучный, а не какой-нибудь Неженка. Всю жизнь в кровати спит, нашел чем гордиться! А вот ему в охотничьем лагере приходилось иногда не то что на какой-нибудь подстилке, а даже на голой земле спать. Но у кого из них двоих тут рожа унылая, а? И вообще, корабельный гамак наверняка не хуже кровати. Даже если дырявый... Даже если понятия не иметь, каково это спать в кровати, тем более в своей собственной...
- Да понял я, что портретик, - передернул плечами Андре, отгоняя мысли о кровати. - А рисовать-то кого? Я для двух портретиков тут только вас двоих вижу.
Здесь он сумел удержать при себе лишь ту часть, где было "а ведь обещал кого-нибудь покрасивше", но вопрос-то был по делу. Скучный на девицу определенно не смахивал. Правда Андре все равно глянул на него с подозрением - уж очень свежи были воспоминания о Жоржетте и усатой вдове из кабака.

+2

7

Скучный сплюнул, а Заме нахмурился, но затем захихикал.

- Веселый ты парень, как я погляжу, а? И чего с писакой спутался? Не, молчи, сам знаю - что-что, а похлебка у Мадо знатная, за такую похлебку, да на голодный желудок, можно и рожу ее нарисовать. Пошли, я тебе кой-что получше покажу, да еще заплачу, ежели хорошо сделаешь. Такие красотулечки - пальчики оближешь, да еще и как две капли воды, а?

Он снова потер руки, с неожиданным проворством выудил откуда-то четверть буханки щедро присыпанного солью хлеба и протянул юноше.

- По дороге слопаешь. Пошли!

Скучный молча натянул потертую куртку.

0

8

Глаза Андре потемнели, когда он услышал, как Заме назвал Шере и как отозвался о Мадо. Вот бы взять тот скрипучий стул и хорошенько вдарить по этой хихикающей башке. Мечты, мечты...
Андре одарил буханку хмурым взглядом, но взял ее. Спасать девицу - даже девиц, как оказалось! - лучше будучи сытым. А если портрет Заме не понравится и он попросит Скучного прикопать незадачливого художника, то тем более надо поесть - последний день, как никак...
- Ну пошли.
Он примерился к буханке и впился в нее зубами в знак, так сказать, добрых намерений. Про "спасибо", однако, благополучно забыл.
- А его, - Андре, дожевывая хлеб, кивком указал на Скучного, - брать не обязательно же. Убегать не собираюсь. Чего мне бежать от денег...
На то, что Скучному накажут сидеть дома и чинить стул, рассчитывать особо не приходилось. Однако попытка не пытка, правильно? А вот присутствие этого типа - еще какая пытка...

Отредактировано Андре Мартен (2018-01-13 20:52:39)

+1

9

Заме снова хохотнул, однако Скучного гнать не стал, и тот молча шел позади, пока Заме вел юного моряка к реке, на ходу рассказывая про девушек, которых ему надо было нарисовать. Если верить этому рассказу, то две сестренки были те еще штучки, заигрывали с кем угодно, а на днях пообещали по три поцелуя тому, кто подарит им самый необычный подарок. Заме - опять же, если верить его словам - на поцелуи было плевать, но вот проучить самонадеянных девиц он хотел и рассчитывал, что двойной портрет ему в этой цели поможет.

- А чтоб суприз, стал-быть, получился,- объяснил он, - так тебя они видеть не должны, поэл? Они бельишко стирать будут, а ты их и нарисуешь.

Чтобы точно достигнуть своей цели, он нанял лодку и даже уговорил Скучного сесть на весла, а потом торжествующе указал на мостки по правую руку, на которых трудилось с полдюжины прачек.

- Вон те, темненькие, видишь? В самой серединке? - он поспешно сунул в руки моряка стопку бумаги и коробку с цветными мелками, то ли украденную, то позаимствованную, у какого-то художника. - Рисуй скорее!

