Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+



Происходящее в игре (случайная выборка):

В предыстории: В небольшой деревушке странствующие циркачи влипают в неприятности. Графиня де Люз просит герцогиню де Монморанси за бедных влюбленных. Гг. Жан де Жискар и Никола де Бутвиль пробираются в осажденный голландский город. Г-н де Лаварден помогает товарищу ввязаться в опасную авантюру. Графиню де Люз и Фьяметту похищают с неведомыми целями. Г-н виконт де ла Фер терпит кораблекрушение. Г-н Шере и г-н Мартен мечтают о несбыточном.

По заслугам да воздастся. 6 декабря 1628 года, вечер: Герцогиня де Шеврез приходит в гости к кардиналу.
Белые пятна. Январь 1629г.: Шере задает другу необычные вопросы и получает неожиданные ответы.
Что плющ, повисший на ветвях. 5 декабря 1628 года: Г-н де Ронэ возвращает чужую жену ее мужу.

"Ужас, как весело". Декабрь 1628 года, открытое море.: На корабле, на котором Лаварден плывет в Новый свет, происходит нечто странное.
Anguis in herba. Сентябрь 1628 года: Рошфор, миледи и лорд Винтер пытаются достичь договоренности.
Границы недозволенного. 17 января 1629 г.: Г-н де Корнильон знакомится с миледи.

В монастыре. 29 ноября 1628 года.: Г-жа де Бутвиль продолжает изучать обитель св. Марии Египетской.
Любовник и муж. 15 декабря 1628 года, вторая половина дня: Вернувшись в Париж, д'Артаньян приходит к Атосу с новостями о его жене.
Крапленые карты человеческих судеб - 13-27 февраля 1629 г.: Похищение дочери капитана де Кавуа лишает покоя множество людей.

О том, как и почему кареты превращаются в тыквы. Ночь с 25 на 26 января 1629 г: Г-жа де Кавуа в обществе Шере и Барнье отправляется на поиски капитана.
Братья в законе. 13 ноября 1628 года: В тревоге за исчезнувшую сестру Арман д'Авейрон является к зятю.
Любимые развлечения двух интриганов. 29 ноября 1628 года, вечер: Герцогиня де Шеврез и маркиз де Мирабель выясняют отношения.


Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календарь на 1628 год: дни недели и фазы луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Предыстория » Праздники редки, а будни неизбежны


Праздники редки, а будни неизбежны

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Продолжение из эпизода "Будни и праздники"

0

2

В городах, стесеннных древними крепостными стенами, нет пустых мест, и особняк, соответствующий современному вкусу,  можно возвести, только снеся целый квартал старых домов.  Так часто делали в Париже. Но жители Тулузы цепко держались за свою старину, и потому герцог Монморанси не выстроил себе новый дворец,   а только велел переделать старинный усадебный дом. Поэтому просторные и роскошно отделанные залы располагались лишь на нижних этажах,  а кабинет хозяина - на третьем этаже - был невелик и скромно обставлен. Кроме старинного секретера, сплошь покрытого искусной резьбой во вкусе предыдушего века (его изготовили еще для отца Монморанси), здесь был только большой стол с изящным письменным прибором да два кресла.  Герцог не стал звать слугу, сам подвинул  одно из кресел к высокому окну с мелким переплетом рам, и Бутвиль последовал его примеру.  Усевшись, они несколько минут молчали, глядя в сад - сверху можно было видеть, что их жены тоже сидят и беседуют у фонтана, - и наконец граф де Люз сказал:
        - Как все мирно и хорошо у вас в доме, кузен... Ужасно не хочется нарушать ваш покой, но есть вопросы, которые я просто обязан сразу разобрать, поскольку они касаются не столько моих дел, сколько ваших. Я назову два имени - Монфлери и Лавалле.  Знаете ли вы о том, что с ними случилось?

*

Описание и действия герцога согласованы.

Отредактировано Бутвиль (2016-09-01 09:44:04)

