Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+


В предыстории: Труппа Лапена дает представление. Графиня де Люз и герцогиня де Монморанси знакомятся с дворянством Брама. Граф и графиня де Люз с помощью Лапена ищут, кто послал им подметные письма. Гг. де Жискар и Никола де Бутвиль намереваются пробраться в осажденный голландский город. Г-жа де Бутвиль и г-н де Ронэ пишут письма. Гг. де Ронэ и де Жискар принимают участие в дуэли. Лорд Винтер инкогнито приезжает в Париж. В Доле два путешественника встречаются с доктором Пиду.

Осень 1628 года: Г-жа дю Фаржи получает аудиенцию у кардинала. Миледи получает выволочку. Ее величество мирится с мужем. Веснушка, Шере и Барнье обдумывают визит в воровской притон. Г-н де Ронэ, г-жа де Бутвиль и г-жа де Вейро делят жилплощадь, а последняя навещает врача. Арамис и г-н д'Авейрон требуют поединка от г-на де Пеншеро. Г-жа де Мондиссье обращается за помощью к королю. Г-н де Жискар пожинает плоды своего великодушия. Королева встречается с испанским послом. Исчезнувшего капитана гвардейцев ищут Барнье, Шере и г-жа де Кавуа. Гг. де Корнильон и де Тран приходят в зал Мендосы.

Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календарь на 1628 год: дни недели и фазы луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Предыстория » Если сильный с сильным лицом к лицу. Июль 1625 года, Париж


Если сильный с сильным лицом к лицу. Июль 1625 года, Париж

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

--

0

2

Последние дни июля превратили Париж в пекло. Земля звенела при каждом шаге. А над пустынными улицами висело зловонное марево. Редкие прохожие жались к стенам домов, ловя каждый клочок тени. И оттого три дворянина, приближавшихся к Пре-о-Клер неторопливым шагом, могли бы говорить о том, что их там ждало, не понижая голоса. Чего они не делали.

– Кожаный колет, по такой жаре! – недоумевал младший из них, белокурый красавчик. Сам он был разодет в белое с серебром. И носил башмаки на золоченых каблуках. В отличие от того, к кому он обращался.

– Я небогат, сударь, – хладнокровно отозвался тот. Трудно было вообразить себе больший контраст. Если в щеголе безошибочно угадывался придворный, то его собеседник таковым безусловно не был. И не будь ворот и манжеты его рубашки безукоризненно белыми, в нем легко было бы предположить нищего наемника – вынужденного ходить пешком, но носить сапоги в любую погоду. О том же кричали потертая перевязь и носивший следы штопки колет. Однако изучить его оружие было не более возможно, чем заглянуть под скрывавшую его левый глаз повязку, а между тем серебряная оковка ножен позволяла заподозрить, что клинки в них, как и человек, их носивший, стоят больше своей оболочки.

– Клянусь Создателем, у месье де Ронэ нет причин считать, что я не готов в любую минуту развязать кошелек для своих друзей, – несколько принужденно засмеялся третий. Едва старше первого и отличавшийся от него, казалось, только кремовыми оттенками наряда и каштановой мастью тщательно завитых локонов. – Как и предоставить весь мой гардероб…

– Оставьте, сударь, – возразил бретер. – Смешно рядить ворона в павлиньи перья.

– Ну вот, теперь вы назвали меня павлином! – с деланной обидой в голосе вскричал его собеседник. – Господь свидетель, Мильре, у меня ангельское терпение!

– В толк не возьму, как вы только могли поссориться с д'Эгели, – покладисто отозвался Мильре. – Но, господа, никак мы пришли первыми?

Луг в этот момент действительно казался пустым, лишь паслись на окраине четыре чахлые овцы, уныло искавшие пропитание в пожухлой от жары траве.

– Быть может, он вовсе не явится.

– Тщетные надежды, – бретер кивнул на проулок между домами. Из его тени в тот же миг появились одна за другой три мужских фигуры.

