Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+



Происходящее в игре (случайная выборка):



В предыстории: Гг. Жан де Жискар и Никола де Бутвиль попадают в засаду в осажденном голландском городе. Лапен пытается спасти похищенных гугенотами графиню де Люз и Фьяметту. Г-н виконт де ла Фер оказывается на пиратском корабле.

Не думая о цене... 15 декабря 1628 года, вторая половина дня: Г-н де Бутвиль спасает г-на де Корнильона.
Тесен мир... 15 декабря 1628 года: Шевалье де Корнильон беседует со спасшим его г-ном де Жискаром.
Яблоки среди зимы. 4 декабря 1628 года: Бернар де Шасток подбрасывает королеве новое яблоко раздора.
Что-то кончается, что-то начинается. Ночь на 3 марта 1629 года.: Кавуа приходит благодарить Атоса за спасение своей дочери.

Тайны Владыки Света. 14 ноября 1628 года: Г-н д’Авейрон узнает, кто сглазил его сестру.
Ловушка с запасным выходом. 22 сентября 1628 года: Винтер попадается в расставленную для него ловушку.
Куда меня ещё не звали. 12 декабря 1628 года. Окрестности Шатору.: Кардинал де Лавалетт пытается образумить шевалье де Ронэ.

Хабанера. Начало февраля 1629 года, Гавана: Галеон, на котором плывут донья Инес и дон Хавьер, добирается до Гаваны.
Встретимся в Дижоне... 31 января 1629 года: Пока король въезжает в приветствующий его город, за его спиной происходят самые неожиданные вещи.

Я приду к тебе на помощь. Ночь на 26 янв. 1629 года: Г-жа де Кавуа и г-н Барнье спасают г-на капитана.
Кто помогает в беде, попадает в худшую. 30 ноября 1628 года: Г-жа де Мондиссье хочет просить г-на Портоса об услуге, а расспрашивает о смерти «шевалье де Трана».
Как исполняются мечты. 12 декабря 1628 года: Г-н и г-жа де Бутвиль празднуют день рождения и отправляются в театр.
Лекарство от меланхолии. 5 декабря 1628 года: В особняке Монморанси заботятся о подрастающем поколении.


Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календарь на 1628 год: дни недели и фазы луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Предыстория » Спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Лето 1617 года.


Спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Лето 1617 года.

Сообщений 21 страница 24 из 24

1

Продолжение эпизода В море дорог много.

0

21

- Милосердие стервятника, - презрительно бросил виконт. – Ошибаетесь, юноша, будь ваш капитан человеком, он принял бы терпящих бедствие на борт, а не стремился бы выклевать им глаза.

- Вот именно, - буркнул штурман. Он взял мальчишку-юнгу за плечо и отодвинул в сторонку. От греха подальше. Очень уж угрожающе выглядел капитан, не пришиб бы парнишку за прямые слова.  – Стыд вам, господин Дюпре, не по-моряцки поступаете, не по-божески! Вот и команда ваша вас, как я погляжу, не поддерживает… И неудивительно, не будет тому судну удачи, чья команда от тонущих отвернулась!

Последний намек Резон запустил не случайно. Будучи сам моряком, он был умеренно суеверен и хорошо знал, что матросы свято верят в приметы, а что может быть страшнее, чем лишиться удачи? Разве что дыра в днище.

+1

22

С каждым звучащим словом хищный облик капитана "Белого ястреба" все больше размывался между ястребиным благородством и хлестко подмеченной виконтом стервятнической жестокостью. Даже нос его, казалось, заострился еще сильнее, уподобившись клюву, а темный взор рыскал в поисках другой добычи взамен неразумного птенца-юнги. Только в кого было вонзить когти? Кому выклевать глаза? Юному виконту, который ничуть не топорщил перья в угрозах или высокомерии, но определенно был не тем, на кого стоит охотиться? Или скорее штурману, этой птице не такого высокого полета?
- Да как вы смеете, - зарокотал Дюпре, - меня стыдить...
Только вот даже с простыми птицами становится справиться сложнее, когда их набирается целая стая. Уже все, кто был не занят на снастях, следили за разгоревшимся спором. И на восклицание Резона об удаче по палубе прошел отчетливый шепоток.
Андре, почувствовав смятение товарищей, тут же набрал воздуху в грудь. Как ему множество раз доводилось видеть и в родном охотничьем лагере и в портах и на корабле, как долго и нудно может перекатываться туда-сюда глухое недовольство, не переходя в действие, и как достаточно иногда одного слова, чтобы это изменить.
- Вот именно! - высунулся он из-за Резона. Он не так уже боялся капитана, как того, что может случиться, одержи тот верх. - Тонущим не поможем, сами на дно отправимся. Сколько таких историй рассказано! Что мы, совсем дурные?
- Да то испанцы, тьфу на них! - клюнув на это, выкрикнул кто-то не сильно старше. - Этим дьяволам на дне самое место. Вот своих уже вытащили сегодня, авось зачтется!
- Это на тебя тьфу, умник, - раздался глухой звук затрещины. - Таким не торгуются.
- Да пусть сами спасаются!
- Тебе пусть кто так скажет, - резко обернулся в ту сторону Тома, и от его недоброго голоса, луженого как у всякого боцмана, мурашки пробежались даже у Андре. Впрочем, не только от его голоса.
- А ну притихли, болваны! - окрикнул команду побагровевший Дюпре и ткнул подзорной трубой практически в грудь Резону. В его речи прорезались свистящие ноты, хоть взгляд и не был, пока еще, окончательно затуманен. - Вы. На моем корабле. Меня учить вздумали, как мне быть? Я вас правильно понимаю, с-с-сударь?..

