Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+



Происходящее в игре (случайная выборка):



«Не сотвори кумира…» – А металл? 11 марта 1629 года: Двое наемных убийц сговариваются об общем деле.
Дурная компания для доброго дела. Лето 1628 года.: Г-н де Лаварден и г-н де Ронэ отправляются в Испанию.
Едем! Куда? 9 марта 1629 года: Месье в обществе гг. де Ронэ и Портоса похищает принцессу и г-жу де Вейро.
Guárdate del agua mansa. 10 марта 1629 года: Г-н де Ронэ безуспешно заботится о г-же де Бутвиль..

Бутвилей целая семья… 12 марта 1629 года: Г-н де Лианкур знакомится с г-жой де Бутвиль.
Белый рыцарь делает ход. 15 февраля 1629 года: Г-н де Валеран наблюдает за попытками Марии Медичи разговорить г-на де Корнильона.
О тех, кто приходит из моря. Июнь 1624. Северное море: Капитан Рохас и лейтенант де Варгас сталкиваются с мятежом.
Высоки ли ставки? 11 февраля 1629 года.: Г-жа де Шеврез играет в новую игру, где г-н де Валеран - то ли ставка, то ли пешка.

Пасторальный роман: прелестная прогулка. Май 1628 года: Принцесса де Гонзага отправляется с Месье на лодочную прогулку.
Любить до гроба? Это я устрою... 12 декабря 1628 года: Г-н де Тран просит сеньора Варгаса о помощи в любви.
Кузница кузенов. 3 февраля 1629 года: М-ль д’Арбиньи знакомится с двумя настоящими кузенами, одним названным и одним примазавшимся.
Нет отбоя от мужчин. 16 февраля 1629 года.: М-ль и г-н д'Арбиньи подвергаются нападению.

Игра в дамки. 9 марта 1629 года.: Г-жа де Бутвиль предлагает свои услуги г-ну Шере.
Кружева и тайны. 4 февраля 1629 года: Жанна де Шатель и «Жан-Анри д’Арбиньи» отправляются за покупками.
Какими намерениями вымощена дорога в рай? Май 1629 г., Париж: Г-н де Лаварден и г-жа де Вейро узнают от кюре цену милосердия и плату за великодушие.
"Свинец иль золото получишь? - Пробуй!" Северное море, июнь 1624 г.: Рохас и Варгас знакомятся еще ближе.


Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календари эпохи (праздники, дни недели и фазы луны): на 1628 год и на 1629 год

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Предыстория » Дело мастера Бо. Январь 1625 года, Марсель


Дело мастера Бо. Январь 1625 года, Марсель

Сообщений 1 страница 20 из 54

1

Продолжение эпизода Чем ближе к берегу, тем легче утопить. Январь 1625 года, Марсель

0

2

За время, проведенное бретером в трактире на улице потеплело, но из сгустившихся туч уже начало накрапывать – не то мокрый снег, не то ледяной дождь. Теодор плотнее закутался в плащ и ускорил шаг. Грязный проулок вывел его прямо на пристань. Та еще не успела обезлюдеть, и ему быстро удалось сговориться с клянчившим подаяние оборванным мальчишкой, с готовностью согласившимся проводить его до винокурни.

Как и говорил Гадюка, по берегу путь оказался коротким, бретер даже мог прикинуть, как вернуться отсюда в трактир Ренаута. А из беседы по дороге нечаянно выяснилось, что даже в прошлом, когда месье де Малиньи еще не совсем разорился, а винокурня использовалась только по своему прямому назначению, делали там отнюдь не вино. Мальчишка-провожатый так простодушно и искренне изумился тому, что кто-то мог не знать разницу между винокурней и винодельней, что тут же получил затрещину. На то, чтобы не возмущаться вслух, ума у него хватило, и дальше они шли молча и быстрым шагом, пока сквозь морось не забрезжил горевший на причале фонарь.

– Здесь? – шепотом спросил Теодор. Получив подтверждение, он расстался еще с одной медяшкой. – А теперь – брысь!

Гадюка упоминал охрану… Подходить вплотную бретер не стал, задержавшись у высохшего дерева, от которого кое-как можно было разглядеть приземистую каменную постройку недалеко от воды. И весь обратился в слух.

+2

3

Прошло некоторое время до того, как дверь постройки открылась и оттуда вышли сразу два человека. Один из них неторопливо обошел винокурню, то и дело сплевывая что-то на песок, второй вышел на причал и прошелся по нему. Оба выглядели как вооруженное отребье, но тот, что ходил по причалу, был одет поприличнее. Он постоял немного под фонарем, потом к нему присоединился второй.

