Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+


В предыстории: Труппа Лапена дает представление. Графиня де Люз и герцогиня де Монморанси знакомятся с дворянством Брама. Граф де Люз желает взглянуть на даму, пославшую ему анонимное письмо. Гг. де Жискар и Никола де Бутвиль намереваются пробраться в осажденный голландский город. Лорд Винтер вступает в переговоры с графом де Рошфором. В Доле доктор Пиду делится своими горестями с приезжими.

Осень 1628 года: Герцогиня де Шеврез оказывается в центре ограбления. Мари Дюбуа беседует со своим постояльцем. Веснушка, Шере и Барнье навещают воровской притон. Г-н де Жискар принимает заказ. Гг. де Корнильон и де Тран приходят в зал Мендосы. Д'Авейрон и Лаварден рассказывают Кавуа про загадку заказной дуэли. Арамис советуется с Атосом по тому же поводу. Его величество навещает Марион Делорм. Братья де Бутвиль встречаются через многие годы разлуки. Рошфор и Клейрак пытаются обхитрить друг друга. Г-жа де Бутвиль и г-жа де Вейро беседуют с г-ном де Ронэ о греческой мифологии. Шере знакомится со старым другом Барнье. Г-н д'Артаньян получает выволочку. Миледи знакомится с неаполитанским обществом. Шере расследует поклеп на Александра. По следам исчезнувшего капитана гвардейцев идут Барнье и г-жа де Кавуа.

Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календарь на 1628 год: дни недели и фазы луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Предыстория » Кто злоречив, живёт лишь клеветой да сплетней, весна 1628 года


Кто злоречив, живёт лишь клеветой да сплетней, весна 1628 года

Сообщений 21 страница 40 из 50

1

Место действия - замок Лагранж. См. тему Эпистолярный роман

0

21

- Мадам де Тюаржи приняла во мне участие... - Эмили нагнулась и выудила из-под кровати домашние туфли. - У меня никогда не было подруг... Мадам герцогиня — удивительный человек, и мне бесконечно нравится, но все же она госпожа здесь... И очень хорошая... идеальная такая. А иногда же о ерунде поболтать хочется.
Она встала, отыскала брошенный на сундуке халат, надела и завязала пояс.
- Мадам де Тюаржи давала мне советы... Ну и... я была огорчена... она и предложила. Но вряд ли она стала бы писать вам — какая ей в том польза? А дружить со мной хорошо, меня герцогиня любит...

+1

22

Бутвиль с улыбкой следил за тем, как Эмили разыскивает свои вещи. Услышав краткую характеристику её отношений с г-жой де Тюаржи, он восхищенно покачал головой:
       - Как вам удается увидеть что-то хорошее в людях, которые на мой взгляд доброго слова не заслуживают? Право, душа моя, хоть вы и не так набожны, как наша герцогиня, но есть в вас нечто такое... - он пошевелил пальцами в воздухе, как бы выуживая нужное слово, -  я бы сказал, святое!  И вы совершенно правы - мадам де Тюаржи было бы невыгодно ссорить нас. Значит, и задавать ей вопросы касательно этой глупой бумажонки не стоит - поскольку сия не в меру общительная дама, разумеется, не удержится от того, чтобы по секрету донести столь любопытную историю до слуха всех обитателей Лагранжа, а то и за его пределами.  А вот порасспрашивать служанку, которая рано утром  заходила сюда поменять букет в вазе, нужно. И мне кажется, это лучше сделать вам.

+1

23

- Ах, ну конечно, я святая! - рассмеялась мадам де Бутвиль, окончательно успокоившаяся, - конечно, я расспрошу служанку, вот прямо сейчас!
Она взяла шкатулку с письмами, закрыла ее и отнесла обратно на столик... И вдруг замерла, глядя на нее. Когда через несколько мгновений Эмили обернулась к мужу, лицо у нее было довольно обескураженное.
- Вы знаете... - графиня растерянно почесала нос, - мне тут пришло в голову... эта шкатулка, она стоит здесь все время... и я ее не запирала... Ведь кто угодно мог...