0

3

Герцог давно уже научился следить за выражением своего лица и сдерживать эмоции - иначе нельзя, когда тебя постоянно окружают служащие, зависимые от тебя люди, чью судьбу ты можешь решить одним лишь взмахом руки.  Поэтому лицо его не дрогнуло, только слегка приподнялись брови. Между тем кузен спросил как раз о двух таких людях, о которых Анри уже не первый день думал с тревогой. Первый был отправлен с поручением, а второй  просто исчез в один прекрасный день,  неизвестно куда. И вдруг Луи-Франсуа называет их имена рядом!
          - Я точно знаю, что оба они ко мне не вернулись, - хмуро сказал герцог. -  Монфлери было велено передать вам известные бумаги и тотчас возвращаться.  Я, разумеется, понимал, что дорога дальняя, что под Ларошелью неспокойно,  и не ждал его раньше, чем через четырнадцать дней. Но прошло уже гораздо больше, и приходится допустить, что на обратном пути с Монфлери случилось нечто неприятное. О том, что до места назначения он добрался благополучно и бумаги дошли до адресата, я сужу из письма его величества, доставленного сюда курьером. Честно говоря, я ожидал, что и вы сами сообщите мне об этом, но от вас не было вестей. Ну, а что касается Лавалле...  Как ни грустно мне в этом признаваться, похоже, что этот верный и преданный шевалье взял да и бросил меня.

0

4

- Вам свойственно думать о людях лучше, чем они того заслуживают, - вздохнув, заметил Луи-Франсуа. - Лавалле  был верным и преданным до некоторой степени, но у него не хватило силы духа удержаться на этой позиции в неблагоприятных обстоятельствах. О нем я расскажу позже. А Монфлери... Да, бумаги дошли до августейшего адресата, - граф поморщился, вспомнив,  какими нелепыми подробностями сопровождалось вручение бумаг, -  но я получил их не из рук вашего посланца. Монфлери погиб, не доехав всего нескольких миль до того места, где я его поджидал. Невольным свидетелм его гибели стал некий юный паж. Точнее, паж нашел умирающего, услышал от него мое имя и, забрав футляр, который Монфлери успел поручить ему, вскоре доставил  бумаге ко мне.  Стал ли ваш вестник жертвой разбойного нападения или его настигли наемные убийцы - боюсь, этого нам уже никогда не узнать...

0

5

Герцог выслушал печальную историю внешне спокойно, только пальцы, лежавшие на подлокотнике кресла, напряглись и стиснули вырезанную из темного дерева головку льва.
      -  Казалось бы, давно пора привыкнуть к тому, что люди погибают, - сказал он, помолчав. - Кому-то, может, это и удается, но я так не умею.  Монфлери был одним из лучших моих офицеров, я оценил его и бою, и в повседневной службе, и рассчитывал дать ему новый чин! Эх, видно, правы те. кто утверждает, что господь забирает к себе лучших, не дав им испытать тягот старости... - Герцог взмахнул рукой, как бы отгоняя неуместные в деловой беседе размышления. - Но объясните же мне, кто был тот паж, рассказал ли он вам, что видел, и где этот юноша сейчас? Я хотел бы лично переговорить с ним как с единственным свидетелем случившегося.  Вы знаете, как мне претит подозревать всех и каждого в своем окружении, но в последнее время вокруг меня сгущается какое-то мутное облако неприятностей, и я хочу вооружиться как можно более точными сведениями, чтобы понять диспозицию и по возможности быть готовым к отражению атаки.

Отредактировано Монморанси (2016-10-12 08:17:40)

0

6

- Что касается неприятностей, полностью с вами согласен, - вздохнул Бутвиль. - Я это тоже ощущаю. Но какие именно силы ополчились против нас, земные или небесные? И удастся ли нам понять это и найти способ преодолеть? Впрочем, на столь философские вопросы не стоит сейчас тратить время. А более простые загадки вы, скорее всего, сумеете разгадать.  Про Лавалле могу сказать, что кто-то сумел воспользоваться слабостями его характера, чтобы заставить действовать против вас. После его смерти я нашел в его вещах несколько писем, из которых можно сделать вывод, что шевалье считал вас виновным в каких-то действиях против любимой им женщины. Этих бумаг у меня уже нет, но содержание их я отлично запомнил. Но, судя по тому, в каком хмуром настроении он пребывал, когда мы с ним случайно встретились в Этре, роль предателя была ему все-таки не по душе.  И каковы бы ни были его прегрешения, он их уже искупил...

Отредактировано Бутвиль (2016-10-18 18:37:12)

