Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+



Происходящее в игре (случайная выборка):



В предыстории: Гг. Жан де Жискар и Никола де Бутвиль попадают в засаду в осажденном голландском городе. Месье ухаживает за принцессой де Гонзага. Шере впутывается в опасную авантюру с участием Черного Руфуса. Г-н де Бутвиль-младший вновь встречается с г-ном де Лаварденом.

Девица из провинции. 4 декабря 1628 года, особняк де Тревиля: М-ль де Гонт знакомится с нравами мушкетерского полка.
Парижская пленница. 3 февраля 1629 года: Г-жа де Мондиссье и г-н де Кавуа достигают соглашения.
Любопытство - не порок. 20 января 1629 года: Лейтенант де Ротонди вновь встречается с г-ном де Ронэ.
После драки. 17 декабря 1628 года.: Г-жа де Бутвиль и г-жа де Вейро говорят о мужчинах.

Нежданное спасение. 3 февраля 1629 года: Королева приходит на помощь к г-же де Мондиссье.
О трактирных знакомствах. 16 декабря 1628 года.: Г-н де Рошфор ищет общества г-на де Жискара.
Убийцы и любовники. 20 января 1629 года. Монтобан.: Г-жа де Шеврез дарит г-ну де Ронэ новую встречу.

Юнона и авось. 25 февраля 1629 года: М-ль д’Онвиль ищет случая попросить г-на де Ронэ поделиться опытом.
О чём задумались, мадам? 2 февраля 1629 года: Повседневная жизнь четы Бутвилей никогда не бывает скучна.
Мечты чужие и свои. Март 1629 года: Донья Асунсьон прощается с Арамисом.
Страж ли ты сестре моей. 14 ноября 1628 года: Г-н д’Авейрон просит о помощи г-на де Ронэ.

Попытка расследования. 2 февраля 1629 года, середина дня: Правосудие приходит за графом и графиней де Люз.
Рамки профессионализма. 17 декабря 1628 года: Варгас беседует с мушкетерами о нелегкой судьбе телохранителя
Оборотная сторона приключения. 3 февраля 1629 года: Шевалье де Корнильон рассказывает Мирабелю о прогулке королевы.
О встречах при Луне и утопших моряках. 9 января 1629 года.: Рошфор докладывает кардиналу о проведенном им расследовании.


Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календарь на 1628 год: дни недели и фазы луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Архивы » О чем женщины говорят с бретером. 13 ноября 1628 г, вечер


О чем женщины говорят с бретером. 13 ноября 1628 г, вечер

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

О чем говорят женщины. 13 ноября 1628 г, после полудня

Отредактировано Теодор де Ронэ (2017-03-07 15:13:57)

0

2

Одного слово – «наяда» – хватило. Теодор подумал, выругался и принялся натягивать сапоги. Подчеркнуто не обращая внимания на мрачную физиономию Паспарту. Который вычистил их каких-то полчаса назад. Почему наяда?

Он бы не пошел. Осенние ночи в Париже – не лучшее время для прогулок. И не ради кружки горячего вина и общества двух дам. Они будут друг другу мешать – все три. А после беседы с графом бретер начал задумываться о слежке. И не хотел привести ее к новому убежищу Эжени. Но дьявол, почему наяда?

И он взял с собой пистолеты. И заставил недоумевающего слугу пойти кружным путем. Чуть не убил его на месте, узнав, что тот оставил черный ход незапертым. И стучался в уже знакомую ему дверь в крайне мрачном расположении духа.

Получив ответ, он переступил через порог. Задержался в дверях, окидывая взглядом неуловимо изменившуюся комнату. Ставшую за прошедшие часы бесспорно женской. И улыбнулся невольно, глядя на разрумянившиеся лица двух хозяек.

– Ελειονόμες? – спросил он. – Или μαινάδες?

В прошлом древнегреческий не давался ему так упорно, словно был девственницей. Однако в салоне мадам де Рамбулье что-то пришлось вспомнить.

*

Ελειονόμες – наяды-болотницы, μαινάδες – менады. Древнегреческий, конечно

+1

3

- Ну вот и господин де Ронэ! - воскликнула уютно устроившаяся на кровати графиня де Люз и отсалютовала бретеру кружкой. - Легок на помине, напрасно вы волновались. И обзывается, как всегда!
Она рассмеялась — вино ударило в голову, и все ей казалось необыкновенно смешным.
- Первое слово я, правда, не знаю... что оно значит, а? А вот второе — менады, да? Это которые безумствуют и пляшут. Эжени, будем, да?! - Эмили составила тарелку в пирогом с подноса прямо на постель и, подхватив поднос на манер бубна, стукнула по нему кружкой. - Вот. Сойдет за тамбурин или что там полагается... Но вы, сударь, не бойтесь, растерза... растерзо... в общем, рвать на части нашего Орфея мы не будем!
Эмили склонила голову к плечу, хихикнула и пообещала:
- Так уж и быть!

+2

4

- И ничего я не волновалась! - немедленно смутилась Эжени и вскочила с кровати навстречу бретеру. - Вы пришли!

Кажется, она сама же опровергала свои слова, но видеть Ронэ было приятно, и понимать, что ради них он пришел сюда в такой час, тоже было приятно. Улыбка сама возникала на лице.
По древнегречески Эжени не понимала, но идея графини ей понравилась. Правда, мадам де Вейро была еще не настолько пьяна, чтобы начать ее исполнять.

