Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+



Происходящее в игре (случайная выборка):

В предыстории: В небольшой деревушке странствующие циркачи влипают в неприятности. Графиня де Люз сталкивается с загадкой, герцогиня де Монморанси беседует со священником. Гг. Жан де Жискар и Никола де Бутвиль пробираются в осажденный голландский город. Г-н де Лаварден помогает товарищу ввязаться в опасную авантюру. Лапен сопровождает свою госпожу к источнику. Мари-Флер впутывается в шантаж.

Как дамы примеряют маски. 24 ноября 1628 года: Г-жа де Мондиссье с помощью гг. Портоса и «де Трана» устраивает ее величеству посещение театра.
Трудно быть братом... Декабрь 1628 года: Встретившись после многих лет разлуки, братья де Бутвиль обнаруживают, что не всегда сходятся во взглядах.

Когда дары судьбы приносят данайцы. 21 ноября 1628 года: Герцог Ангулемский знакомится с г-жой де Бутвиль. Прибыв в охотничий домик в роли Немезиды, герцог примеряет уже маску Гестии.
Годы это не сотрут. Декабрь 1628 года, Париж.: Лишь навеки покидая Париж, Лаварден решается навестить любовь своей юности.

Полуденный морок. 29 ноября 1628 года: Маркиз де Мирабель пытается помириться с г-жой де Мондиссье.
О милосердии, снисходительности и терпимости. 29 октября 1628 года: Завершив осаду Ларошели, кардинал де Ришелье планирует новую кампанию.

Итак, попался. А теперь что делать? 20 ноября 1628 года, вечер: кардинал де Ришелье расспрашивает Лавардена и д'Авейрона об интриге, в которую те оказались впутаны: кто нанял королевского мушкетера, чтобы затем сдать всех дуэлянтов городской страже? И что важнее, зачем?
Без бумажки ты - букашка... 3 декабря 1628 года: Пользуясь своим роковым очарованием, миледи убеждает Шере оказать ей услугу, которая может ему еще дорого обойтись.


Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календарь на 1628 год: дни недели и фазы луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть III: Мантуанское наследство » Путь, ведущий к Спасению. Август 1628г., Париж


Путь, ведущий к Спасению. Август 1628г., Париж

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

Трактир "Сыч и сова"

0

2

Человек, останавливавшийся в «Сыче и сове» под именем г-на Лесента, был невысокого роста, с пронзительными серыми глазами и пышной гривой совершенно белых волос, придававших ему вид библейского патриарха или, быть может, святого, если бы от святого можно было ожидать такой проницательности во взгляде и некоторой снисходительности в обращении — равно с простонародьем и с дворянами. Говорил он тихо и вел себя так же, что легко было бы принять за христианское смирение, если бы не обращались с ним с такой почтительностью те, кто приходил его искать — все, включая мрачного монаха-францисканца. Посты он также не соблюдал, но явно не из чревоугодия, ибо для себя неизменно заказывал овощи и рыбу, но никогда не спорил со своими сотрапезниками о выборе блюд и не отказывался от того, что ему предлагали. Одевался он тоже просто, однако не настолько, чтобы заподозрить его в недостатке средств, настойчиво выбирая светлые тона и питая явную слабость к кружевам, пусть даже самым простым. И, разговаривая с женщинами, как со старшей г-жой Дюбуа, так и с младшей, он неизменно смотрел им в глаза, выслушивая каждое сказанное ими слово с неизменным вниманием, даже если речь шла о совершеннейших пустяках. Как сейчас, когда он спустился в обеденный зал и обратился к хозяйке трактира с пожеланиями доброго утра.

- Мне принесли письмо вчера к ночи, - сообщил он затем. - Я хотел бы его получить.

Покинув «Сыча и сову» накануне вечером, он сумел вернуться незаметно для хозяев, и загадкой оставалось, как он мог узнать об оставленном ему послании. Возможно, мэтр Дюбуа мог ответить на этот вопрос, если бы не ушел еще с утра. Но, будь он на месте, вряд ли г-н Лесент не обратился бы прямо к нему.

