Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+



Происходящее в игре (случайная выборка):

В предыстории: В небольшой деревушке странствующие циркачи влипают в неприятности. Графиня де Люз просит герцогиню де Монморанси за бедных влюбленных. Гг. Жан де Жискар и Никола де Бутвиль пробираются в осажденный голландский город. Г-н де Лаварден помогает товарищу ввязаться в опасную авантюру. Графиню де Люз и Фьяметту похищают с неведомыми целями. Г-н виконт де ла Фер терпит кораблекрушение. Г-н Шере и г-н Мартен мечтают о несбыточном.

По заслугам да воздастся. 6 декабря 1628 года, вечер: Герцогиня де Шеврез приходит в гости к кардиналу.
Белые пятна. Январь 1629г.: Шере задает другу необычные вопросы и получает неожиданные ответы.
Что плющ, повисший на ветвях. 5 декабря 1628 года: Г-н де Ронэ возвращает чужую жену ее мужу.

"Ужас, как весело". Декабрь 1628 года, открытое море.: На корабле, на котором Лаварден плывет в Новый свет, происходит нечто странное.
Anguis in herba. Сентябрь 1628 года: Рошфор, миледи и лорд Винтер пытаются достичь договоренности.
Границы недозволенного. 17 января 1629 г.: Г-н де Корнильон знакомится с миледи.

В монастыре. 29 ноября 1628 года.: Г-жа де Бутвиль продолжает изучать обитель св. Марии Египетской.
Любовник и муж. 15 декабря 1628 года, вторая половина дня: Вернувшись в Париж, д'Артаньян приходит к Атосу с новостями о его жене.
Крапленые карты человеческих судеб - 13-27 февраля 1629 г.: Похищение дочери капитана де Кавуа лишает покоя множество людей.

О том, как и почему кареты превращаются в тыквы. Ночь с 25 на 26 января 1629 г: Г-жа де Кавуа в обществе Шере и Барнье отправляется на поиски капитана.
Братья в законе. 13 ноября 1628 года: В тревоге за исчезнувшую сестру Арман д'Авейрон является к зятю.
Любимые развлечения двух интриганов. 29 ноября 1628 года, вечер: Герцогиня де Шеврез и маркиз де Мирабель выясняют отношения.


Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календарь на 1628 год: дни недели и фазы луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » От переводчика » Гвардейцы кардинала, или «пропуск в рай заказан заранее»


Гвардейцы кардинала, или «пропуск в рай заказан заранее»

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Информация в этой теме, выложенная от ника Перо, была собрана игроками первых двух сезонов игры на форуме http://francexvii.borda.ru/.
Изначальное авторство постов можно посмотреть здесь

http://img.over-blog-kiwi.com/0/52/11/22/20140127/ob_22dfbb_garde-du-corps-richelier-marbotsix.bmp

Отредактировано Перо (2015-11-28 22:31:40)

0

2

При копировании этого текста ссылка на http://francexvii.borda.ru/ обязательна.

«А теперь, не начнем ли мы?»

Личная гвардия Ришелье – одна из элитных частей французской армии. Молодые люди из провинции недаром стремились сюда – ведь служба в гвардии кардинала была престижной и хорошо оплачивалась.  Но получить право на ношение красного плаща было не легче, чем сейчас попасть на службу в охрану президента.
«Почему?», спросит читатель этого гвардейского опуса, и я с удовольствием отвечу:

- гвардия кардинала не делилась на телохранителей дальнего и ближнего круга, каждый из гвардейцев мог оказаться в непосредственной близости к первому министру и стать ответственным за его жизнь и здоровье;
- непрерывному совершенствованию военного мастерства гвардии служили постоянные стычки с ротой королевских телохранителей (разумеется, в свободное от несения службы время). Таким образом, в рядах обеих сторон оставались только лучшие из лучших; в частности, поэтому и Ришелье, и Людовик XIII смотрели сквозь пальцы на эти уличные сражения;
- будучи личными телохранителями Ришелье, гвардейцы кардинала, равно как и мушкетеры короля, оставались частью действующей армии, что позволяло им не утрачивать профессиональные навыки, к чему непременно привела бы чисто «парадная» функция войск.
Отсюда следует, что служба в гвардии Его Высокопреосвященства требует в первую очередь безграничной личной преданности, что проверяется не раз, и не два... (и не три, если кто уже успел обрадоваться).
А во вторую очередь претендент на высокое звание гвардейца кардинала должен продемонстрировать высокое фехтовальное искусство и готовность действовать в ситуациях, требующих мгновенного принятия решений.