+1

3

— Право, в толк не возьму, как вас угораздило простудиться в такую жару!
Де Жискар стиснул зубы, заставляя себя удержаться от ответа. Он чихал уже в третий раз за эту недолгую прогулку, и причиной тому была не простуда, а духи господина д'Эгели. Казалось, будто его не надушили, а поперчили. Если бы предстояла не дуэль на шпагах, а конная схватка, у д'Эгели были неплохие шансы отогнать лошадь противника. Хотя, возможно, свою тоже.
Помимо сбивающего с ног парфюма, д'Эгели экипировался еще и густым слоем белил. Впрочем, как успел шепнуть д'Ориоль, без них тот даже из окна носа не высовывал — пытался скрыть рябую кожу. По мнению Жискара, такая маскировка лишь делала его похожим на рябого покойника.
д'Ориоль, шедший чуть впереди Жискара, обернулся и задорно осклабился. Его, похоже, забавляло предстоящее действо.
Д'Ориоль явился в Париж из Авиньона еще зеленым юнцом. Поговаривали, что ему пришлось покинуть родные края, когда его сходство с неким высокопоставленным духовным лицом сделалось если не кощунственным, то по меньшей мере бестактным. Наиболее выдающейся частью лица его был нос, украшенный двойной горбинкой и казавшийся еще более длинным, чем был на самом деле, из-за гладких русых волос, обрамлявших худое лицо. Вероятно, вся отпущенная на долю д'Ориоля набожность на сходство с именитым прелатом и ушла: богохульствовать он умел так, что Вельзевулу впору было брать его в секретари.
О том, что цель близка, возвестило стрекотание кузнечиков, наполнявшее душный воздух. К монотонному пению добавлялось жужжание мух, роившихся над россыпями овечьих горошин.
— Мы не первые. Они уже пришли, — протянул д'Эгели, шедший первым, с таким недовольством в голосе, что можно было подумать, будто это Жискар с д'Ориолем коротали все утро за туалетным столиком.

Отредактировано Жан де Жискар (2017-01-11 13:54:41)

+1

4

– Кого это он привел? – недоумевающе буркнул Мильре, щурясь против яркого света. – Сент-Эссаж, вы их знаете?

– В первый раз вижу, – с откровенной растерянностью отозвался его приятель.

– Возможно, недавние знакомые, – издевательски предположил их третий спутник. – Или друзья детства. Позвали же вы меня.

Сент-Эссаж высокомерно вздернул подбородок, но обратился к противнику. Теперь уже во весь голос.

– Новые приятели, д'Эгели? Какой, право, необычный повод для знакомства. А что же Шатильон? Заболел?

– Простудился, – уточнил бретер. Пристально разглядывая обоих чужих секундантов. – Шевалье де Ронэ, к вашим услугам.

+1

5

— Что за канарейкино дерьмо... — пробормотал д'Ориоль так, что его мог услышать только Жискар. На его физиономии отражалось веселое недоумение. Жискар вполне разделял его чувства. Уважение внушал вид только одного из секундантов. Жискар узнал его сразу, да и мудрено было бы не узнать. Оставалось одно: поверить в увиденное.
— Шатильон занят подготовкой к свадьбе своей сестры, —  с раздражением произнес д'Эгели, задетый впечатлением, которое произвели его секунданты. — Не будем эгоистичны, господа, и не станем отвлекать его ради своих дел. Смею вас заверить, эти господа справятся не хуже.
При этом он бросил на своих спутников взгляд, исполненный досады. Похоже сам себя корил за то, что не проявил разборчивости. Что же, рекомендация исходила от человека, которому он доверял. Просто не хотелось сейчас припоминать историю о некой девице, которую надо было проводить до монастыря так, чтобы она ненароком туда не попала.
Жискару не было дела до его переживаний. Имя, произнесенное господином с повязкой на глазу, развеяло последние сомнения. Он шагнул вперед, обогнув д'Ориоля.
— Жан де Жискар, — бросил он с той лаконичностью, которая позволяла считать церемонию собственного представления завершенной — раз уж д'Эгели не счел нужным брать эту обузу на себя.
Он шагнул вперед.
— Надеюсь, мэтр Ниве добрался до вас, не заплутав по дороге? — вполголоса спросил он.
Он от души поделился с сельским лекарем содержимым второго полученного за тот день кошелька, но надежды больше возлагал не на самого мэтра Ниве, а на его мула. Тот хотя бы мог идти не шатаясь.