Отредактировано Провидение (2017-01-31 22:39:54)

+1

3

Мари-Флёр постояльца побаивалась. Страх был совершенно иррациональным, поскольку ни одного грубого слова от господина Лесента мадам Дюбуа не слышала. Мало того, говорил господин Лесент всегда так необычно вежливо, так был внимателен к мелочам, что это располагало к нему всех и вся. А вот поди ж ты, боялась вежливого господина Мари-Флёр и все тут, и старалась по возможности избегать его. Избегать получалось плохо, потому как обязанности хозяйки заведения следовало выполнять неукоснительно, а господин Лесент был весьма щедрым постояльцем.

- Письмо, господин Лесент? – переспросила Мари, в серых глазах явственно читалось недоумение, смешанное со страхом. Откуда господин Лесент мог знать, что письмо было доставлено после того, как он покинул трактир? Впрочем, Мари свои вопросы предпочитала держать при себе. Она поспешила принести послание, что доставил накануне мальчишка-посыльный самого неопрятного вида.

- Прошу, господин Лесент, - передав письмо из рук в руки, Мари под благовидным предлогом оставила постояльца с посланием наедине, поинтересовавшись больше для приличия:

- Обедать сейчас изволите или чуть позже?

Отредактировано Мари-Флёр Дюбуа (2017-01-31 20:47:55)

+1

4

Разворачивать оставленное ему послание г-н Лесент не спешил. Если бы хозяйка «Сыча и Совы» вздумала оглянуться, уходя за запиской, она прочитала бы, быть может, в стальных глазах постояльца пристальное внимание, к которому никак не могла быть от него привычна. Внимание это вряд ли польстило бы ее женскому самолюбию, ибо в испытующем взгляде г-на Лесента не найти было ни грана того тепла, которое безошибочно говорит женщине, что она желанна, ни тени восхищения, ни самой малой толики сердечной привязанности — так кошка смотрит на мышь или гончий пес на олененка. Единственным, кто мог бы перехватить этот взгляд, был возившийся у очага пасынок г-жи Дюбуа, однако тот был занят, да и не сумел бы ребенок истолковать то, что увидел.

- Обедать я буду позже, сударыня, - ответил он обычным своим негромким голосом, в котором явственно слышались напевные интонации юга. - Однако не спешите покинуть меня, умоляю, дитя мое. Мне хотелось бы побеседовать с вами, если у вас нет сейчас более важных и срочных дел.

Никто не сказал бы по его виду и тону, рассчитывает ли он на угодливость, которю столь многие парижские трактирщики проявляют к своим постояльцам, или у него в запасе были и другие способы добиться желаемого.

+1

5

Сбежать не удалось. Ну что ж, коли так, то придется соблюдать правила. Господин Дюбуа не раз, и не два, не жалея слов и колотушек объяснял ненаглядной супруге правила обхождения с постояльцами. Особенно с такими постояльцами, как господин Лесент. И хотя супруг находился сейчас за пределами «Сыча и совы», наставления пошли впрок.

- Конечно, господин Лесент, - с этими словами  Мари-Флёр поспешно опустилась на краешек простого деревянного табурета. Обстановка в «Сыче и сове» особой роскошью не отличалась, но все самое необходимое имелось.

Несмотря на то, что голос господина Лесента был мягок, а обхождение приветливое, госпожа Дюбуа чувствовала себя подобно бабочке, увязнувшей в паутине. Однако выбирать не приходилось, и нужно  было есть то, что подавали.

-  О чем Вы хотели бы со мной побеседовать?  –  глядя постояльцу в глаза, вполголоса спросила Мари. Она нервно теребила краешек передника, того и гляди, оторвет оборку, и тем невольно выдавала собственное волнение.