- Тесак говорит, кусается, - долетел до Теодора обрывок разговора.
- ...чем ... ез?
- Так этому... Написать надо. Он и спросил...
Прилично одетый говорил заметно тише.
- ...ак.
- Смотри, услышит.
- ...ар  ...портить!

+2

4

Последние слова донеслись до бретера в тот момент, когда он достиг, наконец, здания винокурни. Начав перемещаться, тихо и неспешно, едва распахнулась дверь, кое-как осветив местность. Замерев спустя несколько мгновений, нужных тем, кто вышел, чтобы привыкнуть к темноте. Вновь продолжая движение, когда оба оказывались к нему спиной. И вновь, почти не таясь, когда они сошлись у фонаря. Двое снаружи. Внутри? Не меньше двух, похоже – Тесак и тот, что услышит. Главный.

Сквозь щели в ставнях пробивался слабый свет, и бретер присел на корточки под окном, напряженно прислушиваясь. Запрещая себе думать о том, что могло происходить сейчас с миледи. Затем чуть распрямился, заглядывая в щель.

+2

5

Внутри действительно сидели два человека. На старом бочонке в углу пристроился тип в обкусанной шляпе, в котором миледи немедленно опознала бы своего обидчика. Рука его была замотана тряпкой, на которой кое-где проступила кровь. Он крутил в руках помятую пороховницу, в которой что-то бренчало - явно не порох.
За столом дремал, опустив  голову на руки, человек, чьего лица было не рассмотреть. Но волосы, собранные в короткий хвост недешевой заколкой, посверкивающая даже при свете тут и там налепленных свечных огарков серьга в левом ухе и короткая кожаная куртка по моде местных морских "ловцов удачи" позволяли сделать однозначный вывод о том, чем незнакомец зарабатывал себе на хлеб. В доме стояла тишина.

+2

6

Винокурня скрыла от него причал и двоих мерзавцев на нем, и бретер понятия не имел, не спешат ли они уже вернуться. Но и выбора для себя не видел. И неспешно, проклиная каждый миг промедления, беззвучно взвел курки обоих пистолетов, прежде чем скользнуть к двери. Что у тех двоих с собой? Скоро станет ясно.

Не секунда даже, удар сердца. Пока можно было перерешить – если шелохнутся тени, возвещая, что момент упущен.

Мгновение, потерянное, чтобы, рванув дверь, вновь перехватить и вскинуть пистолет.

Первый выстрел, с левой руки, эхом отразился от стен. Отдался во всем теле.

Если?..

Он не колебался, нашел уже взорвавшуюся движением вторую цель и снова спустил курок. Всем существом ловя – звуки, тени. Готовясь швырнуть ставшее бесполезным оружие. Не зная еще куда. Когда. Бездумно уходя в сторону от входа.

+2

7

Моряк умер, не просыпаясь - пуля вошла в голову, сбросив его со стола и с табурета. Второй получил пулю прямо в грудь и тоже был отброшен, к стене. Тесак, послуживший, видимо, источником прозвища, упал на пол.
К счастью Ронэ, те двое, кто оставался на улице, не имели при себе огнестрельного оружия. И первый, кто ворвался в дом, сжимал в руке длинный мясницкий нож. За ним маячила фигура второго, того, кто говорил о порче товара.

+2

8

Пистолеты устремились в полет к первому из двух нападавших, один в лицо, другой в руку с ножом. Куда бретер не рассчитывал попасть. Отвлечь. Отпрянуть. Освободить руки.

Аяла с призрачным шелестом оставила ножны, полыхнула огнем, отражая огоньки свечей.

Теодор улыбнулся.

Чуть сзади и справа – бочонок, тесак, тело. Табурет и труп. Стол. Не отводя взгляда от двух негодяев, бретер видел, однако, чуть ли не каждую мелочь. Не видел миледи, но едва заметил это.

Выпад – пока второй не успел поравняться с первым.

+1

9

Пистолеты не причинили негодяю видимого вреда, тот увернулся от обоих, но замешкался на этом и на него налетел тот, кто бежал вторым, вбив его в дом как пробку в бутылку и подав тем самым прямо на клинок Теодора. Шпага - гибкое оружие, и неловкий взмах ножом перенаправил укол. Нарочно так не сделаешь, и преступник даже удивился этому, но уже налетел на бретера самым дурацким образом из возможных - увлекаемый все тем же мощным толчком товарища.

Теодор ушел за своим клинком, пропуская мерзавца мимо себя, отвечая рубящим ударом по ногам и в то же время выхватывая дагу.