0

24

Хотя мадам де Люз и выросла в доме у шпиона, Бутвиль давно уже понял, что воспитанием девочки господин Давенпорт не занимался вовсе - иначе научил бы ее относиться к людям подозрительно, не верить никому на слово и, в частности, не оставлять важные бумаги в незапертой шкатулке. 
         - Кто угодно не мог, - возразил Луи-Франсуа, ради большего успокоения обняв жену за талию и целуя в макушку. - Конечно, это очень неосмотрительно - не запирать свою переписку, и заглянуть под крышку мог действительно кто угодно. Однако мало увидеть бумаги - их еще нужно прочесть!  И другой вопрос - кто мог сюда войти в наше отсутствие и без нашего ведома? Лапен? Он способен сунуть свой любопытный нос в шкатулку, но ни сплетничать, ни тем более продавать вашу тайну за мзду не стал бы. Ваша камеристка? Её рекомендовала вам сама Мария-Фелисия,  не так ли? И мы не знаем, грамотна ли эта девушка. А кто еще? Мне кажется, что искать нужно все-таки в более широком кругу, потому что милейшая Тюаржи могла сболтнуть...     
        Его прервал деликатный стук в дверь.
        - Господин граф, позволено ли мне будет войти? - послышалось из-за двери.
        О! - увлекшийся расследованием граф вернулся к действительности. -  Это цирюльник. Я велел ему сегодня прийти пораньше.  Придется мне отдаться в его руки, а вы, душа моя, попробуйте пока  разговорить слуг!

+1

25

- Зато вы будете еще красивее, - улыбнулась мужу Эмили, провожая его до дверей. - А я оденусь сразу для выезда, заодно и расспрошу Мадлен.
Молодая и улыбчивая камеристка, рекомендованная графине де Люз ее светлостью, Эмили нравилась. Впрочем, новоявленная графиня была совсем не избалована вниманием и слуг в том числе — дома она привыкла обходиться услугами няни. Но к хорошему привыкаешь быстро... Стоило мужу уйти, как графиня позвонила. Мадлен появилась почти сразу. И Эмили, небрежно касаясь цветов в букете на столе, похвалила:
- Красивые цветы. Ты сама подбирала?

+1

26

Горничная, небольшого роста черноволосая девушка с живыми карими глазами, привычно сделала книксен, едва переступив порог, и сразу принялась выкладывать на кровать наряд для предстоящей верховой прогулки.

– Ой, ваша милость, – яркий румянец вспыхнул на щеках Мадлен, а взгляд смущенно устремился к полу, – нет, сударыня, это не я.  Это садовник, сударыня.

Она извлекла из сундука чистую сорочку и подступила к своей госпоже с видом одновременно почтительным и нетерпеливым.

+1

27

Графиня, скинувшая уже халат и снова стоящая в одной рубашке, удивленно уставилась на горничную.
- Садовник?! - она почувствовала, что тоже краснеет. - Ты хочешь сказать... садовник тут ходит, когда... когда мы спим?..
Конечно, полог был задернут... Вроде, был задернут... Эмили только сейчас поняла, что тот, кто менял цветы в вазе, заходил в комнаты, когда господа спали... И дверь в спальню не была закрыта.

+1

28

Мадлен прыснула, прижимая к груди сорочку — несколько вольное поведение для горничной, но она уже успела неплохо изучить свою госпожу.

- Ой, нет, что вы, ваша милость! Это он букет составил, а я принесла. Рубашечку будем переменять? Глядите, как зашито! Ничего не видно!

Она гордо расправила сорочку перед собой, позволяя молодой графине удостовериться, что кружево выглядит целехоньким.