Все нижесказанное адресуется молодым людям и девушкам, упорно пишущим в своих анкетах, что рекомендательного письма достаточно для зачисления в дружные гвардейские ряды.
Ни в коем случае.
Все, что я могу сделать, увидев рекомендательное письмо, это в свою очередь рекомендовать Вас для службы «в полку, поскромнее, чем наш», и обнадежить Вас, что «через несколько лет беспорочной службы...»

Пройдя по анкетам потенциальных гвардейцев, я хотел бы отметить наиболее распространенные ошибки, которые допускают игроки:

- Если Вас не взяли в роту господина де Тревиля, это вовсе не означает, что Вас с радостью примут в гвардию Его Высокопреосвященства.
- Безденежность Вашего семейства также не является достаточной причиной для зачисления в роту, равно как и давнее знакомство с ее капитаном, любым из лейтенантов или кем бы то ни было еще.
- Девушек в роту не берут никогда и ни при каких обстоятельствах. Даже переодетых мужчинами, прекрасно фехтующих, говорящих на шести языках и стреляющих, как Вильгельм Телль.
- Новичок в роте никогда не займет офицерскую должность, если его патент не подписан лично Его Высокопреосвященством.
- Не-дворян в роте нет.

0

3

Amie du cardinal пишет здесь:

Постараюсь вкратце пересказать то, что говорит Батиффоль про гвардейцев и мушкетёров кардинала (Louis Batiffol «Autour de Richelieu»).

Вначале историк упоминает, что на Генеральных Штатах 1614 года духовенство умоляло короля запретить кому-либо в королевстве иметь своих гвардейцев, особенно в мирное время. Видимо, постановление Генриха III от 26 декабря 1583 года, запрещающее содержать пеших или конных военных равно как и почётную стражу, соблюдалось не всеми. Свои телохранители были у королевы-матери. Восемьюдесятью гвардейцами-французами располагал Гастон Орлеанский. На них были плащи-казаки, плечевые перевязи из бархата его геральдических цветов с кружевными вензелями, вышитыми золотом. Позднее к ним прибавилось 80 швейцарцев, которые на торжественных церемониях маршировали впереди него, стуча в барабаны. Правда король оговорил, чтобы подобные выходы никогда не происходили в Лувре в его присутствии. Были свои гвардейцы у коннетабля, как же иначе. Когда арестовывали в Альпах маршала Марийака, было упомянуто, что при нём находился капитан его гвардейцев Мениль. Были свои мушкетёры и у лидера протестантов герцога де Рогана. Короли терпимо относились и к военной свите губернаторов провинций. Но во всех остальных случаях придерживались правила, что никто в королевстве, даже министры, не должен окружать себя личной гвардией.

Когда Ришелье пришёл к власти в 1624 году, он следовал общему правилу. Далее я не буду излагать хорошо известные всем нам события, которые привели кардинала-министра к необходимости защищать себя. Король не только разрешил, но и приказал кардиналу обзавестись гвардейцами, которые его будут окружать и защищать, сопровождая даже в Лувре. Это решение тогда поддержала и королева-мать, и нунций Спада. Когда в 1626 году после заговора Шале кардинал покидал Нант, возвращаясь в Париж, генеральный прокурор Ренна предупредил его, что в дороге его собираются убить, это была уже третья попытка. Король приказал роте из пятидесяти конных аркебузьеров сопровождать кардинала. К ним присоединилось ещё 30 дворян, двадцать человек были посланы епископом Мана и штук двадцать солдат нанял сам Ришелье. Путешествие прошло без помех.

Король ещё в мае 1626 года решил, что у Ришелье должна быть своя гвардия. 12 гвардейцев из окружения королевы-матери должны были находиться рядом с Ришелье. Напомню, что в те времена ещё продолжалась большая дружба министра и Марии Медичи, и она с радостью на это согласилась. Ришелье это, однако, вовсе не радовало. Он писал Клоду Бутийе 8 сентября 1626 года:

«Я вас уверяю, что это некстати - быть вынужденным защищать себя, будучи уверенным, что с того момента, как дошёл до этого, можешь сказать «прощай» своей свободе. Однако... чем больше они покушаются на мою жизнь, тем сильнее я стремлюсь служить королю. »