Места на винокурне было не очень много. Так немного, что первый нападавший, не обнаружив под собой мягкого противника, с грохотом впилился головой в позеленевший от времени медный чан и временно выбыл из игры, орошая пол кровью из рассеченного бедра.
Второй успел остановиться, но не атаковать. Пока его товарищ не упал, бретера он попросту не видел. Но когда Ронэ появился перед его глазами, в ход пошел испанский кинжал-наваха. Этот, похоже, что-то понимал в оружии, потому что ударил подло и расчетливо - снизу вверх, стараясь, чтобы противник до последнего не увидел замаха. Места для удара шпагой между ними не было.

*

В соавторстве

+2

10

Где-то сзади и справа был стол. Валявшийся табурет. Труп.

Но бретер и не сошел с места, только подался назад. Левая его рука рванулась навстречу правой руке противника, сверху вниз, предплечье против предплечья, уводя прочь наваху. И затем – удар дагой, поверх сверкнувшей между ними шпаги.

Выдернуть влажно чавкнувший клинок. Мгновение растянулось сползающей с лезвия каплей, позволяя решить, бить ли снова.

Когда клинок входит в живую плоть, та возвращает удар отголоском дрожи, судорожного вдоха, соленым липким теплом хлынувшей крови. Не то, что можно ощутить, работая шпагой, но дагой, кинжалом - всегда.
Негодяй содрогнулся, поднес свободную руку к ране - чашей, как иногда делают раненые, и начал оседать на пол. Еще живой, еще дышащий, еще удивленный внезапной болью и предательской слабостью в коленях.

Теодор от души пнул раненого сапогом в грудь.

– Где она?

Не ожидая ответа, он повернулся к столу. Взял стоявший на нем фаянсовый кувшин, заглянул внутрь. Отмечая взглядом залитые кровью тела трех остальных. Кувшин еще не до конца опустел, и бретер отхлебнул глоток. Поморщился.

*

В соавторстве

+2

11

Тома упал на спину, по-прежнему зажимая рукой рану и попытался что-то пробормотать. Получилось не сразу, но создавалось впечатление, что он понял, о ком речь. Лицо раненого оставалось осмысленным, хотя он и скалился, отвоевывая у собственного тела каждый новый вдох:

- В... погребе... Н-не у-убивайте... М-меня...

Легко быть смелым, стоя с оружием в руках, но когда ты ранен и беспомощен, поневоле приходят мысли о том, что жизнь дороже денег, а то и чести. Особенно если ты об этой чести и раньше имел самое смутное представление.

+2

12

Не отвечая, Теодор тщательно вытер об одежду рухнувшего под стол покойника оружие. Затем окровавленную руку. Заметил и вынул из его волос заколку, сноровисто обыскал – по-прежнему держа дагу под рукой. Перешел ко второму, в кургузой шляпе. К третьему – которого пришлось добить. Один за другим подобрал пистолеты. И наконец вернулся к оставшемуся.

– Пощадить? Тебя как зовут?

+2

13

У покойника с простреленной головой нашелся неплохой кинжал и кошелек, в котором что-то звенело. У Тесака не оказалось ничего, кроме нескольких медяков, третий таскал с собой огарок церковной свечки и помятую медную флягу с неизвестным содержимым.

- Т-то...Тома... - прошелестел раненый. - Жа...Жавер.

+2

14

– Тома, – кивнул Теодор. – Мессы я по тебе закажу. А родителям твоим кто-нибудь другой расскажет.

Минуту спустя он вышел наружу. Постоял, привыкая к темноте, а затем начал неторопливо обходить здание. Погреб – по сути, тот же сарай, вкопанный в дюну по самую крышу – отыскался почти сразу. На двери висел замок, который бретер со второй попытки сковырнул дагой.

– Мадам? – позвал он.

+1

15

За грязным окошком сгущались сумерки, но за миледи никто не приходил, и она не знала, радоваться этому, или нет. То, что ее на какое-то время оставили в покое, было хорошо, но неизвестность и бездействие были для нее пыткой. И холод. Жалкое покрывало неспособно было ее согреть, и Анна, трясясь от холода, пообещала себе клятвенно убить мерзавца, как только выберется на свободу. И до девицы нужно будет непременно добраться. Жаль, эти мысли неспособны были ее согреть...
Лязгающий звук со стороны двери заставил ее вскочить. Если этот негодяй решил, что она безропотно даст сотворить с собой все, что ему вздумается, то он очень ошибается!
Но вместо этого прозвучал голос, услышав который, Анна едва не обезумела от счастья. Теодор! Она спасена!
Миледи бросилась ему навстречу, не обращая внимания на то, что покрывало, в которое она совсем недавно так тщательно куталась, свалилось на пол.

- Теодор, Вы все-таки меня нашли!

+1

16

– Мадам!

