Вверх страницы
Вниз 

страницы

Французский роман плаща и шпаги

Объявление

Рейтинг игры: 18+



Происходящее в игре (случайная выборка):



В предыстории: Анна Австрийская встречается на охоте с герцогом де Монморанси. Месье помогает принцессе де Гонзага позировать для картины. Шере впутывается в опасную авантюру с участием Черного Руфуса. Испанские корсары идут на абордаж.

Была тебе любимая… 3 марта 1629 года: г-н де Клейрак поддается чарам г-жи де Шеврез
Любить до гроба? Это я устрою... 12 декабря 1628 года: Г-н де Тран просит сеньора Варгаса о помощи в любви.
Кузница кузенов. 3 февраля 1629 года: М-ль д’Арбиньи знакомится с двумя настоящими кузенами, одним названным и одним примазавшимся.
После драки. 17 декабря 1628 года.: Г-жа де Бутвиль и г-жа де Вейро говорят о мужчинах.

Большая прогулка. 22 ноября 1628 года: Г-н д’Авейрон и г-н де Ронэ разыскивают убийцу г-жи де Клейрак.
О трактирных знакомствах. 16 декабря 1628 года.: Г-н де Рошфор ищет общества г-на де Жискара.
Мой друг, в твоих руках моей надежды нити... 10 февраля 1629 года: Ее величество просит г-жу де Мондиссье передать ее письмо г-ну де Корнильону.
La Сlemence des Princes. 9 января 1629 года: Его величество навещает супругу.


Будем рады новым каноническим и авторским персонажам в сюжеты третьего сезона.

Календарь на 1628 год: дни недели и фазы луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть III: Мантуанское наследство » Поездка за неприятностями. 15 октября 1628 года, воскресенье


Поездка за неприятностями. 15 октября 1628 года, воскресенье

Сообщений 21 страница 38 из 38

1

Осень 1628 года, через две недели после предыдущего эпизода:
Альпийский эдельвейс для мадридской розы

0

21

Неприятности любого рода имеют  одну общую особенность - появляться тогда, когда меньше всего желаешь их иметь. Очень не вовремя и всегда некстати. Как и это треклятое колесо, которое все же сломалось. Правое заднее. Судя по истерической сумятице, этого не ждал никто, а услышав эти  невнятные женские возгласы, не всякий мудрец догадался бы, что принадлежат они утонченным дамам благородного происхождения.
   
Впрочем, Анну это сейчас ничуть не волновало, куда больше ее заботил оказавшийся ощутимо острым локоток доньи Эстефании, крепко упершийся ей в предплечье. Пытаясь не слишком успешно выбраться из невольных и жарких  объятий своей верной соотечественницы, королева подумала, что нужно будет аккуратно намекнуть той при удобном случае - не слишком ли она усердствует по части соблюдения постов. Ах, какие же у нее все-таки неудобные локти, быть теперь на нежной королевской коже некрасивому синяку.
 
Поняв всю тщетность всеобщей дамской возни, Анна не без труда дотянулась ладонью до оконца и стукнула по нему ладонью: - Месье, прошу вас... Донья Эстефания, зачем вы хватаете мой жемчуг? Это ожерелье, а не четки. И не дышите так жарко мне в ухо,  сейчас всем очень неудобно... Месье!

+1

22

Луиза принялась отчаянно извиняться и поправлять кружева на корсаже графини де Ланнуа, но замолчала, когда дверца кареты чуть не слетела с петель. Распахнувший ее гвардеец, тот самый, что не захотел поверить опасением кучера, выглядел, для такого большого и сильного мужчины, насмерть напуганным.

– Ваше величество… Ваше величество, вы… Вы не пострадали, ваше величество? Я с этого мерзавца шкуру спущу!

– Вы сами сказали, что с колесом все хорошо, – запротестовала Луиза. Нет, она не забыла, конечно, что она сама говорила то же самое, но она же не предлагала наказывать за это кучера – даже наоборот! – К тому же, если вы это сделаете, кто же нас повезет обратно?

