Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+



Происходящее в игре (случайная выборка):

В предыстории: В небольшой деревушке странствующие циркачи влипают в неприятности. Гг. Жан де Жискар и Никола де Бутвиль пробираются в осажденный голландский город. Г-н де Лаварден помогает товарищу ввязаться в опасную авантюру. Графиню де Люз и Фьяметту похищают, приняв последнюю за герцогиню де Монморанси. Г-н виконт де ла Фер терпит кораблекрушение. Г-н Шере и г-н Мартен мечтают о несбыточном. В салоне маркизы де Рамбуйе беседа сворачивает на монахов и воинов.

"Прямо страх, как весело". Декабрь 1628 года, открытое море.: На корабле, на котором в Новый свет плывут Лаварден, Дюран, Мартен и Морель, происходит нечто странное.
Similia similibus. Сентябрь 1628 года: Рошфор, миледи и лорд Винтер пытаются достичь договоренности.
Границы дозволенного. 18 января 1629 г.: Г-н де Корнильон вновь видится с миледи.

Краткий курс семейного скандала. 25 ноября 1628 года: Герцог и герцогиня д’Ангулем ссорятся из-за женщины.
Из рук в руки. 15 декабря 1628г.: Маркиз де Мирабель дает поручение шевалье де Корнильону.
Как вылечить жемчуг. 20 ноября 1628 года, утро: Г-жа де Бутвиль приходит к ювелиру.

Разговор или договор? 4 декабря 1628 года: Г-жа де Бутвиль получает аудиенцию у Ришелье.
Найти женщину. Ночь с 25 на 26 января 1629г.: Шере и Барнье пытаются разговорить кучера, который помог похитить г-на де Кавуа.
Порочность следственных причин 25 января 1629 года: Миледи обращается за помощью к Барнье.

О том, как и почему кареты превращаются в тыквы. Ночь с 25 на 26 января 1629 г: Г-жа де Кавуа расспрашивает священника Сен-Манде.
Братья в законе. 13 ноября 1628 года: В тревоге за исчезнувшую сестру Арман д'Авейрон является к зятю.
Туда, где вас не любят. 2 декабря 1628 г.: Капитан де Кавуа узнает много нового о себе и о г-не де Ронэ.


Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календарь на 1628 год: дни недели и фазы луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Предыстория » Бархатные лапки, а в лапках - царапки. 10 мая 1625 года


Бархатные лапки, а в лапках - царапки. 10 мая 1625 года

Сообщений 1 страница 20 из 31

1

Продолжение эпизода Стихи, написанные кровью. 10 мая 1625 г

Отредактировано Миледи (2016-09-05 22:13:43)

0

2

Дорога, на обочине которой миледи решила дожидаться в своей карете возвращения наемников, не отличалась многолюдностью, что было очень кстати.
Прошло не очень много времени с тех пор, как троица отправились запугивать Теодора. Миледи убеждала себя, что глупо ожидать их возвращения так быстро. Но все равно постоянно прислушивалась, в надежде первой услышать долгожданный топот копыт.
Потеряв терпение окончательно, Анна выскочила из кареты и принялась расхаживать вдоль дороги. Она пыталась представить, как наемники подъезжают к домику, как застают Теодора врасплох...
А дальше ей представлять не хотелось. Она ведь прекрасно помнила трупы в марсельском притоне. Может быть, она послала слишком мало людей? Может быть, отправить следом и вот этих двоих, что сейчас околачиваются возле кареты и изображают ее охрану?
Миледи заставила себя успокоиться. Все будет хорошо. Теодор не ждет подвоха. Вот-вот троица вернется и сообщит, что дело сделано, что Теодор приходит в себя после качественной драки, и тогда настанет время ее появления на сцене...