Разумеется, бретер заключил ее в объятия. А раз прижав к себе, не смог не поцеловать. Затем рванул завязки плаща – короткого, к сожалению, потому что выбирал его для удобства в поединке, а не в пути.

– Вы замерзли. И дрожите. Эти подонки. – Пусть с запозданием, но он осознал и то, что указывает на очевидное, и то, что холод мог быть не худшим из того, что с ней случилось. Восстановил в памяти обстановку в винокурне и оставленные в ней тела. Здесь было много холоднее. Одежда, какая-никакая, была там. И он не колеблясь потянул ее за собой, набрасывая плащ ей на плечи. – Идемте.

+1

17

На мгновение Анна забыла и о холоде, и о том, где они находятся, и о том, что ничего не знает о судьбе похитителей, и о том, что им нужно успеть на корабль, а она даже не знает, когда именно он отплывает... она забыла вообще обо всем.
Однако реальность была сейчас такова, что надолго забыться оказалось невозможным.

Миледи с удовольствием завернулась в плащ Теодора, хранящий его приятное тепло. После колючего покрывала он показался ей удивительно мягким.

- Подонки, Вы правы, - яростное желание убить похитителя и наглую девчонку вспыхнуло с новой силой. - А где они сейчас?

Анна не сомневалась, что Теодор расправился с разбойниками, но не была уверена, что все они убиты. Вдруг тот, с тесаком, остался в живых? С каким бы удовольствием она собственноручно прикончила бы его... И девчонку. Негодяйку, осмелившуюся поднять руку на миледи, нельзя оставлять в живых.

С этими мыслями Анна последовала за своим спасителем.

+1

18

От погреба до винокурни было рукой подать, и однако  Теодор обнял свою спутницу за плечи, провожая ее от одной двери до другой.

– Не смотрите, – предупредил он, что само по себе было ответом на ее вопрос. Внутри воняло кровью и, самую малость, прокисшим вином. Миледи, если бы она согласилась последовать его совету, пришлось бы закрыть глаза или запрокинуть голову.

Бретер поднял для нее табурет и принялся расстегивать камзол. Подобрать ей одежду одного из покойников было бы быстрее, но он не мог предполагать, что она на такое согласится.

– Возьмите.

Прервавшись, он вложил ей в руку снятую с пирата заколку. Хотя сейчас ее волосы нуждались скорее – больше чем когда-либо, должно быть – в воде и мыле.

Отредактировано Теодор де Ронэ (2016-04-17 21:11:28)

+1

19

Не смотреть было невозможно - слишком велико было желание миледи убедиться, что ее тюремщику досталось по заслугам. Разумеется, зрелище было не из тех, которыми хочется любоваться, но и лишаться чувств Анна не собиралась. Мертвые негодяи того не стоили. Миледи сосчитала трупы и и посмотрела на Теодора с восхищением. Неужели он один устроил здесь эту бойню? По всему выходило, что один.

- Вы поистине мастер, шевалье, - заметила она, опускаясь на табурет и с невольным содроганием глядя на трупы. Не то чтобы она их боялась. Но смерть всегда выглядит так отвратительно... Гораздо удобнее убивать при помощи яда. При этом ведь не обязательно видеть труп своей жертвы.

Приняв с благодарной улыбкой заколку, Анна принялась собирать волосы в подобие прически, и тут разглядела труп, валявшийся у стены. Кто-то хотел повеселиться вечером. Веселье удалось на славу. Один мерзавец был убит. Посмотрев внимательнее, Анна заметила среди замерших неподвижно в собственной крови тел и верзилу, который помогал проклятой девчонке. Второй... Добраться бы еще до наглой девицы... Но пока что были дела поважнее - как можно скорее покинуть этот притон и оказаться в трактирной комнате, которая теперь казалась Анне самой уютной и комфортной комнатой во всем мире.

Закончив возиться с волосами, миледи вопросительно взглянула на Теодора, как будто безмолвно спрашивая у него, что ей делать дальше.

+1

20

К этому моменту Теодор успел снять камзол. Который и передал миледи. Снова огляделся. Самым приличным платьем отличался покойный владелец заколки, и оно же оказалось меньше прочих забрызгано кровью. Ни то и ни другое не в той степени, однако, чтобы бретер решил пожертвовать своей даме и рубашку, хотя ее сорочка и не успела до конца высохнуть.

– Они вам…

«…ничего не сделали?» – хотел бы спросить он. Но вместо этого закончил иначе. – Не говорили, почему они вас похитили?

Он видел, как она двигалась. И был уверен, что с ней ничего не случилось. Что было страннее всего.

Он достал дагу, чтобы не возиться с застежками во второй раз.

+1


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Предыстория » Дело мастера Бо. Январь 1625 года, Марсель


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC