Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+



Происходящее в игре (случайная выборка):

В предыстории: В небольшой деревушке странствующие циркачи влипают в неприятности. Гг. Жан де Жискар и Никола де Бутвиль пробираются в осажденный голландский город. Г-н де Лаварден помогает товарищу ввязаться в опасную авантюру. Графиню де Люз и Фьяметту похищают, приняв последнюю за герцогиню де Монморанси. Г-н виконт де ла Фер терпит кораблекрушение. Г-н Шере и г-н Мартен мечтают о несбыточном. Бывшая графиня де ла Фер меняет брата на мужа, а мужа на новые надежды. Г-н де Ронэ снова прибывает под Ларошель.

По заслугам да воздастся. 6 декабря 1628 года, вечер: Герцогиня де Шеврез приходит в гости к кардиналу.
Белые пятна. Январь 1629г.: Шере задает другу необычные вопросы и получает неожиданные ответы.
Что плющ, повисший на ветвях. 5 декабря 1628 года: Г-н де Ронэ возвращает чужую жену ее мужу.

"Ужас, как весело". Декабрь 1628 года, открытое море.: На корабле, на котором Лаварден плывет в Новый свет, происходит нечто странное.
Anguis in herba. Сентябрь 1628 года: Рошфор, миледи и лорд Винтер пытаются достичь договоренности.
Границы недозволенного. 17 января 1629 г.: Г-н де Корнильон знакомится с миледи.

В монастыре. 29 ноября 1628 года.: Г-жа де Бутвиль продолжает изучать обитель св. Марии Египетской.
Найти женщину. Ночь с 25 на 26 января 1629г.: Шере и Барнье пытаются разговорить кучера, который помог похитить г-на де Кавуа.
Крапленые карты человеческих судеб - 13-27 февраля 1629 г.: Похищение дочери капитана де Кавуа лишает покоя множество людей.

О том, как и почему кареты превращаются в тыквы. Ночь с 25 на 26 января 1629 г: Г-жа де Кавуа в обществе Шере и Барнье отправляется на поиски капитана.
Братья в законе. 13 ноября 1628 года: В тревоге за исчезнувшую сестру Арман д'Авейрон является к зятю.
Любимые развлечения двух интриганов. 29 ноября 1628 года, вечер: Герцогиня де Шеврез и маркиз де Мирабель выясняют отношения.


Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календарь на 1628 год: дни недели и фазы луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Предыстория » Еще один короткий вечер. 9 сентября 1626 года


Еще один короткий вечер. 9 сентября 1626 года

Сообщений 21 страница 40 из 60

1

Из эпизода Маленькие шалости с большими последствиями. 9 сентября 1626 года
Приключения продолжаются.

0

21

Арамис стремительно обернулся, чувствуя, как по его лицу расплывается счастливая улыбка, и даже не заметив, как вновь уселся на свое место белокурый щеголь, явно собравшийся уже к нему обратиться.

– Портос! Друг мой, садитесь с нами! Судар-… – он осекся на полуслове, не успев закончить обращение, которые, несомненно, выдало бы маскарад Мари всем присутствующим. Черт! – Господа, это мой друг, Портос – не только самый сильный из мушкетеров его величества, но и один из самых благородных, самых отважных и самых искусных. А это…

Вновь прервавшись, молодой человек растерянно посмотрел на возлюбленную. Что называть по имени герцога Бэкингема не следовало, было понятно, но как говорить о ней? Не Мишель же Мишон, в самом деле! Тут и Портос, со всем его простодушием и доверчивостью, поймет, что что-то не так!

+3

22

Воистину, даже самые умные мужчины порой начинают творить удивительные глупости под влиянием задетого самолюбия.
- В таком случае, мне останется только пожелать вам удачи, предоставить вас вашей судьбе и молиться за вашу жизнь, потому что я как раз собираюсь покинуть Париж и вернуться в Тур, - так же холодно ответила Мари.
Вернуться в Тур. На время, конечно, только на время. Но если кардиналу станет известно о свидании королевы Анны с герцогом Бекингемом (а предусмотреть следует все) Париж будет напоминать горящий дом, и тут главное оказаться так далеко, как это возможно, дабы при случае заявить о собственной непричастности.

