Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+


В предыстории: Труппа Лапена дает представление. Графиня де Люз и герцогиня де Монморанси знакомятся с дворянством Брама. Граф и графиня де Люз с помощью Лапена ищут, кто послал им подметные письма. Гг. де Жискар и Никола де Бутвиль намереваются пробраться в осажденный голландский город. Г-жа де Бутвиль и г-н де Ронэ пишут письма. Гг. де Ронэ и де Жискар принимают участие в дуэли. Лорд Винтер инкогнито приезжает в Париж. В Доле два путешественника встречаются с доктором Пиду.

Осень 1628 года: Г-жа дю Фаржи получает аудиенцию у кардинала. Миледи получает выволочку. Ее величество мирится с мужем. Веснушка, Шере и Барнье обдумывают визит в воровской притон. Г-н де Ронэ, г-жа де Бутвиль и г-жа де Вейро делят жилплощадь, а последняя навещает врача. Арамис и г-н д'Авейрон требуют поединка от г-на де Пеншеро. Г-жа де Мондиссье обращается за помощью к королю. Г-н де Жискар пожинает плоды своего великодушия. Королева встречается с испанским послом. Исчезнувшего капитана гвардейцев ищут Барнье, Шере и г-жа де Кавуа. Гг. де Корнильон и де Тран приходят в зал Мендосы.

Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календарь на 1628 год: дни недели и фазы луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть III: Мантуанское наследство » Человек предполагает... а бог хочет того, чего хочет женщина?


Человек предполагает... а бог хочет того, чего хочет женщина?

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Первые числа декабря 1628 года.

0

2

Нет ничего лучше, чем правильно составленный и  удачно выполненный план. Помимо успеха в делах он дарит также хорошее настроение и немалый заряд бодрости.  Так и хочется взяться еще за какую-нибудь задачу и немедленно её решить!
        Именно в таком настроении  пребывал граф де Люз, возвращаясь в Париж, и даже промозглая декабрьская погода, не столько холодная, сколько сырая и унылая, не могла его одолеть.  То, что поездка  несколько затянулась, не смущало Луи-Франсуа.  Главное - у него всё получилось! Должность вице-губернатора была продана за весьма приличную сумму, и теперь граф мог уверенно строить планы  восстановления наследственного имения  покойного барона де Кюиня.  Пусть наследие рода Бутвилей всё ещё оставалось под секвестром, запаса денег и двух поместий, матушкиного и жениного, вполне могло хватить для достойной жизни - не в столице, а в Тулузе: после всех переживаний  прошлого года и Париж, и  чопорное  светское общество ему опротивели. И к тому же там, на юге, он мог рассчитывать на дружбу и покровительство благородного кузена Анри.
      Впрочем, и здесь, на севере, у последнего представителя младшей ветви дома Монморанси нашлась доброжелательная поддержка. Если бы не содействие принцессы Шарлотты-Маргариты, дело не сложилось бы так благополучно. На обратном пути граф не преминул навестить кузину в Шантильи, куда она удалилась (от скаредного мужа) под предлогом подготовки к  празднованию Рождества, чтобы порадовать её и поблагодарить, благо пути туда от Санлиса было каких-то три-четыре лье. Разумеется, родственника не отпустили сразу, и он охотно остался погостить. Но, прогулявшись перед ужином по парку, граф вспомнил знаменательную прогулку с Эмили - ту самую, которая отвратила его от мыслей о гибели брата и о мести, - и понял, что хочет домой.  А  "домой" - значило туда,  где ждет его жена. Несмотря на радушие кузины, Луи-Франсуа, едва выдержав два дня, честно признался, что ему не терпится лично сообщить добрые вести супруге, и был отпущен, пообещав привезти мадам де Люз в Шантильи весной. 
     Оставив позади и древний, скучноватый город   Санлис, и уютное родовое гнездо среди густых лесов, Бутвиль проделал последние десять лье, отделявшие его от Парижа, так быстро, насколько позволяла раскисшая дорога. От  ворот  Сен-Дени он пронесся по улицам, не глядя, против обыкновения, кто попадается у него на пути.  Спешил, будто сама Эмили ждет в отеле Монморанси. Его первым вопросом к дворецкому,  вышедшему встретить дорогого гостя, было: "Есть письма от мадам де Люз?"
     Однако писем не было.

+1

3

День по парижским меркам выдался погожим – тучи наконец разошлись, и в небе сияло яркое солнце

Сначала Илер намеревался в очередной раз наведаться в зал Мендосы. Но потом эту мысль молодой человек отбросил - туда можно сходить и завтра, все равно он там был вчера и позавчера тоже. А солнечный день в этих краях на пороге зимы на вес золота.