Ошибиться было невозможно: девушки были, единственные среди прачек, простоволосыми и действительно замечательно хороши собой - большие блестящие глаза, яркие пухлые губы и наливающиеся еще соком груди под простенькими платьями. Работали они рядом с высокой мрачной женщиной, в которой угадывалась их мать, и было им, на двоих, не больше двадцати пяти.

+1

10

- Вижу, не слепой, - вздохнул Андре и забрался в лодку. - А торопить не надо. Плохо же получится.
Как и боялся Шере, обстоятельства встречи с девушками выдались настолько неудачные, что и о встрече-то говорить не приходилось. Глядеть на них из лодки! Да еще под присмотром Скучного! Таким внимательным присмотром, что у Андре аж волосы на затылке шевелились каждый раз, как он этот взгляд на себе ловил. Или по волосам просто речной ветер гулял? Поди отличи одно от другого...
Но делать дело нужно было. И не только то, о котором попросил Заме.

Поэтому все то время, пока линии цветных мелков приноравливались к покачиванию лодки и превращались в черты двух сестер, Андре думал. Причем об усердности его размышлений говорило уже то, что он практически не замечал эту свежесть и сладость зреющей красоты девушек, которую сам Андре, в силу возраста и нескладности речи, передал бы как "девахи - что надо". Даже рисунок ее не передавал в полной мере, в чем, правда, опять же стоило винить Андре. Во всяком случае, отчасти - он нарочно рисовал вполсилы, пусть даже по схожести было почти не придраться. Конечно, планам Заме это все равно никак не помешало бы, но стараться ради этого негодяя Андре не собирался просто из принципа.
А думал он о том, как бы подобраться к сестрам поближе, выведать хоть что-то. Но все разбивалось о четкие указания Заме, ослушаться которых означало бы навлечь на себя лишнее внимание - и Заме, и Скучного. А еще обратить на себя взор той женщины, чей мрачный вид сам за себя говорил о том, что пришедший к ней или ее дочерям с разговорами уплывет вниз по реке как миленький.
Разговорить Скучного тоже оказалось безуспешной затеей. При каждой попытке тот так угрожающе елозил ладонями по рукоятям весел, что Андре тут же замолкал, вспоминая о том самом исходе, где вниз по реке плывет бездыханное тело. Впрочем, похоже было, что работал Скучный по принципу - мне платят, я не спрашиваю. А значит, затея была не только безуспешной, но и бесполезной. А еще опасной - Заме, во-первых, тут же вострил свои уши, а во-вторых, начинал терзать уши Андре, болтая о всякой ерунде, в которой не было ничего полезного.
Отказаться пришлось и от ужасно заманчивой идеи перевернуть лодку, чтобы пришлось выплыть к мосткам. Это опять же привлекло бы слишком много внимания при том, что неизвестно, удалось бы перекинуться с кем-то из прачек хоть словечком или нет. Хотя недавняя мечта о том, чтобы Заме утонул, тогда может и сбылась бы...

