Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+



Происходящее в игре (случайная выборка):

В предыстории: В небольшой деревушке странствующие циркачи влипают в неприятности. Графиня де Люз просит герцогиню де Монморанси за бедных влюбленных. Гг. Жан де Жискар и Никола де Бутвиль пробираются в осажденный голландский город. Г-н де Лаварден помогает товарищу ввязаться в опасную авантюру. Графиню де Люз и Фьяметту похищают с неведомыми целями. Г-н виконт де ла Фер терпит кораблекрушение. Г-н Шере и г-н Мартен мечтают о несбыточном.

По заслугам да воздастся. 6 декабря 1628 года, вечер: Герцогиня де Шеврез приходит в гости к кардиналу.
Белые пятна. Январь 1629г.: Шере задает другу необычные вопросы и получает неожиданные ответы.
Что плющ, повисший на ветвях. 5 декабря 1628 года: Г-н де Ронэ возвращает чужую жену ее мужу.

"Ужас, как весело". Декабрь 1628 года, открытое море.: На корабле, на котором Лаварден плывет в Новый свет, происходит нечто странное.
Anguis in herba. Сентябрь 1628 года: Рошфор, миледи и лорд Винтер пытаются достичь договоренности.
Границы недозволенного. 17 января 1629 г.: Г-н де Корнильон знакомится с миледи.

В монастыре. 29 ноября 1628 года.: Г-жа де Бутвиль продолжает изучать обитель св. Марии Египетской.
Любовник и муж. 15 декабря 1628 года, вторая половина дня: Вернувшись в Париж, д'Артаньян приходит к Атосу с новостями о его жене.
Крапленые карты человеческих судеб - 13-27 февраля 1629 г.: Похищение дочери капитана де Кавуа лишает покоя множество людей.

О том, как и почему кареты превращаются в тыквы. Ночь с 25 на 26 января 1629 г: Г-жа де Кавуа в обществе Шере и Барнье отправляется на поиски капитана.
Братья в законе. 13 ноября 1628 года: В тревоге за исчезнувшую сестру Арман д'Авейрон является к зятю.
Любимые развлечения двух интриганов. 29 ноября 1628 года, вечер: Герцогиня де Шеврез и маркиз де Мирабель выясняют отношения.


Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календарь на 1628 год: дни недели и фазы луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть III: Мантуанское наследство » Тайны Новой Франции. 8 ноября 1628 года, вечер


Тайны Новой Франции. 8 ноября 1628 года, вечер

Сообщений 1 страница 20 из 42

1

Из эпизода Без надежды на чудо. 8 ноября 1628 года, среда, вторая половина дня

0

2

С каретой, описанной Клейраком, Теодор встретился на выезде из деревни, где ему двумя словами (прямо и направо) описали, как найти поместье Андиже. Обнаружив перед собой того, кого явно не ожидал тут увидеть, Жак, сопровождавший злосчастный экипаж верхом, заметно растерялся и даже оглянулся, словно намереваясь пуститься в бегство. Настойчивые предупреждения Клейрака сыграли, однако, свою роль, и бретер не произнес ни слова, лишь бросил на лакея красноречивый взгляд, прежде чем пустил коня в галоп.

Несколько минут спустя он уже спешивался у входа в роскошный особняк. Дворянство мантии, без сомнения. Чуть презрительная усмешка искривила его губы и окрасила его голос еле уловимым пренебрежением, когда он обратился к стремглав выбежавшему на крыльцо лакею.

– Доложи о месье де Лавальяне.

Хозяин дома полностью подтвердил впечатление, вызванное его поместьем и окончательно вывел Теодора из себя, простодушно полюбопытствовав, как тот смог отыскать свою мнимую супругу. Клейрак предупреждал, что так и будет. К счастью, подходящий ответ, который бретер так и не сумел сочинить по дороге, сейчас пришел сам собой.

– Лакей сказал, – взмахом мокрой шляпы он разом обозначил место встречи и, забрызгав, пусть и невольно, месье д'Андиже, свое отношение к нему.

