Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+



Происходящее в игре (случайная выборка):

В предыстории: В небольшой деревушке странствующие циркачи влипают в неприятности. Гг. Жан де Жискар и Никола де Бутвиль пробираются в осажденный голландский город. Г-н де Лаварден помогает товарищу ввязаться в опасную авантюру. Графиню де Люз и Фьяметту похищают, приняв последнюю за герцогиню де Монморанси. Г-н виконт де ла Фер терпит кораблекрушение. Г-н Шере и г-н Мартен мечтают о несбыточном. Бывшая графиня де ла Фер меняет брата на мужа, а мужа на новые надежды.

По заслугам да воздастся. 6 декабря 1628 года, вечер: Герцогиня де Шеврез приходит в гости к кардиналу.
Белые пятна. Январь 1629г.: Шере задает другу необычные вопросы и получает неожиданные ответы.
Что плющ, повисший на ветвях. 5 декабря 1628 года: Г-н де Ронэ возвращает чужую жену ее мужу.

"Ужас, как весело". Декабрь 1628 года, открытое море.: На корабле, на котором Лаварден плывет в Новый свет, происходит нечто странное.
Anguis in herba. Сентябрь 1628 года: Рошфор, миледи и лорд Винтер пытаются достичь договоренности.
Границы недозволенного. 17 января 1629 г.: Г-н де Корнильон знакомится с миледи.

В монастыре. 29 ноября 1628 года.: Г-жа де Бутвиль продолжает изучать обитель св. Марии Египетской.
Любовник и муж. 15 декабря 1628 года, вторая половина дня: Вернувшись в Париж, д'Артаньян приходит к Атосу с новостями о его жене.
Крапленые карты человеческих судеб - 13-27 февраля 1629 г.: Похищение дочери капитана де Кавуа лишает покоя множество людей.

О том, как и почему кареты превращаются в тыквы. Ночь с 25 на 26 января 1629 г: Г-жа де Кавуа в обществе Шере и Барнье отправляется на поиски капитана.
Братья в законе. 13 ноября 1628 года: В тревоге за исчезнувшую сестру Арман д'Авейрон является к зятю.
Любимые развлечения двух интриганов. 29 ноября 1628 года, вечер: Герцогиня де Шеврез и маркиз де Мирабель выясняют отношения.


Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календарь на 1628 год: дни недели и фазы луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть III: Мантуанское наследство » Все дороги ведут к греху. 4 ноября 1628 года


Все дороги ведут к греху. 4 ноября 1628 года

Сообщений 1 страница 20 из 29

1

Выведи, мой друг, меня сперва из затруднения, а нравоучение ты и потом прочтешь.
Жан де Лафонтен

0

2

Графиня де Люз (а с виду — Франсуа де Кюинь) мерила шагами комнатку в захудалой гостинице на окраине Парижа. Приехала она уже пару часов назад, и хорошо, что не отправилась с дороги сразу в особняк Монморанси, а послала трактирного мальчишку узнать, дома ли граф де Люз. Оказалось, муж уехал с герцогом по каким-то делам в провинцию — ненадолго, дня на четыре. Явиться в одиночку она не решилась. Нет, разумеется, жену Бутвиля не выгонят на улицу, но уж лучше дождаться его в таком сомнительном месте, как это...
Вообще, если обстоятельства действительно таковы, какими представлялись в Тулузе,  за супругом хорошо бы сначала проследить. Однако то, что неделю назад казалось единственно верным, перестало таковым казаться уже через день пути, а сейчас... Эмили сознавала, что ее ревнивая вспышка была довольно глупой.
Она представила себе усмешку Ронэ и его язвительный голос: «Мадам, вы дура!» Ронэ же представлялся молодой женщине неспроста — ведь именно ему графиня де Люз полчаса назад отослала записку.
«Срочно приходите в гостиницу «Зеленый петух». Франсуа де Кюинь»
Ну а к кому ей было обратиться и с кем посоветоваться?!
Сейчас, двадцатый, а может, и тридцатый, раз проходя шесть шагов от окна к двери и обратно, мадам де Бутвиль мрачно думала, что бретер может и вовсе не прийти. На кой черт она ему сдалась?