Пока между добрыми союзниками намечался нешуточный разлад, одна из девиц всерьез пала жертвой очарования Рене. Герцогиня улыбнулась своим мыслям, скромно опустив глаза – пусть лучше решат, что молодой человек по провинциальному застенчив.
- Суровый рок, - тихо повторила она за Арамисом, скрыв смешок за глотком вина.
Так ее еще никто не называл.

Однако, рок был не слишком суров нынче к мушкетеру Его величества, раз привел на порог «Седла барашка» его друга. Герцогиня с нескрываемым удовольствием и любопытством посмотрел на того, чье имя не редко появлялось в рассказах Армиса.
- А это, господин Портос, тоже друзья, только друзья эти вынуждены на время сохранить инкогнито, - проговорила, склонив голову и улыбаясь так очаровательно, как это только возможно. – Окажите нам честь, присоединяйтесь к нашему скромному ужину.

+2

23

От неприятной необходимости признать собственную неправоту герцога Бекингема спас случай. Случай принимает облик еще одного мушкетера, и англичанин невольно задается вопросом, а не подстроено ли все происходящее? Может быть, это ловушка? Но, взглянув в русалочьи глаза Мари де Шеврез, Джордж обругал себя ослом. На такое низкое коварство герцогиня не способна, а молодой мушкетер слишком влюблен в Ее светлость, чтобы думать о чем-то кроме любви.
Надо сказать, что герцог, как это часто бывает с людьми, пробившимися к власти и богатству путями не слишком праведными, в глубине души считал себя и умнее других и проницательнее, а, как известно, не страшнее ошибки…

Портос – так, кажется, назвал друга молодой мушкетер – вполне соответствовал своему грозному имени. Бекингем, любивший живописные типажи, преисполнился приязнью, и почти собрался сказать, что господин Портос выглядит как настоящий англичанин – сила и мощь – но вовремя сообразил, что комплимент может быть воспринят как оскорбление. Господа французы так щепетильны… а французское вино слишком коварно.
- Присоединяйтесь к нам, - радушно повторил он приглашение Мари.
Может быть, присутствие нового лица немного развеет напряжение, воцарившееся за их столом.

+2

24

- Почту за честь, господа! – Портос, чуточку рисуясь, поклонился и с готовностью уселся на свободное место. Искренняя радость Арамиса, пусть и подогретая несколько винными парами (а в этом Портос практически не сомневался, видя разрумянившееся лицо друга, и столь же искреннее радушие его спутников доставили ему простодушное удовольствие и моментально рассеяли возникшее было опасение – а не будет ли он лишним. Подобная мысль Портоса посещала нечасто, но склонность Арамиса к таинственности все же приучила мушкетера к тому, что не во всяких обстоятельствах уместно присоединяться к компании. Портос махнул рукой, подзывая папашу Арно, и с любопытством покосился на дворянина в маске. Нежное личико мальчугана в пажеском костюме наводили на мысль, что тут тоже не так все просто, ну так ведь речь шла об Арамисе. Племянницы богословов, кузины-белошвейки… слишком уж у «пажа» гладкие щечки и длинные ресницы, пожалуй, даже для ангелочка. А вот кто скрывается под маской… Пожалуй, тут пахло интригами.

+2

25

На несколько секунд за столом воцарилось натужное молчание, пока Арамис судорожно соображал, о чем говорить, никого не выдав и не поставив в неловкое положение. Винные пары, однако, сыграли свою роковую роль, и все возможные темы для разговора виделись ему как в тумане.

- Что говорят, друг мой? – нашелся он наконец. – Не собирается ли его величество на охоту в ближайшие дни?

Почему он предполагал, что Портос окажется в этом вопросе осведомленнее его самого, было ведомо одному лишь Бахусу, и Арамис поспешно совершил новое возлияние в честь веселого бога.

- Не правда ли, господа, - продолжил он, обращаясь уже к герцогу и герцогине, - охота – это так прекрасно?

+1

26

- Охота — это великолепно, - поддержала герцогиня де Шеврез, очень жизнерадостно поддержала, как будто охота составляла все стремления ее души. - Господин... господин барон тоже заядлый охотник, но я бы сказал, очень привередливый, не каждая дичь ему по вкусу.