Тот не дрогнул, лишь нарочитым жестом смахнул капли с рукава.

– Вы пожелаете, несомненно, сударь, увезти мадам де Лавальян немедленно?

– Под дождем и на крупе своей лошади. Несомненно. Нет, если вы настаиваете, сударь...

– Что вы, помилуйте! – неискренне запротестовал д'Андиже. – Я буду рад предоставить вам свое гостеприимство. Позвольте мне проводить вас в ее покои.

Отведенная мадам де Лавальян комната находилась на втором этаже, но у дверей д'Андиже замешкался, глядя на задвинутую снаружи задвижку с таким изумлением, словно та сама выросла из косяка.

– Боже мой, что это? Чья-то дурная шутка, бесспорно. Ошибка. – Отменно смазанный засов беззвучно скользнул в пазах под его рукой. – Я надеюсь, что это не доставило неприятностей мадам де Лавальян.

– Напротив, сударь, скорее уж оградило от неприятностей вас, – Теодор первым переступил порог и отыскал взглядом молодую графиню, с воинственным видом шагнувшую ему навстречу. – А, радости семейной жизни! Поцелуйте же меня, моя дорогая!

Учитывая дорожную грязь, щедро испачкавшую его с головы до ног, надеяться, что мадам де Бутвиль примет это предложение, не приходилось.

*

Совместно и согласовано

+2

3

- Вы?! Это вы?! Ах, я должна была догадаться! Какого дьявола вы меня заперли?!
Сначала Эмили стучала, потом бранилась, затем подумала, почему бы ее могли запереть, разумного объяснения придумать не смогла и по-настоящему испугалась. Сразу вспомнились различные страшные истории. Зачем может понадобиться пленить молодую женщину? Чтобы надругаться? А, быть может, продать? Убить? Д'Андиже не был похож на Синюю Бороду, но кто же его знает? Мадам де Бутвиль поковыряла шпилькой в замке, но дверь оказалась запертой на засов. Стилет Ронэ был у нее за подвязкой, но дощечка на филенке мешала тонкому лезвию подцепить задвижку. Эмили уже прикидывала, как вылезти в окно. В корсете и широкой юбке это было крайне неудобно осуществить. И тут явился бретер, довольный, самоуверенный, с вечными своими насмешками! Разумеется, это его рук дело!

+1

4

Поймав завороженный взгляд горничной, Теодор ткнул большим пальцем себе за спину.

– Брысь! Месье д'Андиже, с вашего великодушного разрешения, я хотел бы побеседовать с мадам де Лавальян наедине.

Выпроводив таким образом лишние глаза и уши, бретер закрыл дверь, бросил шляпу на кресло и принялся развязывать завязки плаща.

– Если бы я догадался вас запереть, мадам, я сделал бы это в Париже. Какого черта вам не сидится на месте?

+1

5

- Мне было надо!
Эмили смутилась. Хорошенькое объяснение... Хотя она и не обязана объясняться... Но, конечно, не он ее запирал — как бы он узнал, что она здесь очутится, когда она сама этого не знала? Но ведь как-то узнал?
- Как вы меня нашли?

– Поехал за вами, встретил по пути вашу карету, – избавившись, наконец, от мокрого плаща, бретер задрапировал им ближайший стул и подошел к окну. Стемнело, но шум дождя лишь усилился. – Почему наш любезный хозяин вас запер?

- Не знаю... Я ничего такого не делала... Правда. Я вообще сюда не хотела.

– Ничего такого. – Бретер задумчиво изучил новый наряд мадам де Бутвиль, подчеркнуто задержав взгляд на скромном вырезе ее корсажа. – А не такого? Черт с ним, не отвечайте. Пари держу, это дело рук мадам д'Андиже. Что вам подсказывает ваш опыт семейной жизни, мадам? Может ли муж просить свою жену почистить ему штаны?