Судя по тому, как растерялся гвардеец, такая простая мысль ему в его красивую голову не приходила.

+1

23

Анна, которой из-за накренившейся кареты  стало до невозможности трудно сохранять царственную осанку и королевское достоинство,  решила вмешаться в разговор.

- Если не считать легкого испуга, мы почти не пострадали, месье. И полагаю, прежде чем вы займетесь решением возникшей трудности с колесом, вы поможете нам, наконец,  выбраться отсюда? - заявила королева, борясь с непреодолимым искушением первой выпихнуть наружу донью Эстефанию вместе с ее неудобными локтями.

+1

24

Луиза готова была расцеловать королеву за такое предложение, но гвардеец явно растерялся.

– Но, ваше величество… – промямлил он и посмотрел сперва на мадам де Ланнуа, а потом на донью Эстефанию, – дорога… Там же… Грязь… Лужи.

Луиза поспешно улыбнулась ему, пока какая-нибудь из дам не перехватила инициативу. Ее сердце колотилось так сильно, что удивительно, как оно только еще не выскочило у нее из груди – настал тот самый момент, ради которого она сперва затеяла эту поездку, а затем подкупила кучера.

– Но ведь у вас же есть кони, сударь, – простодушно возразила она. – Разве вы не можете нас куда-нибудь отвезти? Не сидеть же нам весь день в сломанной карете!

Если бы у Луизы было больше времени, больше опыта при этом дворе или больше денег, в сопровождении королевы оказалось бы сегодня больше привлекательных молодых людей, но все те, кого она успела заметить из окошка, были очень даже ничего. А этот и вовсе был красавчик, пускай он и выглядел в настоящую минуту глуповато.

– Отвезти? – переспросил он и уставился на ее величество так, словно до этого ему в голову не приходило, что это женщина, к тому же красивая, которую можно куда-то везти.

Луиза затаила дыхание.

+1

25

А ведь Луиза права. Если королева, спина которой уже начала затекать от неудобного положения,  хотела только одного - выпрямиться, то мадам де Мондиссье быстро сообразила, что топтание на влажной слякотной земле  вряд ли окажется намного приятнее. Притихшие фрейлины, видимо, думали о том же и в заинтересованном молчание поглядывали в окошко, вероятно, уже представляя себя верхом в сопровождении молодых гвардейцев. И, судя по лицам, эта мысль не вызывала у них никакого неприятия, а ровно наоборот. Лишь  четки доньи Эстефании тревожно и тихо постукивали в  сухих ладонях.

- Если вы, месье, можете предложить  более разумный способ справиться с тем положением, в которым мы оказались, я буду рада вас выслушать, - с вежливым нажимом произнесла Анна, - а если нет, то остается или чинить карету, или... отвезти нас.

+1

26

– Да что тут можно еще сделать? – воскликнула Луиза, торопясь вмешаться, пока задумавшемуся гвардейцу не пришло в голову что-нибудь, до чего не смогла додуматься она сама. – Может, вы нас и до самого замка довезти можете?

Ответ на этот вопрос она отлично знала и ничуть не удивилась, когда гвардеец сразу помрачнел. Вот и чудесно – пусть думает, куда доставить благородных дам – особенно, когда дам восемь, а солдат, включая его самого, пятеро. Сама она точно знала, что на Венсенской дороге в каком-то полулье от Сент-Антуанских ворот имелся трактир «Два щита» – по словам месье де Шарту, одного из ее новых поклонников, недурной. Но рассказывать об этом она собиралась, только если не будет другого выхода.

– Ваше величество, – пробормотал гвардеец, – если вы окажете мне честь…

К этому моменту за его спиной собрались все его сослуживцы – кроме одного, который, как самый сообразительный, заглянул в карету с другой стороны. Поймав его любопытный взгляд, Луиза скромно опустила глаза – но только чтобы тут же их поднять и, конечно же, сразу снова отвести. Искоса наблюдая то за одним молодым мужчиной, то за другими, она плотнее завернулась в свою пелеринку, уткнув носик в пушистый мех. Вот сейчас кто-нибудь вспомнит, что седла у господ гвардейцев не дамские…

+1

27

Гвардеец явно пребывал в некотором смятении и было от чего. Сопровождать королеву Франции в такой близости какую позволяет допустить одно седло на двоих! На какой-то миг Анна тоже замешкалась, лишь только представив себе эту картину, достойную пера автора рыцарских романов. Впрочем, она тут же нашлась чем скрыть свое смущение. Гвардейцев было меньше, чем фрейлин!