В конце концов, то и дело роняя какие-то исчерканные листки и их обрывки, на которых он пробовал цвет и линии, рассыпая мелки и вообще устраивая в казалось бы ограниченном пространстве совершенно безграничный бардак, Андре закончил. И с незаметным глазу, но отчетливо ощущавшимся облегчением, Скучный погреб к берегу, где его, как он надеялся, ждала свобода от даже теперь копошившегося по дну лодки мальчишки, на этот раз отыскивавшего все потерянное и распихивавшего по карманам все распихиваемое. Заме за этой суетой почти не следил - лишь бы, растяпа, порядок навел и портрет при этом не помял.
На берегу Андре пришлось вернуть мелки - нет, вот же скряга! - и всю неиспорченную бумагу. Он уже подумал, что и денег Заме ему не даст, пожадничает, а то и вовсе отберет. Но нет, заплатил. Хоть и после того, как вдоволь отругал за неряшливость и всласть поразглядывал рисунок, шевеля губами и придирчиво поглядывая в сторону мостков, как будто отсюда было различить хоть чье-то лицо.
- Далеко было, что я мог сделать? Я ведь просил поближе подплыть! - получил он обиженный ответ от Андре на все мелкие недочеты. - А что из рук все валилось, так я первый раз из лодки рисую!
Вполне возможно, что Заме к тому времени решил больше никогда и ни за что не связываться ни с лодками, ни с художниками, но все же он натянул на себя свою обычную слащавую улыбочку, похлопал Андре по плечу, выжал из себя  похвалу и велел Скучному вернуть мальца туда, так сказать, где взял. Пешком, конечно. За лодку уплачено-то было не на целый день покатушек!
От того, что и плыть-то нужно было не целый день, Заме как-то ловко отмахнулся и вновь уткнулся в разглядывание портрета.

Спустя энное количество времени, которое в компании Скучного тянулось, как и вчера, дольше долгого, Андре оказался на знакомом причале. Скучный даже прощаться не стал, не то что подсказывать дорогу. Зато поугрожать напоследок не забыл - мол, не чеши языком, а то без языка останешься. Ну и так далее.
Андре подробности особо не запоминал, хотя может стоило, потому что выспросив у рыбаков дорогу, он направился в "Подол красотки". Разумеется, именно для того, чтобы почесать языком.
- ..Мадо! - он едва не сшибся с ней и бутылками в ее забитых наколками руках, когда вынырнул из-за спин двух рослых моряков, вертя головой по сторонам в поисках рыжего писца. - А Шере? Он тут? Мне очень надо!

+1

11

Мадо воззрилась на юного моряка с веселым недоумением, но тут же заулыбалась.

- Вернулся, орел морской? За бумагой дружок твой пошел, сейчас вернется. - Она понизила голос. - Что ему нужно было от тебя, мерзавцу этому? Он за грошами не бегает.

Этот же самый вопрос повторил и Шере, вернувшись со стопкой самой дешевой бумаги, и по его лицу несложно было понять, что при возвращении Мартена он испытал облегчение. Едва Скучный и его жертва скрылись из виду, он самым легкомысленным образом наплевал на все предупреждения и поспешил назад в «Подол красотки», чтобы засыпать подругу вопросами. Мадо с уверенностью сказала, что Скучный глупостями не занимается - потребовался, стало быть, кому-то Мартен, а уж кому… ну кому, в самом деле?

Возможно было, конечно, что юный моряк успел уже кому-то насолить, но ни Шере, ни Мадо в это не верили, и Шере, успешно пряча любопытство, не сумел, однако, скрыть тревогу.

+1

12

На вопрос Мадо запыхавшийся Андре не ответил, сославшись, что нужно подождать Шере, чтоб два раза не объяснять. На самом деле он просто не очень-то хотел еще больше затягивать ее во всю эту дурную историю и понадеялся, что пока они ждут Шере, Мадо отвлечется на посетителей. Кому-то же она несла эти бутылки?
Но она так и не ушла, а намекать Андре не решился - из соображений уже собственной безопасности. Ладно, что ж теперь делать. Все равно о Заме успела прознать. Видно рыжий Скучного не послушал. Это, к слову, Андре немного разозлило, но в то же время заставило почувствовать себя благодарным. Значит, Шере
- Как он и сказал, портрет нарисовать. Только там не одна девица была, а две, сестры. Похожи так, что почти не отличить! Они там белье у реки стирали. А я в лодке, значит, был. Издалека смотрел. Так вот, две сестры, девицы - что надо...
Андре принялся описывать девушек, потом перескочил на "суприз", для которого Заме их портреты понадобились, а потом снова бросился описывать, но на этот раз мать тех девушек. И дорогу как мог описал, хоть по описанию этой дороги можно было скорее заблудиться, чем найти что-то. В лесу, как показалось Андре, ориентироваться и то проще, чем в Бордо.
- Это все что я знаю... - развел он руками и с надеждой поглядел на Шере с Мадо. - Их же можно будет найти? Вдоль реки если идти, то мостки те рано или поздно попадутся. Я их узнаю, обязательно! Да и сестер настолько похожих немного ведь там водится, правда же? Ну, не водится, а живет.. Найдутся они, да?