Эмили хмыкнула.
- Мой опыт говорит, что просить может. И даже рассчитывать на чистые штаны. Но вы мне не муж.

*

В соавторстве.

+1

6

– Я таковым назвался, – смеясь указал Теодор. – Но настаивать не стану. Пока я привожу себя в порядок, мадам, поразмыслите, что мы будем делать ночью. Но, клянусь честью, – он обернулся с порога, и теперь на его лице не осталось и намека на веселье, – если вы выйдете из этой комнаты без меня, я отвезу вас назад в Париж этой же ночью.

Не слишком полагаясь на молчание, которым мадам де Бутвиль встретила эту угрозу, бретер задвинул за собой засов. И по пути к лестнице встретил Софи, которая с виноватым видом опустила глаза и безуспешно попыталась проскользнуть мимо.

– Поговорим, милая, – пальцы бретера сомкнулись на ее локте, – о том, как полезно иногда держать язык за зубами.

– Я ни слова не скажу, сударь, – шепнула служанка.

– Я тоже. Возможно. Как ты думаешь, может месье де Лавальян появиться за ужином весь в грязи?

Возвратившись полчаса спустя уже в куда более приличном виде и с книгой в руке, он нашел дверь по-прежнему запертой. Мадам де Бутвиль также обнаружилась на прежнем месте.

– Надеюсь, мадам, хозяева вас не слишком беспокоили?

+1

7

- Не беспокоили!
Мадам де Бутвиль дулась. Сначала она хотела сказать, что с радостью отправится в Париж прямо сейчас, но вовремя сообразила, что вряд ли бретер приехал в карете, а ночью, верхом, в платье, да еще и под дождем... Пожалуй это было чрезмерно большое удовольствие, и Эмили решила, что обойдется без него и подождет до утра. Но какого черта Ронэ ее снова запер?! К тому же графиня де Люз хотела есть, а еще больше, чем голод, ее мучило любопытство.
- Вы видели индейца?

+1

8

Теодор заложил пальцем нужное ему место в томике Брантома, позаимствованном из библиотеки хозяина без ведома оного, и с интересом взглянул на свою мнимую жену.

– Кого?

- Индейца. Герцога из Новой Франции. Его зовут господин де Ганавида. Чудной такой, лысый, а на макушке перья привязаны. Не видели?

– Надо же, – восхитился бретер. – А в Новой Франции, оказывается, водятся герцоги! А я, мадам, имею право служить мессу, вы знали?

- Вам бы только язвить! - Эмили скорчила рожицу. - А он здесь есть, и я с ним разговаривала. А другой, шевалье де Шансье, сказал про него, что он вождь, а по-нашему, значит, герцог.

– Dux bellorum, не иначе, – Теодор выглянул в окно, но ливень и не думал стихать. Не оказал ли он мадам де Бутвиль медвежью услугу, явившись сюда под именем ее мужа? При прочих равных, он ничего не имел бы против того, чтобы провести ночь в одной с ней комнате, а то и в постели, но сейчас это означало бы дать в руки Клейраку лишние козыри. А после сегодняшней их беседы бретер уже не доверял ему ни на грош. Это ж надо додуматься – отправить женщину в возможное гнездо заговорщиков! Да так, чтобы она о том ни сном, ни духом – и служила прикрытием для своих слуг.

Говорить ей об этом он, впрочем, не собирался.

– Я вынужден разочаровать вас, мадам: сегодня вы рога своему супругу не наставите.

Dux bellorum – лат. Военный вождь

*

В соавторстве

+1

9

- А вы уж было размечтались, - снова хмыкнула мадам де Бутвиль. - Придётся вам напомнить, что вы не в моем вкусе.                                                     
Она посмотрела в окно на дождь, вздохнула и продолжила совсем другим, вполне мирным, тоном:
- Что вы за человек такой, в самом деле... Все об одном, будто поговорить больше не о чем. Лучше расскажите, что у вас за книга. И видели ли вы хозяев? Я, честно говоря, голодна... А ещё поговорила бы с тем индейцем, герцог он или нет. Интересно же.