В последнее время Теодор проявлял слишком много настойчивости, предлагая свои услуги в освобождении ее, якобы томящегося в плену у монсеньера, сынишки. Временами Анна даже жалела, что выдумала эту историю. Она пыталась убедить любовника, что ни к чему хорошему его вмешательство не приведет, но безуспешно. И тогда миледи решила разыграть спектакль. Приехав в дом, где, как он думал, должна будет состояться встреча Анны с сыном, Теодору предстояло встретить "людей монсеньора", которые ясно дали бы ему понять, что ни о каком освобождении мальчишки не может быть и речи.
А потом должна была появиться сама миледи, вся в слезах, заботливо отереть кровь (а кровь после объяснения наверняка останется) с лица Теодора и сказать: "Вот видите, я же Вас предупреждала..."
Затем Теодор отправился бы домой, и какое-то время ему пришлось бы провести в постели, чтобы оправиться от последствий схватки. А у миледи появилось бы время на одного очаровательного дворянина, который уже давно оказывал ей знаки внимания.
Она не хотела совсем рвать с Теодором, он был слишком хорош... Но перспектива новых отношений была очень заманчивой... Жаль, Теодор не понимает, что разнообразие просто необходимо такой женщине, как она...
Размышления миледи прервало восклицание одного из охранников:

- Всадник на дороге!

Наконец-то! Анна бросилась навстречу всаднику, отметив про себя, что не зря она волновалась. Из троих остался всего один. Нужно было отправлять четверых.

Но когда всадник подъехал поближе, она вскрикнула от удивления.

Нужно было отправлять на встречу всех пятерых. Потому что всадником был Теодор.

Миледи колебалась несколько мгновений, затем приказала своим охранникам сохранять молчание и ни во что не вмешиваться, а сама выбежала на середину дороги и громко вскрикнула, изображая искренний испуг:

- Теодор! Что произошло? Вы весь в крови!

+1

3

Теодор ехал как во сне. И мысли его, сколько их ни было, были заняты не любовницей, а монсеньором. Поджидавшую впереди карету он едва заметил. Хотя неосознанно выпрямился в седле. Но выбежавшую на дорогу женщину узнал сразу.

– Мадам.

Он натянул поводья. Не понимая сперва, что она здесь делает. С запозданием осознавая, что она должна была приехать в этот же домик, чтобы увидеться с сыном. Которого не привезли.

– Произошло, – повторил он, сверху вниз глядя в ее прекрасное обеспокоенное лицо. И лишь сейчас начиная наконец понимать, что значило появление в домике троих наемников. – Произошло то, мадам, что меня ждали. Я говорил вам, что поеду заранее. И меня ждали. Но не ждали, что я приеду ночью.

Он оставил ее накануне днем, после того, как она показала ему место встречи. Последние пол-лье в карете было проехать невозможно, и она ждала тут же, пока он ездил на разведку. В Париж они вернулись вместе. А вечер у нее был занят. И он не стал говорить ей, что отправится немедленно – не хотел портить ей вечер лишним беспокойством.

+1

4

- Вас ждали?.. - замешательство и растерянность, они должны быть как можно правдивее, он не должен заметить что ее гложет нетерпение. Что там произошло, где те трое - ее ведь уверяли, что они - профессионалы! Почему ни одного из них здесь нет, а Теодор - есть? Неужели они все мертвы? Конечно, они не ожидали, что Теодор приедет в домик ночью. Но она же предупреждала их, что он - мастер своего дела. Профессионалы... а сработали совсем не профессионально.
Правильно Теодор сделал, если убил их всех.

- Значит, ему стало известно обо всем, - с отчаянием в голосе произнесла Анна. - Боже, теперь я долго не увижу моего Френсиса... если вообще увижу. Что же Вы наделали, Теодор?

"Что они успели сказать ему? Он знает что-нибудь о нанимателе? Вряд ли. Иначе говорил бы со мной по-другому..."

+1

5

– Я?!

Теодор соскочил на землю. И тут же пожалел об этом. Взялся за стремя, борясь с головокружением. Перед глазами все плыло. И заданный ею вопрос не находил ответа. Потому что важнее был другой вопрос. Потому что приказа убивать не было, а значит, с ребенком ничего не могло случиться.

– Откуда? Откуда известно? – Теодор знал, что не проболтался. Не успел бы, он ни с кем не виделся перед отъездом, ни с кем не разговаривал. Но она… Женщины не умеют молчать. – С кем вы говорили об этом, мадам?

Ему было слишком дурно, чтобы злиться, но злиться он начинал. Вспоминая запоздало, сколь опасно перебегать дорогу Ришелье. И осознавая вновь, сколь бесполезно. Зная, что его пощадили. И это знание, это великодушие тоже сводило с ума.