+1

13

Мадо Шере не сказал ни слова об их с Мартеном плане, и та, едва поняв, о чем рассказывает юный моряк, мрачно сдвинула брови. Перебивать она, однако, не стала, и Шере, определив с одного взгляда, насколько она разозлилась, тоже предпочел помалкивать, разве что кивая в нужных местах, чтобы Мартен не замолчал.

- Белье, значит, стирали, - голосом, не предвещавшим ничего хорошего, сказала Мадо, когда юноша закончил свой рассказ. - Втроем, да? Семьей? Во что ты его втравил, признавайся? Я же тебя предупреждала!..

- Ни во что он меня не втравливал, - поспешно возразил Шере. Врать он умел плохо, и всегда честно в этом признавался, но это же была правда! - Я сам…

- Ты сам в это лезть не будешь, - отрезала трактирщица. - А ты уходи, понял? Хочешь добрым христианином быть - пожалуйста, но других в это дело не впутывай! А ты, - она снова глянула на Шере, - не подмигивай!

- Я не подмигивал, - возразил Шере. - Я думал. Про мостки, и хотел…

- Сесть и работать, - прошипела Мадо. - Или тебе терять нечего?

Шере, заметно побледнев, безмолвно пошел к своему месту у окна, а трактирщица, недобро сощурившись, указала Мартену на дверь.

- Увижу здесь еще раз… Если через полгода, буду рада. Раньше - костей не соберешь.

Хотя говорила она негромко, Жанно, проворно ощипывавший на кухне кур, повернул голову, а переступивший как раз через порог Дядька Питу, промышлявший, как говорили, в том числе и сбытом краденого, заметно навострил уши.

Тремя часами позже, когда в "Подол красотки" набилось столько желающих выпить и поесть, что отдельный стол сделался недопустимой роскошью, Шере собрал свои вещи, выскользнул из трактира и поспешил к причалу, где они с Мартеном расстались прошлой ночью. В то, что тот понял намек, он не особо верил и в своем благоразумии сомневался, но все равно пошел, гадая, сообразил ли уже Мартен, как просто найти двух сестер-близняшек по его описанию - учитывая, что они стирали вместе с матерью.