+1

10

– Да, у меня слишком длинный язык, – так же мирно согласился бретер, – и меня забавляет, когда люди злятся. Ничего не могут поделать, и поэтому злятся еще больше.

Он взглянул на новехонький томик так, словно напрочь забыл, что держит его в руках.

– У наших хозяев, которых, я, увы, больше не имел удовольствия видеть, обнаружились двадцать три книги. Двадцать сборников проповедей, два памфлета и это. Тот случай, когда выбор явно был обусловлен размером и оттенком переплета. Если вы очень голодны, говорят, переплетная кожа съедобна.

+1

11

- Я так напоминаю вам мышь? - рассмеялась Эмили. - Или вы выбирали эту книгу именно за вкус переплета? Тогда я ни за что не решусь лишить вас законной добычи.
Она отошла к креслу, уселась, чинно сложила руки на коленях и снова вздохнула.
- Вы ведь приехали верхом? И никак нельзя сейчас уехать? Зачем вы вообще за мной поехали?

+1

12

Теодор взглянул на кресло, занятое его шляпой и плащом, и уселся на подлокотник рядом с молодой графиней.

– Я поехал за вами, потому что был уверен, что вы не можете не впутаться в неприятности. И оказался прав, как видите. Зачем вы сломали карету господина де Клейрака? И как? Что вы с ней делали? Прыгали там?

Разумеется, винить в этой поломке надо было кого угодно, но не мадам де Бутвиль. Скорее всего, кучера. Но Клейрак очень просил не раскрывать гостье его роль в произошедшем с ней злоключении, а найти для мадам де Бутвиль другое убежище… Невозможно. Бретер знал великое множество замужних дам, но ни одну из них не мог попросить ни приютить молодую графиню, ни скрыть, в каких обстоятельства она приехала в Париж.

– А сейчас я просто обязан защитить от вас хозяев этого дома. Мало ли что вы можете сломать здесь.

В дверь тихонько поскреблись, и Теодор в одно мгновение оказался на ногах. К чему делать засов в гостевой комнате – снаружи? Он распахнул дверь и вопросительно взглянул на обнаружившегося за ней лакея.

– Месье и мадам д'Андиже надеются, что вы и мадам де Лавальян окажете им честь присоединиться к ним за ужином.

– Окажем. Честь сомнительную, но уж какая есть. Мадам?

Он обернулся к своей мнимой супруге.

+1

13

Эмили неторопливо встала с кресла, подошла к "супругу", скромно опустив ресницы, подала ему руку и шепнула:
- Ваша честь сомнительна? Хм...
Потом она одарила бретера невинной улыбкой и так же тихо добавила:
- Обещаю не прыгать на стуле.

– Многого стоят ваши обещания, – парировал бретер, не давая себе труда понизить голос. Если их беседа и была мало похожа на супружескую перепалку, то и ожидать благопристойности от человека, столь явно зарабатывающего себе на жизнь своим клинком, было смешно.

Так или иначе лакей был достаточно вышколен, чтобы ничем не выразить своих чувств и с каменным лицом проводить обоих в столовую. За роскошно сервированным столом обнаружилось восемь мужчин, включая уже известных мадам де Бутвиль месье де Шансье и месье д'Андиже. Рядом с последним восседала его супруга, но индейца видно не было.

Мадам де Бутвиль чинно проследовала на отведенное ей место, уселась, обвела присутствующих взглядом и лучезарно улыбнулась.
- Добрый вечер, господа!

*

В соавторстве.

