Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+



Происходящее в игре (случайная выборка):

В предыстории: В небольшой деревушке странствующие циркачи влипают в неприятности. Гг. Жан де Жискар и Никола де Бутвиль пробираются в осажденный голландский город. Г-н де Лаварден помогает товарищу ввязаться в опасную авантюру. Графиню де Люз и Фьяметту похищают, приняв последнюю за герцогиню де Монморанси. Г-н виконт де ла Фер терпит кораблекрушение. Г-н Шере и г-н Мартен мечтают о несбыточном. В салоне маркизы де Рамбуйе беседа сворачивает на монахов и воинов.

"Прямо страх, как весело". Декабрь 1628 года, открытое море.: На корабле, на котором в Новый свет плывут Лаварден, Дюран, Мартен и Морель, происходит нечто странное.
Similia similibus. Сентябрь 1628 года: Рошфор, миледи и лорд Винтер пытаются достичь договоренности.
Границы дозволенного. 18 января 1629 г.: Г-н де Корнильон вновь видится с миледи.

Краткий курс семейного скандала. 25 ноября 1628 года: Герцог и герцогиня д’Ангулем ссорятся из-за женщины.
Из рук в руки. 15 декабря 1628г.: Маркиз де Мирабель дает поручение шевалье де Корнильону.
Как вылечить жемчуг. 20 ноября 1628 года, утро: Г-жа де Бутвиль приходит к ювелиру.

Разговор или договор? 4 декабря 1628 года: Г-жа де Бутвиль получает аудиенцию у Ришелье.
Найти женщину. Ночь с 25 на 26 января 1629г.: Шере и Барнье пытаются разговорить кучера, который помог похитить г-на де Кавуа.
Порочность следственных причин 25 января 1629 года: Миледи обращается за помощью к Барнье.

О том, как и почему кареты превращаются в тыквы. Ночь с 25 на 26 января 1629 г: Г-жа де Кавуа расспрашивает священника Сен-Манде.
Братья в законе. 13 ноября 1628 года: В тревоге за исчезнувшую сестру Арман д'Авейрон является к зятю.
Туда, где вас не любят. 2 декабря 1628 г.: Капитан де Кавуа узнает много нового о себе и о г-не де Ронэ.


Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календарь на 1628 год: дни недели и фазы луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть III: Мантуанское наследство » Разговор или договор? 4 декабря 1628 года


Разговор или договор? 4 декабря 1628 года

Сообщений 21 страница 40 из 42

1

После эпизода В монастыре. 29 ноября 1628 года.

0

21

Молодая женщина невольно вздрогнула и разозлилась на себя — она ухитрилась не заметить господина Шарпантье, и что еще тогда не заметит? А у их разговора с отцом Жозефом был свидетель... Конечно, ничего особенного она не сказала. Но все же надо быть осторожнее! Эмили подавила зевок. Теперь, в тепле и после еды ей ужасно хотелось спать. Она взяла бокал, посмотрела в него и решительно допила — кто знает, когда еще придется.
- Вы все поняли абсолютно точно, - она улыбнулась.

Отец Жозеф вновь наполнил ее бокал.
- Если вы простите старому человеку его любопытство… вы рассказываете все своему мужу, потому что уверены, что он вас простит?
Теперь в его голосе и взгляде не осталось и следа лукавства. 

- Но... как же? - Эмили искренне удивилась. - Как же иначе? Мы же любим друг друга... и обет давали... и должны...
Голос молодой женщины становился все тише.
- И пока... прощал...

- Должны? - эхом повторил монах. - Почему вы так думаете? Вы делаете что-то, что вы сами считаете, не должны были бы делать, рассказываете об этом супругу, он вас прощает… но вы же все равно сделали то, что были не должны. Вы сняли груз со своей души и переложили на его душу, а это неверно. Он же не исповедник вам.

Эмили прикусила нижнюю губку, растерянно глядя на монаха.
- Но... если я не скажу... я же буду утаивать?

- Вы наверняка не рассказываете супругу, - отец Жозеф помедлил, явно меняя на ходу свой пример, - что у вас порвалось платье. Вы что-то утаиваете при этом?

- Но это же ерунда! И иногда говорю...

+1

22

То ли услышав сомнение в голосе молодой женщины, то ли усомнившись в ее правдивости, монах недоверчиво улыбнулся.

- Да, это ерунда. И вы ее иногда рассказываете? Не думаю, вы быстро наскучили бы супругу, если бы и в самом деле так поступали. Но поразмыслите: то, что кажется важным вам, может выглядеть иначе для него. Я думаю, у него тоже имеется немало важных дел, которые он вам не рассказывает, полагая, что они для вас… - он помедлил, словно подбирая слова. - Вас не задевают.