- Но, позвольте... - огляделась королева, что-то прикидывая в уме, - получается, что мы не сможем уехать все вместе. Тогда двое из вас останутся охранять оставшихся  фрейлин, а я отправлюсь в сопровождении доньи Эстефании и... Мадам де Мондиссье, вы пожелаете остаться  или предпочтете составить  нам компанию?
Такой выбор Анна делала исходя из соображений практичности - свою соотечественницу она брала как залог целомудрия и преданности, к тому же королева опасалась, что ту не остановит ни слякоть, ни грязь, ни отсутствие лошади, а Луизу предпочла как даму, отличавшуюся находчивостью и решительностью, да и просто по личной симпатии, что уж греха таить, если та, конечно, не надумает остаться, что вряд ли. Конечно, Анна вполне могла сама определиться с выбором, но выглядеть вежливой в столь затруднительном  положении  смотрится так по-королевски!
 
Донья Эстефания коротко взглянула на гвардейцев и чуть поджала губы, весь вид ее выражал готовность идти за своей королевой куда угодно - хоть  на мужское седло, хоть на плаху, кажется, большой разницы она в том не наблюдала. И, легко улыбаясь, Анна взглянула на Луизу.

+2

28

Остаться?.. Луиза так удивилась, что даже стаканчик с костями выронила, наклонилась его подобрать и больно стукнулась обо что-то головой. А ведь правда же, могла же королева вообще ее не взять, хоть она все и придумала, а вот взяла и оставила бы ее в карете с другими дамами! Вон как они все на нее уставились, злятся небось, что не их выбрали!

И чего только спрашивает, будто кто-то от такого в здравом уме откажется!

- Я буду счастлива сопровождать ваше величество куда угодно, хоть к черту на рога, - торопливо заверила Луиза, пока королева не передумала, и тут же ойкнула и закрыла рот ладошкой, как будто случайно у нее это вырвалось. А кошки эти чопорные переглянулись еще этак снисходительно, ну и пусть их, зато дуракам закон не писан. Луиза еще и ресницами наивно похлопала - хорошо, что они у нее длинные! - Но только вот... А мне поможет кто-нибудь вылезти?

Она и посмотрела при этом на того же привлекательного гвардейца со своей стороны кареты, и тот, конечно, слегка приосанился.

- Вы позволите, ваше величество, мне первой?.. А то вдруг там...

Что могло там быть вдруг, Луиза точно не знала, но всякое бывает, должен же кто-то за королевой присмотреть.

+1

29

Анна искренне надеялась, что оставшаяся часть путешествия не окажется  слишком драматичной, а посему Луизе не придется сопровождать ее до самых "чертовых рогов", Господи помилуй. Веселая усмешка растаяла в уголках губ королевы, а тонкие пальцы успокаивающе коснулись запястья доньи Эстефании, как-то слишком беспокойно затеребившей четки. Право, с Луизой не придется скучать, и эта мысль неожиданно самым благоприятным образом сказалась на настроении королевы. Настолько, что ее даже не устрашила недоговоренность насчет того, что "а вдруг там...". И королева даже отважится принять помощь одного из гвардейцев, но только... после Луизы.
   
Впрочем, от Анны не укрылся короткий безмолвный диалог, в результате которого красивые ресницы Луизы волнующе затрепетали, а осанка гвардейца приобрела изящную горделивость. Королева невольно взглянула в другое окошко, у которого терпеливо ожидал ее решения командир гвардейцев, и по непонятной причине вдруг отметила, что он вполне хорош собой - и лицом, и статью. Быстро подавив смущение, от которого на щеках расцвел нежный румянец, Анна чинно кивнула головой: - Как вам будет угодно, мадам де Мондиссье.