А с кухни несли обещанную утку, которая, если и не была убита на охоте, а заботливо выращена в парижском предместье, все равно обещала порадовать своим вкусом. Несли так торжественно, словно утка эта была королевой среди уток и почести ей полагались тоже королевские. Фаршированный гусь составлял ей пару, истекая соком.

- Прекрасная картина, - кивнула герцогиня, оценив старания трактирщика. - Тост, господа, за то, чтобы все нашли себе пару по сердцу... или по желудку.

У вкусной еды есть одно бесценное качество - она очень оживляет беседу, при этом беседовать совсем не обязательно. Достаточно кивками и восклицаниями отдавать должное кулинарным талантам кухни "Седла барашка".

Отредактировано Мари де Шеврез (2017-08-22 14:32:36)

+3

27

Охота, стало быть. Просто чудесно. Портос никогда раньше не замечал за Арамисом склонности к сему прекрасному занятию, равно как и интереса к охотничьим утехам его величества, и потому воззрился на друга уже с легким недоумением. Кажется, тот несколько переоценил свои возможности по части возлияний, что тоже было решительно непохоже на обычно столь воздержанного Арамиса. Что же это с ним случилось?

- Говорят, что у его высокопреосвященства случился приступ мигрени, - задумчиво сообщил он. – А про охоту как будто ничего не говорят, увы… Отличный тост, юноша!

Портос отхлебнул из бокала, который с редким проворством поставил перед ним хозяин, и перевел взгляд на господина-якобы-барона.

- А что же за дичь вы предпочитаете, сударь? – с интересом осведомился он.

+2

28

- Замечательный тост!
Джоржд Вилльерс если и заметил в этом тосте колкость, то не подал вида.

Мигрень Его Преосвящества была вполне себе недурной темой для беседы, и Бекингем охотно бы ее поддержал (теша себя мыслью о том, что он и есть причина этой мигрени), но поостерегся, памятуя присказку, что у кардинала везде свои глаза и уши. Охота тоже пойдет для застольного разговора, раз уж в присутствии Мари де Шеврез нельзя говорить о женщинах.

- Охоту на лис, сударь, - охотно ответил Бекингем, который и впрямь всем прочим отдавал предпочтение именно охоте за рыжим зверем. – У меня отличная свора, берет даже самый запутанный след. А вы что предпочитаете?
Такой живописный персонаж, как господин Портос, по мнению англичанина предпочитал, не иначе, как охоту на гиперборейских медведей или алжирский львов. Жаль, что во Франции они не водятся.

+2

29

– На гусынь, – засмеялся Арамис, хотя вопрос был обращен не к нему. – Господа, вы даже не представляете себе, сколь проворна может быть обыкновенная домашняя гусыня! Я не буду уточнять обстоятельства, в которых это происходило, но клянусь, своими глазами видел, как мушкетер его величества, опять же не называя имен, трижды обежал вокруг птичьего двора, едва не свалился в колодец, запутался в собачьей цепи и снес ни в чем не повинный забор – и потерпел в конце сокрушительное поражение, когда его добыча ушла к другому. Уверяю вас, он не был бы и вполовину так настойчив, если бы эта графиня… гусыня носила чепчик.

Возможно, едкий тост герцогини задел и мушкетера, хотя сам он этого не осознавал – иначе откуда бы в этой байке взялся чепчик?

– Что лисы! – продолжал он, переводя чуть затуманенный взор на герцога. – Самые хитрые на свете твари это гусыни! Как одна гусыня водила меня за нос!..

Рассмеявшись снова, он допил свой бокал и снова наполнил его. В отличие от остальных, он не спешил отдать должное стремительно исчезающей птице – то ли мечтая о дичине, то ли не испытывая голода после сытного обеда, то ли и впрямь страдая от сердечной раны или желая это подчеркнуть.