+1

6

От миледи не укрылось состояние Теодора. Может, так было даже лучше. Пусть он сейчас вовсе потеряет сознание, и у нее будет время хорошенько обдумать, что сказать Теодору, когда он очнется.

- Я говорила только с Вами, - с видом полнейшей невинности заявила Анна, внимательно всматриваясь в лицо любовника. - Не нужно было Вам затевать все это, Теодор! Смотрите, что из этого вышло!

Она схватила его за плечи - будто бы переживая, что он может упасть.

-  Вы ранены? Теодор, Вас же могли убить! Никогда не прощу себе, что позволила Вам поехать сюда! Мой мальчик по-прежнему у них, а Вы подвергали себя ужасной опасности...

+2

7

Свободной рукой Теодор привлек к себе молодую женщину. Что он мог ей сказать, когда она была права? Он ничего не добился.

– Меня щадили, – нехотя сказал он. На лбу выступила испарина, и он отер ее рукавом. – Им приказали… не убивать. Иначе, видит Пресвятая Дева, я бы не разговаривал сейчас с вами. Но каким образом?..

Он осекся, переводя взгляд на карету. Если она никому ничего не сказала. Если за ней следили… Если за ними проследили…

Голова раскалывалась, мысли путались, и Теодор, не скрываясь больше, крепче вцепился в подпругу.

– Мадам, вы позволите… с вами в карету?

+2

8

Видя, что Теодор едва стоит на ногах, Анна все же не спешила позвать на помощь охранников, маячивших у кареты послушными безмолвными истуканчиками. Ей хотелось успеть выспросить любовника о том, что сталось с наемниками.

- Щадили? - удивление в ее голосе было таким искренним. - Но если это были Его люди, к чему им Вас щадить?

"Жалкие идиоты... Неужели так и не успели ему ничего сказать? А если успели, то что именно сказали?"

- Они... Вы говорите - они... а сколько их было, Теодор? Они что-нибудь говорили?

Что с ними случилось, она так и не рискнула спросить, хотя очень хотелось.
"Ну давай же, теряй сознание, я хоть смогу без помех отправить туда своего человека, чтоб он сам все увидел..." - подумала Анна, устремляя на шевалье полный любви и тревоги взгляд.

- Конечно, идемте скорее, Вам же совсем плохо! - но явно не хуже, чем тем, троим. Хорошо, что она заплатила им только половину обещанного. В сущности, они ведь и справились лишь с половиной дела.

Прекрасно отдавая себе отчет в том, что в одиночку она не сумеет дотащить до кареты Теодора, если он вдруг в самом деле потеряет сознание, Анна махнула рукой своим спутникам:

- Помогите же мне, господа!

Наемники, переглядываясь, подошли к Теодору, явно не зная, каким образом предложить свою помощь. После недолгого колебания один из них молча протянул шевалье руку.

Отредактировано Миледи (2016-09-05 22:34:44)

+2

9

Как-то у Теодора еще получалось думать, пусть медленно. Но не отвечать на ее вопросы. Которых было слишком много. К чему – что значит, к чему? Сколько, что говорили? Он не понимал, кто это был с ней, но отпустил стремя, шагнул навстречу протянутой руке и вцепился в подставленное плечо. Кто-то из ее людей? Из людей монсеньора? Она им доверяла…

Затем в глазах снова потемнело. Казалось, лишь на мгновение. Но почему-то он уже был в карете – полу-лежал, развалившись, на кожаных подушках сидения. Дверца была приоткрыта. Но он не помнил, не понимал, успели ли тени удлиниться.

Борясь с тошнотой, он сел. Нашел глазами миледи. Этот взгляд, на дороге… Ее слова, ее тревога.

– Не смотрите на меня так, мадам, ничего со мной не случилось. Стукнули пару раз по башке, бывает. Пройдет. Хотели бы убить, убили бы. Это было только предупреждение. Должно было быть. Так что ему ничего не грозит, вашему сыну. Я уверен. Дайте мне пару минут. Прийти в себя.

+1

10

Наемники подоспели вовремя, иначе Теодор рухнул бы прямо на дорогу. Миледи не сдержала ругательства - она так ничего и не узнала.

- Куда его, ваша милость? - пропыхтел один из помощников.