Король методично осуществлял свой план по защите министра. 27 сентября 1626 года он подписал патент, в соответствии с которым " он приказывает монсеньору кардиналу всегда держать около себя 50 кавалеристов с командирами, чтобы ими руководить, по его выбору". Вот эту дату можно рассматривать как день рождения гвардии кардинала. Однако вначале Ришелье завёл только 20 гвардейцев, в 1629 году их стало 30. Он писал: "Я содержу 30 гвардейцев за свой счёт уже 2 года, чтобы защитить себя от ненависти множества врагов, которую я навлек на себя только по государственным соображениям." Принц Конде писал Гюрону в 1627 году:" У кардинала больше поводов себя защищать, чем когда-либо... Король хорошо знает, что было затеяно против его (*кардинала) жизни, что делается снова и что он должен остерегаться яда и присматривать за всеми, кто входит к нему в дом."

В 1631 году король решил увеличить войско, окружающее кардинала и позволить создать ему регулярную гвардию по примеру королевской. По постановлению, действующему с 1 августа 1631 года, Луи XIII дал "поручение кардиналу набрать роту шеволежеров" из ста двадцати знатоков своего дела для своей личной гвардии. Эта рота стала скоро называться просто «конная гвардия кардинала». 30 августа следующего года король дал Ришелье "поручение по набору рекрутов в роту из ста военных". Но эта рота использовалась лишь в армии и никогда не выступала в парадных войсках окружения кардинала. Позже, 4 мая 1634 года, король подписал " поручение, данное монсеньору кардиналу, по набору рекрутов в роту пехоты, которая находится возле его персоны и занимается его повседневной защитой." Этой пехотой выступали мушкетёры. Сверх того, в соответствии с этим документом, должна была быть набрана рота из ста шеволежеров или конных мушкетёров. Мушкетёры не были дворянами, они набирались из обычных солдат.

То есть были три роты. Пехотных мушкетёров стало потом двести, поэтому всего у Ришелье было 420 бойцов - 120 шеволежеров, 200 пехотинцев и 100 военных, gens d'armes или gendarmes по-современному. Современники восхищались их отличной выправкой, считая их самыми компетентными и самыми смелыми в королевстве. Для повседневной службы кардиналу использовалось только две или три части.

Ришелье не употреблял слово гвардейцы относительно своих мушкетеров, он называл так только кавалеристов. И его мушкетёры не сражались на дуэлях с мушкетёрами короля, так как простолюдины не участвовали в поединках с дворянами. Мушкетёры короля враждовали с равными им по происхождению шеволежерами, кавалеристами.

0

4

Продолжение: http://richelieu.forum24.ru/?1-1-0-00000051-000-40-0

Понти в своих мемуарах пишет, что Ришелье требовал от своих гвардейцев безоговорочной преданности. Он соглашался с отцом Жозефом, что кардинал хотел "офицеров, которые ему были бы верны и только ему, без исключения и без оговорок. Он нисколько не хотел тех, кто служит двум господам, зная хорошо, что среди них невозможно встретить верность. Настолько редко можно найти, добавлял отец Жозеф, таких людей, что если надо было их покупать, кардинал их покупал на вес золота".

Батиффоль объясняет разницу между набором гвардейцев и мушкетёров. Гвардейцы, которые были кавалеристами и дворянами, набирались без ограничения срока. Анри де Роан в своём «Безукоризненном полководце» писал, что именно в кавалерии встречалось больше всего богачей и знати, но, следовательно, их было сложнее заставить подчиняться.

Быть принятым в гвардейцы Ришелье было большой привилегией. Некто Вильнёв писал секретарю кардинала Шарпантье: «Мсьё, я получил письмо, которое вы оказали честь написать мне, из которого я узнал, что Монсеньор одобрил, что мой внук удостоился чести вступить в его гвардейцы, за что я вам очень обязан и приношу вам самые смиренные благодарности.» Ришелье желал, чтобы ему рекомендовали новобранцев знакомые и преданные ему люди, чтобы они были старше 25 лет и желательно не меньше трёх лет отслужили в армии. Это, видимо, не были особенно строгие критерии, так как герцог д'Эпернон, к примеру, требовал от своих гвардейцев тех же доказательств благородства, будто бы они вступали в Мальтийский орден, и к тому же они должны были быть только гасконцами. А вот Ришелье хотел набирать в свои жандармы только бретонцев в качестве офицеров. 1 августа 1631 года он писал своему другу маршалу Шомберу, рекомендуя ему в качестве лейтенанта Поншато: "Ведь следует, чтобы командирами вашего войска были жандармы из Бретани". Он также добавляет, что "необходимо назначить на эту должность человека благородного происхождения, уважаемого и с добрым именем, для того, чтобы местные дворяне тем более охотно пошли добровольцами с ним".