+2

30

Если бы на месте королевы была Кристина, Луиза пожала бы ей исподтишка руку в знак признательности, но ее величество она знала еще не так хорошо и поэтому только с благодарностью на нее поглядела. Два розовых мазка, возникших вдруг на бледных щеках королевы, не ускользнули от ее глаз, и она присмотрелась получше. Вроде ничего такого не сказали – не в черте же дело!

Делать реверансы в карете, тем более накренившейся, Луиза не рискнула, без дальнейших околичностей пробралась к дверце и замерла, с растерянным видом глядя на окружавшую их грязь и лужу прямо под своими ногами.

– Мадам, – командир маленького отряда с усилием отвел взгляд от соблазнительно медленно поползшего вверх подола юбки, но только когда под ним вместо туфелек и обнаженных щиколоток обнаружились кокетливые алые сапожки, – позвольте вам помочь. То есть мадемуазель.

– Мне, мадемуазель, – пророкотал один из гвардейцев. Голос у него был такой низкий, что у Луизы мурашки поползли по рукам, и она непроизвольно перевела на него затуманившийся взгляд. Для военного этого оказалось достаточно, и он тут же спрыгнул с седла и зашагал к ней прямо через лужу – наверное, как и она, тоже не хотел оставаться с каретой.

– Мадам, – поправила она и скромно опустила ресницы, когда в черных глазах гвардейца вспыхнул жадный огонек. Разумеется, это совсем не помешало ей разглядеть его во всех подробностях – и длинные руки, и широкие плечи, и некрасивое, но жизнерадостное лицо, и чуть кривые ноги записного конника. И она покорно протянула обе руки, позволяя ему подхватить ее и крепко прижать к груди.

На лице молодого человека, с которым Луиза переглядывались через окошко кареты и который только что приблизился, ясно читалась зависть.

Отредактировано Луиза де Мондиссье (2016-03-02 14:09:57)

+1

31

Не нашлось  ни единой пары глаз, которая не следила бы за развернувшимся действием с особым тщанием. Впрочем, на лицах придворных дам читались весьма различные переживания - от легкой зависти и досады до некоторой озабоченности и недовольства.  Донья Эстефания, внимательно наблюдавшая за происходящим, и не думала скрывать свою тревогу - ведь от ее цепкого взора не укрылось то особенное внимание, которое мужчина проявил к чуть приподнявшемуся подолу мадам де Мондиссье, и оно ей определенно не нравилось.
   
   Анна проводила взглядом Луизу, хрупкий стан которой так ловко обхватил расторопный гвардеец и тихонько вздохнула.  Пикантное положение, но ничего не поделать - придется выбираться и из кареты, и из положения. Ей остается только надеяться, что командир отряда, почтительно склонивший голову в ожидании ее величества, проявит то надлежащее уважение, которое только возможно проявить  в этой щекотливой ситуации. Анна поправила складку на юбке и уже было чуть приподнялась, как, явив миру совершенно непостижимую быстроту и ловкость,  в дверном проеме оказалась донья Эстефания с поджатыми губами и чуть приподнятой юбкой, из-под которой выглядывали крепкие добротные туфли и тощая жилистая лодыжка, похожая на высохшую голень уставшей от жизни курицы. Нужно отдать должное капитану - если ему и пришлось пережить некоторое разочарование, то скрыл он его умело. Вежливо обхватив костлявый стан королевской наперсницы, он перенес ее на небольшой холм, выглядевший относительно сухим и чистым.
   
    Королева отчаянно боролась с необъяснимым приступом веселости, возникшим так не вовремя и совсем не к месту. Сдерживая смех, она аккуратно ступила на верхнюю ступеньку, не забыв приподнять платье ровно настолько, чтобы не испачкать его. Так что взору подоспевшего светловолосого гвардейца, с которым недавно переглядывалась Луиза, достались только изящные сапожки тонкой кожи.