+1

3

Мадам де Бутвиль повезло – адресат ее записки оказался у себя и даже не потому, что был прикован к постели ударом шпаги или куда более прозаической лихорадкой. Едва взглянув на подпись, он отбросил перо и снял со стены перевязь со шпагой. Посланец юной графини, семилетний мальчишка, восхищенно открыл рот, наблюдая за его сборами – дага за пояс, стилет в правый сапог и книга за пазуху. Шляпа на голову, плащ на плечи.

– Веди.

«Зеленый петух» обнаружился неподалеку от улицы Арфы и вид имел весьма непрезентабельный. Что не помешало трактирщику смерить бретера подозрительным взглядом. Даже несмотря на то, что он пришел не один.

– На галерее, – указал его проводник, не заметивший сомнений отца. – Вона, вторая дверь. Там филенка еще отходит.

– Все для случайных воров, – согласился Теодор и, взбежав по лепившейся к грязной стене узкой лестнице без перил, стукнул в дверь рукоятью кинжала и тут же повернул ручку.

– Какой, черт возьми, приятный сюрприз. – Он возвратил дагу за пояс, оглядел комнату и снова высунулся на галерею. – Эй, вина! Горячего! И поживее! – Захлопнув дверь, он прислонился к ней, бесцеремонно разглядывая молодую женщину. – И вновь вы не в том виде, чтобы я мог поцеловать вам руку при встрече, мадам. Что случилось? Почему вы здесь?

+1

4

- Могу и переодеться, - хмыкнула Эмили, кивнув на стоящий у двери дорожный сундучок, и тут же радостно улыбнулась бретеру. - Вы ничуть не изменились. Спасибо, что пришли. Присядьте.
Она показала на колченогий табурет и вздохнула.
- Похоже, я сделала глупость... И мне не с кем посоветоваться. Мы же с вами друзья, правда?
Мальчишеский наряд все так же ловко сидел на мадам де Бутвиль, под кожаным колетом и широкими штанами не было заметно, что фигура юной женщины приятно округлилась в некоторых местах, синие глаза смотрели так же ясно, а щеки все так же быстро заливались нежным румянцем. Разве что волосы отросли и крупными локонами спускались ниже плеч.

+1

5

Несколько долгих мгновений Теодор красноречиво изучал юную графиню, а затем вновь повернулся к столу. Не настолько она и изменилась.

– Вам не объясняли, что врать нехорошо? – он протянул ей одну наполненную кружку и взял себе другую. – Только не говорите, что вы не знаете, где искать вашего мужа в Париже.

- Разумеется, я знаю, где его искать, - Эмили отхлебнула из кружки.- То есть, знала. В особняке Монморанси. Но сейчас они с герцогом куда-то уехали, а одной мне туда идти не хотелось. Не выгонят, конечно, но объяснять придется, что я — это я.   Лучше уж  подождать где-нибудь,  хоть вот здесь.

Она тяжело вздохнула и сделала еще глоток.

- Врать нехорошо, а ревновать - глупо. Но так уж вышло...

Взгляд бретера сделался изучающим.

– Хотите ответить изменой на измену?

- Хотела, - очень серьезно ответила Эмили. - Я ему даже обещала. Но я не уверена... Видите ли... Уже год прошел,  а у нас нет детей...

Она посмотрела на мужчину и покраснела.

- Граф говорит, что это ничего, просто я слишком молода. Но другие...

Теодор не поперхнулся. Возможно, потому что не отпил еще ни глотка. Впрочем, еле заметная улыбка, коснувшаяся на миг его губ, заставляла заподозрить, что ошарашен он не был.

– Это тоже хорошая причина для измены, – заметил он. – Другие – что? Заводят детей? Упрекают вас? Предлагают любовников?