- В карету, - коротко бросила миледи. Дождавшись, пока Теодора дотащат до кареты и разместят на сиденье, Анна велела одному из наемников съездить в дом, посмотреть, что там происходит, и сразу же, не задерживаясь, возвращаться и рассказать. Она не знала, сколько у нее есть времени, пока шевалье не пришел в себя, поэтому нужно было торопиться.

Ожидая возвращения наемника, Анна уселась в карету напротив Теодора и внимательно осмотрела его. Не увидев никаких серьезных ран, она достала платочек и очень осторожно приложила его к ссадине на голове любовника - так, чтоб на платке остались пятна крови. Когда он очнется, пусть думает, что она изо всех сил приводила его в чувство.
Затем миледи спокойно откинулась на спинку сиденья и задумалась. Оставит ли Теодор попытки освободить ее сына? Сколько она его знала, де Ронэ всегда мешал ее планам. А с его настойчивостью и целеустремленностью можно было быть уверенной, что не пройдет и нескольких дней, как он придумает что-нибудь новое. Пожалуй, с него станется явиться к самому монсеньору и потребовать восстановить справедливость. Теодор ведь так нетерпим, когда дело касается его чести. А вдруг он посчитает возвращение несчастного ребенка любящей матери тоже делом чести?
Иного выхода, кроме ссоры, миледи не видела. А когда она наиграется с новым любовником вдоволь и соскучится по объятиям Теодора, всегда можно будет явиться к нему и попросить прощения. Ну как еще могла отреагировать разлученная с ребенком мать, опасавшаяся за жизнь своего чада? Только истерикой. Нужно быть невероятно черствым человеком, чтобы не простить ее за минутную слабость.

Услышав, как возвращается ее посланец, Анна бросила быстрый взгляд на Теодора, убедилась, что он не подает признаков жизни, и выскочила из кареты.

- Ну? - нетерпеливо выкрикнула она, не дожидаясь, пока всадник спешится.

- Ваша милость, там такое... Все мертвы! Всё в крови! - наемник произнес это со смешанным выражением страха и восхищения. - Это не человек, это какой-то...

- Не продолжай! - прошипела миледи, оглядываясь на карету. Она отстегнула от пояса мешочек с деньгами и швырнула собеседнику. - Твои услуги больше не нужны. Забирай приятеля, и исчезните отсюда как можно скорее.

Видимо, картина, увиденная в доме, произвела очень сильное впечатление на собеседника миледи, повторять дважды ей не пришлось.

Анне послышался какой-то шорох из кареты и, не обращая больше внимания на наемников, миледи поторопилась вернуться к Теодору. Она едва успела сесть и принять заботливый и испуганный вид, как шевалье очнулся.

- Вы так напугали меня, Теодор... - со скандалом нужно было подождать. Какой смысл выяснять отношения, пока он ничего не соображает? А вот когда окончательно придет в себя...

- Не нужно было так рисковать... Смотрите, что эти злодеи с Вами сделали... Ах, и тут у Вас тоже кровь! - Анна протянула к Теодору руку с зажатым в ней платочком и принялась нежно вытирать кровь с его лица.

+1

11

Теодор удержал руку миледи, коснулся губами внутренней стороны запястья. Собственная беспомощность бесила его едва ли не больше, чем неудача.

– Оставьте, мадам. Ничего они со мной не сделали. Не успели. – Он попытался собраться с мыслями, но выходило плохо. И понять выражение ее лица он тоже не мог. Полутьма кареты. И перед глазами все слегка плыло. – Я сказал вам? У них не было приказа убить. Значит, ему ничего не грозит. Вашему сыну.

Дверца была еще открыта, а значит, ехать она пока не собиралась. И это было к лучшему, потому что его мутило не хуже, чем на корабле.

Отредактировано Теодор де Ронэ (2016-09-07 15:04:03)

+1

12

- Как Вы себя чувствуете? - обеспокоенно спросила миледи. - Если они Вам ничего не сделали, почему же вы тогда весь в крови?

Роль сиделки уже начала утомлять ее. Анна почувствовала легкое раздражение. Если бы та троица сработала лучше, то ей не пришлось бы сейчас выкручиваться, выдумывая предлог для ссоры. Наемники бы все сказали Теодору сами. А она явилась бы под конец, закатила бы красивую сцену, и гордо удалилась... домой, где вечером ее ждал изысканный ужин и не менее изысканный, как она надеялась, новый любовник.