Что касается мушкетёров, простых пехотинцев, их нанимали на три года. Мушкетеров набирали изо всех провинций. Первый год они звались рекрутами, а затем - «старой ротой». Они служили, как и прочие солдаты короля, за жалованье, определённый срок. А гвардейцы были элитной частью, служили неограниченный срок, относились к службе как к почётной обязанности. Однако жалованье они за это, разумеется, получали. Причем, если государство оплачивало гвардейцев короля и королевы, что само собой разумеется, а также даже гвардейцев д'Эпернона, Буйона, Монморанси, маршалов Эстре и Марийака, кардинал желал сам оплачивать свои войска. Первые суммы выплат появились в его бюджете в последнем триместре 1626 года. Каждые тридцать шесть дней менялась смена гвардейцев и мушкетёров. Список смены подписывал капитан или лейтенант. Количество представленных гвардейцев немного менялось каждый месяц, например, с января по август 1639 года от 102 до 107 человек, а выплаты варьировали от 5204 до 5454 ливров. В том же году, с января по декабрь, количество мушкетёров составляло от 98 до 101 человека, а их денежное содержание - от 2426 до 2778 ливров. Но это касалось старой роты. А рекрутов-первогодков было от 36 до 50 человек, которым выплачивали от 222 до 750 ливров.

Памфлетисты упрекали кардинала в том, что если на содержание армии вечно не хватало денег и боевым солдатам и офицерам задерживали жалованье, люди кардинала регулярно получали деньги «за пребывание на посту у дверей комнаты».

Если говорить конкретно, гвардеец получал 50 ливров за смену в 36 дней, простой мушкетёр 20 ливров, а рекрут - 15. Капитану гвардейцев платили 400 ливров за смену, а капитану мушкетёров - 200, лейтенантам, соответственно, 200 и 150 ливров, прапорщикам 154 и 100 ливров, сержантам - 75 и 34 ливра.

Ришелье требовал от своих гвардейцев хорошей выправки, желал, чтобы они служили примером всем остальным войскам.

Униформой гвардейцев был казак, короткий плащ без рукавов из четырёх кусков, прикрывающих грудь, спину и плечи. Они развевались по ветру, но их можно было соединить застёжками. Казаки гвардейцев Ришелье были красными, обшитыми белыми галунами. В центре каждой из четырёх частей был греческий крест (равносторонний крест, состоящий из двух одинаковых прямоугольных перекладин) из белого галуна. На голове была большая фетровая шляпа с белым плюмажем, то есть вид у них был блестящий! Мушкетеры короля носили голубые казаки с серебряными греческими крестами и серебряным галуном. Красный был геральдическим цветом Ришелье. Его пажи носили красные камзолы и бриджи.

А вот у мушкетёров кардинала униформы не было. Простые пехотинцы были одеты как Бог на душу положит.

Какое же у них было оружие? У гвардейцев - шпага на перевязи из кожи на правом плече, которая пересекала грудь по диагонали справа налево; пистолеты, позднее мушкетон, то есть карабин; его носили на портупее из кожи, пересекающей грудь слева направо. На ней были мелкие кармашки для пуль и коробочек с порохом. Во время военных действий они носили латы и шлем. Лошадей у них было две, для себя и багажа.

У мушкетеров была перевязь, шпага, портупея, мушкет, пика с маленькой вилкой на конце, чтобы поддерживать очень тяжелый мушкет.

0

5

Батиффоль отдельно рассказывает про офицеров гвардии кардинала. Они играли особую роль, будучи доверенными лицами Ришелье, которым он давал трудные, щекотливые поручения, военные или даже политические.

Шефа одной роты называли капитаном гвардейцев, другой - капитаном мушкетёров или мушкетонов.