+1

23

Штурман только пошире расставил ноги и набычился. Кажется, они с виконтом вплотную подобрались к черте, за которой некуда будет отступать, а может статься, и переступили ее, но сдаваться он не собирался. Некоторую надежду внушала поддержка команды – Резон всей шкурой ощущал сгустившееся напряжение, словно штиль перед штормом, когда вот-вот грянет.

- Отчего ж не поучить! – огрызнулся он. – Ежели капитан корабль на рифы ведет, так что ж, всей команде с ним тонуть? Во всяких переделках я бывал и не безгрешен, но в таком черном деле, как тонущим руки обрубать – сроду не участвовал и не стану! И другим не советую!

- Опомнитесь, месье Дюпре! – Голос молодого виконта прозвучал четко, спокойно и холодно. – Докажите, что вы достойный капитан вашего судна и команда может на вас положиться!

+2

24

Стань Дюпре свидетелем такого спора между Резоном и любым другим капитаном, то не смог бы не отметить с уважением непоколебимость штурмана, который как скала оставался на месте, не сдвигаясь ни на шаг, ни на слово. Но сейчас капитана куда больше интересовала собственная роль в этом представлении, чтобы об этом задумываться. Чтобы, до некоторой степени, вообще задумываться.
- А вас никто и не заставляет в этом участвовать, сударь! Не хотите находиться здесь, так...
Договорить ему не довелось, и слава господу, потому что пышущее раздражением нутро Дюпре было готово исторгнуть предложение, совсем не подобающее капитану судна. Холодный голос виконта оказался как вода, плеснувшая на раскаленную поверхность и остудившая ее. Пускай и с паром да шипением.
- Я доказал это многократно, потом и кровью, - резко процедил Дюпре, в запале взмахнув трубой все еще в опасной близости от Резона, но на сей раз не нарочно. Взгляд, обращенный уже к виконту, немного прояснился, сохраняя, впрочем, неприятную колючесть.
- Мы знаем, капитан, - подал голос Андре. Он теперь стоял плечом к плечу с Резоном, совсем уже не прячась за ним. Запустив волнение среди команды, он чувствовал ответственность за то, что произойдет в ближайшие минуты. - Мы все это знаем.
Среди матросов раздались согласные возгласы. Ведь и правда, как бы кто не относился к Дюпре в команде и какими бы спорными порой не были его дела, все бы сошлись во мнении, что таких искусных и радеющих за свое судно капитанов еще поискать. Сколько раз сам Андре восхищался его храбростью! И если капитан забыл о том, каким примером он бывал своей команде, Андре собирался напомнить ему. Он не разделял сомнения виконта в человечности капитана. Пока еще не разделял. Ему казалось, что перед ним не хищник, не стервятник, а просто разозленный, раздосадованный человек. А чего только не делают люди, когда разозлены - порой совсем-совсем не то, что сделали бы, сумей вовремя остановить себя сами или окажись рядом кто-то, кто бы их придержал, дав время лишний раз подумать.
- Поэтому и верим, что вы поможете этим людям. Неважно, заслужили они это или нет. Пусть даже нет. Просто так будет... будет... по-капитански, - с бесхитростным прямодушием подобрал он определение. - Вы же сами знаете, что по-другому нельзя. Даже если...
Он замялся, прикусив губу и фразу целиком: "даже если хочется". Вновь вспомнившаяся история об одном из капитанских сыновей, которая этим утром звучала в трюме - не она ли, будучи во многом такой знакомой, не давала Андре перестать видеть в Дюпре человека? Знать бы только, ошибочно или нет...
- Господин виконт ведь об этом, правда? Он не сомневается в вас, а наоборот, да? - Андре с потаенной мольбой взглянул на виконта, ища поддержки и надеясь, что тот сумеет благодаря своему ясному и спокойному уму помочь погасить в капитане дух соперничества, вспыхивающий от всех подходящих для того слов, пока это еще можно было погасить. - Разве стал бы он уговаривать вас пощадить тот корабль, если б не верил, что у вас достаточно силы и достоинства, чтоб так и сделать?

0


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Предыстория » Спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Лето 1617 года.