+1

14

Мужчины, поспешно поднявшиеся со своих мест при появлении дамы, вновь уселись. Несколько голосов вразнобой пожелали ей доброго вечера, и месье д'Андиже принялся представлять своих гостей. А те, как, впрочем, и его супруга, с явным любопытством разглядывали странную пару. Дорогое платье «жены» – и весьма потертую скромную одежду «мужа». Сияющую улыбку первой и мрачный взгляд второго. Явную холодность одного и искреннюю непосредственность другой. Присутствующие все были дворяне, немолодые, за исключением месье де Шансье, и выражали свои соболезнования мадам де Лавальян с едва уловимой, но оттого не менее раздражающей снисходительностью. В то, что карета сломалась лишь по велению судьбы, явно никто не верил. Как и предупреждал Клейрак. Для которого эта поломка была только способом внедрить в поместье Андиже сопровождавшую мадам де Бутвиль прислугу. А то, с какой легкостью молодая графиня могла нечаянно подтвердить самые черные подозрения в свой адрес, ему, похоже, и в голову не пришло.

Вилка в пальцах Теодора заметно погнулась, и обеспокоенная хозяйка дома, рядом с которой его поместили, мягко положила пухлую руку ему на рукав.

– Позвольте мне привлечь ваше внимание к этому мясному желе, – предложила она.

– Благодарю вас, мадам, – бретер отложил вилку и взял ложку. – Не сомневаюсь, что оно заслуживает внимания больше, чем все остальное – но только потому, что вы сочли нужным мне на это указать.

+1

15

Снисходительность в свой адрес мадам де Бутвиль ненавидела, почитая себя особой уже достаточно взрослой и разумной, однако соболезнования гостей господина д'Андиже приняла вполне благосклонно,  даже поддакнула.
- Я была ужасно сердита из-за этого происшествия, и если бы не наш любезный хозяин и его друзья... Господин де Шансье, где же ваш друг, господин де Ганавида?

– О, – месье де Шансье заерзал на месте и неловко засмеялся, – обычаи моего друга и его соплеменников отличаются от наших. Он предпочел поужинать в одиночестве.

- Как жаль! - Эмили искренне огорчилась и повернулась к мнимому мужу. Господин де Ронэ хмурился... Господин де Ронэ изволил злиться? В глазах юной графини заплясали чертики, впрочем, она тут же опустила ресницы, для того, чтобы в следующее мгновение простодушно ими захлопать, с глуповатым видом уставившись на бретера. (Всем известно, что мужчинам нравятся дурочки, хотя Эмили никогда не понимала, почему. В отношении Ронэ это могло и не сыграть, но со всеми остальными она была почти уверена в успехе.)
- Мой дорогой, отчего вы так мрачны? - проворковала она. - Ведь я вас простила.
Она  обвела гостей невинным взглядом, скромно потупилась и пояснила:
- Мы с господином де Лавальяном были в ссоре...

*

В соавторстве

+1

16

Теодор чуть не выругался вслух. Чуть не ответил ей в тон. И посочувствовал мысленно графу де Люз, который до сих пор вызывал в нем одно лишь раздражение.

– Помилуйте, моя дорогая, – вздохнул он. Завтра поутру они уедут и никогда больше этих людей не увидят. Не его круг, и не ее. Но это только завтра. – Кто мог бы поссориться со столь очаровательно простодушным существом?

Навязанная роль никак не могла быть по вкусу бретеру, но... Вместе с ней у него появились и другие возможности.

Заметно оживившись, мадам д'Андиже с надеждой уставилась на гостью, в то время как ее муж и месье де Шансье дружно заверили бретера, что его жена бесконечно прелестна в своей юной непосредственности.

+1

17

- Но вам-то это удается, - капризно надула губки мнимая мадам де Лавальян. - Из-за всяких пустяков. Однако я в самом деле больше не сержусь, забыто — так забыто.
Она милостиво улыбнулась бретеру и переключила внимание на Шансье.
- А вы, сударь, тоже из Новой Франции, как и ваш друг? Ах, это так интересно, вы должны обязательно рассказать!
Тут Эмили постаралась состроить глазки. В исполнении других дам она это видела неоднократно, сама же попыталась впервые и едва не рассмеялась, представив, как выглядит со стороны, и надеясь,что ее не слишком перекосило. Потом юная графиня сделала серьезное лицо и глубокомысленно пояснила  Ронэ:
- Новая Франция — это очень далеко.