- Ему ничего не грозит, говорите Вы? - она скрыла раздражение и постаралась говорить как можно печальнее. - Возможно, Вы правы... Вот только я теперь нескоро увижу моего мальчика...

+1

13

Весь в крови? Теодор выпрямился, чтобы взглянуть. И тут же об этом пожалел. И оттого ответил не сразу. Собрался с мыслями. Увидит… Но не скоро. Откуда же монсеньор знал?

– Кучер, – пробормотал он. Рука привычно коснулась эфеса. Но с места бретер не двинулся. Не находя сил. И понимая, что сейчас не время. Как не время говорить о том, что делать в следующий раз. – Отправьте его… туда. К ним. Жест… милосердия. Доброй воли. Если хотите. Это их кровь.

И выбор был только в том, кого предать. Женщину, которая ему доверилась. Или человека, которому он клялся в верности. И не было, на самом деле, выбора. Помощь людям монсеньора была лишь еще одной ложью.

Отредактировано Теодор де Ронэ (2016-09-12 11:38:58)

+1

14

Ее напускную печаль как ветром сдуло. Анна с удивлением посмотрела на Теодора.

- Отправить кучера к мертвецам? Зачем? Чтобы их похоронить?

Это было уже чересчур. Конечно, Теодор - благороден, но чтобы вот так заботиться о трупах тех, кто только что на тебя нападал и едва не убил... Хотя, у наемников не хватило ума скрыть тот факт, что им было приказано не убивать шевалье. Теодор сам был наемником - может быть, он поэтому преисполнился такого христианского милосердия к нападавшим, выполняющим чей-то приказ и не имеющим к нему никакой личной неприязни? Анна не могла не оценить такой высокий душевный порыв, но понять его все же было сложно...

- Эти недостойные вполне заслужили свою участь, - вполголоса проговорила она. - Не думайте больше о них, Теодор. Давайте я лучше отвезу Вас домой и пошлю за лекарем...

+1

15

Головная боль. Тошнота. И злость. Если что-то еще было не так, Теодор это едва осознавал. Обыкновенно такое внимание к его особе встревожило бы его. Даже если бы он не ожидал упреков и не знал, что утешать ему нечем. Не опасался бы сам за судьбу ее сына. Но то было обыкновенно. Сейчас все было иначе. И он был привязан к ней не одним лишь желанием.

– Черт возьми, мадам, что вы несете? Какой, к дьяволу, лекарь? С чего вдруг мертвецы? Я сказал вам – отправьте к ним кучера. Не надо меня никуда везти. Не спорьте, просто сделайте, что я сказал.

Обыкновенно он, прочитав в глазах любовницы чувства, которые видел, не в первый раз уже, в голубых глазах миледи, подумал бы о браке. Может даже, не принял бы решение сразу. Все-таки она была необыкновенно хороша собой и богата. И будила в нем желание – не только прикосновением. Улыбкой, одним взглядом. Сводила его с ума, как когда-то Анна.

Теодор не задумывался об этом. Но, твердо решив жениться по расчету, не спешил это намерение осуществить. Может, потому что ни одна из тех, с кем он так легко сходился, не вызывала в нем тех же чувств, что и Анна. Ни одна – кроме миледи. Однако в том, потерянном навсегда прошлом не было объятий на полу в гостиной. Как не было венецианского мальчишки.

Он не смог от нее отказаться. Но и большего предложить не мог. Не думая. Не принимая решения. И это была еще одна причина, по которой он был сейчас так к ней несправедлив.

+1

16

Раздражение миледи превратилось уже в откровенное нетерпение. Ждать, пока кучер съездит в домик, пока вернется, потом еще нужно будет отвезти Теодора, дождаться лекаря и объяснить ему, какое лечение нужно прописать неутомимому борцу за справедливость, чтоб он провел в постели хотя бы несколько дней... Это займет столько времени, что домой она вернется хорошо, если к ночи...

- Но какой смысл отправлять кучера, они ведь... - миледи осеклась. Она ведь не должна знать, для Теодора, во что превратились наемники после встречи с шевалье.

- Пусть о них заботится тот, кто их послал! - твердо заявила Анна и, высунув голову в окно, крикнула кучеру:

- В Париж!