- И если задевают... - тихо произнесла молодая женщина и снова закусила губу. Мадемуазель де Брольи существовала, так ли иначе. И не может быть, чтобы Луи-Франсуа не знал о ней.

Ее собеседник заметно смутился.

- Прошу прощения, сударыня. Я не хотел… я… я всего лишь имел в виду, что ваш супруг вряд ли стал бы посвящать вас в те свои дела, которые, ну… мужские дела, свои обязанности при господине герцоге, например. Но да, возможно, он также щадил вас, если думал, что какое-то знание будет для вас болезненно, это естественно.

- Конечно, болезненно. Вы не знаете, кто такая мадемуазель де Брольи? - вопрос вылетел сам, прежде чем Эмили подумала.

Брови монаха приподнялись в недоумении, однако ответить он не успел: в библиотеке снова появился Шарпантье.

- Прошу прощения… его высокопреосвященство хотел бы побеседовать с вами.

Обращено это было к отцу Жозефу, и тот тут же поднялся, бормоча извинения, и последовал за секретарем, а несколько минут спустя скрытая за шкафом дверь отворилась, и на пороге возникла фигура в красной мантии.

+1

23

Мадам де Бутвиль резко вскочила, а потом почтительно присела в низком реверансе — слава Богу, при дворе герцогини де Монморанси она выучилась всем тонкостям придворных поклонов и  не казалась больше неловкой или неуклюжей.
- Ваше высокопреосвященство... - Эмили скромно опустила глаза.

- Добрый день, сударыня, - Ришелье протянул ей руку для поцелуя, а потом пропустил первой к себе в кабинет, где было, как ни странно, заметно прохладнее, чем в библиотеке. - Я рад вас снова видеть, хоть и сожалею об обстоятельствах, которые к этому привели.

- Вы мне рады? - удивленно улыбнулась графиня.

Во взгляде кардинала нельзя было не заметить легкую насмешку.

- Я пригласил вас сюда, - напомнил он. - Было бы странно, если бы я сделал это, рассчитывая испытать неприятные ощущения. Да, я рад. Наша беседа доставила мне немало удовольствия в прошлый раз, а теперь вы и похорошели, и повзрослели.

Эмили глянула на Ришелье, чуть было не ляпнув: «Вы в этом уверены?» Но вместо этого она снова мило улыбнулась.
- Надеюсь, я не разочарую вас и сегодня...

+1

24

- Можете быть в этом уверены, – засмеялся кардинал. С отцом Жозефом он сумел поговорить очень недолго, но даже то немногое, что сказал капуцин, более чем заслуживало внимания - монах лучше кого-либо, кого он знал, умел уместить многое в немногие слова. «Она скучает в браке и благопристойности». «Не боится опасности». «Сомневается в любви мужа». «Уже немного умеет умалчивать и хочет научиться лгать». «И мужу?» - спросил тогда напряженно слушавший Ришелье, и монах покачал головой. Пока нет, но это придет. Пока г-жа де Бутвиль очень хотела быть хорошей… но больше ли, чем она хотела, чтобы ее оценили?

Кардинал наметил тогда себе стратегию, и любезность, с которой он встретил свою гостью, была лишь первым в ней этапом.

- У вас на глазах убили невинного старика, - продолжил он, - вас увезли в никуда, привезли в обитель, где вас встретили женщины, лишенные здравомыслия не меньше, чем милосердия, - краткий взгляд, брошенный им на графиню, не позволял решить, смеется ли он, - и подвергли мучениям духовным и телесным. И вы, несмотря на несколько дней чистилища, смогли затем, во-первых, подробно изложить все произошедшее, не разрыдавшись и не лишившись сил, а во-вторых, не видите, похоже, в этом ровным счетом ничего необычного. Я молчу уже о том, что вы предпочли не броситься домой, где вы смогли бы отдохнуть и увидеть вашу подругу, а приехать сюда. Нет, сударыня, вы меня не разочаруете. Вина? Или гипокраса?

+1

25

- Ох, нет, благодарю, - отказалась мадам де Бутвиль. - Я быстро пьянею и, боюсь, еще бокал окажется мне не по силам.
Она слегка улыбнулась, гадая, очень ли будет неприлично, если она сядет хотя бы вон на тот стул без приглашения. Голова ее кружилась, а колени подгибались, и Эмили опасалась, что очень скоро не сможет скрывать охватившую ее слабость.
- Вы считаете меня более сильной и умной, чем я есть на самом деле, ваше высокопреосвященство. Конечно, я нахожу происшедшее в высшей степени необычным, и не могу придумать этому объяснения. Потому я и поспешила принять ваше приглашение — быть может, вы что-то знаете? Потому что я боюсь продолжения. А плакать я буду, только потом, потому что если сейчас начну, будет очень трудно остановиться...