0

7

Анри резко встал, прошелся по комнате, покусывая нижнюю губу, потом остановился перед кузеном и положил руку ему на плечо.   
      - Прошу вас, договаривайте до конца! За проступки такого рода можно заплатить только собственной жизнью. Вы хотите сказать, что Лавалле погиб?  Так быстро?  Неужели это вы... посодействовали ему в искуплении?
      - Откровенно говоря, я предпочел бы вызвать его на поединок и убить, чем отдавать в руки правосудия, как следовало бы, - признался Бутвиль. - Легко ли было бы мне убивать старого приятеля и свидетеля своего венчания, это другой вопрос. Но судьба распорядилась иначе.  Лавалле погиб от руки того самого человека, который, собственно, и совратил его, каким-то образом разрушив счастье шевалье и сделав вас виновником случившегося.
        О том, что этот негодяй заодно оказался его тестем, пусть ненадолго, граф предпочел не упоминать.       
        - Ну что же, - пройдясь еще раз по кабинету, чтобы отогнать печальные мысли, сказал герцог, - значит, так тому и быть. Нужно будет еще разобраться, успел ли Лавалле сильно навредить мне или нет, но это уж мое собственное дело. Давайте лучше поговорим о делах ваших, мой друг. Сестра писала мне, что имущественные и денежные обстоятельства ваши плохи. Но вы, вместо того, чтобы заняться их исправлением, отправились под Ларошель. Ни славы, ни богатства вы при осаде этого несчастного города не приобрели, как, впрочем и никто другой... если не считать господина кардинала, который  обязательно всю славу припишет себе, - герцог досадливо поморщился, недовольный, что его неприязнь к Ришелье прорвалась так откровенно. - Зато вы приобрели прекрасную спутницу жизни, и теперь просто обязаны подумать об устройстве ваших дел. У вас уже есть какие-то соображения на этот счет? 
 

**

В соавторстве!

0

8

-  Признаться, я долго не мог заставить себя думать о делах после... после того, что случилось с братом, - развел руками граф де Люз. - Знакомство с Эмили  тоже не способствовало деловому настроению, увы.  В Париже я пробыл совсем недолго, успел только встретиться с кузиной, и она обещала мне посодействовать с продажей должности в Санлисе. Но я не знаю, удалось ли ей что-то сделать. Точнее, как-то не вспоминал об этом. Только сейчас начинаю чувствовать, что прихожу в себя.  И понимаю, что радоваться, по сути, можно лишь тому, что я жив и что жена меня любит. Положение мое не то чтобы совсем плачевное, но ни на что, кроме тихой жизни в матушкином поместье, я рассчитывать не могу. Имение жены мы по дороге сюда навестили и порядок там постепенно будет наведен, но каких доходов можно ждать от овечьего стада в полсотни голов и трех арпанов старых виноградников?  Служба под Ларошелью ничего мне, по сути, не дала, служить и дальше под началом дядюшки Ангулема  как-то не хочется, вы сами знаете, какой у него нрав.  А ведь нам рано еще хоронить себя в глуши...

0

9

Огромные богатства, накопленные дедом и отцом Монморанси, были, несомненно,  благом, но иногда мысль о том, что другим людям не хватает того, что у него есть в избытке, тяготила Анри. Тем более когда речь шла о человеке близком.  Он не колеблясь отдал бы кузену одно-два из своих поместий, но понимал, что таким даром не столько поможет, сколько унизит Бутвиля. А вот воспользоваться своим влиянием в пользу родственника он мог, и потому немедленно сказал: 
         - Конечно же, рано, друг мой, и вам не следует отчаиваться! Все поправимо. Во-первых, сестре удалось уладить дело с вашей должностью,  она писала мне недавно, что ждет только вашего возвращения, чтобы вы лично завершили необходимые формальности и получили деньги.  Сумма будет немаленькая, и это даст вам возможность отлично устроиться в столице. Во-вторых, я, как старший в роду, намерен подать прошение королю о возвращении вам хотя бы   наследственного отцовского поместья, но не хотел этого делать, не предупредив вас заранее.  Дядюшка Ангулем, при всей его желчности, понимает справедливость этой просьбы и готов поддержать ее.  И наконец, на первых порах, пока вы не приобретете себе отдельное жилье, вас с супругой ждут комнаты в нашем парижском доме - ведь мы все равно бываем там от силы пару месяцев в году, и вас там ничто не будет стеснять!

0

10

,        "Боже мой, ну почему этот человек - не король? - с горечью подумал Бутвиль. - Счастливее были бы подданные при таком государе, а не при нынешнем... И почему, с такой легкостью решая все затруднения других людей, он не может обеспечить самое простое счастье для себя самого -   детей, здоровье?"
         - У меня нет слов, чтобы выразить, насколько я вам благодарен, Анри! - горячо сказал граф, приложив руку к груди. - Все эти месяцы я нуждался не столько в каких-то материальных благах, сколько в дружеском слове, в поддержке, в понимании...  И вы щедро дарите мне все это - да еще и надежду на будущее!  Конечно же, я поеду в Париж, займусь делами, теперь я уверен, что с вашей легкой руки мне удастся все наладить. Но я не хотел бы оставаться в долгу.  Что я могу сделать для вас?