- Ваше величество, -  мягко прозвучал над ухом приятный баритон, и, делая вид, что озабочена лишь чистотой платья, Анна почти не поднимала глаз, когда ладони мужчины коснулись ее талии... А потом, сдерживая участившееся дыхание,  только вскользь  успела заметить очень чистую кожу лица и легкий румянец, коснувшийся мужских скул. Оказавшись рядом с доньей Эстефанией и Луизой на спасительном пригорке, у королевы остались силы только на то, чтобы скрыть сильное смущение от того, что галантность светловолосого гвардейца оказалась так приятна, а ведь им придется сейчас ехать совсем рядом... Безуспешно пытаясь подобрать нужные случаю слова, Анна замешкалась - таких случаев у нее никогда не бывало. Она бросила быстрый и красноречивый взгляд на Луизу. Анна была уверена - та поймет и выручит.

+1

32

Румянец на гладких щеках гвардейца Луиза, конечно, заметила и лукаво улыбнулась. Одной юности для такого смущения было бы мало, он должен был быть и новичком в гвардии, чтобы все еще видеть в королеве – женщину. Чудесно, просто чудесно!

– А вам тоже нужно подтянуть подпругу? – наивно спросила она, переводя вопросительный взгляд с замешкавшегося командира на его юного подчиненного. Именно так объяснил свои действия "ее" гвардеец, когда донес ее до пригорка и опустил на землю – хотя, судя по тому, как крепко он прижимал ее к себе и как, это был просто повод.

– Совершенно верно, – буркнул командир и мрачно уставился на юношу. Интересно, тот тупо последовал за старшими или у него был свой расчет? Бедняга, Луиза готова была держать пари, что королеву ему везти не позволят, и оказалась права.

– Займитесь вашей лошадью, сударь, – сухо приказал командир. – Ваше величество, если позволите, мой конь к вашим услугам, и я готов поручиться за его манеры.

– Как за ваши собственные? – подсказала Луиза.

Узнать, чем кончился разговор, ей помешало возвращение "ее" гвардейца, который, вежливо поклонившись ее величеству и ее наперснице, бесцеремонно подхватил Луизу на руки.

– Вам придется крепко держаться, мадам, – прошептал он ей в самое ухо. – Потренируйтесь сейчас.

– А вы разве не будете меня держать? – простодушно удивилась Луиза. – Но я же тогда упаду!

Гвардеец хищно улыбнулся.

– Нет, этого я допустить не могу. Конечно, я буду вас держать.

Мгновение спустя она оказалась уже в седле перед ним, и одна его рука крепко обвивала ее талию.

+1

33

Определенно, в словах командира королевской охраны сквозило не только легкое раздражение, но и здравый смысл - трудно было ожидать, что он доверит королеву юному гвардейцу, который, не слишком умело скрывая разочарование,  тут же занялся проверкой упряжи, не забывая иногда вскользь бросать короткие взгляды на Анну. Она все прекрасно видела и теперь досадовала на себя саму, что смущается от таких недостойных ее внимания пустяков. А вот Луизу, которая и на лошадь вспорхнула как мотылек, похоже, не могли смутить никакие обстоятельства, и королеву сие вполне устраивало.

-  Нисколько не сомневаюсь в послушании вашей лошади, - легко улыбнулась гвардейцу Анна, краем глаза заметив, что донья Эстефания, стараясь не слишком успешно сохранять независимую  прямую осанку, уже устроилась впереди юного гвардейца. Тот вновь бросил быстрый взгляд на Анну и, как ей показалось, уголки его ярких губ чуть дрогнули в полуулыбке. Для нее. Какая приятная вольность, право.

- Вы сейчас полностью убедитесь в этом, ваше величество, - склонился к ней командир гвардейцев и, крепко обхватив руками, приподнял и со всей возможной осторожностью усадил впереди себя. Анна не могла избавиться от ощущения, что ее, крепко обняв, не желает отпустить от себя совершенно чужой мужчина. Ах, господи....

- Вам удобно, ваше величество? - чуть севшим от волнения голосом поинтересовался гвардеец.