- Я лучше сначала расскажу, - снова вздохнула графиня. - Вы сядьте, а?

– Боитесь, что я не устою на ногах, слушая вас? – он с сомнением глянул на табурет, сбросил плащ и шляпу на пол и сел на дорожный сундучок юной графини. – Весь к вашим услугам, мадам.

        Чтоб снова обрести покой
        Располагайте мною смело:
        Моим клинком, моей рукой
        И прочими частями тела.

- Ушами, носом... коленками... - улыбнулась Эмили и добавила серьезно: - Спасибо.

Она посмотрела на шляпу бретера.

- По полу здесь тараканы бегают. Я трех видела.

– Пусть бегают, – отмахнулся тот. – Мою шляпу они не тронут, меня боятся даже тараканы. Итак?

*

В соавторстве

+1

6

- Итак, - Эмили снова отпила вина, - граф уехал почти месяц назад. Двадцать восемь дней... Неделю я еще как-то жила, а потом стала скучать. И вот как-то сидела за его столом... Нам выделили три комнаты во дворце: гостиную, спальню и кабинет... Я сидела и перебирала бумаги, просто так, ну... мне хотелось видеть его почерк. И вдруг увидела письмо. В самом деле, читать чужие письма дурно, не сунься я туда... Письмо было от герцогини Ангулемской, и говорилось там, в частности, о нашем браке. Что граф сделал глупость, но это еще можно поправить, если постараться. Что со мной можно развестись, и есть люди, которые помогут ему в этом, если граф пожелает. Ведь я — неизвестно кто, а главное, у меня детей нет... Ну и в том же духе, там длинно было, не хочу все повторять... Я прочитала — неприятно, конечно, но никому не сказала ничего... Тем более, что мне уже на все это намекали, осторожно, да. При ее светлости герцогине Марии- Фелисии вслух о таком не говорят, ведь у нее тоже нет детей. Тем не менее, герцог ее нежно любит. А спустя, наверное, неделю был прием. И я услышала, как три дамы наперебой обсуждали, что Бутвиль не зря поехал в Париж и задержался там, что всем известно, что ему прискучила жена, а в Париже он ухаживает за некой девицей... Да, я знаю прекрасно, что они нарочно говорили так, чтобы я слышала, но тогда... Тогда я вспылила.

+1

7

– И сделали все возможное, чтобы у графа появились веские основания искать развода, – вздохнул бретер. – Как вы сюда добирались?

- С купцами... Я все приготовила заранее. Деньги мне граф оставил, немного, но все же. Они меня довезли как раз до этой гостиницы. Я сначала хотела сразу к мужу , но подумала: явлюсь вот такая, да еще одна, сплетни опять поползут. И решила за ним послать... А он уехал.

Теодор залпом допил остывающее вино, снова наполнил кружку и некоторое время помолчал. Таракан, обманувшийся его неподвижностью и оказавшийся слишком близко от его шляпы, вывел его из оцепенения. За что и погиб.

– Вы послали за мужем, вы сказали. Как за мной? Написали записку, где вас искать? Она осталась там?

- Нет. Мальчишке сказали, что граф уехал, он и вернулся. Собственно, я вам ту же записку и прислала.

– Тогда...

Теодор позволил себе улыбку.

– Тогда никто не знает, куда вы уехали и куда приехали. И как. Хоть что-то. У вас не найдется, часом, какой-нибудь подружки в Париже? Боюсь, что мои вам не подойдут.

*

В соавторстве.

+2

8

- Я оставила записку для ее светлости Марии-Фелисии, что поехала на богомолье. Помолиться, чтобы Господь послал ребенка... Что это важно сделать тайно. Уж не знаю, поверила она или нет... А подруг нет, увы.

- Dio can, - пробормотал бретер. - Зачем, во имя всего святого?

Ответа на этот вопрос он не ждал и не стал дожидаться.