Отредактировано Арамис (2017-08-24 15:05:20)

+2

30

На разошедшегося Арамиса Мари смотрела снисходительно, как на расшалившегося ребенка. Бекингем же, удивительное дело, решил (видимо, для разнообразия) стать оплотом здравомыслия. Хотя, как замечала герцогиня, вино очень по-разному действует на умы и характеры. Кто-то становится буйным и задиристым, кто-то мрачным и язвительным. Первый министр короля Англии, вот, стал разумен – не такое уж большое чудо. Сама она не признавала охоты, в которой для охотника нет равной со зверем опасности, да и это развлечение больше пристало мужчинам.

- У Его преосвященства такой штат молящихся за его здравие, например, госпожа д’Эгильон, что я уверен, его мигрень скоро пройдет, - заметила Мари на новость, рассказанную господином Портосом. – Чем прекраснее уста, тем охотнее небеса внимают их молитвам, так говорят?

Поэтические живописания охоты на гусынь, в чепчиках и без, герцогиня оставила без внимания. Трактир не место для ссор, лучше всего для этого подходит спальня. Там, хотя бы, всегда можно помириться. Но, конечно, Мари была не из тех дам, что прощают промахи своим любовникам, тем более, если они допущены нарочно.
- Дорогой кузен, - ласково проговорила она. – Если вам так милы гусыни, я пришлю вам из деревни одну, к вашему столу, в память об этом чудесном вечере и чтобы вы знали, что я о нем тоже помню. Но пока, бога ради, сменим тему, а то наши друзья заскучают.

+3

31

Портосу, правду сказать, доводилось охотиться на гусынь (черт их знает, впрочем, может, это были и гусаки) – во Фландрии, например. Но ни разу это не происходило так, как описал Арамис! Мушкетер ощутил себя оклеветанным. Собеседники ведь могли и поверить. Обижаться на перебравшего друга было бессмысленно, но удержаться от ответной капли яду Портос не сумел.

- Да что вы, сударь, разве Арамис может заскучать, обсуждая то, что близко его сердцу? А что же вы не поведали, любезный друг, - мстительно продолжал он, - как эта самая гусыня ущипнула вас за ляжку? И как вы потом сокрушались, что на оставившей синяк не было чепчика? Пришлите ему гусыню, сударь, умоляю, пришлите, пускай у него будет возможность отомстить всему этому племени за нанесенные обиды!

Запив свой выпад добрым глотком вина, Портос изящно (как хотел бы надеяться) промакнул усы салфеткой и вновь обратил взгляд на господина в маске. Лисы, фи!

- Мой прадед, сударь, развлекался, хватая за рога бегущего быка и валя его наземь, - величественно сообщил он. Это-то было чистой правдой и семейным преданием, но лишь неуверенность в том, что в Пикардии все еще можно повстречать медведя, удержала Портоса от того, чтобы поведать, как его дед ходил на медведя с голыми руками. Очень уж уязвила славного мушкетера гусыня, в чепчике она была или без. – Лисы, кролики и всякая другая мелочь считается в моем роду слишком мелкой добычей, вот вепрь - еще куда ни шло!

+3

32

Как быстро превращающийся в свой же собственный скелет гусь, так и подобным же образом худеющая курица смело могли чувствовать – если бы могли чувствовать – себя отмщенными, ибо редко когда участь домашней птицы обсуждалась со столь пристальным вниманием.

– Я, дорогой друг? – переспросил с объяснимым изумлением Арамис, который, рассказывая свою байку, ни на миг не мог бы предположить, что Портос примет ее на свой счет. Носи он уже сан, которого изредка жаждала его душа, он должен был бы, как требует Святое писание, подставить вторую щеку, однако, не успев еще сделаться аббатом, он немедленно возжелал ответить добром на добро. – Я не мог бы поведать о себе подобные подробности, потому что я даже не был тогда мушкетером! Помилуйте, взгляните на меня, разве я хоть сколько-нибудь похож на человека, который может снести забор? Это же подвиг, на который способен один только Геркулес!..

Будь Арамис трезв, он осознал бы, что Портос говорил о второй из упомянутых им гусынь, но к этому моменту молодой человек успел напрочь позабыть, сколько птиц пролетело, прошло или проплыло незамеченными сквозь его рассказ.