Затем уселась на свое место и с примирительной улыбкой взглянула на Теодора.

- Ваше самочувствие и забота о Вас гораздо важнее для меня, чем какие-то головорезы, живые или мертвые, - как можно нежнее произнесла она, невольно думая о предстоящей восхитительной ночи.

+1

17

Теодор вытянул ногу. С тем, чтобы кучер, который, несомненно, пожелал бы закрыть дверцу, прежде чем тронуться с места, не смог бы этого сделать. Дурнота слегка отступила, но голова по-прежнему раскалывалась. И садиться на козлы сам он не хотел. Иначе уже разобрался бы с кучером на свой лад.

– Ваши люди, кто они?

Он осознал вдруг, что не слышит их голосов. Прислушиваются? Подслушивают?

+1

18

Маневр Теодора Анна заметила и поняла по-своему: шевалье слишком плохо, и он хочет переждать какое-то время, надеясь, что почувствует себя лучше. Пришлось молча проглотить разочарование, которое она испытала, поняв, что подготовка к долгожданному ужину сдвигается на неопределенный срок.

Самым сложным было правильно ответить на вопрос Теодора. Ведь он вообще не должен был знать ничего о каких-то там людях. А если бы Анна сказала, что сама наняла их, то у шевалье могло бы возникнуть несколько еще более для нее неудобных вопросов.

- Эти люди появились здесь сами. Сказали, что им поручено охранять меня. А потом они куда-то подевались. Я даже не заметила, куда, я была слишком взволнована вашим состоянием...

Получилось или нет? Хватит ли ему такого объяснения? Поверит ли, что это снова люди монсеньора?

Анна едва сдержала нервный смешок. Вот бы удивился монсеньор, узнав, какой он коварный, предприимчивый и бессердечный. Впрочем, она была почти уверена, что Его Высокопреосвященство был именно таким.

+1

19

Теодор прикрыл на миг глаза. От головной боли это не помогало. Но думать получалось лучше. Кажется.

Появились здесь… Почему? Миледи. Она должна была приехать. Встречаться с сыном. И остановиться здесь. Потому что дальше дорога для карет не подходила. И идти дальше пешком. Почему не верхом?

Усилием воли он заставил себя сосредоточиться снова.

Они знали, что она приедет. Должны были задержать ее, чтобы она не… не ехала дальше?.. Не оказалась нечаянно в опасности? Или… чтобы предупредить ее? Так же, как те, и другие, должны были предупредить его?

Он снова открыл глаза и пристально взглянул на миледи. Тщетно ища следы дурного обращения.

Концы не сходились. Если бы здесь был Рошфор… Не был бы. И бретер, выдохнув сквозь сжатые зубы, снова закрыл глаза.

– Отошлите его. Кучера.

Пусть думает кто-нибудь другой, поумнее.

Они поехали к домику, наверняка. А потом?

+1

20

Проклиная про себя благородный порыв Теодора, миледи отправила кучера к злополучному дому, пообещав хорошую награду, если он сумеет помочь тем, кто будет нуждаться в помощи.

- Я не понимаю, зачем Вы это нужно, Теодор, - чуть более резко, чем нужно, заявила миледи, когда посланный скрылся за поворотом дороги. - Нам с Вами кучер гораздо нужнее.

Еще бы не нужнее. Этот вечер обещал стать для миледи очень приятным... а возможности, открывающиеся с приходом ночи, будили в ней живое любопытство и искренний интерес. Сколько еще ждать? Если бы не упрямство Теодора... как все было бы чудесно.

Именно это упрямство и осточертевшие миледи принципы и заставили ее искать развлечения на стороне. Она иногда не без сожаления думала, что если бы Теодор не забил свою голову смешными и наивными понятиями о благородстве, их союз мог бы быть идеальным. Но, увы... Даже если любовник восхитителен, притворяться постоянно такой, какой он хочет тебя видеть - чрезвычайно утомительно.

- Пока мы ожидаем возвращения кучера - быть может, Вы расскажете мне подробнее, что случилось в том доме?
"А в особенности, что именно Вы успели узнать у нападавших..."

Отредактировано Миледи (2016-09-16 19:07:31)

+1


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Предыстория » Бархатные лапки, а в лапках - царапки. 10 мая 1625 года