Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+



Происходящее в игре (случайная выборка):

В предыстории: В небольшой деревушке странствующие циркачи влипают в неприятности. Гг. Жан де Жискар и Никола де Бутвиль пробираются в осажденный голландский город. Г-н де Лаварден помогает товарищу ввязаться в опасную авантюру. Графиню де Люз и Фьяметту похищают, приняв последнюю за герцогиню де Монморанси. Г-н виконт де ла Фер терпит кораблекрушение. Г-н Шере и г-н Мартен мечтают о несбыточном. Бывшая графиня де ла Фер меняет брата на мужа, а мужа на новые надежды.

По заслугам да воздастся. 6 декабря 1628 года, вечер: Герцогиня де Шеврез приходит в гости к кардиналу.
Белые пятна. Январь 1629г.: Шере задает другу необычные вопросы и получает неожиданные ответы.
Что плющ, повисший на ветвях. 5 декабря 1628 года: Г-н де Ронэ возвращает чужую жену ее мужу.

"Ужас, как весело". Декабрь 1628 года, открытое море.: На корабле, на котором Лаварден плывет в Новый свет, происходит нечто странное.
Anguis in herba. Сентябрь 1628 года: Рошфор, миледи и лорд Винтер пытаются достичь договоренности.
Границы недозволенного. 17 января 1629 г.: Г-н де Корнильон знакомится с миледи.

В монастыре. 29 ноября 1628 года.: Г-жа де Бутвиль продолжает изучать обитель св. Марии Египетской.
Любовник и муж. 15 декабря 1628 года, вторая половина дня: Вернувшись в Париж, д'Артаньян приходит к Атосу с новостями о его жене.
Крапленые карты человеческих судеб - 13-27 февраля 1629 г.: Похищение дочери капитана де Кавуа лишает покоя множество людей.

О том, как и почему кареты превращаются в тыквы. Ночь с 25 на 26 января 1629 г: Г-жа де Кавуа в обществе Шере и Барнье отправляется на поиски капитана.
Братья в законе. 13 ноября 1628 года: В тревоге за исчезнувшую сестру Арман д'Авейрон является к зятю.
Любимые развлечения двух интриганов. 29 ноября 1628 года, вечер: Герцогиня де Шеврез и маркиз де Мирабель выясняют отношения.


Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календарь на 1628 год: дни недели и фазы луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть III: Мантуанское наследство » Лед и пламень, война и смута... 12 ноября 1628 года


Лед и пламень, война и смута... 12 ноября 1628 года

Сообщений 41 страница 44 из 44

41

Ответ на вопрос Портоса Теодор знал. И даже почувствовал что-то похожее на укол нечистой совести. В «Сыче и сове» мадам де Вейро вынуждена была ночевать из-за него. Самое меньшее, что он мог сделать – это не заставлять ее ждать завтра утром. А еще лучше – напроситься в гости к Клейраку и проводить ее сегодня вечером. Чем черт не шутит…

Здесь улица сузилась настолько, что мушкетер также вынужден был отстать, и бретер, который не мог сейчас заверить даму, что непременно придет, повернулся к нему.

– Месье Арамис? – предположил он. Других мушкетеров маркиза у себя не принимала.

- Он самый, - подтвердил Портос.

– Понятия не имел, что он может быть столь жесток к друзьям, – засмеялся Теодор и понизил голос. – Вы знаете, сударь, я боюсь, что пофехтовать сегодня у нас с вами не получится.

Произнося эти слова, он уже знал, что вместе с мадам де Вейро  в дом ее зятя не войдет. Приглашая одного приятеля – а в этом вопросе Теодор не собирался оставлять ему выбора – Клейрак вынужден будет пригласить и второго. Проще вернуться позже.

Тут улица Канетт наконец кончилась, и молодые люди заняли те же места по обеим сторонам портшеза.

– Можете на меня рассчитывать, мадам.

+1

42

"Ах, если бы в самом деле", - подумала Эжени, улыбаясь собственным мыслям. Он ведь еще не знал, что она задумала, а мужчины в таких вопросах бывают удивительно непонятливыми. Иногда даже кричат и хватаются за голову. Но это если неправильно преподнести и прямо все рассказать.
Они говорят, что любят, когда им рассказывают все коротко и ясно, но это такой самообман! Нет-нет-нет, с мужчинами нельзя так вести дела, из этого ничего не выходит.
И вместо привычного "вы так любезны" Эжени улыбнулась еще раз и сказала:

- С вашего позволения... - она чуть не сказала "сделанного в здравом уме и трезвой памяти", но вовремя удержалась,  - ...я на вас рассчитываю.

И она повернула голову к господину Портосу, на которого, в самом деле, тоже рассчитывала, ведь любой из них мог отказаться или счесть, что предложенное слишком трудно, опасно (ведь Клейрак был не из последних людей в Париже) или... О, дева Мария, да просто неинтересно.
Не все можно купить за деньги, об этом мадам де Вейро была прекрасно осведомлена.

- О да, господин Портос, - вздохнула она. - Гостиница. Говорят, не из худших, и если сравнивать с придорожными, в ней даже... недурно.

Эжени не смогла заставить себя сказать "хорошо", и не потому, что гостиница была так плоха. Ее слишком тревожил и рассказ Клейрака, и последние письма сестры, а теперь еще и невозможность видеть ее, когда вздумается. И это после такой долгой дороги!

- Я неудачно выбрала время для визита, - грустно констатировала молодая женщина, не желая очернять доброе имя Клейрака в глазах этих двоих; в конце концов, он был ее зятем. - Сестре нездоровится. Я думала порадовать ее, но увидела, что ей... трудно принимать гостей, и решила поселиться неподалеку.

Это была благопристойная неправда, то есть одна из тех вещей, которые Эжени не больно-то любила, и на лицо молодой женщины опустилась легкая тень.

+2

43

- Отправить родню в какую-то убогую гостиницу… - проворчал Портос, но развивать свою мысль не стал. Может же быть и такое, что болезнь молодой женщины такого свойства, что действительно делает присутствие кого бы то ни было, пусть даже и родной сестры, невыносимым… Сейчас его больше беспокоило невольное соперничество, которое – мушкетер это чувствовал – он проигрывал. Во всяком случае, Ронэ явно рассчитывал на визит. Иначе с какой бы стати он отказался от ставших уже привычными  фехтовальных упражнений? Не собираясь сдаваться так легко, Портос напомнил сам себе о случайном козыре – брате дамы, с которым они были соседями. Эта мысль его несколько утешила.

+1

44

– Зависит от родни, – не удержался бретер. – Вот если бы я к моим родственникам заявился, они, спорить готов, постарались бы отправить меня не в гостиницу, а на кладбище. А один мой приятель, вернувшись домой через десять лет, сам свою родню куда подальше отправил. Когда он наследство получил. Но это потому что мачеха его тоже была не сахар.

Жестокосердый приятель существовал лишь в его воображении и был выдуман исключительно ради того, чтобы загладить его невольный промах. Но разве друзья существуют не для этого? А вот заговорив о мачехе, Теодор вспомнил одну свою знакомую даму, и, уводя разговор все дальше от своей ошибки, принялся рассказывать о всевозможных особенностях ее до крайности необычного характера. Что позволило ему не только скрасить им дорогу до самого дома Клейрака, но и нарисовало для мадам де Вейро весьма своеобразный портрет мадам де Бутвиль, в котором человек, хорошо с ней знакомый, сумел бы, однако, опознать оригинал.

Эпизод завершен

0


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть III: Мантуанское наследство » Лед и пламень, война и смута... 12 ноября 1628 года