- В любом случае, здесь вам делать нечего. У меня тоже, это понятно. А приличных знакомых у меня нет... Почти.

Его улыбка сделалась злорадной.

- Вам понравится. Идемте.

- Чтобы меня очень уж не искали. Куда это?
Такому выражению лица бретера она не очень доверяла.

- В гости. К месье де Клейраку, моему... - он ненадолго задумался, - ну, скажем, приятелю. У него есть особняк и жена, так что он сможет вас приютить, и это будет совершенно прилично. А еще он не будет болтать, и к нему можно прийти в мужском платье, потом послать сюда за вашими вещами и переодеться. И он наверняка придумает, как выставить все это так, что ни у кого не будет претензий.
Он допил вино и подобрал с пола шляпу и плащ.

- Особняк и жена — это хорошо, - хмыкнула Эмили. - Именно в таком порядке, да?
У господина де Ронэ есть приятели с особняками? Хотя... почему, собственно, нет? Мадам де Бутвиль была совершенно уверена, что бретер не только не причинит ей зла (разве то, сколько раз он ее спасал, не доказывало это?), но не сделает ничего такого, что повредило бы ее репутации, о которой он иной раз, пожалуй, заботился больше, чем она сама.
- Но если вы говорите, что это прилично — идемте.
В конце концов, если что-то будет не так, что помешает ей уйти?

*

В соавторстве,

+1

9

Теодор не стал тревожиться вслух, что Клейрака может дома не обнаружиться. И всю дорогу на Правый берег развлекал мадам де Бутвиль стихами и шутками разной степени сомнительности. Прервавшись только для того, чтобы обменяться парой слов на арго с весьма потрепанной и крайне подозрительной личностью, встретившейся им на Новом мосту. Сразу же после этого погода резко испортилась. И, как они затем ни спешили, к небольшому, но чрезвычайно ухоженному особняку невдалеке от улицы Сент-Оноре они подошли уже мокрыми до нитки.

Парадная дверь распахнулась, едва Теодор взялся за железное кольцо молотка.

– Дон Теодоро, – домоправитель отвесил тщательно отмеренный поклон. Много почтительнее, чем было бы обусловлено внешним видом бретера, и чуть ниже, чем полагалось другу хозяина дома.

– Дон Хосе, слуга покорный, – это было сказано по-испански. – А дон Матео дома?

– Да, сеньор. Позвольте мне проводить вас… – он на мгновение замялся и бросил быстрый взгляд на спутника бретера. – На кухню. Если вы не побрезгуете моим платьем…

В соавторстве

+3

10

Перо на шляпе обвисло и с ее полей капало, плащ промок насквозь, не повезло и камзолу, и только кожаный колет по-прежнему скрывал хоть и невеликие, но довольно привлекательные достоинства молодой женщины. Эмили сняла шляпу, с которой тут же стекла на пол небольшая лужица, и тряхнула локонами, превратившимися в мокрый кудельки. По-испански она понимала прекрасно, говорила хорошо, читала неплохо, а писала... ну как-то, наверное, писала, хотя пока писать по-испански ей не приходилось. Мадам де Бутвиль смахнула с носа дождевую каплю и недоверчиво глянула на бретера: он привел ее к испанцам?

+2

11

Теодор также глянул на свою спутницу и вернул испанцу поклон.

– Я счел бы это за честь, – церемонно отозвался он с искренним сожалением в голосе. Гарсиа так или иначе будет все знать, но посвящать в это дело кого-то еще – а иначе не выйдет… – Но к сожалению, я не располагаю временем. Если дон Матео сейчас не слишком занят… а мадам де Клейрак не возражает, когда с гостей капает как с утопленников…

С мадам де Клейрак бретер знаком не был, но мадам де Бутвиль об этом было знать незачем.

+2

12

Испанец чуть заметно улыбнулся.

– Я провожу вас в кабинет, там нет ковров, – пообещал он.