+1

14

Сказать, что Андре вышел из "Подола красотки" ошарашенным, обиженным и расстроенным, значило не сказать ничего. Щеки его горели, как после пары хороших пощечин, а в глазах щипало от несправедливости. Понятно, что Мадо волновалась за Шере и беспокоилась, как бы вся эта затея не привела к чему дурному... Но то, как изменился ее голос, как загорелись глаза - Андре ничуть не сомневался, что появляться в кабаке меньше, чем через полгода, теперь и впрямь опасно для жизни.
"Сама же спросила, чего от меня Заме хотел! - думал Андре и снова прокручивал в голове то, как Мадо выставила его вон. - Вот зачем было спрашивать, если... если..."
И он снова шмыгал носом и пинал попавшийся под ноги камешек.
Сначала он направился в порт. Долго, побольше часа, шатался без дела среди портового люда с их заботами и беззаботностью. На борт "Белого ястреба" он возвращаться не стал, а то еще припрягут к какой-нибудь мелкой работенке, да не посмотрят, что ему сегодня еще можно пока отдыхать. Да и вообще ему не хотелось видеться ни с кем из своих, то есть корабельных. С ними наверняка будет шумно и пьяно, а это было Андре сейчас совсем не по нутру. И все же он вскоре наткнулся на нескольких знакомых матросов, расположившихся на каких-то ящиках и поочередно присасывавшихся к одной бутыли на четверых.
Недавние подозрения оказались верны. Слушать, как они вместе костерят капитана, Андре было скучно. Думать об упомянутом среди прочего боцмане, замкнувшемся в себе после письма, которое тому вчера прочел Шере, больно. А потом и вовсе парни дошли до того состояния, когда до драки остается буквально несколько глотков, и Андре поспешил оставить их.
Оставил он и порт. Ноги, как бы Андре ни старался заставить их шагать туда, куда хотелось ему самому, несли его на причал. Тот самый, где вчера вечером он сидел с Шере. Больше все равно идти было некуда. Оказавшись на месте, Андре сел на край причала и свесил ноги. В подол рубахи он успел набрать камней и теперь сидел, то и дело запуская их на середину реки. А вместе с ними отпуская на дно и свое угрюмое настроение. Через какое-то время он наконец окончательно успокоился и принялся решать, что же делать теперь. Ничего не делать-то было уже поздно. Ведь иначе выйдет, что он замешан не меньше Заме! И неважно, что выбора, рисовать или не рисовать, особо и не было из-за Скучного...
Понимая, как много зависит от того, получится ли в одиночку все провернуть, Андре только разволновался сильнее. Мостки.... Что Шере говорил о мостках? Нет, о них не говорил, а думал. Вернее, говорил о том, что думал о них. Но что в них такого? А Мадо... Чего ей так не понравилось, что девушки с матерью вместе стирали белье? Это же, ну, нормально? Вроде... Здесь Андре вспомнил мать и сестру, как те всегда работали вместе. Дурацкая Франция и Бордо этот дурацкий. Всего день тут пробыл, а уже не нравится!
Он с досады вытряхнул оставшиеся камешки прямо на причал, поднявшись на ноги. Надо идти на те мостки, решил он. А там будет видно. Но не успел он даже сойти с причала на землю, как увидел направляющегося в его сторону человека. К счастью, рыжина волос не оставляла даже крохотного шанса принять его за Скучного. Андре едва не сорвался к Шере, но вместо этого застыл на месте, нахохлено скрестив руки на груди. Может Шере так, погулять вышел, а не его искать пришел? Перед Мадо-то не заступился. Нет, конечно, тогда не было похоже, что она кого-то послушает, но...
Признание того, что с Мадо не считаться нельзя, немного смягчило Андре, но в его взгляде, встречавшем приближавшегося писца, все еще отчетливо читалось что-то вроде: "Ну? И что ты мне теперь скажешь?.."

+1

15

Юного моряка Шере заприметил издалека и вздохнул с облегчением - сообразил, значит! Он прибавил шагу, но, увидев обращенную к нему мрачную физиономию, чуть не свернул прочь - может, и свернул бы, если бы было, куда, но дома в этом месте стояли вплотную.

- Прости, - без обиняков сказал он, подходя. - Не мог раньше. Я… мне нельзя с ней ссориться, никак. И она мне добра на самом деле желает, только девчонок твоих жалко тоже.

Двигала им на самом деле не одна лишь жалость - если Мартен попадется, неприятностей не оберется и его сообщник - и к Мадо его привязывала не только нужда или хлебное место, но ни того, ни другого он рассказывать моряку не стал, как не стал и упоминать, что она была, на его взгляд, права: Мартен был слишком неосторожен.

- Попробуем их найти?