Отредактировано Жан де Жискар (2017-01-11 17:00:09)

+1

6

Как звали явившегося к нему коновала, Теодор так и не узнал. А имя Жискара не вспомнил бы, если бы услышал. И в толпе вряд ли его заметил бы. Но все вместе…

– Вполне, – уточнять, что лекарь был изрядно навеселе, а лечить собирался кровопусканием, он не стал. Достаточно было и того, что наемник вообще позаботился о враче. А трофейная лошадь, доставшаяся в итоге фермеру, осталась привязанной к яблоне. – Благодарю вас, сударь. За что вам платят?

Тратить время на намеки и экивоки он не собирался. Но спросил тихо, чтобы не услышали прочие. Которые меж тем тоже назвали свои имена. И Мильре немедленно предложил измерить шпаги.

+1

7

— Поверите ли, за компанию, — отозвался Жискар, невольно оглядываясь на своего нанимателя. Поначалу он думал, что д'Эгели повздорил с опасным человеком, и теперь пребывал в недоумении. Возможно, впрочем, этот несчастный напудренный спаниель попросту сам хотел выглядеть грозным.
— Во всяком случае, приказа непременно обеспечить работой пару могильщиков у меня не было, — добавил он, не став уточнять, что это и в самом деле был не приказ, а только намек. — Ну а вас каким ветром сюда занесло?
Д'Ориоль подтолкнул его в спину.
— Слыхали? Сравним оружие. — Он издал преувеличенно горестный вздох и прибавил шепотом, наклонившись к уху Жискара: — Эх, сдается мне, единственный ястреб среди курятника достался не мне.
Жискар молча ухмыльнулся и вытащил шпагу из ножен.

Отредактировано Жан де Жискар (2017-01-17 01:41:45)

+1

8

Теодор не стал следовать его примеру.

– Оставьте, Мильре, – не скрывая презрения, бросил он. – Глупая игра. Что вы станете делать, обнаружив, что моя шпага длиннее всех ваших? Что она острее, что у нее лучше клинок? Что я ношу дагу и не вижу причин оставить ее в ножнах?

– Вы же не станете! – тотчас же взвился возмущенный д'Эгели. – Это бесчестно…

– Что именно? Вы пришли на поединок или на танцы?

– У меня тоже есть дага, – быстро вставил Сент-Эссаж.

– Измеряйте что хотите, – перебил бретер, – но избавьте меня от участия в этом шарлатанстве. Сударь.

Он взял Жискара под руку и отвел в сторону.

– Я вам обязан. Достаточно, чтобы предупредить. Мне платят за вашего фанфарона. Лишь за него, но чтобы до него добраться… Я не хотел бы ответить вам злом на добро. Потому – порадуйте вашего приятеля. Я буду драться с ним.

Можно было бы заподозрить, что он услышал жалобы д'Ориоля. Но вероятнее было, что он попросту издевался в обычной своей манере. Зато попыток сравнить длину клинков больше никто не делал.

+1

9

Во взгляде Жискара промелькнуло нечто напоминающее уважительный интерес, но адресован был этот взгляд не де Ронэ, а д'Эгели. "Мадонна, неужели этот вертопрах и впрямь сумел кому-то насолить? Хотя, может, все дело в наследстве. Или в не слишком разборчивой юбке". Он пожал плечами.
— С нами рассчитались заранее, так что,  можете считать, что мы квиты. Вам-то, к слову, платят только за дыру в его шкуре или за сохранность их перышек тоже?
Он еле заметно кивнул на спутников де Ронэ. Конечно, их безопасность тоже входила в плату, но если нет, то могла сложиться забавная ситуация.

Отредактировано Жан де Жискар (2017-01-17 13:57:53)

+1

10

Теодор умел изредка предусмотреть, как обойти свое слово. Но обнаружить такие возможности в слове, уже данном… Улыбка, искривившая его губы, была откровенно недоброй. Сент-Эссаж ему не нравился, не нравился и Мильре, и то, что он знал обоих по салону маркизы де Рамбулье, не означало для него ничего. А изворотливость наемника он оценил. И, что бы тот ни говорил о плате, считал себя его должником.

– Можете пощипать их в свое удовольствие, – оставив Жискара, он перешел к д'Ореолю. – Сударь. Я не имею привычки драться с друзьями. И не хочу ее приобретать. Окажете мне любезность?..

Строго говоря, другом он уже давно никого не называл. Но когда он не сочинял, не переводил и не обещал, он позволял себе порой весьма вольно обращаться со словами.

0


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Предыстория » Если сильный с сильным лицом к лицу. Июль 1625 года, Париж