Первым капитаном конных гвардейцев был Боплан, умерший от болезни при осаде Ла Рошели в 1628 году. Тогда Ришелье послал отца Жозефа с предложением этой должности к Понти, который осторожно его отклонил. Тогда капитаном назначили лейтенанта гвардейцев Жана де Лонлэ, сьёра де Сен-Жорж. Он был некогда другом Кончини и даже находился среди тридцати сопровождавших его дворян в день, когда того убили. Причем именно Сен-Жорж осмелился обнажить шпагу и попытаться защитить своего господина, доказывая, хотя бы, свою верность и смелость. Сен-Жорж оставался капитаном гвардейцев кардинала до 1636 года. Ему дали губернаторство Пон д'Арша, но Буаробер на него донёс - дело в том, что он незаконно взимал пошлину с каждого проходившего по Сене мимо Пон д'Арша судна. Он впал в немилость и был уволен. Однако до этого момента его отношения с Ришелье были превосходными, кардинал писал ему незадолго до опалы: "Я всегда буду лучшим из ваших друзей." Также Батиффоль вспоминает одну историю, рассказанную Обри. Как-то кардинал несправедливо резко отчитал Сен-Жоржа по поводу мнимого служебного проступка. Последний, донельзя огорчённый, скрылся. Опечаленный Ришелье велел искать его повсюду, потом, когда его нашли, обнял с большой нежностью и сказал ему:" Мы оба очень вспыльчивы, но если вы поступите, как я, вы об этом никогда не вспомните!"

Сен-Жоржу наследовал Ла Удиньер, его лейтенант. Причиной этого продвижения по службе был отец Жозеф, который боялся, что кардинал сделает капитаном Гассьона, которого предлагали на эту должность, но он был гугенотом. Ещё будучи лейтенантом, Ла Удиньер зарекомендовал себя ловким исполнителем опасных поручений Ришелье. Став капитаном, он продолжал оказывать кардиналу важные услуги.

Последним капитаном гвардейцев был де Бар. Он участвовал и в похоронах кардинала, находясь, одетый в траур, у изголовья парчового ложа, где лежало тело Ришелье. Потом он стал губернатором Амьена, стерёг во время Фронды принцев в Венсенне, Маркусси и Гавре и мирно скончался в 1695 году в чине начальника полиции.

Лейтенантом гвардейцев вначале был Форе, убитый при осаде Ла Рошели мушкетным выстрелом. Затем лейтенантом стал Ла Удиньер, его сменил Майола. Но в 1639 году он был убит при осаде Эсдена, и лейтенантом стал Манс. Последним лейтенантом был Белеба, бывший паж кардинала.

Кстати, смена командования гвардейцев показывает, как неправы были памфлетисты, считая их паркетными вояками. Мы видим, как офицеры кардинала гибли на полях сражений.

Капитаном мушкетёров кардинала был бессменный Оже де Кавуа, дворянин из Артуа. Перед тем, как начать служить кардиналу, он зарекомендовал себя ярым дуэлянтом. Он был небогат, но очень смел. По страстной любви он женился на молодой вдове мадам де Ла Круа, которая ему воздавала сторицей. У них было 11 детей, и они славились взаимной привязанностью. Валансе порекомендовал кардиналу Кавуа, который искал энергичного дворянина для командования своими мушкетёрами:"Монсеньор, возьмите Кавуа, и я вам ручаюсь своей честью, что он будет очень хорошо служить Вашему Преосвященству." Кавуа скончался в 1641 году от последствий ранений, полученных под Бапомом.

Лейтенантом мушкетеров был Марсаль, а прапорщиком - Аппельвуазен.

0

6

Как же делились обязанности между двумя ротами, конными гвардейцами и мушкетёрами, находящимися на личной службе кардиналу?

Оказывается, с самого начала возникли разногласия. Ришелье должен был поспешить создать устав и представить его королю, который одобрил документ в письме от 29 апреля 1634 года. В архиве Министерства иностранных дел Батиффоль отыскал документ, называющийся «Устав, который было угоден королю, дабы убрать повод для пререканий между офицерами роты гвардейцев монсеньора кардинала и офицерами пехотинцев».

Из него следовало, что в каждой резиденции, где находится Ришелье, мушкетёры должны охранять наружные подступы: ворота, решётки, подъездные дороги, а гвардейцы обеспечивать безопасность внутренних частей «главного здания, где будет персона господина кардинала». Впрочем, также было и в Лувре, где французские гвардейцы охраняли дворец снаружи, а у телохранителей была привилегия стоять на часах внутри помещения. С наступлением вечера на офицерах гвардейцев лежала обязанность, добавлял устав, закрыть двери и хранить ключи, а наутро открыть выходы в назначенный час.