Отредактировано Провидение (2016-12-08 23:12:41)

+1

29

- У тебя золотые руки, - похвалила Эмили девушку. На тонком кружеве, изящно украшавшем вырез сорочки и так досадно порвавшемся, когда... - графиня слегка покраснела и куснула нижнюю губку, припомнив обстоятельства... - место разрыва совсем не было заметно. - Сначала подай умыться. А что, больше сюда никто не заходил?

+1

30

Мадлен снова сделала книксен и кинулась прочь, чтобы вскоре возвратиться с фаянсовым кувшином, над которым поднималась тонкая струйка пара.

– Извольте, ваша милость, – проговорила она, на ходу снимая с вешалки и перекидывая через плечо новехонькое полотенце, на котором красными нитками была вышита узорная кайма. Когда с умыванием было покончено, и Мадлен выплеснула грязную воду, она вспомнила, наконец, о заданном ей вопросе. – Заходил? Да кто же это в такую рань заходить будет, ваша милость? Госпожа герцогиня, может, и не встали еще…

+1

31

- Госпожа герцогиня без предупреждения и не пойдет, - заметила Эмили. - Да и вовсе сюда не пойдет, зачем ей? Пришлет кого-нибудь меня позвать. А никого не присылала? Записку не передавала?
С удовольствием облачившись в чистую сорочку, графиня потянулась за чулками. Вполне привыкнув уже к услужливым и умелым рукам Мадлен, некоторые вещи она все же предпочитала делать сама.

+1

32

– Нет, сударыня, – с легким удивлением отозвалась горничная, аккуратно складывая сброшенную графиней ночную сорочку. – Госпожа герцогиня знают же, что их сиятельство приехали. И не встали они еще, может. А вы ждете от нее послания, никак?

Запоздалое любопытство всегда звучит немного неестественно, но Мадлен собирала сплетни не для собственного удовольствия и иногда забывала спросить.

0

33

- Нет, конечно, - отозвалась Эмили, думая, как бы так расспросить про письмо, чтобы Мадлен ни  о чем не догадалась. - Просто какая-то записка тут была, граф прочитал, а я взглянуть не успела. Ты не помнишь, от кого?
Уловка была не слишком тонкой, однако молодой женщине ничего иного в голову не приходило. Но, пожалуй, доверие госпожи должно было горничной польстить...

+1

34

В живых глазах Мадлен промелькнуло понимание. Графиня де Люз удивилась бы, если бы знала, что говорят слуги о ее браке. Лапен мог бы ее просветить, но он знал далеко не все. И однако девушка задумалась над ее вопросом, искренне недоумевая.

- Так это же, наверное, Лапен принес, - наконец сообразила она. - Ежели для господина графа.

+1

35

- Лапен? - с показным равнодушием ответила графиня. - Ах, да, наверное...
Больше не возвращаясь к этой теме, она позволила Мадлен  помочь ей надеть и зашнуровать платье и уложить в прическу непослушные кудри. Для того, чтобы отправиться на прогулку, оставалось надеть только шляпу, перчатки и плащ.
- Благодарю, - улыбнулась графиня служанке. - Чудесно! Его сиятельство распорядился уже, что мы будем завтракать здесь? На всякий случай, напомни на кухне. И пошли ко мне Лапена...

0

36

Если в день прибытия в замок Лагранж Лапен в душе стыдился своей провинциальности, то теперь он мог бы по части заносчивости дать фору любому из кичащихся своей выучкой слуг. Малое знание тонкостей нового ремесла он объяснял легко: да, в лакеях-то он недавно, зато под Ларошелью они с господином графом пережили столько опасных приключений... за что он, Лапен, и приближен к графской особе...
Слова "вот помню, под Ларошелью..." он произносил с такой непередаваемой, глубокой интонацией, что девицы восхищенно пищали, а лакеи ревниво переглядывались и за глаза прозвали новичка "Лапен-Под-Ларошелью"...
Впрочем, он легко перенимал все уловки хитрости лакейской жизни, а красивая красно-желтая ливрея все привычнее облекала широкие плечи...
Когда Мадлен, разыскав слугу, передала ему поручение графини, девица получила дежурную пригоршню комплиментов: мол, как можно с каждым днем все больше хорошеть, она же Лапена в гроб загонит, он уже извелся вконец... Мадлен похихикала, всерьез эту трепотню не приняла, а все-таки девушке приятно...

