Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+



Происходящее в игре (случайная выборка):



В предыстории: Гг. Жан де Жискар и Никола де Бутвиль попадают в засаду в осажденном голландском городе. Месье ухаживает за принцессой де Гонзага. Шере впутывается в опасную авантюру с участием Черного Руфуса. Г-н де Бутвиль-младший вновь встречается с г-ном де Лаварденом.

Девица из провинции. 4 декабря 1628 года, особняк де Тревиля: М-ль де Гонт знакомится с нравами мушкетерского полка.
Парижская пленница. 3 февраля 1629 года: Г-жа де Мондиссье и г-н де Кавуа достигают соглашения.
Любопытство - не порок. 20 января 1629 года: Лейтенант де Ротонди вновь встречается с г-ном де Ронэ.
После драки. 17 декабря 1628 года.: Г-жа де Бутвиль и г-жа де Вейро говорят о мужчинах.

Нежданное спасение. 3 февраля 1629 года: Королева приходит на помощь к г-же де Мондиссье.
О трактирных знакомствах. 16 декабря 1628 года.: Г-н де Рошфор ищет общества г-на де Жискара.
Убийцы и любовники. 20 января 1629 года. Монтобан.: Г-жа де Шеврез дарит г-ну де Ронэ новую встречу.

Юнона и авось. 25 февраля 1629 года: М-ль д’Онвиль ищет случая попросить г-на де Ронэ поделиться опытом.
О чём задумались, мадам? 2 февраля 1629 года: Повседневная жизнь четы Бутвилей никогда не бывает скучна.
Мечты чужие и свои. Март 1629 года: Донья Асунсьон прощается с Арамисом.
Страж ли ты сестре моей. 14 ноября 1628 года: Г-н д’Авейрон просит о помощи г-на де Ронэ.

Попытка расследования. 2 февраля 1629 года, середина дня: Правосудие приходит за графом и графиней де Люз.
Рамки профессионализма. 17 декабря 1628 года: Варгас беседует с мушкетерами о нелегкой судьбе телохранителя
Оборотная сторона приключения. 3 февраля 1629 года: Шевалье де Корнильон рассказывает Мирабелю о прогулке королевы.
О встречах при Луне и утопших моряках. 9 января 1629 года.: Рошфор докладывает кардиналу о проведенном им расследовании.


Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календарь на 1628 год: дни недели и фазы луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Архивы » К черту, к дьяволу, в монастырь. 21 ноября 1628г., ночь


К черту, к дьяволу, в монастырь. 21 ноября 1628г., ночь

Сообщений 21 страница 28 из 28

1

--

0

21

Свеча, зашипев, погасла.

Обманчив лунный свет. На секунду королеве помстилось, что перед ней другой, шептавший ее имя в жасминовом мраке июньской ночи. Его имя не сорвалось с ее губ, но прозвучало в глубине души. Королева вздрогнула, подалась вперед, сокращая и без того малое расстояние, желая разглядеть, наконец, лицо.
Ее руки взлетели вверх, сбили шляпу и замерли, будто запутавшись в жестких волосах.
Конечно не он. Мертвые не возвращаются. Совсем не похожий, но с таким полузнакомым и притягательным голосом, что сказать решительное нет Анна не смогла, как ни старалась.

- Дон Теодоро, будьте аккуратнее с огнем, - прошептала она.

Отредактировано Анна Австрийская (2017-03-05 20:57:36)

+1

22

Новый порыв ветра взъерошил Теодору волосы. Унося тепло ее руки. И возвращая ему толику здравого смысла. Ладонь бретера, уже опускаясь на ее затылок, уже запутавшись в мягких завитках ее волос, замерла.

– Я буду, – он слегка задыхался. И голос его охрип. – Осторожен. Осторожнее.

Последнее слово было не обещанием, но предупреждением. И в следующий миг он перелез через подоконник.

– Анна…

Короткое имя. Гораздо короче чем Маурисия. И кончилось оно на ее губах.

+1

23

То, как Теодор выговаривал ее имя – хрипло, напевно, почти моляще – не давало Анне отшутиться, как она изначально собиралась, позволяя себе легкий флирт. Мысли из головы стремительно исчезали, оставляя вместо себя звенящую серебром пустоту. Мир плавился и плыл в холодном тумане, ухватиться было не за что. Лувр, супруг, политика, советы испанского посла, интриги первого министра, раздоры между ее дамами, даже грозящая ей епитимья  – все это казалось ужасно далеким и ненастоящим. Все эти дела, заботы, тревоги и волнения принадлежали Анне Австрийской, королеве Франции и Наварры, которая сейчас отступила в тень.

- Вы с ума сошли!.. – выдохнула она с испугом и невольным восхищением. – Я... Моя камеристка…

А потом губы обожгло чужое дыхание, и сердце сбилось с привычного ритма.

Отредактировано Анна Австрийская (2017-03-05 22:13:47)

+1

24

Ее губы были, как он ждал. Теплыми. Мягкими. Обжигающими – тьмой такой привычной и всякий раз иной. И если он находил на них привкус лимона и перца, то возможно, так отзывалось в нем золото ее волос и окутавшая их ночь.