– Пришлите же нам обоим по гусыне, су-… сударь, – продолжил он, устремляя затуманенный взгляд на Мари, – они будет напоминать нам о вас… пока мы их не съедим. Разве не такова и наша участь, сударь? – это было обращено уже к Бэкингему. – Нас помнят, пока мы здесь… Я напишу об этом рондо… Или нет – сонет.

И он снова допил свой бокал, тщетно пытаясь подобрать к «гусыне» подходящую рифму.

+2

33

Если бы у герцога была под рукой бумага, он бы записывал все происходящее, используя вместо чернил вино, ибо именно оно вдохновляло всех присутствующих. Но бумаги не было, поэтому он слушал и запоминал, чтобы потом, а Англии, веселить двор короля Карла байками о французах, и о тех, кто охотится за быками на бегу и тех, кто предпочитал гусынь на лету.
- Потрясающе! 
С истинно-английской лаконичностью ответил он на рассказ Портоса о семейных подвигах, и понимающе улыбнулся на колкость Мари в адрес Его преосвященства.
Вопрос Арамиса же заставил его задуматься. Помнят, пока мы здесь… Нет, такое ему определенно не по вкусу. Герцог желала, чтобы его помнили всегда, тосковали. Любили, ненавидели – но помнили. Если он исчезнет из памяти королевы Анны или все той же герцогини де Шеврез, что от него останется? Наше земное существование так зыбко и кратковременно…
- Все зависит от нас, сударь, все зависит от нас, - ответил он, пожав плечами. Женщины любят победителей и забывают побежденных. Будьте победителем и вас не забудут.

+2

34

В воздухе плыли кухонные запахи, раззадоривая аппетиты гостей, слышался смех, голоса: кокетливые - женские, нарочито-равнодушные - мужские. Кто-то требовал вина, кто-то - позвать музыкантов. Девица, делающая авансы Рене, громко заявила, что готова станцевать прямо на столе, как танцуют у нее на родине Пикардии. Ее спутники пообещали ей золотую монету, если она станцует без юбки.

- В самом деле? Даже синяк? Удивительно строптивые гусыни попадаются господину Арамису, - резюмировала Мари, пряча улыбку. – Так что непременно пришлю, чтобы господин Арамис мог  отомстить за причиненные обиды.
Герцогиня подняла бокал, от которого едва отпила.
- За справедливость господа. Пусть каждый получает то, что заслужил.

Трактирщик, услышав слова «гусыня» «съедят» подошел к благородным господам спросить, не нужно ли им чего.
- Если вам понравился мой гусь, так у меня еще зажаривается на вертеле пара. Сам откармливал, господа мои!
В голосе трактирщика была такая отцовская гордость за гусей, что герцогиня окончательно развеселилась. Однако, опасна ты, любовь трактирщика. Сегодня тебя любят и кормят, а завтра подадут на стол. Вот о чем следовало бы сложить рондо Арамису. Ну, или сонет.

+2

35

- Зато вы вполне похожи на человека, способного запутаться в собачьей цепи, мой милый, - саркастически откликнулся Портос, - сейчас особенно… Но оставим это, право, не все ли равно, кто свернул шею птице, от которой и перышек не осталось? В отличие от вот этой… Давай-ка нам второго гуся, хозяин, и принеси еще вина!

Он представления не имел, чего еще можно ожидать от подвыпившего Арамиса – раньше ему не доводилось наблюдать своего изысканного друга в подобном состоянии. Но, во всяком случае, доставить его домой и сдать с рук на руки Базену он сумеет, а тащить полностью упившееся тело несколько проще, чем тело, еще пребывающее в сознании и рвущееся на подвиги. Вообразив буянящего Арамиса (а заодно и в какой священный ужас это повергнет Базена), Портос изрядно развеселился. Стоило бы посмотреть, что получится.

+3

36

В другое время Арамис усмотрел бы оскорбление в словах Бэкингема, но сейчас услышал в них лишь подтверждение своим сомнениям, и небрежная реплика Портоса только усугубила его нынешнюю скорбь. Вылив в свой стакан остатки вина, он сунул трактирщику опустевший кувшин и тяжело вздохнул.