- Да, месье, вполне, - сдержанно кивнула головой Анна, даже не пытаясь представить как все это выглядит со стороны. Конечно, ей было не слишком удобно в кольце посторонних мужских рук под  колкими взглядами любопытных фрейлин, но что толку об этом сокрушаться. Она даже попыталась улыбнуться, чувствуя огромное напряжение находившегося так близко мужчины. Хотя, если подумать, может быть это окажется одним из самых ярких воспоминаний в его жизни. И, если Бог даст и он доживет до внуков, то, убеленный сединами, будет рассказывать им как когда-то вез на своей лошади саму королеву Франции. Этот рассказ, наверное, обрастет многими несуществующими деталями и станет семейной легендой. Так и пусть... Анна взглянула на Луизу, которая, судя по лицу, прекрасно себя чувствовала и легко вздохнула - истинный мотылек. Белой шеи королевы коснулось теплое дыхание мужчины и отчего-то сердце ее наполнилось приятным волнением, словно в предощущении чего-то необычно хорошего, как в детстве, от которого она так отвыкла. Ах, право, вредно так долго скучать, занимаясь только вышивкой....
   
Гвардеец тронул поводья, крепче прижимая королеву, видимо, сам страшась своей смелости, и вскоре они выехали на дорогу, где Анна уже не понимала, что касалось ее горячей от волнения кожи - мужское дыхание или легкий ветерок, а может  то и другое разом.

+1

34

Сидеть почти на самой луке седла было ужасно неудобно, но они направлялись в сторону Венсена, а не к Парижу. Значит, терпеть придется недолго, а всякие случайные прикосновения, избежать которых не смогла бы и записная скромница, придавали поездке особый шарм. Луиза чуть поерзала, устраиваясь поудобнее.

– А куда мы едем? – спросила она у «своего» гвардейца.

– Здесь… неподалеку, – державшие ее руки сомкнулись крепче, – есть… что-то вроде… постоялого двора. Недурного.

Левая рука гвардейца, не случайно, похоже, занявшего место позади своего командира и юноши, настойчиво скользнула вдоль ее бедра, и Луиза слегка забеспокоилась.

– Я не упаду, – заверила она, в свою очередь хватаясь за рукав его колета, – не отпускайте же поводья, сударь!

– Не беспокойтесь, сударыня, мой Шейх хорошо выезжен. Вы не упадете. Если вы не будете мне мешать, конечно.

Под его пальцами платье Луизы начало собираться в складки, и у нее перехватило дыхание.

– Ваше величество! – позвала она, и чересчур нескромная рука тут же убралась. – Вы желали бы сохранить инкогнито в этом… там, куда мы едем?

Отредактировано Луиза де Мондиссье (2016-03-09 01:10:21)

+1

35

Через некоторое время, когда первое напряжение и скованность от непривычного положения значительно поутихли, Анна сумела вполне приспособиться к размеренному шагу лошади, которая и впрямь оказалась  спокойного нрава. А мужскую руку, осторожно придерживающую ее, если постараться, можно и не замечать. Но слишком усердствовать в этом старании Анне отчего-то не хотелось, и даже более того -  ее голову стали посещать такие непозволительно  фривольные мысли, что свойственный ей яркий румянец предательски проступил на нежной коже. Хорошо, что это можно объяснить легким ветерком и неудобством положения. Но эти размышления несколько отвлекли королеву и она не сразу расслышала Луизу. Но затем, повернув голову и слегка  приподняв брови, удивленно переспросила: - Инкогнито? В Венсенском замке?
   
И уже улыбнувшись, добавила: - Что за нелепица, право.

+1

36

От неожиданности Луиза только пискнула. В Венсен? Они так до самого замка и поедут? Ой, что скажет месье де Мондиссье!

– А если дождь пойдет? – почти сразу спохватилась она. – И… и мне… мне неудобно.

Сидеть на самых коленях у привлекательного мужчины, какими бы недвусмысленными ни были его намерения, не так неудобно, как на луке седла, так что на самом деле она, конечно, немного привирала. Но ведь бедную донью Эстефанию наверняка никто так не обихаживал, надо же позаботиться и о ней!