+1

26

- Продолжения не будет, - уверенно отозвался Ришелье. С тем, что сообщил ему отец Жозеф, он знал теперь достаточно, чтобы не сомневаться в своих выводах. Монморанси в Париже не было, не было и Бутвиля, но г-жа де Бутвиль написала ему, а значит, тот, кто подстраивал все это, должен был перехватить это письмо. Много ли людей в Париже имели доступ к особняку герцога и сосредоточились бы на г-же де Бутвиль?

И однако, до самого последнего момента кардинал не был уверен.

- Я обещал вам свою дружбу, сударыня, - напомнил он и взмахом руки предложил ей стул. - Почему же вы не пришли ко мне за помощью? После того, как вас похитили в первый раз?

Почему этого не сделал г-н де Ронэ, Ришелье знал и без расспросов. Такой изумительный, ни с чем не сравнимый козырь, а он считает себя обязанным. И при таком отношении, за г-жу де Бутвиль Ронэ просил уже второй раз. Решительно, это была любовь, пускай и самая странная, какую кардиналу когда-либо приходилось наблюдать - любовь, словно сошедшая со страниц какого нибудь рыцарского романа, где Рыцарь не ждет от Дамы ничего кроме счастья вновь и вновь ей служить.

+1

27

Эмили опустилась на предложенный стул.
- Но я же не знала, что это может повториться! Я думала, раз не получилось меня скомпрометировать, раз герцог не поверил... Ну и все... Лу... граф вернется, и все наладится...
Она куснула губку и нахмурилась.
- Только вот я не понимаю... Эти люди... Те же самые, значит их и послал тот же человек... Они ни  перед чем не останавливались, старика убили, значит, на убийство способны... И если кому-то надо от меня избавиться... а у меня только одна мысль, кому... Ведь гораздо проще меня убить, чем придумывать такие сложные пути.

+1

28

- Не путайте исполнителей с заказчиками, - рассеянно отозвался Ришелье, добавляя к образу г-жи де Бутвиль, который он составлял себе, еще один штрих. - Вы и вправду полагали, что те, кто хотел вас скомпрометировать, остановятся, не достигнув задуманного?

Поскольку сам он меньше минуты назад сказал ей, что новых покушений не будет, теперь он с нетерпением ждал, вспомнит ли она об этом, а если вспомнит, сделает ли правильный вывод. Выручая ее из беды, он оказывал услугу не ей и даже напротив, выигрывал, получая отличное средство давления на герцога Ангулемского, но, даря ей эту непрошеную защиту, он делал г-жу де Бутвиль обязанной себе - и рассчитывал, что она не останется неблагодарной.

А еще - отец Жозеф говорил, что она спрашивала, как ее нашли - Ришелье ждал также и этого вопроса. По сочувственному лицу его, однако, никак нельзя было предположить его расчеты, когда он с улыбкой закончил:

- Но не будем об этом. Вы устали, и я не задержу вас надолго. Отец Жозеф сказал, что вы не хотели оставаться под покровительством герцогини Ангулемской. А как насчет принцессы де Конде?

+1

29

- Я ведь видела только исполнителей, а про заказчиков могу только догадываться... Но вы... - молодая женщина внимательно посмотрела на кардинала. - Надеюсь, вам понятен мой интерес... это не просто любопытство... Вы ведь сказали, что покушений не будет, значит, вам известно...
Откуда все-таки он узнал? От Ронэ — это значит Анна-Мария передала послание, или записку кто-то нашел... Или от того заказчика, но признаться в таком... Разве что случайно... Эмили решилась, и даже выпрямилась на стуле, не спуская взгляда с лица Ришелье.
- Принцессе де Конде тоже не за что меня любить... Ваше высокопреосвященство, а откуда вы узнали, что я в монастыре? И зачем... приказали оттуда забрать?

+1

30

Проще всего было назвать молодой графине имя герцогини Ангулемской, однако у Ришелье были уже планы на обеих женщин и отказываться от них он не хотел. Господин герцог сможет приструнить свою супругу и будет чувствовать себя обязанным, если эта гнусная история не станет притчей во языцех.