Из упомянутого устава следовало, что всякий раз ежедневно на постоянном дежурстве в резиденции кардинала должно присутствовать 60 гвардейцев, которые будут питаться в своих караулках. Пребывание каждого гвардейца на посту длится час. Часовой должен держаться прямо, «с пистолетом на перевязи, заряженным и со спущенным курком, скрытым под алым плащом-казаком». Мушкеты остаются в стойке в караулках, откуда их можно достать в случае тревоги. Гвардейцы не разрешают никому войти без точного приказа. Некий Ферри однажды написал Ришелье:" Я очень смиренно умоляю Ваше Преосвященство дать мне доступ к нему и приказать своей охране у дверей, чтобы они меня к нему привели." Между дежурствами на часах, бойцы остаются в своих караулках, приходя и уходя, или играя в шахматы. Если кардинал выезжает, они едут верхом, сопровождая карету Его Преосвященства, которую окружают. Но если едут в Лувр, они не должны показываться во дворе дворца, там, где король, могут быть только его собственные стражи. Памфлетистов очень раздражало зрелище выезда кардинала, когда на улицах Парижа теснились его капитаны, лейтенанты, прапорщики и гвардейцы все с пистолетами в карманах и дагами в штанах.

В самом дворце кардинала капитан гвардейцев в принципе не должен покидать Его Преосвященство. У него своя комната в каждой резиденции министра. Часто он сам вводит посетителей, если речь идёт о важных особах; он обеспечивает дисциплину и следит за порядком в жилище прелата, приказывая очистить залы, если это требуется, закрывает двери, вечером осуществляет повсюду обход постов.

0

7

Роль мушкетеров более проста. Они каждое утро поднимают мушкет на плечо, проходя торжественным маршем с барабанщиком и знаменосцем впереди, и по двое становятся в караул у наружных дверей.

У гвардейцев не только представительская функция, кардинал часто посылает офицеров с поручениями. Он поручает им поездки в армию, чтобы они дали отчёт о состоянии войск, ходе осады, работах или операциях. Капитан Ла Удиньер таким образом отправляется в 1636 году в пикардийскую армию, которой командовал граф Суассон, для того, чтобы провести дознание такого рода. В 1635 году лейтенант Майола едет в армию маршала де Ла Форса. В 1636 году он инспектирует укрепления Вердена. Эти поручения иногда небезопасны, тот же Майола будет убит в 1639 году под осаждённым Эсденом. Самое главное, данные миссии возбуждали в армии беспокойство, ревность, гнев. Пюисегюр пишет в Мемуарах:"Какой-то Майола, прапорщик гвардии кардинала, убит по пути в минную галерею для проверки работ". Сам Ришелье писал 28 июня 1639 года Ла Мейере:"Я не могу высказать вам своего огорчения из-за смерти Майола. Если бы было можно его выручить, я бы показал то, что я его уважал и то, что он стоил." 30 числа он добавлял в другом письме про ту же смерть:"Я думаю, что долго не смогу утешиться".

Ришелье без колебаний посылал на фронт, в случае необходимости, свои роты. Гвардейцы и мушкетёры тогда облачались в доспехи. В июне 1639 года был критический момент, требующий срочного подкрепления, кардинал посылает своих гвардейцев со шлемами и кирасами, а король - своих. Все мушкетёры поедут со своим капитаном Кавуа. "Кавуа вам приведёт свою роту всю целиком".

Батиффоль сообщает и о малоизвестном факте - у кардинала были ещё воинские части, так решил король. В мае 1635 года король дал Ришелье поручение набрать полк кавалерии "конных мушкетёров, называемых драгунами "из пяти рот по сто солдат каждая. Ришелье стал полковником и оплатил их набор и содержание. Он писал 30 июля 1636 года Сервьену:"Прибыли мои драгуны; они через три дня будут в Немуре."

Жандармы кардинала, о которых говорилось выше, почти постоянно несли боевое дежурство в действующей армии. В 1635 году они были с принцем Конде, в 1636 году с герцогом де Шоном в Пикардии.

Все войсковые части кардинала пользовались превосходной репутацией. В них желали быть зачисленными, так как солдатам регулярно платили и легче поддерживали дисциплину. Арпажон писал Ришелье в 1632 году:"Монсеньор, рота жандармов Вашего Преосвященства, которой командует мсьё де Муи так достойно служил с тех пор, пока она находится в армии, что я могу сказать вам по правде, что никогда не видел ни так управляемой, ни так желающей служить, ни так жаждущей применения роты, как эта."


http://richelieu.forum24.ru/?1-1-0-0000 … 0-60-0#032

Еще можно почитать по-французски здесь

0


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » От переводчика » Гвардейцы кардинала, или «пропуск в рай заказан заранее»