+1

6

Обыкновенно жена трактирщика, даже если она молода и хороша собой, привлекает лишь весьма поверхностное внимание, и оттого многие на месте г-на Лесента беззастенчиво уставились бы на ее грудь, восхитились бы нежным румянцем или попытались бы поиграть с обеспокоенным взглядом серых глаз. Но г-н Лесент смотрел прямо в лицо своей собеседницы, и за его вниманием легко угадывалось участие – быть может, чуть покровительственное, но приобретающее тем самым лишь большее сходство с той добродушной снисходительностью, с какой достойный pater familias взирает на проказы своих потомков.

- Я немолодой уже человек, дитя мое, - г-н Лесент опустился на табурет напротив, сочувственно глядя на молодую женщину. – И замечаю многое, даже помимо своей воли. Я опасаюсь, что вы несчастны, а сам я слишком часто останавливаюсь здесь, чтобы быть всецело безразличным к вашему горю. Вы знаете, что Господь слышит всякую обращенную к нему мольбу, не правда ли?

Г-н Лесент чуть наклонился вперед, словно подчеркивая, что произнесенные им слова были для него не пустым звуком.

+1

7

Безусловно, попытались бы и, пожалуй, в другом месте и с другой хозяйкой трактира эти попытки бы могли увенчаться успехом. Но не здесь и не с Мари-Флёр, которая мило отшучивалась в ответ, ловко избегала не в меру цепких рук, и при необходимости могла дать отпор любому забывшемуся нахалу. В случае же крайней необходимости на подмогу приходил Жак, дюжий работник при трактире, детина сильный, но не обладающий острым умом. Масляные взгляды за столько лет стали столь же привычны, и вызывали столько же раздражения, как жужжащая над головой муха.

Взгляд же господина Лесента говорил совсем о другом, о заботе, участии, понимании. О всем том, чего Мари была лишена долгие годы. С того самого момента, когда… впрочем, что толку вспоминать то счастливое время, когда за ней ухаживал молодой де Лаварден и не за горами были свадебные колокола?

В это время обеденный зал был пуст, помешать беседе было некому. Пасынок, игравший у камина с кошкой, был не в счет – мальчик, увлекшись игрой, забывал обо всем на свете и не требовал к себе ровным счетом никакого внимания. Оставалось лишь приглядывать, чтобы он не свалился в камин и не слишком тиранил кошку. Впрочем, полосатая обитательница трактира отличалась отличалась завидным терпением.

- Конечно, господин Лесент. Господь милостив и не оставляет самые заблудшие души, не так ли? – ответила Мари, внимательно глядя мужчине в глаза. Ее слова можно было бы счесть дерзкими, если бы не почтительный тон, которыми они были произнесены. Впрочем, почтительность в голосе, прикрывавшая своего рода вызов, могла обмануть кого угодно, но не господина Лесента.

Отредактировано Мари-Флёр Дюбуа (2017-02-04 19:53:53)

+1

8

Г-н Лесент мог принять почтительность мадам Дюбуа за чистую монету, мог положить себе, что скрытый за нею вызов был своего рода криком отчаяния, мог рассудить, что сделанный – возможно, наугад – выстрел не достиг цели, мог решить, что женщина, к каким бы слоям общества она не относилась, живет теми же заботами и теми же огорчениями. Но, какие бы мысли не роились за его высоким лбом и не скрывались за участливым взглядом серых глаз, ни его тон, все же столь сочувственный, ни выражение его лица, все так же дружеское, не изменились.

- Я рад, что вы знаете это, дитя мое, - мягко проговорил он. – Сделайте же, прошу вас, следующий шаг. И спросите себя, не отвернулся ли от вас Господь.

Приписывал ли он ей, в зависимости от своего мнения о слабой половине рода человеческого, тревогу за мужа, который начал вести себя необычно в последнее время, до некоторой степени совпадающее с появлением г-на Лесента, подозревал ли за ее обыкновенной шутливостью и спокойной уверенностью тоску о продолжении рода, угадывал ли мечты об иной жизни, больше подходившей ее беспокойной природе – неизвестно. Однако, по всей видимости, у него были какие-то причины предполагать, что чувства мадам Дюбуа могли ввергнуть ее в отчаяние, и слово «горе», использованное им ранее, было произнесено не случайно.