0

11

Герцог принадлежал к тому типу людей, которым нравится, когда все вокруг него счастливы и довольны жизнью. Поэтому, глядя на оживившееся лицо кузена, он ощутил, как постоянно одолевающие его тяжелые мысли куда-то отступают. Пусть на время - и это хорошо. 
         - Вы ничего не должны мне, друг мой, - весело сказал он, - но если хотите чем-то помочь, охотно приму ваши услуги. У меня найдется для вас поручение. Однако не вздумайте торопиться! Праздник здесь продлится три дня, затем моя супруга вернется в Лагранж,  и я надеюсь, что вы с графиней не откажетесь сопроводить её. Мне же придется остаться в Тулузе, а потом съездить по делам в округ Виварэ - там очень неспокойно в последнее время, и доклады моих людей стали какими-то сбивчивыми. Придется разбираться самому. Сколько времени этой займет, предсказать невозможно, потому на ближайшие пару месяцев мой приказ вам - отдыхать, наслаждаться жизнью, а там  видно будет!

Отредактировано Монморанси (2016-10-21 12:33:52)

0

12

-  Я с превеликим удовольствием съезжу в Лагранж, - с искренней благодарностью сказал Бутвиль. - Это самое подходящее ме6сто для человека, которому нужно восстановить здоровье и душевное равновесие, а я, признаться, в этом весьма нуждаюсь.  Жена моя, слава Богу, вполне здорова, но и ей на долю выпало за последние полгода столько треволнений,  что отдых и для нее будет нелишним. К тому же мадам де Люз нужно заново освоиться в светской жизни, а лучшей наставницы, чем ваша супруга, и не найти.  Методы тетушки Ангулем, у которой Эмили прожила совсем недолго,   не принесли желаемого результата, но теперь я уверен в полном успехе!
         Граф выглянул в окно - герцогиня с гостьей уже покинули свою скамью и направлялись к дому. Да, теперь можно надеяться, что злоключения  Эмили подошли к концу, но полного спокойствия она не обретет и под старыми вязами Лагранжа - как и всякой жене военного, ей придется поволноваться о муже...
         - Что касается меня, - добавил он, оторвавшись от приятного зрелища, - то, боюсь, подчиняться вашему приказу целых два месяца я  себе не позволю. Как я смогу бездельничать, когда у вас столько забот и не так уж много надежных людей рядом?  Что такое "неспокойно", когда речь идет о Лангедоке, я хорошо знаю, кузен. Будет бессовестно с моей стороны наслаждаться жизнью, когда вы отправитесь в горы, где вас и ваших людей могут подстерегать самые неожиданные неприятности.

0

13

- Так я и знал, что заставить вас отдохнуть будет нелегко, - улыбнулся герцог. - Я мог бы напомнить, что мои дела бывают подчас ничуть не безопаснее, чем осада Ларошели, но, боюсь, это вас только раззадорит! Конечно же, если вы захотите сопровождать меня в поездках, я буду весьма рад.  Когда вы рядом, мне становится как-то теплее на душе... Но в любом случае у нас впереди недели две приятного ничегонеделания, как выражаются итальянцы. Воспользуемся же этим досугом,  чтобы было потом о чем вспоминать вдали от дома!  - Он пожал кузену руку и предложил: - Теперь пойдемте в зал. Там уже, наверно, собрались все, кто желает приветствовать нас с женой, и с некоторыми интересными людьми я хотел бы вас познакомить.  Вы ведь, я полагаю, давно уже не имели возможности побеседовать о вещах отвлеченных и не связанных с войной?
          - О да, - подтвердил Бутвиль, - в военном лагере даже те люди, которые способны вести подобные беседы, толкуют  лишь о вылазках, пушках, гугенотах и фураже для лошадей...
          - Ну вот, - с довольным видом добавил герцог, - а здесь вы услышите о новых книгах, о поэзии, о преданиях старины. Правда, эти просвещенные особы говорят с окситанским акцентом, но это не помешает вам понять их.
          Вечер и в самом деле прошел прекрасно, а за ним последовала не менее прекрасная ночь. Засыпая уже под утро в мягкой постели, рядом с любимой женой, в уютной тихой комнате, Луи-Франсуа впервые за долгое время думал не о том, что осталось в прошлом, а о будущих делах и удовольствиях. И все вышло почти так, как обещал кузен Анри. За исключением того, что дело о продаже должности затянулось, и в Париж граф де Люз отправился гораздо позже, чем предполагал поначалу.
         

**

эпизод завершен. Написано в соавторстве.

0


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Предыстория » Праздники редки, а будни неизбежны