- Как это хорошо, что вы пришли!

+1

5

Если Теодор хотел ответить мадам де Бутвиль, что его хватит на обеих дам, то с этим желанием он благополучно справился. Или решил не искушать судьбу.

– Ваше приглашение было слишком соблазнительным, чтобы я мог отказаться. Менадам надлежит играть на флейтах, мадам, – едва взглянув на мадам де Бутвиль, он снова поймал и удержал взгляд мадам де Вейро. Которая вряд ли не поняла намек. Но он не оставил ей времени на ответ. – Мой учитель уверял меня, что в древней Элладе наяды жили у всех источников влаге – ручьев, морей и даже болот. Но он ни словом не обмолвился о вине. Или о женщинах.

Это было рискованно. Мадемуазель Поле была бы возмущена. И, верно, дала бы это понять – по крайней мере, в салоне мадам де Рамбулье. Однако молодая графиня, если и была осведомлена о содержании записки, намек поймет вряд ли – Теодор был в этом почти уверен. В отличие от ее подруги.

Губы, коснувшиеся руки мадам де Вейро, были сухими. А пальцы, сжавшие чуть заметно ее ладонь, горячими.

+2

6

- Так это означает «наяды»? Я запомню, - пообещала мадам де Бутвиль и тут же спросила: - А причем тут наяды? Ни разу не слышала о пьяной наяде... А мы - пьяные!
Она заглянула в кружку.
- Наяда кружки... Ужас какой, тогда бы проходу от них не было!.. Хорошо, что мы христиане...
Воодушевленная новой мыслью, она радостно улыбнулась собеседникам:
- Давайте выпьем за то, что мы христиане! Кстати, господин де Ронэ, а женщины при чем? Мы же не всегда плачем...

+2

7

Эжени сообразила и смутилась так, что даже не сразу нашла слова. Вопреки мнению Эмили, она еще была не так пьяна, чтобы не счесть речи Ронэ вызывающе откровенными и не возмутиться, конечно, хотя ничто не претило ей так, как ханжество в любых его проявлениях. Невинное прикосновение губ к руке испортило все возмущение: в памяти тут же всплыли совсем другие прикосновения и другие поцелуи, и она смутилась еще сильнее, чуть пожав его руку в ответ.
Нет, надо было возмутиться! Иначе что он о ней подумает? Что за шуточки при графине, пусть даже они друзья! Даже если графиня... мм... подвыпившая!

- Поставив женщин в ряд один с болотом,
меня вы озадачили весьма.

Она сверкнула глазами, сердясь и в шутку, и всерьез, и по голосу это было слышно. Как всегда бывает заметно, когда женщина еще не определилась, и любой поступок кавалера может склонить чаши весов в ту или другую сторону. Подчас это бывает непредсказуемо, но мадам де Вейро успела уже немного узнать Ронэ и понять, что нравится он ей именно таким, каков он есть, и было бы самонадеянно и глупо пытаться переделать то, к чему так удачно приложила руку природа, изрядно ее при этом отбив, в чем не было никаких сомнений.

- Вы слышали про тихий омут? Что-то
там водится на дне. Или у дна.

Ронэ, вы вспоминали про наяд?
Ну да, о них так тоже говорят.

+2

8

Бровь Теодора приподнялась. В жесте, который он давно уже не осознавал как чужой. Это ж надо было так опростоволоситься!

– Ὁμιλεῖτε… Ἑλληνιστί? – Черт побери эти падежи, он давно все забыл. И, без малейшей паузы, он продолжил по-французски: – Мне никогда еще не писали стихов, мадам. Даже плохих.

Они были обе пьяны. И к лучшему было, что мадам де Вейро его позвала. Мадам де Бутвиль и трезвой была непредсказуема. Он забрал у молодой графини почти опустевшую кружку. Неохотно: ради ему этого пришлось отпустить руку любовницы. И столь же неохотно сел на кровать.

– Наяда кружки… Переведите, мадам, – сядет ли она рядом? Он не знал, злиться или смеяться. – Вы решили научить вашу новую подругу еще одному языку? Или тому, что там, на дне?

Она ловила его шутки на лету. И не было нужды показывать ей язык. И, все понимая, он предпочел бы, чтобы мадам де Бутвиль здесь не было.

Отредактировано Теодор де Ронэ (2017-03-18 13:05:23)

+2

9

- Это греческий, - неизвестно зачем сообщила молодая графиня. - Но я его не знаю. Эжени, а вы что, знаете?
Не дожидаясь ответа, она потребовала:
- Отдайте кружку, сударь, для вас найдется другая! Ничего там нет на дне, я бы не стала пить со всякой гадостью. Зеленой... Наяды зеленые?..
Эмили задумчиво посмотрела на бретера, и в глазах ее снова заплясали чертики — видимо, появилась новая мысль.
- Эжени, поэты обычно тонут не в омутах, а в глазах прекрасных дам, и никаких чертей не боятся.
Взгляд ее, обращенный к Ронэ, неожиданно стал томным и зовущим, нежные губы чуть приоткрылись — на какой-то миг из-под личины хмельной девчонки явилась Эмили-женщина, но тут же она испортила все впечатление, хихикнув:
- Лужица мелковата, да, господин поэт? Отдайте кружку!

+1


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Архивы » О чем женщины говорят с бретером. 13 ноября 1628 г, вечер