Лапен сначала поинтересовался из-за двери, угодно ли ее сиятельству, чтобы он вошел. И лишь получив высочайшее дозволение, открыл дверь, перешагнул порог и поклонился.

Отредактировано Лапен (2016-12-14 23:32:11)

+1

37

Стоявшая у окна графиня обернулась и задумчиво посмотрела на парня.
- Входи и дверь закрой.
Как расспросить Лапена? А почему нельзя впрямую спросить? В конце концов, нельзя же никому не верить, а с Лапеном они давно знакомы, и мадам де Бутвиль ни разу не имела ни единой причины усомниться в его преданности... Она припомнила, как они искали сокровища в заброшенном доме... И уж до чего парень любил поболтать, а о той истории никому не рассказал. По крайней мере, до графа она не дошла...
- У меня дело к тебе... Сегодня поутру тут, - Эмили указала на секретер, - была записка. Это не ты принес?

0

38

- Нет, ваше сиятельство, - ответил Лапен беспечно. - Я сюда со вчерашнего дня не приходил, и никто мне для вашего сиятельства поручений не давал...
Парень осекся.
Вроде и простой вопрос задала хозяйка. И тон обычный. И взгляд спокойный...
Но...
То ли на миг дрогнул голос молодой женщины... То ли луч света упал на лицо, отразился в глазах - и чуть изменил их выражение...
Лапен подобрался, почуяв недоброе.
- Не приносил ничего, - сказал он уже иным голосом. И не добавил на этот раз "ваше сиятельство".

+1

39

- А кто-то принес... - Эмили куснула нижнюю губу. Довериться парню? Так он скорее узнает, с ней слуги разговаривать не станут. И надо же знать, кто подстроил ей гадость... Кто знал о письмах Ронэ? Сегодня донесли графу, завтра распустят сплетню... Внезапно молодая женщина почувствовала дурноту... А все ли письма на месте?! Она же не заглянула даже, и в голову не пришло... Потому что одно дело сплетня, другое — когда письмо бретера по рукам пойдет! Хоть там ничего такого нет, а все же... - Плохую записку. Кто-то хочет нас с графом поссорить. Ты можешь узнать, кто сюда заходил? И не сегодня тоже... Там, в спальне у меня, шкатулка. Знаешь, что в ней?..

+1

40

- Не знаю, - ровным голосом сказал Лапен. - А догадаться могу.
Он держался по-прежнему почтительно. Разве что перестал через слово именовать графиню "вашим сиятельством". Но что-то еще изменилось в его манере говорить. Словно парень скинул ливрею.
- Помните, два дня назад вы изволили заступиться за меня перед хозяевами замка? У меня вышла драка с Гастоном... ну, здешний лакей, кучерявый такой, как баран. Я ему еще зуб выбил... Когда господа разбирались, он не сказал, из-за чего драка вышла. Мямлил: мол, так оно как-то... слово за слово... Но уверял, что зла на меня не держит. Тогда обошлось, и я думал, что дело ушло и забудется. А боюсь, что придется вспомнить. Он ведь, Гастон-то, сказал тогда в лакейской, что вашей милости поклонник письма пишет. За что и словил по хрюкалке.
(Парень не стал уточнять, что Гастон сказал не "поклонник", а "полюбовник".)
Лапен поднял глаза, твердо встретился взором с хозяйкой:
- Гастон - дурак. Но чьи-то он слова повторял. И не имеет ли это отношения к той плохой записке?

Отредактировано Лапен (2016-12-15 00:58:31)

+1


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Предыстория » Кто злоречив, живёт лишь клеветой да сплетней, весна 1628 года