– Пошлете ее к черту, – прошептал он. Безумие совершенное, но немыслимо было поступить иначе. И в этот раз он хотя бы мог не наделать слишком много глупостей. Вести себя осторожнее, как обещал. Потому что его нанимателем была женщина и он взял с собой не только оружие. – Куда теперь?

Он не дал ей ответить сразу. Привлек к себе, ощущая на ладонях разом жар ее тела и шуршащую, шелестящую, сминающуюся под его касанием прохладу ее юбок. Вдохнул ее дыхание. Выдохнул – казалось, всю душу. Срывая, как розу, еще один поцелуй.

Другой задумался бы о том, что ждет его, если они попадутся. Взвесил бы за и против, счел бы риск ничтожным. Хоть и удивился бы, может, монастырю, где нанимают наемных убийц и уступают случайным кавалерам. Но Теодор не склонен был к размышлениям.

Отредактировано Теодор де Ронэ (2017-03-04 13:18:38)

+1

25

Анна представила, как посылает к черту донью Эстефанию и рассмеялась – искренне, открыто. Легко коснулась губами его губ – не поцелуем, но намеком на него, провела по шершавой щеке подушечками пальцев.

- Разве я сказала вам да, Теодоро? – почти пропела она, - разве сказала? И… вы всегда столь торопливы?

Их окружала темнота, лишь тускло мерцали угли в камине. По комнате гулял сквозняк, и Анна, успевшая замерзнуть за время беседы у открытого окна, с удовольствием грелась в объятиях.

- Вы сумасшедший поэт и вполне возможно, что это заразно. Но я все еще помню, с чего началось наше знакомство. И мне кажется, что дама, ушедшая за деньгами, вполне может вернуться сейчас. Вы не находите, что может получиться весьма… неловко? А еще совершенно невозможно послать к черту мою строгую дуэнью и не выслушивать потом ее ворчание две недели кряду. А представляете, что будет, если она вернется вместе с настоятельницей?

+1

26

Сегодня мы живем, а завтра – кто предскажет?..

Из всего, что сказала испанка, Теодор услышал только – да. Оно звучало в ее вопросах, в ее возражениях, в ее певучем голосе. И он отвечал ей молча, страстно, касаясь губами – ее щек, ее шеи, ее плечей. Не губ – у нее был такой чудесный голос. А когда она перестала говорить, снова привлек ее к себе. Делясь дыханием – потому что ему не хватало воздуха.

– Засов, – предложил он затем. Жарким шепотом в теплое ушко. Опуская ладонь на ее затылок. – Или моя дага. Сундук. Никто не придет.

Он не знал, обернулась ли его нанимательница, уходя. Заметила ли свет. Но если она вернется и никого в саду не найдет, она не станет поднимать тревогу. А что бы тут забыла настоятельница, он вообще не мог себе представить. Не отговорки даже. Пустое кокетство.

Отредактировано Теодор де Ронэ (2017-03-04 13:19:46)

+1

27

Королева не раз бросала в сердцах, что она напрасно отказывала герцогу Бекингему. Впрочем, после дурных новостей ушедшего лета это имя с ее губ больше не слетало - ни в шутку, ни всерьез, ни когда она злилась.

Происходящее сейчас не было точной копией событий былых времен. Но историям действительно свойственно повторяться. Нынче ее душа отогревалась так же, как и согрелось тело под горячими прикосновениями. Она опиралась затылком на мужскую ладонь, растрепавшую ей прическу, и искренне надеялась, что до полуночи еще далеко.

- Это же монастырь, - выдохнула, решаясь, Анна, - тут нет засовов на дверях. Так что давайте вашу дагу.

Отредактировано Анна Австрийская (2017-02-27 17:57:05)

+1

28

Теодор потратил еще несколько мгновений, целуя ее. И на ощупь вытаскивая из ее прически шпильки. Отпуская на волю золотой водопад волос. И как всегда замерло на миг сердце, вспыхнули жаром губы и столь ярко пылало желание, что он опять ощутил себя бумагой, поднесенной к свече. И по всему существу его расползалась чернота, от центра к краям.

Потом он разжал руки.

– Сейчас.

Рдеющие в камине угли давали довольно света. Чтобы высветить женщину – белизной и золотом. Выхватить из полумрака темный силуэт полога. Черный прямоугольник двери. Окно. Умывальный прибор. Табурет.

И, вопреки тому, что он предложил, Теодор так и не достал дагу. Подсунул под ручку ножку табурета, подергал.

– Ваши волосы. Как горящий снег.

Он мягко развернул ее спиной к себе, нащупывая узел шнуровки. Которой не было.

На мгновение он растерялся. Скрывая растерянность, зарылся в ее волосы лицом, выдохнул. И чуть не предложил ей, как другой женщине когда-то много лет назад, позвать камеристку.

Воспоминание горчило во рту. И он был благодарен за темноту. Скрывшую и румянец на его щеках, и неуместную ухмылку, и то, как быстро она исчезла.

Он понятия не имел еще, что насмешит донью Маурисию, а что – обидит.

– Ваше платье, сеньора, – шепнул он. – Покажите мне – как.

Он знал – как. И вовсе не нужно было снимать платье. Но так он не любил.

Отредактировано Теодор де Ронэ (2017-02-28 13:32:46)

+1


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Архивы » К черту, к дьяволу, в монастырь. 21 ноября 1628г., ночь