+1

18

– Очень далеко, – стоически подтвердил Теодор, и поморщился, перехватив два сочувственных взгляда от сидевших напротив сотрапезников.

Месье де Шансье, со своей стороны, явно не нашел в поведении мнимой мадам де Лавальян ничего предосудительного и с жаром принялся рассказывать о своей родине – как выяснилось, он был родом из Квебека, куда уехал по поручению Генриха IV его отец. Слушали его все – с нескрываемым любопытством. Бретер тоже слушал, пусть и менее завороженно, чем остальные мужчины. С его точки зрения, Шансье вел себя как один из тех стихоплетов из провинции, которые появлялись порой в салоне маркизы де Рамбулье, так самоуверен он был. Разница была лишь в том, что его слушали. И про суровые зимы, и про индейские племена, и про трудности морского путешествия… Клейрак зря тревожился и зря подстраивал поломку кареты для мадам де Бутвиль – на заговорщиков собравшиеся за столом месье д'Андиже дворяне не походили вовсе.

– Но война закончилась, – встрял в монолог рассказчика худой и весьма неопрятный старикан – на вид, судейский судейским, но представили его как месье де Реньо, – и однако, ваше судно все равно нуждалось в сопровождении?

– Капитаны английских кораблей не особо следят за политикой, – возразил д'Андиже. – Но наши дамы совсем заскучали!

– Еще бы, – засмеялся Теодор, вновь отдавая должное мясному желе. Которое и вправду было превосходно. – Переменим тему:

        Мужчины, дети или мода
        Недолго даму развлекут:
        Ей льстить велит сама природа –
        Ей скучно, если ей не лгут.

*

В соавторстве

+1

19

- Ничуть не заскучали! - пылко возразила юная графиня, от досады позабыв, что изображала томную дурочку. - Это очень интересно!
Она резко развернулась к бретеру.
- Вечно вы говорите разные глупости! Ну попробуйте развлечь нас, как вам велит природа. Если в вашей природе лгать!
Опомнившись, Эмили часто заморгала и залилась краской, закусив нижнюю губу. Будь на месте бретера ее настоящий муж, она ни за что на свете не позволила бы себе подобного, но как не позлить Ронэ, который так любит сам злить людей?!

+2

20

– Вы очаровательны, мадам, – с готовностью отозвался Теодор и чуть заметно сощурился, встретившись взглядом с нырнувшим в салфетку месье де Реньо. – Восхищение, которое пробуждает во мне ваша беспримерная красота, лишает меня дара речи; мне не хватает слов, чтобы выразить мое беспредельное преклонение и перед вашим умом, и перед прочими вашими достоинствами, кои я не в силах даже перечислить.

Россказни Шансье дали ему время подумать и прийти к выводу, что не так уж все и плохо. Мадам была, бесспорно, богата. А ему отводилась роль охотника за приданым. Без которого «мадам де Лавальян» вряд ли сумела бы выйти замуж.

Молодой г-н де Шансье возмущенно вскинулся, но смолчал – то ли из благоразумия, бретер очевидно относился к числу людей, с которыми не стоит ссориться, то ли понимая, что и соглашаться с его комплиментом, и спорить с ним – одинаково глупо. Да и нет ничего опаснее, чем встревать между супругами.

– Не все то, что приятно слышать, ложь, – укоризненно прогудел лысый толстячок, сидевший по правую руку от молодой графини. – Вы украшаете наш обед, мадам.

– Не хватает только яблока во рту, – чуть слышно шепнул бретер хозяйке дома, и был вознагражден смешком. Мадам д'Андиже и в своем зрелом возрасте явно также желала украшать, но, столь же явно, готова была и остаться в тени – до тех пор, пока сияли только мужчины.

*

В соавторстве

+1


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть III: Мантуанское наследство » Тайны Новой Франции. 8 ноября 1628 года, вечер