- Мне ничего не известно, у меня есть только догадки, – отозвался кардинал. – Но я дам знать тем, кого подозреваю, что я осведомлен о них. Я полагаю, этого будет достаточно, чтобы они отказались от новых попыток. Простите мне, если я не назову вам имена – потому что какие-то из них будут именами невиновных. Спросите господина де Ронэ, он, я уверен, подозревает тех же людей. А если вы согласитесь навестить как-нибудь мадемуазель Розье и поговорить с ней о благах этого мира, ее мать будет вам бесконечно благодарна.

Один из капуцинов, которых отец Жозеф называл своими друзьями, зашел на рассвете в дом г-жи Розье и, побеседовав минут пять с прислугой, узнал достаточно, чтобы подтвердить, что призыв о помощи, который передала мать Анны-Марии, не был фальшивкой.

+1

31

- Мадемуазель Розье?.. Но я не... Это Анна-Мария? - Эмили пообещала себе молиться за несчастную девушку. И за Ронэ! Что бы она делала без него?! Давно бы погибла... Конечно, странно, что Господь сделал ее ангелом-хранителем бретера, но, в конце концов, это значит, что именно такого она и заслуживает. И, что там говорить, мадам де Бутвиль нравился господин де Ронэ. Такой, какой есть, хотя порой и бесил изрядно. И Эмили, которая никогда не забывала в молитвах своего друга, если, конечно, не забывала помолиться, дала себе клятву всегда помнить о том, чем она обязана бретеру, и быть ему таким же другом, каким он был ей. А лучшего друга и пожелать нельзя. - Я непременно навещу ее... если меня туда пустят. И я бесконечно благодарна вашему высокопреосвященству...

+1

32

- Пустят, - заверил кардинал. - К госпоже Розье, потому что я расформирую этот монастырь и мадемуазель Розье вынуждена будет вернуться домой, хотя бы на время. Единственная дочь, ее родители в отчаянии. Но если это призвание… Прошу прощения, сударыня. Прежде чем вы покинете меня, я хотел бы попросить вас об услуге. Мое вмешательство в вашу судьбу тайной не останется, но я хотел бы, чтобы вы не рассказывали никому - и я подчеркиваю, никому - об участии в этой истории господина де Ронэ. С его родом занятий… - губы Ришелье дрогнули, – он меня скомпрометирует. Не могу же я объяснять всем и каждому, что он просил о помощи капитана де Кавуа?

+1

33

- Конечно, ваше высокопреосвященство. Но... мужу тоже нельзя? - серьезно уточнила мадам де Бутвиль. - Видите ли... они... граф и господин де Ронэ... не очень нравятся друг другу. А я все не теряю надежды, что они оценят друг друга правильно...
Последние слова кардинала дошли до Эмили, занятой мыслью о примирении мужа и  бретера,  не сразу, и она не удержалась от удивленного возгласа:
- А он просил капитана де Кавуа?!

+1

34

Ришелье кивнул, надеясь, что по его лицу нельзя было сказать, как маловероятна была такая просьба. Даже дружба между Ронэ и Бутвилем, на которую надеялась г-жа де Бутвиль, была вероятнее - эти двое, по крайней мере, не дрались при любом удобном случае.

- Ему тоже нельзя, - серьезно произнес он, вполне оценив важность этого вопроса. Если он хотел использовать г-жу де Бутвиль с ее неожиданными талантами и жаждой приключений, на которую указал отец Жозеф, она должна была научиться если не лгать мужу, то хотя бы не все ему рассказывать. - Тем паче что, если он решит, что господин де Ронэ служит мне, его неприязнь к нему только возрастет. У господина де Бутвиля есть причины меня не любить, вы же знаете.

Легкое сожаление прозвучало в голосе кардинала, и, разумеется, он не стал добавлять, что, когда граф де Люз узнает о его роли в спасении его жены, он возненавидит его еще больше - нет ничего неприятнее, чем быть обязанным тому, кого не любишь. И это, конечно, было еще одной причиной не говорить Бутвилю о помощи Ронэ, но г-жа де Бутвиль эту причину бы не поняла.

+2

35

- Да, увы, - согласно кивнула Эмили. - Я не стану ему рассказывать. Но если он спросит прямо... Боюсь, солгать я не сумею.
На самом деле вероятность того, что супруг прямо спросит о роли кардинала в освобождении жены из монастыря, была ничтожно мала. Тем более, что графиня еще не решила, что из происшедшего станет рассказывать — похитителям и монахиням удалось заронить сомнения в ее душу.
- Ваше высокопреосвященство... мой вопрос вам покажется странным... Вы не знаете, кто такая мадемуазель де Брольи?..

+1

36

Возражение, которым Ришелье собирался ответить на сомнения г-жи де Бутвиль, осталось не произнесенным, и брови кардинала красноречиво приподнялись: он давно уже отвык, чтобы кто-то осмеливался его перебивать. Пауза, которую он выдержал затем, была уже куда менее доброжелательной.

- Нет, сударыня. Но я предпочел бы сперва обсудить ваше молчание.

Не думая, что г-ну де Бутвилю придет в голову спросить супругу, замешан ли в ее спасении г-н де Ронэ, полагаться на это Ришелье бы не стал - хотя бы потому, что любой на месте графа приложил бы все усилия, чтобы узнать, что происходило между его легкомысленной женой и ее телохранителем, пока мужа не было в Париже. Умолчания в таких делах могло не хватить, и поэтому, как бы кардиналу ни хотелось узнать, почему г-жу де Бутвиль так занимает м-ль де Брольи, отвлечься он себе не позволил.

+1

37

Щеки Эмили слегка порозовели, и она привычно прикусила нижнюю губу. Что тут обсуждать, она не понимала, но не скажешь же об этом Ришелье..

- Не заставляйте меня пожалеть, что я помог вам, - мягко сказал кардинал. - И господина де Ронэ - тоже. В его кругу сплетня о моем добром отношении может стоить ему жизни. Я не прошу вас лгать, это было бы недостойно, но я уверен, вы найдете способ не говорить правду. В конце концов, вы просили о помощи послушницу в монастыре…

Он вопросительно взглянул на молодую женщину.

- Я никому не скажу, - серьезно пообещала Эмили. - Если это может хоть как-то повредить господину де Ронэ.

+1

38

Ришелье скрыл улыбку. Г-жа де Бутвиль готова была лгать мужу ради шевалье де Ронэ, а тот - договариваться с человеком, которого искренне ненавидел. В высшей степени поучительная иллюстрация грехов и безумств, на которые людей толкает любовь.

- Может, - ответил он, что даже не было ложью, и, не получив ответ, на который рассчитывал, объяснил: - Если кто-то захочет выяснить, как вы спаслись, благодарите мадемуазель Розье и ее мать. Это же не будет неправдой?

Полено в очаге затрещало, и еле заметный сквозняк по ногам возвестил о том, что ведущая в канцелярию дверь приоткрылась: Шарпантье решил проверить, не нужен ли он.

- Мадемуазель де Брольи, вы сказали, - повторил Ришелье и для него тоже. - А кто это такая и почему она вас беспокоит?

+1

39

- Конечно, не будет неправдой, - Эмили оглянулась на дверь.- Но... разве могла матушка Анны-Марии забрать меня из монастыря? А ссылаться на вас ведь нельзя, я правильно поняла? Да если б и было можно, мадам де Розье может просить у вас помощи?
Она тяжело вздохнула.
- А мадемуазель де Брольи — это невеста моего мужа...

+1

40

Ришелье ответил не сразу, и не только потому, что его не могло не ошарашить упоминание о «невесте ее мужа». Гораздо важнее было ее согласие молчать обо всем, о чем он попросил бы ее молчать, и очень многое зависело теперь от того, сможет ли он верно воспользоваться этой ее готовностью. Разум отчаянно восставал против откровенности, но чувство диктовало правду, и кардинал пошел на компромисс. Пускай г-жу де Бутвиль имело смысл использовать только для слежки, а значит - не вслепую, время просить и предлагать еще не пришло.

- Я не могу защитить вас от еще одного покушения, не поставив нужных людей в известность о том, что я взял вас под свое покровительство, - объяснил он. - Поэтому скрыть мое участие в вашем спасении будет невозможно. Как госпоже де Розье удалось добиться моей помощи - никто любопытствовать не станет, а если вы не назовете ее по фамилии, то и ее спросить не сможет. Я помнил вас по Ларошели и, разумеется, не мог не вмешаться, этого требовал мой долг священнослужителя и дворянина. А теперь - я знаю, что вы измучены и устали, и не жду решений сегодня - вы можете запомнить это, забыть про господина де Ронэ и считать, что вы ничем мне более не обязаны. Потому что вы ничем мне не обязаны, сударыня. Но может, вы захотите смотреть на вещи иначе. Вы дружите с господином де Ронэ несмотря на неприязнь вашего мужа. Возможно, вы, в отличие от него, захотите числить и меня среди ваших друзей, и тогда… - Ришелье замолчал ненадолго, а затем продолжил, уже совершенно другим тоном: - Я постараюсь узнать, кто такая мадемуазель де Брольи и что связывает ее с господином де Бутвилем, и надеюсь, что мы с вами встретимся снова в ближайшем будущем.

Он взял со стола колокольчик и глянул на свою юную собеседницу.

+1


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть III: Мантуанское наследство » Разговор или договор? 4 декабря 1628 года