– Победителем? Смешно, господа мои – что все победы перед лицом вечности? Vanitatum vanitas! Вы же знаете, я мушкетер только временно, и то, что я зрю ныне вокруг меня, лишь укрепляет меня в моем решении. Взгляните! – он выбросил вперед руку, едва не сбив со стола остатки утки. – Ecce homo!

Атос, верно, нашел бы в этом повод упрекнуть Арамиса в недостаточном знании латыни, ибо неверная рука молодого человека указала при этом не на разряженного, как павлин молодого человека, дергавшего за юбку свою соседку, а на саму эту даму, заметно озадаченную этим восклицанием.

+3

37

- Духовная стезя – это прекрасно, - заметил Бекингем, в глубине души посмеиваясь на этот раз над герцогиней де Шеврез.
Оказывается, она так жестока к своим любовникам, что те ищут исцеление в любви небесной. Браво, мадам, браво. На небесах вам это, без сомнения, зачтется.
Меж тем з соседними столами маленькая речь Арамиса имела успех, правда, не совсем тот, на который он, должно быть, рассчитывал. Юбку девицы оставили в покое, к сожалению герцога, который успел заметить под ней прехорошенькие ножки.
- Ваш друг оскорбил мою даму, - вскиулся ее кавалер.
- У вас плохо с латынью, - покачал головой англичанин.
- А вы оскорбили меня!
- И со здравым смыслом.
Но, похоже, это национальная черта всех французов.

+2

38

«Оскорбленная» девица оскорблённой не  выглядела. Чуть нетрезвой и сильно озадаченной. Но, может быть, она почувствует себя оскорбленной после? Такое бывает. Мари вот почти точно могла сказать, что, хотя сейчас она вовсе не обижалась на Арамиса, не далее, чем завтра к полудню, будет весьма огорчена его сегодняшним поведением. Женщины – такие загадочные создания.

Разумеется, вмешиваться в происходящее она не собиралась, но, если герцог Бекингем решит, что хочет увезти с собой в Англию еще и воспоминания о драке в таверне – возражать не будет.

- Ваша латынь, милый кузен, кажется, неверно истолкована, - мягко заметила она. – А проповедь не должна быть истолкована неверно, не правда ли, господа? Проповедь должна быть ясной, понятной, и, желательно, не очень продолжительной, тогда она вернее проникнет в сердца верующих и сильнее затронет их души.
Вид у герцогини при этих словах был настолько благочестиво-серьезный, что не оставалось никаких сомнений – Ее светлость развлекается от души.

+3

39

- Хотите, я прочту этому храбрецу проповедь о любви к ближнему? – развеселился Портос. Если к отличному ужину, хорошему вину и приятным собеседникам судьба подкинет ему еще и добрую драку, то вечер можно будет считать удавшимся с любой стороны.  – Ручаюсь, она будет короткой и доходчивой… Эй, приятель, вы все еще считаете, что мой друг способен оскорбить женщину? Знаете, что лучше всего проникает в сердца верующих?

+3

40

Речь Портоса произвела впечатление не только на не знавшего латыни невежду, который невольно оглянулся на своих приятелей, но и на самих этих приятелей, двое-трое из которых поднялись со своих мест, безмолвно давая понять мушкетерам и их спутникам, что им придется иметь дело со всей компанией. Девицы, подчиняясь известному всем правилу, тихонько завизжали и с испуганными лицами принялись дергать своих кавалеров за рукава.

- Если вам угодно читать проповедь, сударь, - заявил младший из этой компании, выглядевший так, словно Юпитер перепутал его с Данаей, - то извольте отправиться в церковь.

- Слово Божие, - кротко произнес Арамис, также поднимаясь с неприятным осознанием, что пол нынче не слишком тверд под ногами, - звучало даже в первозданном Хаосе. Прозвучит и здесь. Впрочем, сударь, поскольку вы в лучшем случае изрекаете лишь речи человеческие, вы можете и помолчать. Мы все можем помолчать и прислушаться к божественному откровению.

Развить эту мысль ему помешал грохот от упавшего вертела, и слова, произнесенные после этого трактирщиком, ни капельки не отдавали Иоанном Златоустом.

+2


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Предыстория » Еще один короткий вечер. 9 сентября 1626 года