– Я усажу вас поудобнее, – немедленно пообещал «ее» гвардеец, щекоча горячим дыханием ее ушко, и крепче прижал ее к себе – вот только обнимал он ее уже не за талию, а чуточку выше, и его рука вела себя прямо-таки нескромно. Прямо хоть лезь под юбку за оружием!

+1

37

Анна задержала взгляд на Луизе и чуть усмехнулась про себя - та совершенно не выглядела как человек, терпящий какие-либо неудобства. Похоже, легкий Мотылек умеет ловко приспосабливаться к различным обстоятельствам, чего не скажешь о донье Эстефании - та сидела рядом с симпатичным гвардейцем с таким отрешенным выражением лица, с каким, наверное, принимали муки первые христиане.  Королева почувствовала легкий укол раскаяния - она иной раз проявляла  непозволительное легкомыслие, забывая про верную Эстефанию, привыкнув к ее преданности как к воздуху, а ведь таких верных подданных у нее почти и не осталось. Поймав короткий внимательный взгляд спутника доньи, королева  согнала  выражение озабоченности, легким облаком коснувшееся ее лица  -  невеселые мысли лишь портят его цвет.

- Пожалуй, вы правы, нам лучше будет где-то сделать остановку. Конечно, инкогнито... - не слишком уверенно сказала Анна, а затем озадаченно поинтересовалась, обращаясь непонятно к кому: - Но где же?
 
Конечно, лучше всего было бы без лишнего шума доехать до Венсенского замка, но тут перед мысленным взором королевы возникло знакомое до отвращения лицо кардинала с едва заметной едкой полуулыбкой на бледных губах,  и настроение моментально ухудшилось. Нетрудно было представить в каком свете его высокопреосвященство может представить все случившееся королю. Дальше представлять не хотелось... проклятый кардинал.

Отредактировано Анна Австрийская (2016-03-23 12:15:19)

+3

38

Перехватив взгляд королевы, Луиза закусила губку и незаметно, но чувствительно ущипнула «своего» гвардейца за бедро. Тот со свистом втянул в себя воздух, и наглая лапа съехала ниже. Вот еще, взял себе свободу! А командир их чего молчит? Небось на них же и таращился! Нет, это надо же! Королева спрашивает, а он молчит!

– Мне сказали, ваше величество, – с готовностью затараторила она, – что тут неподалеку есть постоялый двор.

– Очень недурной, ваше величество, – вмешался «ее» гвардеец и подкрутил ус, поглядывая на товарищей. Ну да, понятное дело – одному селедка досталась сушеная, а другой как китайскую вазу перед собой держит, того и гляди с седла свалится от усердия, и королеве тоже, похоже, здорово не по себе, бедняжке! Ну кто же знал, что так выйдет? На ее месте Луиза бы давно с ума от скуки сошла, но ведь той же Лукреции, например, сестрице, нравится – целый день готова за вышиванием просидеть, или за шитьем. Не надо было, может, все это устраивать? Это Кристина в восторге бы была, а ее величество… Там, в Испании, говорят, с королевой мужчине и поговорить нельзя! Может, он поэтому и помалкивает, командир их? Может, во Франции королева вообще вроде как не женщина?

– С разрешения вашего величества, – снова встряла Луиза, – мы могли бы там погодить, инкогнито, конечно, а вот господа бы эти обратно съездили, привезли бы кузнеца, он бы карету починил, а мы бы все потом дальше поехали.

«Ее» гвардеец еле заметно усмехнулся и глянул на своего юного товарища. Ну да, понятное дело, его пошлют, а сами останутся в трактире. Должен же кто-то королеву охранять, как будто донья Селедка одна не справится – от такой и полк разбежится!

За поворотом дороги показалась развилка, на которой и стоял постоялый двор, и Луиза, исподтишка снова покосившись на ее величество, мысленно отказалась от половины своих планов на сегодняшний день.

+1


Вы здесь » Французский роман плаща и шпаги » Часть III: Мантуанское наследство » Поездка за неприятностями. 15 октября 1628 года, воскресенье