Эта святая святых оказалась маленькой комнатушкой под самой крышей, с единственным чердачным окном в потолке, в которое барабанил ливень. Хозяин дома снял ноги с девственно пустого письменного стола и поднялся им навстречу.

– Ронэ! Какой сюрприз! – за широкой благодушной улыбкой лишь очень проницательный человек заподозрил бы настороженность. Взгляд Клейрака сместился на мнимого пажа и стал откровенно внимательным. – И что это означает?

Вопрос был задан без малейшего намека на теплоту. О том, что бретера и гардеробмейстера Ришелье что-то связывало, знать не полагалось никому.

Если этот взгляд и этот холод и смутили Теодора, то его улыбка, сделавшаяся откровенно насмешливой, успешно это скрыла.

– Позвольте мне представить вам мадам де Бутвиль, графиню де Люз. – Он искоса глянул на свою спутницу. – Это мой друг, месье де Клейрак, конечно. Я ему о вас рассказывал.

– И я всегда горел желанием с вами познакомиться, – засмеялся хозяин дома, как по волшебству снова обретая вид совершенно благодушный. – Мадам, всецело к вашим услугам. Чем могу быть полезным?

В соавторстве

Отредактировано Жан-Матье де Клейрак (2016-03-15 19:44:23)

+2

13

Эмили быстро оглядела кабинет и его хозяина. Приятель Ронэ ей не слишком понравился, что-то в нем было настораживающее — чересчур внимательный взгляд? - но, если судить по роду деятельности бретера, какие у него могут быть друзья?.. Главное, что сам Ронэ в нем уверен... Рассказывал о ней, надо же... Интересно, что?
- Рада знакомству, сударь, - графиня мягко улыбнулась, по-светски изящно протягивая Клейраку руку во влажной перчатке. Год при дворе герцогини де Монморанси не прошел бесследно для мадам де Бутвиль, она всегда быстро училась. - Господин де Ронэ, верно, рассказывал обо мне разные глупости?
Она перевела шаловливый взгляд на своего спутника, который, однако, мог прочесть в нем вопрос. Рассказывать свою историю неизвестному господину Эмили совсем не хотелось.

+2

14

Целовать руку в такой перчатке Клейрак не стал, но на мгновение задержал ее в своих ладонях, добродушно улыбаясь.

- Шевалье де Ронэ рассказывал мне только про отважную даму, очарованию которой не могло повредить даже мужское платье. Тогда я полагал это глупостями, но теперь вижу, что ошибался. Чем я могу быть вам полезен, госпожа графиня?

Несмотря на то, что вопрос был обращен к молодой женщине, посмотрел Клейрак при этом на ее кавалера. На самом деле Ронэ рассказал ему гораздо больше — часть, возможно, сам того не заметив. Это было нормально, как раз этим Клейрак и занимался на службе у его высокопреосвященства — выяснял, насколько человек надежен и при каких обстоятельствах. Бретеру он в свое время порекомендовал ничего не рассказывать или рассказывать как можно меньше. Молчать он до какой-то степени умел, а вот хранить тайны — не очень, в особенности от тех, кого считал своими друзьями. Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы сообразить, что он пришел просить помощи для госпожи графини. Что это могло быть, Клейрак боялся даже предположить.

+2

15

Теодор указал мадам де Бутвиль на стул, а сам уселся на табурет.

– Госпожа графиня... – он сделал паузу. – Господин граф имел дерзость уехать в Париж без госпожи графини. Госпожа графиня сбежала от родственников и приехала следом — одна, в том самом виде, в каком вы ее сейчас видите. А поскольку супруг сейчас в отъезде, то ей нужно где-то остановиться и обзавестись пристойной предысторией. Вы все еще не врете мужу, мадам?

Несмотря на насмешливый тон, бретеру было не до смеха. Избавиться от человека, который мешает приятелю, куда как проще, чем решить ту задачу, которую он ставил сейчас перед Клейраком.