Отредактировано Провидение (2017-02-04 21:23:25)

+1

9

В ловушку легче всего попасть тогда, когда на самом деле ты хочешь быть пойманным. Господин Лесент был опытным охотником, и немудрено, что мадам Дюбуа была в шаге от того, что бы попасться в его сети. Как немного иногда для этого надо! Пара ласковых слов, участливый взгляд, и вот уже дверца клетки закрывается за неосторожной птичкой.

- Не отвернулся ли от меня Господь, господин Лесент? – едва слышно переспросила Мари-Флёр постояльца. Богословские диспуты не входили в число любимых развлечений семейства Дюбуа, однако об Иове слышать Мари доводилось.

Ответила господину Лесенту Мари не сразу, но когда она снова заговорила, голос её звучал решительно.

- Господь дает каждому тот крест, который он способен вынести. И роптать на Господа – это грех. Иов многострадальный и вовсе пролежал на гноище, но Господь милостив. Поэтому…нет, не думаю, что Господь отвернулся от меня, - покачала головой хозяйка трактира, отчего из небрежно собранных в пучок волос выбился на свободу непослушный локон.

+2

10

Господин Лесент в ответ склонил седовласую голову — признавая ли поражение, восхищаясь ли стойкой верой своей собеседницы или пытаясь скрыть чуть переменившееся выражение глаз — Бог весть. Ожидал ли он от мадам Дюбуа такого ответа или был готов к другому — понять ни по его лицу, ни по его тону было невозможно.

- Истинно, дитя мое. И я, ничтожный, счастлив послужить орудием десницы Господней. Вы видите своего супруга каждый день, сударыня, и оттого не замечаете, возможно, произошедших с ним перемен, как мать не обнаруживает, следя нежным взором за своим отпрыском, как из дитяти вырастает мужчина.

Он сделал паузу, не то обдумывая, как продолжить, не то желая оценить, которая из заброшенных им наживок — на пьянство мужа или на бездетность жены — первой привлечет внимание добычи.

+2

11

- Ах, господин Лесент, как бы ни было прискорбно мне осознавать, что мой дорогой господин Дюбуа слишком уж часто обращает свои взоры в сторону бутылки, поделать я с этим ничего не могу, - оставив в покое многострадальную оборку фартука, развела руками Мари. – И я, и матушка неоднократно говорили моему дорогому супругу, что следует быть воздержанней, однако все впустую. Вы же знаете, какой он может быть, если ему перечить.

Хозяйка трактира сейчас не кривила душой, поскольку господин Дюбуа к мнению жены прислушивался мало, а если говорить откровенно, то и вовсе ставил его не во что. Однако если быть до конца откровенными, такое положение вещей Мари-Флёр устраивало более чем полностью. Так что основной причиной бездетности четы Дюбуа было отнюдь не бесплодие одного из супругов.

Тем временем кошке надоело терпеть попытки малыша привязать ей к хвосту ленточку. Серая обитательница трактира ловко выскользнула из рук ребенка, и, задравши хвост, направилась прямиком к беседующим. Мазнув кончиком хвоста по юбке Мари-Флер, кошка попыталась забраться на руки господину Лесенту. Пасынок, недовольный тем, что живая игрушка сбежала, заревел в голос, и госпожа Дюбуа, извинившись перед своим собеседником, потратила некоторое время на то, что бы успокоить ребенка. Когда затихший малыш был передан из рук в руки служанке, Мари смогла вернуться к неожиданно интересному для нее разговору.

- Может быть, Вы смогли бы повлиять на моего дорогого мужа, господин Лесент? – с робостью в голосе спросила Мари. В то, что господин Дюбуа врядли перестанет заглядывать на дно бутылки, она не верила, но изобразить из себя любящую почтительную супругу бывает полезно.

+1

12

Если тон г-жи Дюбуа и богатство ее языка, столь необычное для простой трактирщицы, и привлекли внимание г-на Лесента, то он ничем этого не выказал и, без лишней суеты, но твердо помешав кошке улечься у него на коленях, с неослабевающим интересом наблюдал за поучительной сценой битвы бездумного желания с цивилизующим долгом, пока г-жа Дюбуа не возвратилась к нему снова.

– Я не пожелал бы ничего большего, чем оказать эту услугу – что вам, что ему, дитя мое, – заверил он свою собеседницу, но и сам черт не взялся бы сказать, с какой долей искренности. – Однако я лишь посторонний в сем доме и влияние мое ничтожно, покуда знания мои отстают безнадежно от моих благих побуждений. Вы, и только вы, держите в душе своей ключи к чаяниям и помыслам своего супруга, а поскольку корни всякого древа следует искать в зерне, из коего оно проросло, так и я обращаюсь к вам ныне в надежде, что вы подскажете госпоже Дюбуа, что единственный путь к Свету для ее сына лежит в том, чтобы и мать его отвергла всяческий мрак в душе своей и деяниях.

Выказав этими словами, быть может, что темные делишки г-жи Дюбуа не остались тайной для их внимательного постояльца, г-н Лесент сложил руки на коленях и устремил на молодую женщину пристальный взор, в котором, впрочем, и более проницательный человек не увидел бы и следа недоброжелательства.

+1

13

- Мрак? О чем Вы, господин Лесент? – с изрядной долей недоумения ответила Мари. Пафос сменился обыденной речью, ничем не отличавшейся от повседневной.

Собственно, одним из принципов успешной торговли госпожи Дюбуа-старшей было умение говорить с каждым на понятном ему языке. Этому принципу госпожа Дюбуа обучала и Мари, и, надо сказать, успешно. Как и принципу – держи язык за зубами. Как бы сильно не боялась Мари господина Лесента, свекрови она боялась еще больше.

- Моя свекровь – достойная женщина. А те, кто её чернит, злые завистники. Вот уж не думала, что такой человек как Вы, господин Лесент, поверит наговорам сплетников, - в голосе Мари прозвучала тщательно скрываемая обида. Настоящая или притворная – Бог весть. Серые глаза заблестели, и было похоже на то, что милая трактирщица сейчас расплачется.

+1

14

Г-н Лесент выпрямился, словно в него с размаху всадили стальной стержень, и даже в его глазах мелькнула отблеском того же металла фанатичная искра.

- За всякою женщиною грозовой тучей тянется шлейф скверны, унаследованный от праматери нашей Евы, и даже чистейшая из них облечена, будто в саван, с рождения в отражение дьявольской тьмы. Однако же, есть души чернее чернил и сумрачнее ночи, и нет нужды этим очам, - он многозначительно поднес указательный палец к правому глазу, - отверзаться преболе обычного, дабы сие узреть. Ваши слезы, дитя мое, есть признак светлой души, таящейся в греховной телесной оболочке, а быстрый ум, позволивший вам осознать скрытый смысл моих речей, подскажет вам и дальнейшие ваши шаги по этой стезе.

Возможно, г-н Лесент действительно знал, о чем говорит, но, даже если он выпустил первую свою стрелу наугад, внезапная перемена тона с патетического на обыденный могла бы сообщить ему, что выстрел попал в цель, а равная убедительность, с которой г-жа Дюбуа и недоумевала, о чем он говорит, и возмущалась происками завистников, иогла навести на мысль о том, сколь преуспела в притворстве его собеседница.

Отредактировано Провидение (2017-03-05 19:34:24)

+1

15

- Да, да, Вы, безусловно, правы, господин Лесент. Простите мне мою горячность, - опустив вниз глаза, ответила Мари. Трактирщица небрежным движением смахнула вот-вот готовую упасть слезу, и теперь весь вид ее был наполнен раскаяньем. Сегодняшний день как никогда больше подходил для упражнений в притворном благочестии и отменном лицемерии.

- Вы знаете, насколько труден путь к спасению, и как легко оступиться. А злые языки всегда найдут повод очернить, будь ты хоть трижды праведник. К тому же, так тяжело, когда некому подсказать тебе что и когда лучше сделать, господин Лесент, - последняя фраза прозвучала с легкой долей сожаления, мол, и рада бы получить добрый совет, но не от кого.

Мари чувствовала себя сейчас как на очень-очень тонком льду, покрывающем глубокий пруд с черной водой. По уму следовало бы завершить этот разговор и бежать куда глаза глядят, однако что-то продолжало удерживать трактирщицу на месте. Может быть желание понять, что же на самом деле такое – господин Лесент, а может быть что-то еще.

+1

16

Если мнение г-на Лесента о женщинах и впрямь было таким же низким, каким он его представил, трудно было бы ожидать, что выказанное г-жой Дюбуа раскаяние возымеет хоть какое-либо действие на сурового проповедника, и однако его взор заметно смягчился. Поразмыслив, он вытащил из-за пазухи небольшой сверток, который благоговейно поднес на миг к губам, прежде чем положить на стол перед собой.

– Я побывал в Святой Земле, дитя мое, – сказал он, поглаживая указательным пальцем странную ткань, похожую одновременно на бумагу и на пергамент, – и мне дарованы были там эти четки, освященные на Храмовой горе. В оную пору я скитался еще как слепец во мраке, но уже искал Свет, и отшельник, вручивший их мне, от рассвета и до рассвета молился вместе со мной, чтобы даровано мне было истинное прозрение. Как хотел бы я сказать тебе сейчас, что на молитву сию было отвечено, и однако…

Он покаянно опустил голову и замер, лишь чуть шевеля губами в безмолвном самоотрешении.

– Однако, – продолжил он вновь окрепшим голосом, – в один из дней суровая нить, связывающая сии четки воедино, порвалась, лишая меня как будто компаса и руля в бурном море соблазнов. И молился я, не зная, как истолковать этот знак – как указание на тщету моего рвения, либо как приказ воспрять духом после очередного падения и, связав волокна своих помыслов воедино, продолжить восхождение. И на рассвете – заметь, дитя мое, на рассвете! – осознал я, что разум мой ввел меня в заблуждение и надлежит мне не об одной лишь своей душе проявить заботу, но и прочих агнцев божьих привести к спасению. Взгляни!

Г-н Лесент трепетными пальцами развернул загадочную тряпицу, позволяя своей собеседнице увидеть с полдюжины ярко-голубых бусин, каждая из которых была нанизана на тоненькую кожаную тесемку. Бережно высвободив одну из тесемок, он протянул ее молодой женщине.

– Повесь у себя в спальне, – неожиданно буднично сказал он, – рядом с распятием. И помни, невозможно одним лишь желанием своим вызвать к жизни господне чудо, однако, быть может, быть может, говорю я, взирая ежеутренне на это напоминание о небе Святой земли, ты увидишь… знак.

Последнее слово он произнес еле слышным шепотом, и голубая бусина закачалась на шнурке, свисавшем с его пальца.

*

Хлорид кобальта, синего цвета, впитывая влагу из воздуха, выцветает, переходя в розовый, и, высвобождая ее при более низкой влажности воздуха, темнеет вновь.

Отредактировано Провидение (2017-03-06 03:46:13)

0

17

Мари с благоговейным видом выслушала рассказ. Она любила истории о Святой земле и о чудесах, которые там случались. Понимая умом, что большая часть этих рассказов чистой воды выдумка, тем не менее сердце Мари-Флер ждало чуда. Чуда, которое никогда не сможет произойти.

Однако человек предполагает, а Бог располагает.  Мари взяла подарок, прижала его на миг к сердцу и теперь в голосе ее зазвучали совсем другие нотки. Кажется, господин Лесент смог найти ту ниточку, за которую в дальнейшем можно будет дергать.

- Вы…Вы расскажете мне еще о Святой Земле, господин Лесент? – робко попросила Мари, не поднимая глаз от подарка. По хорошенькому личику трактирщицы было видно, что она скорее умрет, чем отдаст кому-то подарок господина Лесента.

Тем временем совсем рядом послышались тяжелые шаги и чей-то резкий кашель. Мари поспешила спрятать подарок под фартук, подальше от досужих глаз и ненужных расспросов.

+1

18

Странный сверток исчез за пазухой г-на Лесента, и он проводил бусину тяжелым взглядом, в котором читались разом надежда и сомнение, словно бы странный этот человек и вопрошал сейчас небеса, той ли он доверил свое сокровище, и верил, что драгоценная бусина способна принести спасение даже недостойной душе. Появившуюся рядом с ними г-жу Дюбуа он как будто не заметил, но, казалось, и не глядя на нее, способен был внушать ей тревогу: старуха, не задержавшись подле них дольше мгновения, направилась к выходу.

– Память о благословенном том крае горит в сердце моем, дитя, озаряя самые темные ночи и согревая в самые холодные дни, – проговорил наконец г-н Лесент. – Помнят стопы мои песок, по коему брели, и чувства мои – чахлой зеленью поросшие склоны гор близ Святого града, и даже столь же чахлых овец, на тех склонах пасшихся, и блеяние их, и звон колокольцев… – он замолчал на миг, то ли предаваясь воспоминаниям, то ли оставляя своей собеседнице время представить нарисованную им картину. – Потом, как-нибудь, быть может. Ныне же душа моя смятена и требует молитвы. Я помолюсь за знак для тебя, и за мужа твоего тоже помолюсь.

+1

19

Госпожа Дюбуа-старшая, которая было дошаркала уже до порога, обернулась и внимательно посмотрела на беседовавших невестку и постояльца. Судя по сведенным к переносице густым бровям, пронзительному взгляду темных глаз, праздные (с точки зрения госпожи Дюбуа-старшей, естественно) разговоры посреди бела дня были неуместны. Поэтому старуха еще раз закашлялась, то ли по настоящему, то ли демонстративно привлекая к себе внимание.

Мари, уловив предупреждение, поспешила подняться со своего табурета. Пробормотав подобающие случаю слова, бросила извиняющийся взгляд на господина Лесента и не мешкая подошла к свекрови.

- Вам что-то нужно, госпожа Дюбуа? – под вежливым тоном скрывалось раздражение. Мари предпочла бы беседовать и дальше, если бы господин Лесент согласился потрать еще чуточку своего драгоценного времени. Старуха, внимательно глядя на невестку, кивнула:
- Да, душа моя, помоги-ка мне. Надо кое-что забрать…, - и госпожа Дюбуа старшая, опираясь на руку Мари, переступила через порог заведения. Сделала несколько шагов, и, убедившись, что посторонних ушей вокруг не наблюдается, весьма резко принялась выговаривать Мари.

- Какого дьявола ты сидишь и тратишь время на болтовню с этим господином? Он тебе платит за совершенно другие услуги, так что нечего языком чесать.

Мари кивала, с виноватым видом опустив глаза вниз, но все что говорила сегодня свекровь, влетало в одно ухо и вылетало в другое. Молодая женщина ждала того момента, когда драгоценная матушка угомонится и можно будет  закрыться в собственной спальне и вдоволь налюбоваться подарком господина Лесента.

-Да, матушка. Нет, матушка. Как Вы скажете, матушка, - эти слова действовали на госпожу Дюбуа-старшую без промаха. Улестив старуху, Мари поспешила вернуться в обеденный зал, в надежде, что господин Лесент еще не ушел. Но здесь ее ждало разочарование - зал был пуст, и только пасынок продолжал играть у камина с кошкой.

Отредактировано Мари-Флёр Дюбуа (2017-06-02 21:04:56)

+1


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть III: Мантуанское наследство » Путь, ведущий к Спасению. Август 1628г., Париж