Потому в итоге шевалье решил просто прогуляться по Парижу, отбросив нахлынувшие в очередной раз мысли о неизбежном поединке, финал которого при любом раскладе не сулил ему ничего хорошего.
.
Почему бы, например, не сходить в театр, о котором он уже был наслышан от новых приятелей? На спектаклях в "Бургундском отеле" бывали самые высокопоставленные особы, туда заходили и король с королевой. И , быть может, ему удастся еще раз хотя бы издали увидеть прекрасную как рассвет златокудрую даму. Ведь после того единственного танца в Лувре Илер видел прекрасную Анну только во сне…

Отредактировано Илер де Корнильон (2017-01-16 10:48:55)

0

4

Настроение Бутвиля мгновенно испортилось; сразу же он ощутил, как сильно продрог в пути, как устал, хотя ехал вовсе не издалека. Но опытный дворецкий в прямом смысле окружил его заботой: по его знаку один лакей забрал у приезжего отсыревший плащ и шляпу, другой стащил заляпанные грязью сапоги и подал домашние туфли, и тут же явилась почтенная служанка  с кувшином горячего вина и печеньем на серебряном подносе. Бутвиль, погруженный в свои грустные мысли, почти не замечал этой суеты, машинально сунул ноги в туфли, но запах вина с пряностями заставил его очнуться. Отпив несколько глотков приятного напитка из серебряного же стакана, он осознал, что дворецкий находится тут же, рядом, и спросил:
        - И все-таки, почему же нет писем?
        - Ах, ваша светлость, - с улыбкой ответил старик, - вы поторопились огорчиться! Письма были, а как же!  Только курьер вас не застал.  Я сообщил ему, что вы в Санлисе, но, видимо, вы уже оттуда уехали...
        - Да, я уехал в Шантильи, видимо, мы разминулись, - вздохнул граф. - Ну что же, надеюсь, курьер догадается догнать меня в Париже. 
        Поблагодарив дворецкого за утешительное известие, Бутвиль отпустил его, но, как это часто случается с любящими, не смог успокоиться. В голову полезли   глупые, но назойливые мысли: а может, среди присланных писем вовсе и нет  весточки от Эмили? Может, она поленилась писать мужу, предпочитая вести переписку с Теодором?  И почему  курьер? Эмили вполне могла воспользоваться обычной королевской почтой, тогда первое ее письмо могло бы застать его еще до отъезда в Санлис... Граф отлично понимал, что причин для беспокойства нет, что почта в эту пору года не может доставлять корреспонденцию бесперебойно, но доводы разума бессильны перед волнениями такого рода.  Пребывать в подобном состоянии Бутвилю было противно, а чтобы восстановить равновесие, следовало срочно чем-то заняться.  Не спать, не читать книгу, а... да, пожалуй, лучше всего пойти прогуляться.
      Сказано - сделано. Не предполагая делать визиты, граф ограничился тем, что умылся и переоделся с дороги, натянул сапоги понаряднее вместо только что снятых, а для тепла накинул отличную вещь, подаренную кузиной-принцессой  "впрок на Рождество", как она выразилась - широкий, подбитый мехом казакин из плотного фландрского сукна.
       О костюме Бутвиль позаботился, а вот куда идти - не задумывался. Старый, еще дедом нынешнего герцога выстроенный особняк стоял  в самом начале улицы, названной в его честь.  Отсюда было рукой подать до оживленной улицы Сен-Мартен, главной в этом квартале,  и Луи-Франсуа как-то сам собой оказался на ней.  Несколько кварталов он прошел в глубокой задумчивости, пытаясь определить, чего ему недостает в настоящем и чего хотелось бы в будущем, но наконец остановился у церкви св.Мартина. Со стороны могло показаться, что он любуется  новой, в современном вкусе, отделкой, которую совсем недавно придал древней церкви архитектор Мансар, на самом же деле он понял, что прямо сейчас его прогулке недостает цели, а цель могла быть лишь одна: вспомнить, как они гуляли по столице  с Эмили, как беседовали, какие чувства тогда рождались в его душе. Но из  памятных мест ближе всего был Бургундский отель. Сообразив это, граф свернул налево и, пройдя по нескольким кривым и узким улицам,  вскоре уже изучал афиши, вывешенные по обеим сторонам скромно украшенного входа в это святилище муз.

+1


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть III: Мантуанское наследство » Человек предполагает... а бог хочет того, чего хочет женщина?