+2

16

- Я все еще не вру мужу, сударь, - в тон бретеру ответила графиня. Она могла бы, конечно, добавить, что иногда и немножко... было, но это же не считается! - Разумеется, я скажу ему все, как есть.
Эмили куснула нижнюю губу. Не надо быть сильно умной, чтобы догадаться, что графу ее очередная эскапада не понравится. Даже если он тоже соскучился. А если не соскучился?

+2

17

Клейрак бросил на молодую женщину цепкий взгляд.

- Мадам де Клейрак, - неохотно сказал он, - чувствует себя не очень хорошо. Нет, мадам, это не значит, что я отказываю вам в гостеприимстве, но только предупреждаю. Что вы окажетесь в большой степени предоставлена сама себе.

- Я буду заходить в гости, - пообещал бретер.

Клейрак ухмыльнулся, но спорить не стал. Отношения между Ронэ и его подружкой его никоим образом не касались, пока бретеру не вздумается остаться на ночь. До тех пор хозяин дома мог ничего не видеть в упор — пока ему что-то не понадобится. А если бретер будет ее отвлекать, у нее не возникнет желания лезть, куда не просят.

- Что же до предыстории, - продолжил он, не услышав возражений, - то врать надо либ всем, либо никому. Я имею в виду, когда в ложь вовлечены посторонние. Вы не можете, мадам, и я не могу пожелать от других, чтобы они добровольно выставляли себя лжецами, а именно таковыми ваш муж их и сочтет, если от вас услышит одно, а они будут рассказывать другое.

*

Согласовано с месье де Ронэ и мадам де Бутвиль

+2

18

То, что она может оказаться предоставленной сама себе,  мадам де Бутвиль нисколько не огорчило, даже наоборот. Не будет же бретер всегда при ней... Как разузнать о муже и его возможных увлечениях, она пока не знала, ну да придумается что-нибудь. И Ронэ наверняка что-то посоветует, знакомства у него разные... Интересно, что у него общего с господином де Клейраком?
- Мне очень жаль, что я не смогу увидеться с госпожой де Клейрак, - светски улыбнулась Эмили. Надеюсь, она скоро поправится. Что же до предыстории... Видите ли, мой супруг нисколько не удивится, узнав, что я преодолела расстояние из Тулузы до Парижа в одиночку. Это уже не в первый раз. Но я решительно не знаю, какую пристойную историю тут можно сочинить. Она глянула на бретера.
- Тем более, что не было ничего непристойного.

+2

19

– Пока не было, – не удержался Теодор. Опыт в таких вещах у него был немалый: даже если молодая графиня не начала еще лгать мужу, то вскорости она этим займется. Неужто никто не успел объяснить ей, откуда берутся дети? – Мадам, дело не в вашем муже, а в месье де Клейраке. Если он сможет найти какую-нибудь даму, которая согласится притвориться, что вы ехали в Париж в ее обществе, то это нужно будет рассказывать всем. Потому что будет некрасиво выставлять ее лгуньей, когда она вам помогает.

Бретер вопросительно глянул на приятеля. Ничего лучшего ему в голову не приходило, а у Клейрака, как он обмолвился как-то, было прикормлено несколько небогатых дам благородного происхождения.

+2

20

Клейрак кивнул, хотя история, в которую его пытались втравить, ему уже не нравилась. Да и его знакомым дамам она пользы не принесет. Впрочем, возможен был еще один вариант.

– Ну что вы, я вполне понимаю, что мадам де Бутвиль хочет быть откровенной с мужем, - одной ложью больше, одной меньше — велика ли разница на весах Предвечного? - Когда ваш муж покинул Париж, сударыня? А вы, давно ли вы уехали — и откуда? Мог ли он сам привезти вас сюда?

Это было бы самым простым решением, но Клейрак был уверен, что оно не подойдет, потому что на самом деле какая женщина пожелает откровенничать с мужем при таких обстоятельствах?

+2


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть III: Мантуанское наследство » Все дороги ведут к греху. 4 ноября 1628 года