+1

16

Андре не стал прожигать Шере взглядом дольше, чем тому понадобилось, чтобы договорить. Чтобы сменить гнев на милось, ему оказалось достаточно услышать, что тот все еще хочет помочь и пришел именно для этого. А ведь наверняка Шере мог махнуть рукой и убедить себя, что идти некуда и незачем - несколько часов ведь уже прошло, легче легкого решить, что уже поздно сюда идти и искать... сообщника.
- Попробуем, - легко отозвался он, стерев с лица выжидательно-угрюмый вид. - И ты не извиняйся. Я ведь понимаю, просто...
Он переступил с ноги на ногу,
- Я вам не хочу неприятностей, честно. Ни ей, ни тебе. Я же...
Андре запнулся. Он хотел сказать, что не специально втянул Шере во все это, но тут же вспомнил, как выведывал у него, можно ли как-то помешать Заме, а потом тут, на причале, тоже помощи просил и всячески советовался.
- Она ведь нас поймет, да? Если узнает, что все равно пошли.
Почему-то ему было это очень важно - знать, поймет ли Мадо. Или запретит даже через полгода к ней на порог являться. Андре смущенно почесал нос, оглянулся на реку, потом снова взглянул на Шере.
- Ты что-то о мостках говорил. И Мадо к ним прицепилась. То есть, не к ним, а к стирке. Что в этом такого? Ну стирали втроем, подумаешь... У вас тут так нельзя, что ли?

+1

17

Поговорка, сравнивающая молчание с золотом, была, разумеется, хорошо известна Шере, но оценил ее по достоинству он только оказавшись в «Подоле красотки». Драк, случившихся из-за не вовремя сказанных или неверно понятых слов, было не счесть, и больше всего на свете он боялся как-то проболтаться о себе. Первые полгода он вообще почти все время молчал, и даже сейчас никогда не перебивал и не торопился с ответом. Поэтому, пока Мартен говорил, Шере слушал, только неопределенно хмыкнул, когда тот спросил про Мадо - просто потому, что не был уверен в ответе: если это приключение кончится для него плохо, она, разумеется, не будет рада, но и сердится ей останется ни на кого.

– Все очень просто, – объяснил он. – Прикинь: они все втроем стирали? В какой семье столько одежды найдется, чтобы ее втроем стирать? Если бы они богатые были, то да, но и Заме тогда бы на них не охотился, себе дороже было бы. И не знал бы точно, что их на реке в это время можно найти. Значит, они прачки, а найти такую прачку, чтобы у нее дочки-близняшки были - раз плюнуть. Сделаем так: меня кто не знает, тот мог случайно слышать, поэтому мне лучше в стороне держаться. А тебя я довожу до какой-нибудь прачки, и ты ей рассказываешь, что вот, матрос у тебя на корабле вчера днем кучу денег выиграл и решил на радостях рубаху свою в стирку отдать, только на следующий день проспался и никак вспомнить не мог, кому отнес - только что рядом две девчонки вертелись, обе на одно лицо, хотя, может, это у него в глазах двоилось. Вот ты и пришел спрашивать - пойдет?

Была у дела еще одна сторона, только о ней Шере говорить пока не спешил: отца у девчонок, при такой работе, могло и в живых не быть.

+1

18

Сочтя план Шере абсолютно разумным и полностью подходящим к тем условиям, в которых они сейчас были вынуждены действовать, Андре выразил свою поддержку этому плану и обозначил, что иныз предложений не имеет.
Иными словами, Андре с глубокомысленным видом покивал и заткнулся. Заткнулся, впрочем, ненадолго, попытавшись потом все же скрасить дорогу и развеять невеселые думы, пересказывая для Шере (без определенного рода подробностей, надо сказать)  когда-то услышанную от боцмана байку про русалку, кружившую головы двум монахам. Но вспомнив о боцмане, Андре в очередной за сегодня раз вспомнил о том вчерашнем злополучном письме, посмурнел и сбился, едва не запутавшись даже в казалось бы такой очевидной вещи, как кто и к кому в итоге воспылал пламенной любовью, а кто и к кому - такой же пламенной ненавистью. В конце концов, Андре махнул рукой и поставил в скомканном финале точку своим заключением, что связываться лучше не стоит ни с русалками, ни с монахами.
А спустя некоторое время он был готов добавить в этот список сомнительных личностей еще и прачек. От одной из них он получил какой-то мокрой тряпкой по шее, когда, следуя совету Шере, принялся вдохновленно описывать проблему некого чистоплотного сотоварища по кораблю. Прачка попалась предусмотрительная - предусмотрительно решила проучить мальчишку на случай, если он все выдумал.
- ... Сказала, что знает таких, отираются вокруг девиц, а у тех потом проблем полон подол, - посетовал Андре, потирая еще горящую, хоть и мокрую, шею. - Но я ее все-таки убедил, что ничего такого не собираюсь и вообще я за рубахой пришел, и нечего лупить меня было.
Андре еще раз потер шею, по которой после тех слов про "нечего лупить" отхватил во второй раз.
- Нам три дома вон в ту сторону пройти, потом в переулок свернуть и по левой стороне во второй дом постучаться, - загибая пальцы, воспроизвел он указания. - А, и та женщина не мать им, оказывается. А тетка родная.

+1

19

Бросив сочувственный взгляд на широкую красную полосу на шее моряка, Шере спохватился и дальше делал вид, что ничего не замечает, согласно кивая. Тетка, значит. Матери нет, стало быть, а как насчет отца? Или дяди? Прежде чем соваться туда, это надо было выяснить.

- Гляди, - сказал он, решив, наконец-то, поделиться с Мартеном плодами своих размышлений по пути сюда, – тут как получается… Если Заме портрет хотел, то у него почти наверняка есть уже, кому он надумал девчонок сбыть. Но такую парочку в любом борделе с руками оторвут, сам понимаешь, лишь бы не совсем страшные были – значит, он куда-то повыше метит. Ну да не наше это дело, на самом деле, куда – нам важно, что кто-то есть. И это нам и нужно как-то использовать: чтобы отец девчонок этих, или тетка, или там, дядя… чтобы если они продавать их надумают, так хоть не за полцены - или чтобы пожадничали и у них ничего не получилось. Она тебе не сказала, прачка та, как эту тетку звать? Мы могли бы про ее мужа поспрашивать…

Объясняя, он уводил моряка подальше - во-первых, чтобы не мозолить глаза в квартале, а во-вторых, потому что заметил по пути, в двух шагах, небольшой кабачок, где наверняка можно было собрать нужные сплетни.

Отредактировано Dominique (2018-02-08 16:34:25)

+1

20

- Мари, - назвал Андре имя, упомянутое прачкой где-то между руко- или, вернее, тряпкоприкладством и объяснением, как пройти к нужному дому. - Сказала, чтоб спросил Мари и не лез к девочкам. Мол, она разберется, что там с рубахой нашенской...
Идея поспрашивать о муже была хорошей, надо же понять, есть ли он, чтоб знать, сейчас в доме за главного и с кем будет договариваться Заме. И когда Андре заметил, что Шере, кажется, направляется к нарисовавшемуся неподалеку кабаку, в очередной раз оценил смекалку товарища. Возможно, если б не Шере, все давно закончилось бы тем, что Андре ломанулся бы прямо в нужный дом, забыв о любых планах, мужьях и прочем.
- А что для борделя портреты бы не понадобились, это верно, много мороки, - подтвердил он с видом знатока, который в курсе, как делаются такие дела. - Лишь бы у этого покупателя денег не так много было, что никакой ценой не испугать...
На вывеске кабачка был нарисован очень даже милый ослик - кабачок, собственно, так и назывался. Нет, не "Милый ослик", разумеется. "Хромой ослик". Однако этот нарисованный ослик, пожалуй, выглядел куда лучше, чем что угодно внутри кабака, как понял Андре, толкнув дверь.
Этому кабаку определенно не хватало своей Мадо...

0


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Предыстория » ...И о том, что принес речной ветер. Июль 1616 года